Волчонок

      Когда Сириус предлагает переехать к нему, она долго молчит, но соглашается.       Если честно, приют её уже порядком заебал. Впрочем кажется ее уже всё заебало.       Заебавшаяся Гарри — та ещё сволочь с бомбой замедленного действия внутри.       Ебанёт, не ебанёт? поживем или лучше сразу безболезненно сдохнуть, вот в чем вопрос       Так что да, кажется ей пора сменить обстановку и отдохнуть от творящегося вокруг филиала фантасмагории.       Про опекунов новоявленный Крёстный спрашивает лишь один раз.       Почему-то равнодушный ответ в купе с привычным оскалом ему не нравится от слова совсем.       Какие интересные обороты знает представитель Чистейшего и Благороднейшего Рода, ммм, хоть конспектируй.       Вопрос о переезде уже даже не стоит.

***

      Сириус Гарри нравится.       Он напоминает ей щенка, преданного, неугомонного, с шилом в мягком месте. Такого же одинокого, на улицу внезапно выброшенного.       Он заботится так, как умеет. Неуклюже, неловко, не зная что вообще с ней делать, но искренне и любя.       Сама Гарри недалеко от него ушла.       Она смотрит на человека, двенадцать лет провёдшего в Азкабане, и понимает, что доля вины лежит на его плечах.       Если бы не его поспешность, неумение вовремя остудить голову и расставить приоритеты, то может быть всё было бы подругому. Может и не было бы шрама на горле, окровавленного пола в доме четы Дурсль, ночных кошмаров, сосущего одиночества и луны, золотившей глаза. Всё было бы по-другому.       Но полотно Мойр сплетено давно и всё так, а не иначе.       Гарри его не винит, он и так наказан сверх меры. Гарри, если честно, мёртвые, незнакомые родители почти не волнуют. Так, грустно немного, но не более.       Смысл ей цепляться за призраков, не имеющих ни лица, ни тёплых воспоминаний?       Ведь       Сириус мёрзнет, последствие Азкабана, а у Гарри постоянная температура 41 по Цельсию*, ей не жалко поработать грелкой.       она отогревает и согревается сама       Сириус понимает и принимает. Ему не в новинку любить оборотня, поэтому его не волнует. Только внутри все воет-кричит-ломается, ведь его девочка, его Гарри не заслужила.       Но       девочка, его Гарри, смотрит предупреждающе       не смей       не похоже, что она страдает от наличия звериной сущности       даже не думай жалеть меня нас       даже больше, его крестница рада этому?       не совершай ошибку       не ему судить. Он просто будет рядом. Всегда.       спасибо, крёстный.       Они учатся       быть семьёй.       заботиться.       защищать.       на куски разрывать вечно голодных демонов, восставших из свежих могил прошлого.       Гримм и Волчонок.       Чёрный пёс и его девочка.

***

      Главным условием переезда на Гриммо 12 стало полное отсутствие в нем чужаков.       Гиперзаботливая, удушающая, суетливая Молли ей не нравится.       Ей вообще Уизли не нравятся.       Она морщит нос и безрезультатно пытается избавиться от въедливого запаха.       Нет, она честно старалась ужиться с членами Ордена Феникса, за каким-то хреном копошащихся в месте, которое она планировала назвать Домом.       Люпин вызывает презрение и желание уничтожить ошибку природы. Но она держится, ради радующегося крёстного, лишь заставляя опускать голову в своём присутствии. Цени, шавка, и не забывайся.       В присутствии Грюма она не может нормально расслабиться. Как же её раздражает этот ворчливый аврор с кучей загонов и паранойей, цветущей маковым цветом. А ещё это натасканная сволочь точно чует, что с ней что-то не так — взгляд глазного артефакта приследует ее по всюду.       А уж эти мотивирующие речи, пропитанные верой в Светлое, Доброе и Непогрешимое и бородатое! У нее на языке оседал привкус лимонных долек, отвратительно.       Она правда пыталась. Не получилось.       Они бесят. Все. Безумно. Бесят.       сдвигается стрелка таймера.       Гарри понимает, ещё немного и случится пиздец. Она уже не против разорвать парочку тройку излишне наглых-шумных-чужих глоток.       тик-так. тики-тики-так…       Она не выдерживает через неделю.       Сующая нос куда не надо Миссис Уизли выставлена из комнаты и открыто послана нахуй вместе со своими претензиями-нравоучениями.       Сириусу она говорит открыто, похуистично затыкая Молли Силенцио и не обращая внимания на возмущение прочих адептов культа курочки-грилль: — Либо это наш с тобой дом, где нас только двое, либо я собираю вещи и сваливаю куда подальше от этого дурдома. Прости, Крёстный, но либо так, либо никак.       Эгоистично?       Да.       Она сволочь, безжалостная сука?       Пф, даже не скрывает.       Но вы учтите, что у сволочи-суки-твари ограниченный запас нервов, размытые понятия морали и острые клыки. А стоп-кран всего один, да и то всё ещё на испытательном сроке.       Оно вам надо, испытывать Судьбу?       Можно сказать, Сириус многое и многих спас, вежливо выпроводив гостей.       Наверное Гарри должна была себя ненавидеть и презирать, раз заставила и так настрадавшегося крёстного выбирать между ней и друзьями.       Но Гарри лишь извиняется, особо не чувствуя вины, и лезет под бок к мёрзнущему Блэку, обнимает и довольно выдыхает. Впервые за эту неделю… Да и вообще за долгое время она спит спокойно, со счастливой улыбкой на губах.       Крёстный выбрал её.       Несмотря на все недостатки, он встал именно на её сторону!       Он её любит? Да       Она его любит? Наверное       неважно, это очень глупые вопросы.       Они привязались. Они Семья. Почти стая.       И пусть все идут к чёрту.       Ведь они греются друг в друге.

***

      В полнолуние Сириус аппартирует с ней в Запретный Лес.       Им весело, они играют в салочки на залитой серебряным светом поляне.       Два чёрных зверя.       Гримм и Оборотень. Оборотень и Гримм.       Два щенка, право слово!       Волк лениво прижимает наигранно возмущенного пса к земле, хитро щуря желтые глаза.       В эту ночь клыки не обагряются кровью.       (пойманная проголодавшимся зверем молодая лань не в счет)