Страсти по Штутгарту

— Покупатель 911 SC проживает в Великобритании. — стучал по клавишам служебного ноутбука под звучащую фоном Romantic Warriors в исполнении Modern Talking Билли. — Поскольку у нас сейчас туго с международным взаимодействием, вовремя перехватить тачку мы, к большому сожалению, не успели, но зато выяснили, кому её доставили: это — британский телеведущий с кабельного канала Granada Men&Motors Ричард Марк Хаммонд. — Лучше бы вы узнали, кто за мной в том Safrane увязался! — со всей силы грохнул мой кулак по подоконнику. — «Мы с Адриано — всегда неподалёку», как же! Мастера лжи! — Опять ты думаешь только о себе! — сплюнул полицейский. — Наш негласный аппарат сейчас ищет информацию по этой машине; если она окажется типичной «неучтёнкой», то есть, проведённой мимо документации и кассы фирмы, это послужит хорошей отправной точкой для дальнейших действий! — встав из-за стола, забегал он взад-вперёд по номеру. — Так вот, слушай меня внимательно: чтобы добиться частичного подтверждения или опровержения данной теории, тебе обязательно следует пойти к Стретчу и попроситься на выполнение следующей доставки! — Дитер перекинул на меня это дело только потому, что их резервный сотрудник свалился с ангиной. — протяжно заскрипела закрываемая мною форточка. — Можешь дать мне в морду, но я не уверен, буду ли снова участвовать в данной афере…

========================= ТО «MIRISCH 64» PRESENTS: Страсти по Штутгарту.

Серия 2. Звезда по имени Porsche.

=========================

— А уверенность — вещь крайне относительная! — сидя в пробке за рулём Porsche 928 81, со скукой смотрел я на задние огни ползущего впереди тёмно-зелёного Renault 19 Coupe 16S под передаваемую по 1LIVE Return of the Mack в исполнении Mark Morrison, попутно потирая всё ещё ноющий после удара нос. По стёклам барабанил смахиваемый щётками стеклоочистителя дождь, из центральных решёток дул согретый отопителем воздух, покачивалась на стекле фирменная «ёлочка», а в моей голове крутились произошедшие за небольшой срок между первой и второй доставками (примерно пара недель) события: как мы выпивали с Клаусом на званом обеде за здоровье его семьи, как разыграли Франка, налив в бачок омывателя его Mitsubishi Sigma 93 прокисшее молоко, как под руководством Рольфа проходили корпоративные инструктажи, делали высокоэффективную производственную гимнастику и ездили на спортивное ориентирование в деревню Нюрбург (напрочь его завалив, но зато здорово повеселившись). Параллельно с этим я очень сблизился со Стефани Эльбой: эта обладающая званием «водитель-ас» неприметная девушка-испытатель (фактически, моя ровесница), выразив сдержанную благодарность за оставленного без премии Деллбрука, научила меня двум вещам: какие махинации требуется провернуть для незаметного ухода с работы и к кому из «власть имущих» следует обращаться для получения автомобилей из выставочной экспозиции или музейного хранилища. Стоит отметить, что она хоть и всячески препятствовала началу наших романтических отношений, однако, почти сразу же растаяла, когда я, получив со склада белый кабриолет 944 S2 89, купил букет цветов и пригласил её на двухдневный отдых в Ницце (впоследствии закрепив эффект починкой крыши на принадлежащем ей стареньком серо-голубом Opel Kadett C Aero 77, походами в местное кафе, а также заменой треснутой оправы очков на ту, что прекрасно сочеталась с её красиво спадающими на худенькие плечи русыми, легко мелированными волосами). В целом, всё шло более-менее хорошо: руководство меня не ругало, деньги исправно выделялись, а Эрнсту с его дружком-макаронником по кусочкам скармливались узнанные мною незначительные сведения…       Раздумья прервал громкий гудок автобуса: водитель ожидающего позади сине-белого польского Autosan H9, заметив, что впереди моего серого Porsche 928 с американскими номерными знаками «|MONTANA|» штата Флорида освободилось уж чересчур много места, решил устранить раздражающее его (и не только) препятствие; одного звукового сигнала оказалось вполне достаточно, чтобы я, сориентировавшись, продвинулся вперёд и влился в единственный свободный от дорожных работ крайний левый ряд. Миновав «бутылочное горлышко», управляемый мною Porsche вновь набрал приличную скорость; на этот раз мой доставочный путь лежал в родной Мюнхен, то есть, в грузовой терминал международного аэропорта имени Франца-Йозефа Штрауса. Всё ещё размышляя о своём следующем шаге в служебном романе со Стефани, я съехал с автобана на Центральаллее, почти сразу же свернул на Вартунгсалее и вырулил на Зюдалее, где заехал в большие гаражные ворота с длинной надписью «Cargogate Flughafen München GmbH — Cargo Office»; выйдя оттуда через несколько минут, я направился к стоянке такси, но вдруг заметил то, от чего у меня похолодело внутри: недалеко от входа в контору по отправке грузов (талантливо прячась за мусоровозом Mercedes-Benz Atego) стоял тёмно-синий Renault Safrane. Изо всех сил стараясь не паниковать и не подавать виду о замечании угрозы, я потопал в сторону парковки, внутренне обдумывая варианты действий. Оторваться от преследователей, как в первый раз, увы, явно не получится: у меня не было ни машины, ни прикрытия…       На глаза попалась жёлтая будка с надписью «Fernsprecher»; лихорадочно вспоминая номер горячей линии для экстренной связи со штабом, я со всех ног метнулся к ней: если сейчас позвонить в родной TÜV SÜD, меня обязательно вытащат: как-никак, от конторы до аэропорта путь всяко ближе, чем до Вайсаха… Всё бы и ничего, да вот только от страха комбинация цифр буквально выскочила у меня из головы, а мобильник, где она содержалась в письменном варианте, как назло, сел!       Ворвавшись внутрь кабинки, я заблокировал дверь и принялся шарить по карманам своего пиджака; мысли в голове путались, руки слегка дрожали: от волнения моё чёрное портмоне тут же выскользнуло из рук, и, словно яблоко с ветки, упало на пол. Из отделений мгновенно хлынули бумажки: купюры, чеки, карточки, билеты, счета, однако, у одной из них, как оказалось, на тот момент появились ещё три функции: обнадёживающая, успокоительная и (самая главная из них) спасительная. Ею оказалась пахнущая кетчупом визитка пиццерии, на которой красовался размашисто написанный от руки номер Билли: сполна насладившись пиццей в вечер нашего знакомства, я, кажется, не придал этому листочку с информацией особого значения, просто затолкав его куда-то в недра бумажника… — Слушаю! — отчётливо послышалось на другом конце провода после нескольких длинных гудков и череды моих проклятий. — Говорите! — Где вы шляетесь? За мной хвост увязался, причём в том же составе! — Мы не шляемся, а проводим оперативную работу… Нет, это я не вам… Где ты есть? — В аэропорту Мюнхена. — ещё сильнее сжала моя рука тонкую дверную ручку. — На Зюдалее, у парковки. — Сколько их? — последовал вопрос. — Не знаю. — осторожно и максимально незаметно выглянул я из будки, силясь рассмотреть силуэты внутри припаркованной машины. — Двое… Ну, может быть, трое: отсюда не видно. — Так. — раздался в трубке тяжёлый вздох. — Только без паники; мы тебя обязательно выручим… Жди серебристый Fiat. — Fiat? Какой Fiat? — пошли короткие гудки. Не без некоторой досады повесив трубку на рычаг и забрав сдачу, я покинул будку и начал медленно двигаться к остановке городской электрички: это было несколько безопаснее, чем сидеть в углу. Напряжение возрастало; медленно шли кажущиеся часами минуты, а мои нервы натянулись, как гитарная струна: стараясь не глядеть на тёмно-синий седан, я начал нарезать круги вокруг крытой стоянки, просчитывая любые варианты возможных отступлений, если долгожданная помощь не поспеет вовремя; обстановка резко накалилась, когда из двигающегося позади меня Safrane неторопливо вылезли трое амбалов и вразвалочку (будто солнечным днём по набережной Фридрихсграхт!) направились в мою сторону. — Молодой человек… — начал было один из них. — Бежать. — произнеся это вслух, метнулся я в сторону шоссе, застучав ботинками по мокрому асфальту; граждане из Renault со всех ног бросились за мной; они бы меня точно догнали и схватили, если бы вдруг поперёк дороги, совершив управляемый занос, внезапно не встал выскочивший из-за угла здания роскошный серебристый Fiat 130 2800 Limousine с открытым задним окном… — СТОЯТЬ! — раздался предупредительный выстрел в воздух, но это меня нисколько не остановило: изловчившись, ваш покорный слуга пантерой сиганул в салон подъехавшей машины, при этом чувствуя, как кто-то ухватился за мою правую ногу. — Гони! — яростно брыкнувшись, закричал я. Под Holding Out for a Hero в исполнении Bonnie Tyler серебристый седан начал лихо чесать в сторону автобана; в руках одного из преследователей, между тем, остался мой поношенный коричневый ботинок… — Да чтоб вам всем пусто было, уроды!!! — со всей злости полетел импровизированный «снаряд номер два» в амбалов из Safrane, по итогу попадая одному из них по голове: не ожидая подобного выпада, тот даже упал. — Ловко ты его! — выскакивая на магистраль, похвалил крутивший баранку Менарини. — Высокий класс, бейсбольная хватка! Кстати, кто это такие? — Понятия не имею! — приподнявшись, обернулся я для проверки наличия погони. — Есть какой-нибудь телефон или зарядник? Мой, к сожалению, не работает… — Ты кому звонить собрался? — лавируя в потоке, поинтересовался Адриано. — Начальству! Хочу заявить о прекращении следствия за недостатком улик! — Не торопись. — охладил мой пыл итальянец. — Для начала лучше набери шефа в Вайсахе… — Это ещё зачем? — качнуло автомобиль в сторону: макаронник обогнал неожиданно вылезший прямо перед нами чёрный леворульный Nissan President Sovereign V8 85 с дипломатическими номерами и парой скрещенных флажков (Швейцария плюс Япония) на краю здоровенного капота. — Осторожнее, чёрт возьми! — Сообщишь об успешной доставке, а там уже решим, прекращать следствие или нет: мы с Билли тоже понимаем, что авантюра слегка затянулась… — открыл Менарини перчаточный ящик и достал портативное зарядное устройство. — Бери и смело втыкай в прикуриватель: у наших телефонов разъёмы одинаковые. — кивнул он на подвешенную к одной из круглых решёток вентиляции зачехлённую Nokia 3110.       «Ожив», мой мобильник сразу же показал на своём небольшом зелёном экранчике целую кучу пропущенных вызовов, однако, не успел я проверить, кто желал со мной побеседовать, как тут же получил звонок из Исследовательского Центра: то оказался сам Дитер Стретч. Похвалив меня за совершённую вовремя успешную доставку, он пообещал выписать мне благодарность (правда, без занесения в личное дело), а также поздравил с повышением до полноправного водителя-испытателя и предписал усиленно готовиться к традиционному летнему пресс-мероприятию (то есть, презентации) в Винтерберге, попутно напомнив, что проходить оно будет ровно через неделю, а присутствие для всех — обязательное…       Завершив разговор со Стретчем на оптимистичной ноте, я поделился полученной информацией с Адриано, в конце задав ему вопрос о дальнейших действиях. — Во-первых, поздравляю. — замигали аварийные огни серебристого седана. — Во-вторых, раз в деле есть прогресс, волей-неволей придётся продолжать расследование; кроме того, исходя из сказанного Стретчем, присутствовать на мероприятии надо всем, верно? — С его слов — так и есть, но мне не понятен ход мысли… — Да тут и понимать-то нечего! — съехав на обочину автобана, затормозил Менарини. — Пока весь персонал Исследовательского Центра слоняется без дела, «торгует лицом», да развлекает журналистов с потенциальными клиентами, мы с Билли собираем подставную бригаду, переодеваемся в электриков из Siemens Energy AG, обесточиваем здание и вламываемся к Дитеру в кабинет для поиска улик. Всё чрезвычайно просто! — С одной стороны, мне не хочется вновь подставляться под удар… — задумчиво почесав затылок, перебрался я на переднее сиденье. — …Впрочем, с другой стороны, подобные рискованные эксперименты лучше поручать наиболее опытным «членам экипажа», а меня, по сути, уже можно считать таким; пожалуй, не стоит ставить стену на пути хорошо разогнавшегося поезда… Кстати говоря, почему мы остановились? — Это же итальянская машина: хорошо едет, но часто перегревается. — выключил двигатель Адриано. — Будем ждать, пока остынет. — потянув за «костыль» открытия капота, вышел он из салона и распахнул крышку моторного отсека; я же, в свою очередь, основательно задумался, что конкретно телеграфировать шефу в TÜV SÜD…

[Телеграмма: Вальтер — Зигмунду: становится опасно двтч усильте агентуру зпт вышлите ещё денег или новые чёрные ботинки размер сорок два тчк.]

***

      Неделя пролетела, как один день: не успев оглянуться, я обнаружил себя за столиком на террасе одного из многочисленных кафе Винтерберга, среди уплетающих жареный братвурст (кажется, австрийского бренда Fritz Schnackenpfefferhausen) и слушающих передаваемую по WDR 5 Саманту Карен Фокс своих свободных коллег по полигону; под Nothing's Gonna Stop Me Now мы обедали, болтая обо всём, а также попутно наблюдая за тем, как шеф отдувается перед публикой, выдавая диктуемую ему через мини-наушник содержащую ответы на все возможные вопросы журналистов заранее заготовленную речь. Конкретно представителей прессы в тот день прибыло чрезвычайно много: для их перевозки пришлось заказывать целый автобус MAN SR280H с корпусом бронзовых оттенков; потенциальные клиенты же предпочли приехать на своих машинах или воспользоваться услугами такси. Интерес последних вызывала «удешевлённая» модель 968 Club Sport (проще говоря, её решили сделать самой базовой, снизить цену и продолжить штамповать без «лишних» запчастей типа замка багажника, стеклоподъёмников, заднего дворника, шумоизоляции, подушек безопасности, перчаточного ящика и так далее), но ещё больше внимания привлекала новая инкарнация модели 911 (на этот раз — с индексом 996), что из-за высокого спроса пока шла только под заказ, а выставлялась лишь у нескольких дилеров в стране… Однако, вернёмся к Стретчу. — …традиционное мастерство, которым славилась Германия, заключалось в подпиливании и подгонке деталей таким образом, чтобы они идеально подходили друг другу, но сейчас все элементы должны быть сделаны правильно с первого раза. — вещает он в микрофон, стоя на сцене за трибуной. — Таким образом, новое мастерство есть придумывание способов сделать вещи проще и легче в сборке. Это — мастерство создания непрерывного потока производства. Только стабильное повышение эффективности позволяет нам выходить из кризиса, постепенно наращивая прибыль: после сокращения некоторых кадров время сборки сократилось со 120 до 72 часов; количество ошибок — на 50 процентов. Всё это означает, что наша корпорация производит гораздо большее количество автомобилей по более низкой цене: кроме того, мы усиленно работаем со своими поставщиками над сокращением затрат, а также улучшением качества деталей и стабильности поставок; в долгосрочной перспективе планируется выпуск внедорожника с минивэном… — Ну что за бред он несёт? — снимая очки, кладёт вилку на край тарелки Стефани. — Как мы будем производить гораздо больше автомобилей меньшим количеством людей без потери технической сложности и ходовых качеств? Старый 968 они уже «раздели» до неприличного состояния — куда опустимся дальше? Перейдём на двухтактные движки с тремя цилиндрами?

|Совершенно секретно| Личное дело Стефани Эльбы, водителя-испытателя Исследовательского Центра Porsche AG в ком.Вайсах. Характеристика на сотрудницу Porsche с 1992 года, водителя-испытателя Исследовательского Центра Porsche AG в ком.Вайсах Стефани Эльбу. Уроженка г.Оснабрюк; 1970 г.р. Характер — эмоциональный, часто бывает нестабилен вследствие неустроенной личной жизни; с коллегами по работе поддерживает исключительно рабочие отношения. Безукоризненно выполняет свой служебный долг. Беспощадна к фирмам-конкурентам; выступает за сохранение независимости и «особого» пути Porsche. Пользуется уважением команды и начальства. Не замужем; плохо обеспечена в материальном плане; замечена в порочащих её безуспешных романтических связях с перешедшими в Daimler AG (Mercedes-Benz) водителями-испытателями (бывш. сотрудники Porsche AG, её коллеги по испытательному полигону). Отмечена рационализаторской наградой бухгалтерии и множественными вербальными благодарностями дирекции…

— Вот-вот. — поддерживает её Франк. — Какой, в задницу, внедорожник? Куда нам минивэн? — Заставить бы его покататься на наших ужасных четырёхдверках. — вспоминая слова Генкельманна, выдаю я. — Если даже они кривыми-косыми во время сборки получаются, страшно подумать, что выйдет из принципиально новых для фирмы кузовов. Интересно, сколько ещё будет работать избитая отговорка о сборке вручную? — У Bentley и Rolls-Royce она со времён Черчилля работает, причём никто из клиентов не жалуется. — ворчит старший испытатель. — А про Morgan вообще стоит помолчать… — …Теперь касаемо текущих моделей: мы надеемся, что более привлекательный и быстрый Boxster S добавит более молодых профессионалов в свою клиентскую базу, состоящую, в основном, из деловых людей среднего или предпенсионного возраста… — продолжается речь начальника. — Поверьте мне: Porsche AG, высший немецкий символ гоночных автомобилей и свободы автобанов, вопреки общим суждениям, останется полностью независимым… — на этом слове он запинается, однако, пару раз карикатурно кашлянув, вновь продолжает нести корпоративную чушь. — Это для других компаний спортивный автомобиль является не очень популярной маркетинговой стратегией; для нас же спортивный автомобиль есть наша жизнь! — Идиотизм. — ударяет себя по лбу Деллбрук. — Boxster S пытаются запихать в полный до краёв сегмент рынка: доступные родстеры сейчас предлагают буквально все, кому не лень; где гарантия стабильного спроса? Ладно, пойду разомнусь, а то совсем уже здесь, хе-хе-хе, засиделся. — поднимается он из-за стола и удаляется в сторону уборной.

|Совершенно секретно| Личное дело Франка Деллбрука, старшего водителя-испытателя Исследовательского Центра Porsche AG в ком.Вайсах. Характеристика на сотрудника Porsche с 1985 года, старшего водителя-испытателя Исследовательского Центра Porsche AG в ком.Вайсах Франка Деллбрука. Уроженец г.Дортмунд, 1958 г.р. Характер — задиристый; отношения с коллегами по работе скорее напряжённо-нейтральные, чем хорошие. Выполняет служебный долг спустя рукава, предпочитая страдать ерундой и втягивать в неё за собой других. Лоялен фирмам-конкурентам; открыто выступает за слияние Porsche с кем-нибудь из крупных автопроизводителей; подозревается в индустриальном шпионаже в пользу концерна Audi (не доказано). Превосходный автогонщик-кольцевик: до устройства в Porsche с переменными успехами выступал в кузовных чемпионатах различных европейских стран; также пробовал себя в NASCAR и IndyCar. Холост; материальная обеспеченность — средняя; связи, порочащие его, устанавливаются, но каждый раз опровергаются. Отмечен наградами FIA (Международной Автомобильной Федерации) и награждён особыми должностными привилегиями…

— Вальтер, тебе нравится моя новая причёска? — когда мы (аллилуйя!) остаёмся наедине, подсаживается ко мне Стефани. — Сделала чисто ради проверки реакции окружающих… — Если бы мы являлись домом моделей, а не автозаводом, ты бы уверенно затмила на подиуме Евангелисту, Кроуфорд и Шиффер вместе взятых. — осторожно приобнимаю её за талию. — Только ехать до показа пришлось бы не на кабриолете, а в купе, иначе бы это шикарное произведение стилистического искусства не смогло увидеть свет. — Жизнь слишком коротка, чтобы не ездить с открытым верхом… — укладывая голову мне на плечо, задумчиво вздыхает Эльба. — Но ничего: ради подобных впечатлений я вполне готова потерпеть, хотя, можно попробовать совершить и преступление против красоты, спрятав волосы под шаль; как думаешь, она пойдёт мне к лицу? — Я, конечно, не Ив Сен-Лоран, но, кажется, тут следует смотреть, исходя из остальной одежды. — напрягшись, решаю попробовать попытать счастья. — Знаешь, один мой знакомый, по возрасту — буквально наш ровесник, как-то на досуге задумался о том, что время неумолимо идёт вперёд; этот мужчина очень хорош в своём деле… Ну, может быть, в чём-то несовершенен, но никогда в своей жизни он не посмел обидеть или ударить женщину. Почему бы одной девушке, принимая во внимания данные параметры, не сделать следующий шаг? — Действительно, время летит ужасно быстро. — прищурившись, чешет шею Стефани. — Казалось, буквально вчера наши инженеры вовсю улучшали моторы с воздушным охлаждением, а теперь, как ни странно, вернулись к водяному… Кстати говоря, какое совпадение: одна моя знакомая, тоже по возрасту — буквально наша ровесница, сказала, что один профессионал своего дела намерен сделать ей предложение. Этот гражданин доказал всё то, о чём говорил; данная девушка знает о его исключительности, но именно сейчас она ещё не готова сделать свой выбор: у неё — трудный период в жизни. В конце концов, откровенно говоря, так ли это важно? — Было бы лучше, если… — прерывает мою фразу рокот дизельного двигателя: к веранде, едва не врезаясь в неаккуратно припаркованный седан Borgward P100, со скрипом тормозов подкатывает блестящий вишнёво-красным металликом русский пятидверный хэтчбек Aleko-141, увенчанный шильдиками «AZLK» по углам задних треугольных окон. — Где Франк? — не глуша мотор, выскакивает из-за руля похожий на Эда Чайну старший маркетолог. — Куда он подевался? У нас людей не хватает, а его днём с огнём не сыщешь!

|Совершенно секретно| Личное дело Отто Кернера, старшего маркетолога Porsche AG. Характеристика на сотрудника Porsche с 1986 года, старшего маркетолога Porsche AG Отто Кернера. Уроженец г.Ганновер; 1964 г.р. Характер — нервный, умеренно агрессивный; с коллегами по работе поддерживает хорошие отношения (только с людьми своего отдела; с начальством и другими рабочими — натянутые). Безукоризненно выполняет свой служебный долг. Нейтрален к фирмам-конкурентам; выступает за слияние Porsche и Volkswagen. Имеет брата по имени Кёниг, которого безуспешно пытается отыскать уже который год; подозревается в связях с BMW (намеренно влезает в рекламные войны, но выходит из них победителем, попутно скатываясь в перерасход). Отличается креативностью и сообразительностью. Женат, есть сын; хороший семьянин, материальное положение — среднее; связи, порочащие его, устанавливаются; из наград имеет Золотого Каннского Льва…

— Он прогуляться отошёл. — поднимается со скамейки Стефани. — Впрочем, если надо, я могу поехать вместо него; думаю, будет не критично… — На новую модель? — хватается за голову Отто. — Ни в коем случае! Встречают по одёжке, то есть, по пилоту-испытателю, а провожают по уму, то есть, результатам теста! Ты! — упирается в меня его длинный палец. — Да, ты, парень! Бросай всё и давай в машину: сейчас будешь перед особо важным клиентом мастерство с возможностями нового авто показывать. — Скоро вернусь; не скучай. — тихо произнеся данную фразу в сторону Эльбы (вследствие чего — получив в ответ незаметный утвердительный кивок), нарочито неторопливо встаю из-за стола и направляюсь к пятидверному хэтчбеку; как только за мной громко (по-другому, увы, не получается) захлапывается штурманская дверь, Aleko-141 идет на крутой разворот и буквально уносится в точку, истошно тарахтя своим полугрузовым фордовским дизелем. — Значит так: потенциальный покупатель — голливудская звезда. — не выключая перекрывающей дребезжание панели и дикое рычание силового агрегата песни Call the Police в исполнении The Fantastic Oceans, втолковывает мне по пути общую суть дела Кернер. — Так что никаких автографов с просьбами сфотографироваться: поздоровался-представился-сел-проехали маршрут-вышли-попрощались; сделаешь всё, как учил Рольф! Вопросы? — Только один: сколько, чёрт возьми, стоил данный автохлам? — скрипит с трудом вращаемая моей рукой «мешалка» стеклоподъёмника. — Качество — отпад! Как на этом можно ездить? — Восемнадцать тысяч дойчмарок. — захрустела изношенная коробка передач. — На нём очень удобно выбираться на природу: загрузил палатку, усадил семью, да попёр в леса… Кстати говоря, ваш начальник, между прочим, водит подаренную русскими Lada, причём нисколько на неё не жалуется, так что отставить нытьё!

***

— …играл с Андре Агасси на одном корте; он подаёт вот так-то, так-то и вот так, а я ему так-то, вот так и даже так! — заговаривая клиенту зубы, показывал махательные движения Рейнхард. — Он потом говорит: «Герр Генкельманн, вы, конечно, замечательно играете, но больше практики в вашем случае явно не повредит!»; нисколько не теряясь, я ему заявляю: «Мистер Агасси, Porsche в массы — деньги в кассы!», а на следующий день он покупает нашу самую топовую на тот момент модель: белый 911-930 Turbo 3.3 SE, кабриолет, да ещё и с передком типа Flachbau! Кстати, только что прибыл ваш водитель… — кивнув на неспешно вылезающего из салона советско-русской поделки меня, продукционный менеджер потерял дар речи: видимо, его забыли предупредить о моём скором продвижении по службе. — Как говорит Гретхен, моя будущая жена и родственная душа… — Здравствуйте. — следуя всем инструкциям, перешёл я непосредственно к знакомству. — Меня зовут Вальтер Андретти; сегодня нам выпала честь показать вам возможности обновлённого классического Porsche. — последовал кивок в сторону серебристой 996 Turbo (согласно моим сведениям, эту модель должны были впервые продемонстрировать осенью на автомобильном шоу во Франкфурте; было не слишком понятно, зачем оную притащили на выездное мероприятие, поскольку у неё ещё даже не завершился проводимый нами цикл полигонных испытаний). — Очень приятно. — уверенно пожимает мне руку приятный мужчина. — Киану Ривз. — Непривычно видеть вас без плаща, пиджака или бронежилета. — пока мы идём к автомобилю, завязывается между нами непринуждённый разговор. — И без Керри-Энн Мосс с Сандрой Буллок. — Да и вы без комбинезона на испытателя не похожи. — смущённо кивает киноактёр на мой прикид в лице предоставленных Эрнстом восточных хромовых сапог с квадратными носами (просьба прислать чёрные ботинки, к сожалению, оказалась проигнорирована, а обналичить денежный перевод, увы, не было времени) и джинсового комплекта Levi's, из-под которого проглядывает подаренная мне коллективом на пятилетие работы в TÜV SÜD белая футболка с красно-чёрным логотипом радиостанции Energy München 93.3 FM. — Но это, в принципе, не смертельно, если вы действительно хорошо знаете дело, которым занимаетесь. — Приятно слышать. — распахнув дверь, устраиваюсь я на место водителя (шлемов нет, но они и не нужны); подождав, пока важный клиент из США удобно расположится рядом, включаю аудиосистему (небольшой экран показывает наличие диска, что очень хорошо: не придётся слушать шумы). — Пожалуйста, пристегните ремни: сейчас вы узнаете, на что способен этот шедевр автомобилестроения. — поворачивает моя рука воткнутый в замок зажигания новомодный ключ с фирменной биркой и нажимает удобно расположенную кнопку с треугольничком. — Уже. — показывает вставленный в защёлку девайс безопасности Ривз. — Что дальше? — Полный вперёд! — под Danger Zone в исполнении Kenny Loggins рвёт с места после лёгкого нажатия педали акселератора турбированный 996; демонстрируя мастерство и удаль, на протяжении ближайшего получаса я гоняю заряженный заднемоторный спорткар по окрестностям… Таким образом, презентация проходит чуть более, чем успешно: по возвращению в США Киану приобретает… Предыдущую генерацию 911 с индексом 993! — По крайней мере он хоть что-то, да купил. — внимательно прочитав через несколько дней статью в принесённом мною с работы содержащем зарубежную светскую хронику журнале, задумчиво почесал затылок Билли. — Тебе за это выговор не сделали? — А должны были? — недоуменно посмотрел на него я. — Кстати говоря, как прошли ваши поиски возможных улик в отсутствие моего начальства? — Этот Дитер — явно не дурачок: внутри его кабинета ничего компрометирующего обнаружено не было, хоть мы там всё основательно перекопали. — кашлянул Адриано. — Но зато удалось отыскать целый клондайк других наиполезнейших фактов, которые существенно помогут в проведении дальнейшего расследования…       Последствия «отыскивания» мне удалось хорошо прочувствовать на себе в самое что ни на есть ближайшее время, ибо все вокруг стали какими-то нервными: Стефани внезапно отказывалась от предлагаемых поездок на курорты солнечной Испании, заведующий кадрами и полигоном вовсю ругался с инженерами, открыто костеря принимаемых им новых младших испытателей, Клаус постоянно куда-то пропадал, но особенно распоясался Франк Деллбрук: он срывался на всех по поводу и без… Спокойным среди этого бардака оставался лишь Дитер: как ни в чём не бывало, Стретч посылал нас снимать рекламу с пируэтами, тестировать в Альпы свежепостроенные прототипы производной от Boxster возможной новой модели под именем Cayman, повышать авторитет фирмы путём участия в автоспортивных состязаниях различной важности, а также (почему-то, в основном, меня) доставлять машины многочисленной клиентуре компании. Апогея всё это безобразие достигло тогда, когда начала желтеть листва: в тот роковой день я, обкатав и привезя свежеобслуженный Porsche 959 Komfort во Франкфурт-на-Майне (получателем оказался бывший директор Porsche AG Питер Вернер Шутц), вставив в плеер кассету группы Arabesque под жизнеутверждающую Don't kiss a crocodile ловил такси, однако, вместо стандартного бежевого Mercedes-Benz W202 (или универсала BMW E36) поймал чёрно-бордовый Porsche 912 с перевозимым на жёсткой сцепке более мощным «старшим братом», то есть, жёлтым Porsche 911 T Targa 1972 года выпуска (примета периода была заметна сразу: только в этот год прикрытую лючком маслозаливную горловину штамповали на правом заднем крыле). — Герр Кемпке? — удивлённо поднялись мои брови. — Разве у вас прямо сейчас не намечена приёмка новой модели в присутствии высшего начальства? — Её внезапно перенесли. — включив аварийные огни, вышел из персонального автомобиля Рольф; только сейчас мне стало заметно, насколько он был странно одет: вместо привычного комбинезона или спецовки на нём красовались шорты, шлёпанцы и выцветшая оливковая рубашка с чёрной надписью «SETRA» (плюс логотипом в кружочке чуть ниже). — Прокатимся наперегонки до штаба? Чего тебе на такси ползти… — Почему бы и нет? — пожав плечами, согласился я. — Разгружайте!       От крупнейшего города земли Гессен до колыбели всех современных Porsche мы мчались по автобану, словно серьёзные граждане в открывающей сцене фильма Subway режиссёра Люка Бессона (даже музыка на волнах Hit Radio FFH играла соответствующая: заказанная какой-то Хелен Эдлер для своей подруги Александры Черри с пожеланием творческих успехов динамичная Speedway в исполнении Eric Serra); Кемпке держался молодцом, лихо «вышивая» в потоке и удивляя меня тем, как его маломощный 912 может уверенно тягаться с более быстрой моделью; как бы то ни было, спустя примерно полтора часа напряжённого скоростного противостояния мы одновременно вкатились на парковку Исследовательского Центра, по пути едва не столкнувшись с выезжающим нам навстречу минивэном Mitsubishi Space Star 98. — А ты молодец! — припарковав личный автомобиль на клиентской стоянке, высказал мне вербальную похвалу Рольф. — Показал старику, как ездят свежие кадры. — Да ну бросьте, герр Кемпке. — глядя на малиново-синий закат, засмущался я. — Отлично прокатились, плюс застоявшийся экспонат на воздух выгнали… — Неплохая получилась встряска… — крепко пожал мне руку заведующий полигоном и водительскими кадрами. — Рад, что ты будешь отстаивать честь Porsche… Вместо меня. — ЧТО? — шарахнуло моё тело так, будто к нему подсоединили провода и пропустили короткий электрический заряд. — В смысле? — В прямом. — облокотившись на хромированную дугу жёлтой тарги, вздохнул Кемпке. — Мне пора на пенсию, а тебе — на приёмку новой модели; да, что не удалось отцам, обязательно получится у их детей… Закон природы! — Что вы несёте? Какая пенсия? — переполняясь эмоциями, раскричался я. — Вам даже шестидесяти ещё не исполнилось! У вас за плечами — портфолио, о котором мечтает чуть ли не каждый из нас! Это же, чёрт возьми, просто глупо! Какой dummkopf дал распоряжение списать вас из рабочего состава? — Вальтер, вы знакомы с термином «уход по собственному желанию»? — прервав мой монолог и потрепав меня по плечу, направился к основному зданию Рольф. — Будете в моём возрасте — поймёте всё и даже больше… Удачи в трудовых свершениях и большого счастья в личной жизни! — закрылась за ним дверь служебного входа. — Неужели это… — постепенно начало приходить ко мне осознание, кто конкретно является полностью ответственным за данный кульбит и общую атмосферу последних недель. — Нет, этого просто не может быть.       Согласно одному из пунктов служебной инструкции, работа в TÜV SÜD исключает всякую симпатию и сентиментальность: невозможно по-честному выявлять недостатки ревизуемого предприятия, если у тебя имеются определённые дружеские или романтические отношения с кем-то из персонала. Проработав на должности рядового инспектора чуть более десяти лет, мне казалось, что я был готов ко всему… Но только не к подобной подлости. Желая поскорее уединиться, дабы хоть как-то переварить всё произошедшее и умерить свой разгорячённый пыл, я направился в отель, но по возвращению в номер застал… Правильно, усердно «забивающих козла» возле открытого окна под Take it easy, Joe в исполнении Oliver Onions переодетых в горничную и сантехника Билли с Адриано! — Да когда же всё это прекратится? — зашвырнув куртку на стол, обратился я к незваным гостям. — Только вас двоих мне тут не хватало! — Поздравляю с новой должностью. — не спеша поднявшись со стула, горячо пожал мне руку итальянец. — За это надо непременно выпить: пойду принесу шампанского, а то оно у тебя ещё во время нашего прошлого визита кончилось. — закрылась за ним входная дверь. — Скажите, зачем вы, чёрт возьми, запустили всю эту… Как бы сказать? Бессмысленную и беспощадную круговерть? — скрипнула под моей задницей широкая кровать. — Страдает куча невинных людей… Разве нельзя было обойтись исключительно малой кровью? — Малая кровь не приносит достойных результатов. — последовал циничный ответ. — Нам, как и нашему начальству, нужен регулярный прогресс… — Прогресс? — вытащив из мини-бара большую стеклянную бутылку Martini, шарахнул я её об стол, тем самым сделав острую «розочку». — КАКОЙ ЦЕНОЙ, ПСИНА ЛЕГАВАЯ?! КАКОЙ ЦЕНОЙ, Я ТЕБЯ СПРАШИВАЮ, СУКИН СЫН?! — Ты чего? — вскочил со стула Эрнст. — Совсем с ума сошёл?! — резко сбив меня с ног, он применил удушающий приём; в попытках стряхнуть оперативника, я сконцентрировал всю злость, размахнулся и ударил его торцами ладоней по бокам; не предвидя подобного манёвра, тот глухо вскрикнул, ослабляя хватку, после чего, получив кулаком под дых, позволил мне выскользнуть; с полминуты мы били друг другу морды, пока один из нас, изловчившись и подтащив оппонента к распахнутому окну, не вышвырнул его наружу, словно мешок цемента с платформы бортового грузовика… — АААААААААААА!!! — лихорадочно молотя руками вечерний воздух, сбитым Messerschmitt Bf.109 полетел со второго этажа не ожидавший подобного развития событий штутгартский оперативник. К счастью, рухнул он не на мой Porsche 914, хозяйский Opel или асфальт, а в кузов принадлежащего сетевой химчистке гружёного грязными матрацами пикапа Yugo Florida, отделываясь при этом лишь лёгким испугом. — Ты что натворил? — схватился за голову появившийся на пороге Адриано. — Ты же человека из окна выбросил! Да мы тебя… — выронив из рук горячительный напиток, рванул он вниз по лестнице. — И не возвращайся! — закрыв и заперев дверь, а также подперев её столом, оглядел я загаженную комнату. — Муссолини хренов! — Жив? Не ушибся? — в три прыжка очутившись возле югославского автомобиля, пощупал пульс напарника Менарини. — Давай пойдём наверх и дадим ему сдачи! — Я ему дам сдачи… — отряхиваясь, кое-как спустился с мягкого груза Эрнст. — Но другим способом. — Сунетесь сюда ещё раз — побью баллонным ключом, запру в багажнике и утоплю в озере Мак-Айт вместе с машиной! — бумажным дождём вылетела на улицу колода карт, после чего рама захлопнулась, заставив грохнуться крыльцо воткнутый в пластиковый крепёж над входной дверью гостиницы флаг ФРГ.

[Телеграмма «Молния»: Андерс — Айльтмейру, лично в руки: прошу освободить меня от выполнения данного задания двтч это переходит все границы зпт я больше не могу продолжать расследование тчк под удар попадают гражданские лица двтч раскрытие данного дела не оправдывает вложенных средств тчк.]

КОНЕЦ 2 СЕРИИ.