Самурайская тайна

Понедельник у парней проходит просто отлично. Утром они вместе едут в торговый центр, бродят по отделам с брендовым шмотьём. Братья даже не смотрят на ценники: просто несут на кассу понравившиеся вещи. Сумма не маленькая, но всё это вернётся с дальнейших концертов. Сегодня происходит что-то нереальное. Гаязовы как и раньше целый день проводят вместе: смеются до слёз над смешными вещами и кушают в любимых кафешках. И это восхитительно. Тимур широко улыбается, смотря в большие и до одури красивые глаза брата. В тёмных омутах отражается он сам, а это значит лишь одно: брат глаз с него не сводит, счастливо улыбаясь в ответ. — Поехали домой, — Ильяс закидывает руку на плечи брата, притягивая к себе и обнимая. — Отдохнём и будем песню писать. У меня появились идеи. — Ок, пошли. — они так и топают до машины. Попавшиеся на ходу «самураи» умоляют их сфоткаться, и парни не отказывают им в этом. Дома Ильяс рассказывает брату о своих идеях, и они вместе пишут текст к будущей песне. — Это будет хит, я уверен, — Тимур с гордым видом закидывает руки за голову, прислоняясь к спинке кровати. — Я тоже так думаю. Сегодня поищу биты и доведу до ума музон. А завтра, если чё, съездим на студию, запишем трек. — Ок, но не забывай, что завтра нам в Тулу ехать. — Помню. Всё успеем. Ильяс садится за ноутбук и до вечера просматривает биты у знакомых битмейкеров. А потом до середины ночи допиливает музыку к песне. Когда работа закончена, Ильяс поднимается со стула, потягивается всем телом до хруста костей и уже хочет идти спать, как замечает брата, спящего на его кровати. Тимур с телефоном в руке свернулся клубочком и сладко посапывал. Видимо, умаялся за день. Ильяс не смеет его будить. Лишь садится перед кроватью, смотря на безмятежное лицо младшего. — Какой ты красивый, Тим, — пальцами невесомо проводит по нежной щеке, переходя выше, где тёмные пряди волос спадают на лоб. — Не зря фанатки тебя любят, — густые брови хмурятся от шёпота, а губы поджимаются. — Шшш. Спи сладко, братишка. Доброй ночи тебе. Ильяс целует брата в лоб и уходит в его комнату, мгновенно засыпая от усталости. Завтрашний день будет насыщенным, но это будет завтра.

***

Утром, как и планировали, братья едут в студию звукозаписи. С первого раза записывают трек и довольные едут обратно. По пути заказывают еду на дом из любимого ресторанчика, ведь времени на готовку совершенно нет: вечером концерт в другом городе. Как только они переступают порог квартиры, в дверь звонит доставщик. Быстро и вовремя, как и всегда. Братья садятся на диван, включая сериал, и приступают к еде. — Досмотрим серию и собираться, — бубнит Ильяс с набитым ртом. — Ок. Ещё 20 минут осталось. Успеем. Второй день у них идеальная атмосфера. Никаких странных ситуаций, всё как раньше. Они снова делали всё вместе. Такого не было уже давно. Парни спокойно собирают всё, что нужно им для выступления. Водитель уже ждёт их под окнами, помогая братьям уложить чемодан, и они со спокойной душой едут в Тулу. Номер в отеле хороший, как и полагается для людей их круга. Гаязовы быстро оставляют там свои вещи, захватывая лишь необходимое, и выезжают на концертную площадку. Там в течении часа настраивают аппаратуру, всё проверяют и потихоньку запускают народ.

Концерт начинается.

Толпы фанатов визжат до безумия громко. Те, что стоят у самой сцены, тянут руки к братьям, готовые схватить их за что попало. Многие снимают происходящее на телефон, лишь бы запечатлеть на камеру самое ценное для них событие. Уже исполнены такие хиты, как «Гризли», «Увезите меня на Дип-Хаус», «До встречи на танцполе» и «Пьяный туман», а так же много других популярных песен. Самураи подпевают любимым артистам, танцуя вместе с Тимуром на припевах. Песня заканчивается, и припев следующей они начинают с битбокса. Затем включается оригинальный проигрыш песни «Не мани меня танцпол». — Споём специально для города Тула, — обращается Ильяс к визжащей толпе. — Специально для трезвых и пьяных людей. — Споём? — ладошки фанаток висят в воздухе, и Тимур с довольной улыбкой подходит к краю, хлопая некоторым по ладоням. Старший смеётся, когда девчонки от радости пищат ещё сильнее. — Ну что, вы готовы?! — фанаты кричат «да», и братья начинают. — Давай! — Мы этой музыки узники. Кто я такой без этих танцев? — пока Ильяс поёт, Тимур ходит по сцене танцуя. И когда он проходит мимо брата, легко проводит рукой по его спине. — Мы с тобой синие смурфики. — А ТЫ ПРОСИЛА ЖЕ НЕ НАПИВАТЬСЯ! — кричат они оба вместе с толпой фанатов. — Я уже пьяный, я уже валюсь с ног! — Тима поёт, прыгая и размахивая руками в своей манере. — УПАЛ НА ПОЛ, НО НЕ МАНИ МЕНЯ ТАНЦПОЛ! — фанаты поют вместе с ним. — Я уже пьяный, я уже валюсь с ног. Упал на пол, но не мани, но не мани меня танцпол. И чё! И чё! Атмосфера на концерте настолько офигенная, что парни, как и фанаты, ловят кайф от происходящего. Наконец, включается летняя песня, от которой тащатся многие «самураи». И когда дело доходит практически до припева, толпа начинает подпевать снова. — Ща бы дёрнуть на моря, а не это всё. Душа свободна, как ветра, и меня несёт. Ща бы дёрнуть на моря, но кто меня там ждёт? Море, белый песок. Море, белый песок. — Я так хочу туда, где нас будет трое: я, ты и море. Я, ты и море. — Тимур повторяет припев и начинает свой куплет, от которого фанатки просто текут. Он смотрит то в толпу, то на брата. — Море моё не волнуйся за нас. Мы дали ещё, ещё один шанс. Мне бы только в глазах её тонуть, а не падать. Научить её смеху, разучить её плакать. Младший поёт дальше, но мозг подкидывает ему очень странные картинки. Он тоже хочет на море, но почему-то вместо любимой девушки он представляет рядом с собой Ильяса. Как они вместе сидят у самой кромки воды, прижимаясь к друг другу и провожая взглядом уходящее солнце. Кажется, теперь это становится его несбыточной мечтой. — Там море и ты. Там море и я, — тянет младший, мельком смотря на Ильяса. Тот смотрит в ответ: — Ща бы дёрнуть на моря, а не это всё. Душа свободна, как ветра, и меня несёт. Ща бы дёрнуть на моря, но кто меня там ждёт? Море, белый песок. Море, белый песок. — Я так хочу туда, где нас будет трое: я, ты и море. Я, ты и море. Песня заканчивается, как и сам концерт. Толпа шумит, размахивая руками и крича о любви. — Спасибо! Спасибо, Тула! Было круто! — благодарит Ильяс, кланяясь толпе. — Всем удачных выходных! — Самураи, Мин Яратам! — кричит Тимур, махая рукой. — С вами были Gayazovs Brothers! Берегите себя! До встречи!!!

***

Тимур всё чаще замечает, что смотрит на брата по-особенному. Не как на брата, а как на любимого человека. На него хочется смотреть снова и снова. Вроде бы с детства знакомое родное лицо, которое по памяти нарисует без проблем, но каждый раз он подмечает в нём что-то новое. Новые морщинки в уголках глаз, ещё одна на лбу и переносице; взгляд стал серьёзнее, но по-прежнему добрый и заботливый; новая маленькая родинка на щеке, которой раньше не было, но от этого даже милее. Младший подмечает всё, и от этого только интереснее наблюдать за братом. Он также может легко зависнуть, смотря на красные губы брата, когда тот что-то рассказывает или зачитывает очередной текст. Естественно, Ильяс замечает это, спрашивая «что такое», но Тима лишь качает головой, мол «нет, ничего, всё норм». Осознание того, что он влюбляется в брата по-настоящему уже не пугает. Тимур просто с головой бросается в этот омут, пряча свои чувства внутри. Единственное, чего он сильно боится, так это реакции Ильяса, если тот узнает. Наверняка брат покрутит у виска и съедет с квартиры от ненормального младшего братца. И это пугает Тимура даже больше, чем сама любовь к парню. Так, что аж внутри неприятно ноет. Не думать об этом трудно, но сердце, сходящее с ума при виде брата, и дурацкие бабочки в животе отвлекают от плохих мыслей на раз два. Как оказывается, Ильяс тоже что-то испытывает к брату. Но в отличии от Тимура, который принимает свою влюблённость как есть, Ильяс наоборот бежит от неё. Да, ему нравится проводить время с братом, смотреть на него и разговаривать. Но тот случай, когда он постыдно дрочил в туалете на него, оставил свой след в его памяти. И каждый грёбаный раз, когда Тимур смотрит на него с улыбкой, стыдливые воспоминания накрывают с головой.

Надо забыть…

И он забывается. Ильяс всеми силами пытается переключить своё внимание на какую-нибудь девушку. Лишь бы не влюбиться в брата. Лишь бы не хотеть его до звёзд в глазах. Девушка находится довольно быстро. Красоток в его вкусе полно. Они сами пишут в соцсетях, оставляя свои контакты. И как только они снова возвращаются в Москву, Ильяс назначает этой мадам встречу. Девушка точно во вкусе Ильяса. В меру умная и интересная, красивая, без переделанного лица, и с хорошим чувством юмора. Они начинают созваниваться и переписываться каждый день. От младшего брата не ускользают странные звонки и тихие разговоры за закрытой дверью. Ильяс стал всё больше времени проводить в своей комнате, без конца зависая в телефоне. Сначала постоянные звонки были просто цифрами в телефоне, а после появилось короткое «Настя». Тимура это напрягает. Потому что Ильяс всё своё свободное время дарит какой-то тёлке, а не ему. В субботу у Гаязовых снова забито выступление в клубе, как и неделю назад. И в этот день Ильяс точно так же начинает куда-то собираться, уходя в ванную. У Тимура чувство дежавю. Неужели братец, как и в тот раз, припрётся домой пьяный и испортит выступление? Тима искренне надеется, что такое больше не повторится. Ильяс же обещал! От размышлений его отвлекает входящий звонок на телефоне брата. Снова эта «Настя» звонит. Как же она его бесит! Вроде не виделись ни разу, но раздражает своей навязчивостью. Сейчас тем более. Потому что телефон не замолкает, трезвоня и трезвоня. Четыре пропущенных и снова вызов. Тимур не выдерживает, отвечая на звонок. — Ильясик, привет! Ты чего трубку не берешь? — щебечет девушка тоненьким голоском. — Переживаю ведь. Я уже готова и жду тебя. Кстати, я тут купила обалденное вино! После него будет отличный… Рот открывается быстрее, чем мозг обрабатывает информацию. — Насть, сделай одолжение: иди нахуй, — не церемонится Тимур, заставляя собеседницу замолчать. — И отвали уже от моего брата. Сердце стучит как бешеное от адреналина в крови, когда слова уже сказаны, а в трубке раздаются короткие гудки. Что он наделал? И, главное, для чего? Тимур знал, что девушка хотела сказать «отличный секс». Это и взбесило мальчишку не на шутку. Брат только его и ничей больше! Никакого секса с этой надоедливой дурой. Не позволит! Пора бы уже признаться и себе, и брату, что влюбился окончательно и бесповоротно.

Ну вот и всё…

— Ты чё, ахуел?! — Тимур вздрагивает от грубого голоса за спиной, как от пощёчины. Эмоции отпускают в миг, а вот адреналин в крови ещё бурлит. — Это ты кого сейчас послал? Мою Настю? Ильяс стоит у двери в ванную, уже полностью собранный и готовый к свиданию, но совсем не готовый к таким выкрутасам младшего.

Мою Настю…

Слова бьют похлеще любого удара. Тимуру настолько обидно, что хочется наорать на брата, как в детстве, и убежать в свою комнату, душа в себе слёзы до скрежета зубов. У Ильяса от злости сжимаются кулаки. Как же хочется подойти и вдарить брату разок за отвратительную выходку. Но это же Тимур. Тимур, который смотрит на него с обидой и злостью. Что ещё за злость?! Может это Ильясу надо злиться? Ведь это его девушку послали на три буквы! Какое право он имел вообще с ней разговаривать?! Ильяс подлетает к Тимуру секунды за две, грубо хватая за воротник рубашки и хорошенько встряхивая. — Нахера ты это сделал?! — Ильяс смотрит брату в глаза, пытаясь хоть что-то понять, но тот не выдерживает, отводя взгляд в сторону. Тимуру нечего сказать. Точнее есть, но за это он точно получит по лицу. — Смотри на меня, когда я с тобой говорю. Старший ещё раз хорошенько встряхивает Тиму, вынуждая повернуться. В глазах Тимура по-прежнему плещется злость, обида и… непонимание? — Отвечай мне, когда спрашиваю! — снова кричит Ильяс, со всей силы припечатывая брата спиной к стене. Парень жмурится от удара и поджимает губы. — Ну?! Тебя бесит моя девушка или что? В чём причина? Отвечай! — Меня бесишь ты! — неожиданно выдаёт Тимур, не отводя взгляда. Ильяс на пару секунд перестаёт дышать, совершенно не ожидая подобного от родного брата. Он даже хватку ослабляет от удивления, но проглатывает неприятное давящее чувство, сжимая до побеления пальцы на чужой рубашке. — Да? — с разочарованием спрашивает Ильяс. — Бешу тебя, значит? — Тимур готов поклясться, что у брата глаза заблестели от слёз. — А девушка моя тогда причём? — Потому что ревную, — слова даются нелегко. - И люблю... — Её? Да у тебя же девок завались! — негодует брат, готовый высказать всё, что думает. — Не её. Тебя. Тимур только что своеобразно признался брату в чувствах. Он так боялся это сделать, но теперь словно гора с плеч. Ильяс поражённо замирает, переваривая услышанное. Он его что, любит? Одна простая фраза переворачивает всё вверх дном. Назад пути больше нет. Тимур смотрит на брата как побитый щенок: грустно и преданно. И у Ильяса от этого происходит атомный взрыв в голове.

Раз… Два… Три…

Ильяс резко сокращает между ними расстояние, целуя брата в губы. Тимур распахивает глаза в удивлении, никак не ожидая подобной реакции. Это что, сон? Или может подсознание так издевается над ним? Он сильно щипает себя за руку, но Ильяс никуда не исчезает. Всё по-настоящему. На трезвую голову. Брат целует его, сминая пухлые губы до красноты. Тимур позволяет брату углубить поцелуй, приоткрывая губы и отвечая на ласку. Мурашки пробегают по коже, когда чужой влажный язык сплетается с его собственным и исследует рот. Ильяс не может оторваться от сладких губ брата, посасывая то верхнюю, то нижнюю губу, то снова уделяя внимание языку, вытворяя во рту что-то невообразимое. Тимур думает, что сойдёт сейчас с ума, потому что это для него слишком. Старший обхватывает его лицо ладонями, чтобы было удобнее целовать, а тот поддаётся чувствам, сминая пальцами чужую футболку. Им обоим сносит крышу от поцелуя, а возбуждение пружиной затягивается внизу живота. Ильяс жмётся к нему сильнее, потираясь бёдрами о чужой пах, и Тимур не выдерживает, хрипло стонет, распаляя брата сильнее. В штанах разом становится слишком тесно. Младший чувствует возбужденный член брата через слой одежды, и это вдвойне сводит с ума. Потому что осознание, что любимый человек хочет тебя до безумия, возбуждает намного сильнее. Сердце набатом стучит в голове, а лёгкие горят от недостатка кислорода. Кажется, надо остановиться, пока всё не зашло слишком далеко. У Тимура губы сводит от возбуждения и руки трясутся от переизбытка эмоций. Что брат вытворяет с ним? О том же самом думает и Ильяс, разрывая поцелуй и сбитым дыханием опаляя нежное ушко. Болезненное возбуждение прилично давит, но оба пытаются успокоиться. Сейчас ещё не время, они оба не готовы. Но в следующий раз он своего не упустит. Ильяс ставит руки по обеим сторонам от брата, прижимаясь лбом к его лбу. Дыхание ещё сбито, мысли путаются, а от бешеного стука сердца закладывает уши. — Мин сине яратам, — тихо слетает с покрасневших губ. — И я тебя, Тим, и я. Они хрипло смеются над собой, ведь влюбиться в друг друга, будучи родными братьями, это нонсенс. Но им плевать. На лицах обоих расцветают счастливые улыбки, а после губы снова занимаются приятным делом.

Ведь целовать брата — самая приятная для него вещь.