Проблеск (Glimpse)

Прощание c Беверли не наполнено драматизмом. Она заказывает на завтрак какие-то причудливые блинчики и отправляет Ричи в аэропорт, крепко обнимая и милостиво принимая поцелуй в лоб в ответ. Очень скоро он оказывается в своём номере в Алтанте, сталкиваясь с осознанием того, что у него нет никакого плана дальнейших действий и идей. Ричи думал, что что-нибудь снизойдет к нему по пути. Он не знает место проживания Стэна, его номера телефона, а если позвонить Майку, то тот сразу же догадается о намерениях Ричи. Однако, Майку он всё же звонит, когда, сидя в постели и тупо уставившись в выключенный телевизор, ему в голову приходит внезапное волшебное решение. Они недолго разговаривают, и Майк рад послушать о недолгом одиноком путешествии Ричи. Неудивительно. У него есть предложения: места назначения, рестораны, туристические ловушки, музеи, всё, о чём только можно подумать. Список растёт до тех пор, пока он не обещает просто отправить его сообщением, вместо того, чтобы ожидать, что Ричи сам всё запомнит. Когда их разговор заканчивается, Ричи долго бессмысленно моргает, глядя на экран своего телефона, а его колени лениво подпрыгивают, свернувшись в полусогнутом положении на кровати. Он чувствует себя идиотом, когда ему наконец приходит в голову мысль просто погуглить имя Стэна. Это так очевидно. Он работает в бухгалтерии, вероятно, в крупной фирме в городе, судя по тому, что Ричи помнит из его рассказов в Дерри. Имя и контактная информация Эдди указаны на его рабочем сайте (Ричи однажды искал, любопытствуя, и провёл час, разрываясь между смехом над его серьёзной прилизанной фотографией в стиле ежегодника, где было приписано Эдвард Каспбрак, и уставившись на неё, как влюблённая девочка-подросток). Нетрудно догадаться, что у Стэна есть нечто такое тоже. К счастью, его имя редкое, поэтому требуется немного времени, чтобы найти его. Он упоминается в статье, которую Ричи не читает, но это помогает ему отследить название фирмы, в которой он работает, и, вот так просто, у него есть адрес. Это даже, в какой-то степени, разочаровывает, думает Ричи, когда приходит понимание, сколько времени у него заняли поиски (всего несколько минут). Он может теперь себе признаться ― его просто занимала мысль поиграть в частного детектива немного подольше. Есть адрес и фотография здания компании, даже некоторые отзывы о ней. Кто использует Гугл для размещения отзывов бухгалтерских фирм? Зачем? Оказывается, Стэн работает недалеко от его отеля, и осознание этого почти заставляет его выпрыгнуть из постели и в одно мгновение отправиться в дорогу. Нервозность скручивает всё внутри него и приковывает к месту, поэтому он разрывается между тем, чтобы встать и уйти, и тем, чтобы сидеть на месте снова и снова, пока у него не закружится голова. Однако, он решает, что сейчас уже слишком поздно, чтобы считать его порыв хорошей идеей. Ричи понятия не имеет, что такое настоящая работа, как у Стэна, и, насколько Ричи знает, он может быть уже дома. Не похоже, что он может позвонить Эдди и задать пару вопросов, не вызывая подозрений, так что остается только ждать. Может быть, к завтрашнему дню он соберется смелости и пойдёт, не испытав панической атаки. Завтра утром. Рано. После завтрака? Тем временем он возвращается к изучению сайта, ожидая ужин. Здесь нет профиля Стэна или что-ещё, но зато есть его фотография рядом с контактной информацией и списком специализаций. Обычная фотография, с едва заметной улыбкой. Волосы у него вьющиеся и темнее, чем помнит Ричи. Он вырос заметно красивым, но всё ещё выглядел точно так же, как в детстве: тот же рот, нос, глаза со скрытым блеском чего-то коварного в них. Ричи с легкостью может представить, как он закатывает их, как всегда делал.

***

Утром Ричи требуется время, чтобы вытащить себя из отеля. Ему страшно, и он чувствует себя оленёнком, выходящим на главную автостраду. Уже позднее лето, осень не за горами, и, конечно, в Атланте миллион градусов, а влажность такая, будто город хочет его утопить. Войти в здание бухгалтерской фирмы, охлажденное кондиционером, всего на секунду ― испытать облегчение, прежде чем Ричи вспоминает цель своего посещения. Его план... Что ж, кажется, нет у никого никакого плана. Спросить, где Стэн, и направиться к нему, будто Ричи там самое место? Может быть, если он будет вести себя так, как подобает, то не будет выделяться. Возможно, если бы он всё спланировал заранее, то надел бы что-нибудь другое, а не рубашку с принтом Гремлинов. Хотя, имеет ли это значение? Он мгновенно выделяется, и в любом случае нет никаких справочников или указателей, поэтому ожидающая секретарша смотрит на него так, словно пытается оценить уровень его угрозы. ― Могу я чем-то помочь? ― спрашивает она, не торопясь вызывать охрану. ― Эм, да, ― Ричи в последний раз оглядывается по сторонам, отчаянно надеясь найти Стэна, околачивающего прямо здесь. ― Мне нужен Стэнли Урис. Она печатает что-то на клавиатуре. ― У вас назначена встреча? ― Не совсем, я... ― Ричи колеблется. Он ― что? ― Мне нужно его увидеть. Идеально. Ни капли не подозрительно. ― Тогда вам нужно назначить встречу. ― Я быстро, ― торопливо обещает Ричи. ― У мистера Уриса встреча через десять минут. ― Я займу не больше трёх, ― он подмигивает. ― Никогда не занимаю больше. И, наконец, она одаривает его новым взглядом. Секретарша моргает, оторвавшись от экрана компьютера, и внимательно смотрит на него. ― Вы тот самый комик, да? ― спрашивает она. "А, блядь, ― вспоминает Ричи. ― Я же знаменитость. Знаменитым людям нужны бухгалтеры." ― Вы понравились моей девушке в том фильме, ― продолжает она, как будто Ричи не пялится на неё, как мультяшный персонаж, только что ударившего по голове. ― Э-э, спасибо, ― он откашливается, подготавливаясь к своему новому наступлению. ― Да, я и есть тот самый комик. Я ищу бухгалтера, и мне порекомендовали Стэнли. Я просто хотел встретиться, присмотреться к нему, чтобы не делать поспешных решений. Секретарша, прищурившись, смотрит на него со своего места, размышляя. ― Три минуты. Пятый этаж и налево. ― Огромное спасибо. Он идёт быстрым шагом, всё ещё пытаясь выдать себя за парня, ищущего бухгалтера. Никто не приходит в такой восторг от своих налогов или чего-то ещё, что они бегут на полной скорости в офис своего бухгалтера. Поэтому он изо всех сил старается быть спокойным, но всё равно нажимает кнопку вызова лифта примерно сто раз в секунду, как только добирается туда. Желудок Ричи скручивается в узел всю дорогу на лифте. Кожа гудит, грудь трепещет, ему приходится сжимать и разжимать руки по бокам, чтобы высвободить энергию, сбросить напряжение. В лифте Ричи находится один, что облегчает ситуацию, потому что, вероятно, он проявляет признаки ненормального поведения. Лифт оповещает об остановке, и времени думать о своём поведении не остаётся. Повернуть налево. Ряд дверей. Ричи не знает, заметил ли кто-нибудь его появления. Взгляд устремлён на таблички с именами на каждой двери, мимо которых он проходит. Четвёртая дверь. Стэнли Урис. Дверь приоткрыта словно для того, чтобы отпугнуть нежданных гостей перед тем, как он отправится на совещание. Но Ричи всё равно толкает её. После всего он не собирается останавливаться из-за слегка закрытой двери. Он стучит костяшками пальцев по двери, и та бесшумно распахивается. Стэн стоит за своим рабочим столом, отвернувшись от двери, и возится с какими-то бумагами. Он одет профессионально, но выглядит менее напряжённым, чем Эдди. На нём мягкий свитер, натянутый поверх застёгнутой на все пуговицы рубашки, и Ричи видит, что, когда тот начинает поворачиваться, галстука нет. Он выглядит более здоровым, чем в последний раз, когда Ричи видел его в больнице в Дерри. Рядом с ним на стуле с колёсиками лежит открытый рюкзак с ноутбуком внутри; он собирал вещи. ― Извините, я уже собираюсь... ― Стэн замолкает на полуобороте, потрясённо глядя на Ричи, разинув рот. Он не издаёт ни звука. ― Привет, Стэн. Глаза Стэна бегают по комнате, как будто он ожидает, что кто-то из других Неудачников вылетит из-за картотечного шкафа или выбежит со скрытой камеры, чтобы объявить, что его разыгрывают. ― Что ты здесь делаешь? ― спрашивает он. Его голос звучит неувереннее, чем ожидал Ричи. ― Это Оно... Что-то?.. ― Нет! Стэн, похоже, готов расплакаться от облегчения. ― Я просто... Хотел тебя увидеть. Я проведал всех остальных, и мне казалось неправильным не проведать тебя. ― Мне нужно идти на совещание, ― объявляет Стэн. Как будто это ещё одна неприятная ситуация. Он смотрит на часы и застегивает молнию на сумке. ― Мы могли бы пообедать после твоего совещания? ― настаивает Ричи. Он может казаться отчаявшимся, потому что так и есть ― он в отчаянии. ― Я занят, ― вежливые нотки в его голосе исчезли, тон стал ровным и безжизненным. Он проходит мимо Ричи на намеренном расстоянии и выходит из кабинета без него. ― Стэн? Стэн уже продвигается дальше по узкому коридору офисов, не останавливаясь и не отвечая. Ричи уходит, чувствуя себя подавленным.

***

Вечером он звонит Эдди, желая хоть чем-нибудь поднять себе настроение ― послушать какую-нибудь глупую история или устроить с Эдди перепалку, в которые они часто ввязываются, но слишком потешные, чтобы перерасти в настоящую драку. Увы, у Эдди тоже паршивое настроение, и им обоим нечего сказать. Ричи пока не может объяснить, почему он так расстроен, а Эдди, испытывая давление, говорит только "о работе". ― Может, тебе лучше уволиться?― предлагает Ричи. ― Твоя работа, блядь, сносит тебе крышу. ― И что потом делать? ― недоверчиво спрашивает Эдди. ― Не знаю. Расслабься, поживи на свои сбережения. Вероятно, Эдди из тех, у кого есть обстоятельный бюджет, идеально сбалансированный депозитный счёт и пенсионные накопления, думает Ричи. Эдди фыркает. ― Я недавно развёлся, Ричи, мои сбережения ― дерьмо на палке. ― Бля, реально? ― спрашивает Ричи. ― Ну, пиздец. ― Ага, да, ― он слышит, как Эдди пожимает плечами. ― Но мне это помогло ускорить процесс развода, нежели если бы я боролся за них настойчивее. ― Она судилась с тобой за это? ― откинувшись на спинку кровати, Ричи начинает понемногу расслабляться. Разговоры помогают отвлечься. ― Она и не верила, что я гей, ― объясняет он. ― Думала, что у меня нервный срыв. ― Господи. ― Ну... ― Эдди издаёт едва заметный смешок. ― Я ведь разбил свою машину, исчез и появился через несколько недель с дырой в груди, объявив, что я гей. Тут и думать долго не надо, в чью пользу всё уйдёт. Ричи никогда по-настоящему не задумывался о реальном влиянии их воссоединения в Дерри на всех остальных Неудачников. Если не считать таких очевидных изменений, как уход Майка, развод Бев и всё такое. Билл работал над каким-то фильмом, и Ричи понятия не имеет, какая там концовка. У Бена сорвалось несколько контрактов? Как разобрался Стэн с некоторыми вещами после возвращения домой? ― Но это сработало. Я прошёл профессиональную проверку умственных способностей и поторопил процесс после этого, ― вздыхает Эдди. Ричи пытается представить его сидящим в пижаме, поджав колени, как он всегда сидел с Ричи. Кермит прижался к его бедру в поисках внимания. ― Мне не терпелось съехать. ― Прямо в твою пиздецки-претенциозную квартиру. ― Завали, ― в словах Эдди нет агрессии, только старый добрый уют. ― А мне нравится эта квартира. Квартира хорошая. Ричи знает, что для Эдди это значит больше, чем просто крыша над головой. Его первый настоящийглоток независимости. ― Она лучше, чем моя помойка, ― отвечает Ричи. ― Я не осуждаю. ― Собираешься съехать? ― задаёт вопрос Эдди. ― Да, скорее всего, ― Ричи раскрывает мысленную карту Лос-Анджелеса, где он хотел бы поискать квартиры. Он лишь временно задерживается на маленьком голубом оштукатуренном домике в Палм-Спрингс с небольшим бассейном снаружи. ― С течением времени. ― Тебе нравится ЭлЭй? ― Да, то есть... ― Ричи пожимает плечами, хотя Эдди этого не видит. ― Здесь вполне мило. Впрочем, смена обстановки мне бы не помешала. И разговор набирает обороты ― они говорят о переезде, о районах, и о том, какие вещи нужно купить в походе по магазинам. Эдди хочет место, где можно побегать и тихих соседей; Ричи надеется на ближайший кинотеатр и на продуктовый магазин в нескольких минутах ходьбы. Кажется, желание Ричи иметь поблизости кинотеатр сначала удивило Эдди, пока он в конечном счёте не признает, что это имеет смысл для Ричи. Он всегда увлекался кино, со своими отсылками, цитатами и микстейпами. ― Что-нибудь смотрел недавно? Эдди звучит... Не устало, но, может быть, лениво? От него сквозит комфортом и спокойствием. ― Только то, что показывают по телевизору в отелях, ― Ричи ещё глубже зарывается в свои чересчур мягкие гостиничные подушки. ― Я посмотрел "Новую Планету Обезьян" вместе с Бев. ― Хороший был фильм? На заднем плане пищит Кермит. Ричи смеётся, хрипит: ― Не, чувак, херня. В кинотеатре было человек пять, и мы всё время смеялись. ― Нам бы... ― Эдди зевает, дыхание прерывается из-за такого глубокого зевка. ― Надо было сходить в кино. ― Ложись спать, Эдс, ― ему приходится приложить усилия над собой, чтобы снова не рассмеяться. Эдди клонит в сон, как ребёнка на вечеринке с ночёвкой, пытающегося поговорить о дурацком фильме. ― Мы можем посмотреть фильм в любое время. Эдди молчит достаточно долго, и Ричи начинает подозревать, что тот действительно заснул, разговаривая по телефону. Наконец он нарушает молчание. ― Угм. Я хочу. ― Конечно, ― Ричи улыбается с такой нежностью, что у него внутри все болит. ― Посмотрим какой-нибудь идиотский фильм. ― Угу, ― раздаются звуки шарканья, когда Эдди двигается, мягкое бормотание, когда он садится. ― Спокойной ночи, Рич. ― Спокойной ночи.

***

На следующий день Ричи возвращается в офис Стэна, но не входит. Он никак не мог убедить секретаршу впустить его в кабинет Стэна без предварительной записи во второй раз, и поэтому его запасной план состоял в том, чтобы дождаться, когда Стэн выйдет в обеденное время, и схватить его. План не идеален, но это лучшее, что он может придумать после тридцати секунд размышлений, и это действительно всё, на что у него хватает времени и мозгов. Поэтому он садится за столик возле кафе на другой стороне улицы и в ожидании потягивает третий стакана со льдом. Часы бьют одиннадцать, и, может быть, Стэн просто не любит обедать рано. Затем полдень тает вместе со всем льдом в его ягодном лимонадном напитке, а час дня проходит даже без признаков Стэна, покидающего здание. Ричи приходит к ужасному осознанию ― Стэн, должно быть, упаковал свой обед и ест внутри здания. Он пишет Эдди, так как не знает, что ещё делать. "ты приносишь еду с собой на работу, да?" Эдди быстро отвечает. "Обычно, да. А что?" "но иногда ты куда-то выходишь?" "Иногда..." Эдди посылает второе сообщение сразу после первого: "Что все это значит?" "пишу книгу о самой скучной корпоративной распродаже на земле и занимаюсь исследованиями." Эдди отвечает строкой смайликов со средним пальцем и ничем больше. Это становится основой для дальнейшего плана Ричи. Если Эдди иногда обедает вне своего офиса, то Стэн, вероятно, тоже. Поэтому он сдаётся и возвращается на следующий день, на вид как торчок, только вместо наркотиков лимонад и кофе со льдом снаружи этого кафе, и ждёт. И поступает так же на следующий день. И ещё один после этого. Каждый раз он уходит после часа дня, вместо того чтобы ждать до конца рабочего дня. Ричи не хочет выглядеть как настоящий сталкер или заставлять Стэна чувствовать себя в ловушке, или выглядеть так, будто он собирается последовать за ним в его дом и съесть его семью. Обед это безопасный выбор, нейтральный, временный. Наконец он видит Стэна, покидающего здание. Он один, смотрит в свой телефон и небрежно идёт по тротуару. Ричи практически вскакивает со стула и бежит через улицу, едва проверяя, не задавит ли его машина. Стэн не выглядит взволнованным, когда замечает Ричи, бегущего за ним, но он также не выглядит сердитым, так что это своего рода победа. ― Стэн, пожалуйста, ― выдыхает Ричи, запыхавшийся от резкой пробежки. ― Я просто хочу поговорить с тобой. ― Ты что, просто ждал меня снаружи? ― спрашивает Стэн. Он оглядывается через плечо Ричи, как будто может обнаружить кучку преследователей, устроивших жуткий маленький лагерь. ― Пожалуйста, ― умоляет Ричи. ― Пожалуйста, пообедай со мной, и я никогда больше не побеспокою тебя, если ты этого хочешь. Стэн долго смотрит на него, молча и задумчиво. Точно так же он смотрел на Ричи, когда они были детьми, предлагавшего забеги по деревьям; Стэн знал, что это плохая идея, знал, что вернётся домой с ободранными ладонями и испачканными травой коленями. И, как и всегда до этого, он кивает: ― Ладно, хорошо. Они идут вместе (или Стэн идёт, Ричи плетётся позади, как нетерпеливый пёс) в какую-то забегаловку с сэндвичами и салатами, где-то неподалёку от места работы Стэна. Они делают заказ на сенсорном экране и находят места за крошечным уединённым столиком напротив друг друга. У них обоих есть маленький квадратный значок, который загорится, если их еда будет готова. Ричи пару раз крутит свой на столе, прежде чем отодвинуть его подальше. Когда Ричи ничего не говорит, Стэн поднимает на него глаза. ― И что тебя заставило прийти? ― задаёт вопрос Стэн. Сдержанный, спокойный. ― Мне просто нужно было увидеть тебя своими глазами, ― отвечает Ричи. ― Чтобы убедиться, что с тобой всё в порядке. Стэн моргает. ― Ты же знаешь, что это безумие, да? ― Приходить сюда? ― спрашивает Ричи. ― Или сидеть рядом с местом твоей работы? ― И то, и другое. ― Ну, у меня был сумасшедший год, ― объясняет Ричи. Стэн так сильно приподнимает бровь, что Ричи вынужден прервать себя на полуслове. ― Да, я знаю, но реально. Я был, эм, в плохом состоянии несколько месяцев назад. Рассказывать эту историю тому, кто о ней ничего не знает ― новый вид трудности. До сих пор все в какой-то степени понимали, что Ричи находится в плохом положении, основываясь, по крайней мере, на том факте, что он находится в реабилитационном центре. ― У меня были кошмары и тревожность, словно всё, что было в Дерри, просто прилипло ко мне. ― Сейчас Ричи это кажется чем-то нереальным. Он был так занят переездами, мыслями и планами, что даже не подумал о дурацком сраном клоуне. ― Я со всеми оборвал связь. Стэн заметно замирает. Он смотрит через стол на Ричи, словно ждёт продолжения или надеется на смену темы. Может быть, он надеется обнаружить, что Ричи ― галлюцинация, и он может просто вернуться к работе. ― И я сожалел об этом больше, чем о чем-либо другом. Положив руки на колени, Стэн моргает и снова смотрит на стол. Ричи не может понять, то ли он нервно теребит пальцы, то ли сидит неподвижно. ― Я отправился в реабилитационный центр и ходил на терапию, ― Ричи прикусывает нижнюю губу, чувствуя, что часть кожи сухая и, скорее всего, отслаивается. Наверное, из-за всего его нервного покусывания губ. Ричи начинает говорить что-то ещё, но их прерывает (спасает, судя по тяжелому вздоху Стэна и тому, как он вскакивает со своего места) громкое жужжание их маленьких пластиковых квадратиков. Они вместе хватают еду, и когда снова садятся, напряжённая атмосфера немного спадает. Он съедает луковое кольцо, не чувствуя вкуса, и продолжает: ― Я ездил туда-сюда, чтобы встретиться с Неудачниками один на один, и мне было так легко. И наконец-то, наконец-таки Стэн снова смотрит на него. Встречает его в упор. ― Я тоже прохожу терапию, ― отвечает он. ― Я не... Я не самоубийца. Ты ведь это знаешь, верно? ― Я никогда не думал так, ― соглашается Ричи. ― Оно просто добралось до тебя первым. Но ты надрал ему задницу. Тень улыбки пробегает по лицу Стэна, и Ричи не чувствует границ. ― Не я ведь оторвал ему руку или что-нибудь ещё, ― замечает Стэн. ― Нет, ну. Я был очень зол. ― А Эдди?.. С помощью двух слов Ричи понимает ― всё можно исправить. Его беспокойство о благополучие Эдди ― достаточно хороший знак для Ричи, чтобы поверить, что Стэн думает о них. Если он думает о них, может быть, он скучает по ним. Ему приходится изо всех сил сдерживать улыбку, чтобы ответить. ― С ним всё хорошо, ― произносит Ричи. ― Развёлся. Стэн смотрит на Ричи с каким-то безымянным значением, но всё, что он говорит, это: ― Хорошо. ― Я просто хотел сказать тебе, ― Ричи идёт дальше, быстрее, когда вкусил надежду. ― Как человек, который сделал всю эту штуку с изоляцией, а потом передумал, это было не лучшей идеей. ― Я... Думал об этом, ― признаётся Стэн. Он всё ещё не притронулся к еде. ― Мой терапевт хотел, чтобы я связался с вами, но мне было так неловко. Как будто я тянул слишком долго. ― Я всё ещё, типа... ― Ричи машет рукой перед собой, подыскивая точную фразу, которую он хочет из себя вытащить. Он также был часто придирчив к формулировкам в своём стендапе, но сейчас Ричи не перед бумагой, он не может перечеркнуть и начать всё сначала. Ричи хочет сделать всё правильно. ― Всё ещё учусь верить, что заслуживаю их. И ты тоже. Они скучают по тебе. Когда Стэн вздыхает, его дыхание прерывается, совсем чуть-чуть, но этого достаточно, чтобы Ричи смог уловить. Должно быть, он встревожен, потому что Стэн откидывается на спинку сиденья и скрещивает руки на груди. Он глубоко дышит ещё пару раз, медленно и ровно. ― Это... ― он откашливается, когда его голос срывается. ― Чёрт. Вот почему я не хотел есть на людях. Я тебя ненавижу. Его выражение лица так же невозмутимо и серьёзно, как всегда, но постепенно маска спадает. Его брови расслабляются, а губы складываются в едва сдерживаемую усмешку. Когда она улавливается и Ричи недоверчиво смеётся, улыбка Стэна расползается, натягивая щёки и показывая зубы. Он выглядит намного моложе, когда улыбается. Получасовой обед проходит быстрее, чем ожидал Ричи, и они едва успели продолжить разговор, как их прервал сигнал на телефоне Стэна. Он упаковывает свою еду и поднимается со своего места. Ричи поступает так же, руки не координируются от новой волны нервозности, захлестывающей его. ― Завтра пообедаем? ― его горло сжимается от беспокойства, когда он спрашивает. ― Определённо нет, ― Стэн отвечает, смеясь, как будто это должно быть очевидно, но это поражает шоком. Ричи пытается ответить с тем пониманием, которое, как он утверждал, у него появится, когда он убедит Стэна пообедать, но слова стоят комом в горле. Вкус надежды, который начал клокотать внутри него, сворачивается в его животе, и его кожа становится горячей от отказа. Должно быть, это отражается на его лице, потому что, когда Стэн отрывается от своего контейнера, его глаза расширяются. ― Я имею ввиду, не в общественном месте! ― он оглядывается вокруг, словно выискивая потенциальных подслушивателей. ― Я достиг своего лимита, чуть не заплакав на людях, на всю оставшуюся жизнь. А от этого хочется плакать Ричи. От облегчения. Страх, убеждающий, что эта встреча ― последнее прощание, улетучивается. Ричи кивает ― единственное, на что он способен на данный момент. ― Может, ужин? ― предлагает Стэн. ― Если встретимся завтра в 4:30, поедешь со мной домой. ― Ага! Да, хорошо, ― Ричи даже не пытается скрыть своё нетерпение. ― Встретимся снаружи. Они покидают заведение вместе. Ричи берёт свои холодные сырые луковые кольца, как будто он вообще их хотел. Тревога полностью уничтожает его аппетит и гарантирует, что он внезапно проголодается поздним вечером. Он идёт со Стэном обратно к его месту работы, несмотря на то, что отель Ричи находится в противоположном направлении, не спеша и смакуя каждую секунду. ― Ты собираешься отвезти меня к себе домой? ― спрашивает Ричи. ― Типа, к своей жене? ― Может, это и сводит меня с ума, но да, ― усмехается про себя Стэн. ― К моей жене. ― Что это? ― Ричи тычет локтем, наполовину в шутку, наполовину с постыдным трепетом. ― Боишься, что она возненавидит меня? ― Вовсе нет, ― поправляет Стэн. Та же ухмылка обращена к Ричи. ― Боюсь, что ты ей понравишься. Ричи улыбается в ответ. Они обнимаются перед зданием фирмы Стэна, и Ричи требуется больше самоконтроля, который был, вероятно, зарыт у него глубоко внутри, чтобы отпустить Стэна и не смутить их обоих посреди переполненного тротуара. Ричи не говорит ему, что будет скучать (хотя знает, что будет), потому что через день они снова будут вместе, так что признание в таком случае прозвучало бы дико.

***

Ричи чувствует себя более уверенно, чем когда-либо за последние месяцы, вернувшись в свой гостиничный номер. Наконец-то он освободился от смутного грызущего чувства, что ему чего-то не хватает, мучившее месяцами. Стэн не отмахнулся от него, Стэн поинтересовался Неудачникам, Стэн всё еще заботится о них после всего. В нём зарождается ещё больше облегчения, чем в больнице, когда он убедился, что не умирает. Ричи с нетерпением ждёт завтрашнего ужина, и не знает, чем себя занять, поэтому отвлекается как только может. Он недолго переписывается с Неудачниками, придумывая что-то неопределённое о погоде на Юге, слишком влажной для его хрупкого существа, привыкшего жить в пустыне. И это, ко всему прочему, не ложь ― он потеет так, словно на этом готов заработать денег ― но и не совсем правда. И как раз в момент его размышлений ― нормально ли будет лечь спать до заката солнца только потому, чтобы скоротать время? ― он получает личное сообщение от Эдди. "ты занят?" Ричи набирает номер Эдди ещё до полного осознания своих действий. ― Хэй, ― отвечает Эдди. ― Извини, что отвлекаю. ― Это я позвонил тебе, приятель, ― Ричи плюхается в неудобное маленькое кресло у себя в комнате и кладёт ноги в носках на угол кровати. Такое положение заставляет его ссутулиться, что, скорее всего, чуть позже убьёт его спину, но сейчас ему комфортно. ― Чем занимаешься? ― Тусуюсь с Кермитом. Ричи любит, что для Эдди сидеть с котом на диване ― это значит тусоваться. Вот просто... Любит Эдди за это. Почему-то больше в эти обыденные моменты, чем в любое другое время. Он бы хотел пообщаться с ними по фейстайму, и видеть их обоих, сидящих вместе после работы (но они не пообщаются, потому что Эдди ― технический сноб, который отказывается покупать продукцию Apple, и потому что у него нет никакой надежды в солидарности Ричи). Снял ли Эдди галстук? Он всё ещё в своих красивых брюках и чёрных носках сидит на диване? Наверное, нет, помнутся же. Он прерывает задумчивое молчание Ричи. ― Я порвал с Тревором. Внезапно Ричи рад, что они общаются не по фейстайму. Его ноги соскальзывают с угла кровати на пол с глухим стуком, который болезненно выводит его из странного полусидячего положения. Ему приходится бороться с любой реакцией, которую пытается вызвать его лицо: полуулыбка, полуоткрытый рот. ― О, нет? ― почему его "о, нет" звучит как вопрос, смутно удивляется Ричи. Сейчас его мозг слишком рассеян для правильного перевода его мыслей в слова. Или он работает слишком усердно, чтобы выдать только его уместные и не радостные мысли. ― Отстой, мне так жаль, мужик. Он не жалеет. Он никогда не был так рад услышать плохие новости. ― Да ладно, ― ворчит Эдди. ― Мы были вместе не так уж и долго, но всё же... Не знаю. ― Нет, я... ― Ричи ещё больше откидывается на спинку кресла, но уже не в такую удобную позу, как раньше. ― Он, типа, был первым твоим официальным парнем. Что случилось? ― Эм, ― когда Эдди шевелится, раздаётся шарканье. ― Ничего особенного, просто разная мелочь. Ему не нравились шоу, которые я смотрел, слишком интересовался, почему я дружу со странным количеством известных людей. ― Воу, звучит ужасно, ― комментирует Ричи. ― Тихо, ― отрезает Эдди. ― Засранец. Ричи смеётся. Он не понимает, что такого забавного в том, что Эдди иногда на него злится. Противопоставление, догадывается он, между жгучим кислым тоном его голоса и полным отсутствием за ним настоящего гнева. ― Это реально отстой, ― Ричи плохо, если Эдди плохо. Он может радоваться, что Тревор ушёл, и в то же время сочувствовать Эдди. ― Всё нормально. Я в порядке, ― настаивает Эдди. ― А ты что делаешь? Бев говорит, что у тебя какие-то секреты в плане путешествия. ― Никаких секретов! ― он разыгрывает обиду. И правда, что такого в его уклончивых ответах и в том, что он не сообщает своё местоположение. ― Я просто... э-э... Нет секретов! ― Ты себя нормально чувствуешь? ― спрашивает Эдди. Голос у него нервный, почти неуверенный. Боится обидеть Ричи, намекая, что он обеспокоен. На самом деле не должно быть ничего удивительного в том, что молчание и неопределённость Ричи могут вызвать тревогу у его друзей, но это всё ещё так. Хоть оно теперь и преуменьшено. ― Да, всё отлично, ― Ричи заикается, колеблется и рискует. ― Я в Джорджии. Эдди долго молчит. Ему не нужно спрашивать, он уже точно знает, почему Ричи в Джорджии. Затем, наконец, осторожно интересуется: ― Ты его видел? Он говорил с тобой? ― Мы сегодня обедали вместе, ― отвечает Ричи. ― Господи, Ричи, ― голос Эдди дрожит, должно быть, это было последнее, что он ожидал услышать. ― С ним всё хорошо? ― Да, кажется. Стэн выглядел здоровым, чистым и... Есть ли антоним к слову растрёпанный? Стэн сегодня за обедом выглядел очень не растрёпанным. ― У нас было всего полчаса, но всё же. ― Так... Так что ты собираешься делать? ― спрашивает Эдди. ― Раздражать его дружбой? ― Я не знаю! ― почти вопит Ричи. Как будто у него есть план. Он просто очутился в Джорджии без какого-либо плана действий. ― Наверное? Это сработало, когда нам было по семь! 1983 год на школьной площадке, гораздо меньший по габаритам Ричи тащился за гораздо большим Стэнли, снова и снова умоляя его сыграть с ним на перегонки, потому что никто другой не хотел. Тогда Стэн в итоге сдался. Задолго до Билла и Эдди был Стэн, и они всё делали вместе, они были ближе, чем братья. Ободранные колени, велосипедные гонки и соревнования кто кого перегонит по росту. Когда им исполнилось десять лет, они вместе вступили в бойскауты; Ричи продержался шесть недель, прежде чем ему это надоело, и он бросил. Он ненавидел собрания, но Стэн всегда приходил домой и учил Ричи всему, что узнал, как будто это не имело значения, что Ричи бросил клуб. Раздражать Стэна дружбой на самом деле отлично получилось в первый раз, теперь, когда Ричи вспоминает об этом. Почему это не должно сработать во второй? ― Не говори пока остальным? ― мягко просит Ричи. ― Я не хочу вселять в других надежду, если он скажет мне отъебаться. ― Хорошо, я не скажу, ― соглашается Эдди.

***

Следующий день кажется нереальным. Время каким-то образом одновременно кажется бесконечным и скоротечным. Он весь день ничего не делает, слишком скучает, чтобы сидеть без дела, но слишком напряжён для каких-либо занятий. Каждый раз, когда он пытается немного успокоиться, его мысли перескакивают на Эдди, недавно одинокого и... И что? Ничто в их разговоре не указывало на то, что Эдди кого-то искал для отношений, так что это определённо не означало, что он рассматривал Ричи. Сейчас там даже думать не о чем. Он благодарен, что прогулка до работы Стэна дала ему возможность чем-то заняться и о чём-то подумать. В машине (Патти называет её "Седанли", как ему сказали) они ещё немного болтают. Стэн любит свою работу, говорит он Ричи. Ему нравится Атланта, и его коллеги наконец перестали вести себя подозрительно по поводу его внезапной госпитализации в прошлом году и больше не ходят вокруг него на цыпочках. ― Патти не терпится с тобой познакомиться, ― выдаёт Стэн. ― Не терпится познакомиться со мной? Или с Балаболом? ― С тобой, ― Стэн точно ориентируется в повороте, переводя взгляд с зеркала на лобовое стекло, и в то же время без особых усилий тычет ему в бок пальцем. ― Она не большая поклонница твоих стэндапов. Ричи заливается лающим смехом. ― Уже вступила в этот клуб. ― Она знает, кто ты, ещё раньше, ― Стэн как бы искоса смотрит на Ричи. ― На самом деле, она знает всё. ― Бля, ― выдыхает Ричи. ― Как она это восприняла? ― Я думаю, ей было до странности легче принять, что инопланетный клоун хотел моей смерти, а не я, ― он прижимает указательный палец ко лбу и проводит по виску и до подбородка. ― Объяснил вот это. Полдюжины разномастных маленьких шрамов беспорядочно рассыпались по пути, который он проследил. Они старые и выцветшие, их видно только благодаря точному указанию. Следы зубов. ― Чёрт, Стэн, ― Ричи не может оторвать глаз от маленьких отметин. Полностью забыв окружающий мир, он пропускает поворот, который Стэн делает в узкую маленькую подъездную дорожку перед симпатичным домиком. Он помнит только, как в детстве обернулся и увидел, что Стэн пропал в канализации, как он лежал на спине, и чудовищное существо кусало его; как Стэн кричал, что они позволили ему пострадать. Ричи чувствует тошнотворное осознание того, что они едва не потеряли его снова, когда он появился за ужином с бинтами на руках. Какое облегчение, что он снова здесь и смотрит на Стэна, перед ним настоящий крепкий человек. Живой и здоровый, и за ним присматривают. ― Рич? Машина работает на холостом ходу, и Стэн смотрит на него с беспокойством на лице. ― Блядь, ― он пытается сдерживаться, дыша и позволяя чувству проходить через него. Не выходит, предложение вырывается словно навзрыд. ― Я соскучился. Беспокойство на его лице сменяется пониманием и изумлением. Стэн поворачивается на своём месте, и едва успевает поднять руку, как Ричи уже наклоняется к нему, чтобы позволить себе что-то вроде неловкого сидячего объятия. Он зарывается лицом в шею Стэна. ― Я так рад, что ты в порядке. Его слова звучат приглушённо, беспорядочно и дрожат, но он чувствует, как короткая борода Стэна цепляется за его волосы, когда Стэн кивает. Пальцы Стэна крепко сжимают плечо Ричи. ― Я тоже по тебе скучал. Машина глохнет, и они оба выходят на узкую подъездную дорожку. Стэн останавливается на первой каменной ступеньке, которая изгибается и ведёт к уютному крыльцу, и когда Ричи догоняет, он снова обнимает его, на этот раз по-настоящему. Ричи наклоняется к нему, чувствуя, как тело Стэна сжимается в его руках. Он меньше, чем помнит Ричи, но на самом деле не намного больше Эдди. Он крепкий и сильный, за много миль от того человека, который стоял в больнице на дрожащих оленьих ногах и просил всех своих друзей больше не связываться с ним. Тот Стэн был грустным и хрупким. Ричи хочет никогда больше не видеть того Стэна. ― Я хочу, чтобы мы снова стали друзьями, ― говорит Ричи, склонив голову и прижимая её к Стэну. Он понимает, что до сих пор не говорил этого прямо. Он молит Стэна заговорить и снова, и снова говорит ему о том, как он скучает по нему, но никогда не говорил вслух, что хочет вернуть Стэна как друга. ― Хорошо, ― соглашается Стэн. Он сжимает Ричи в ответ. ― Я знаю. Они разъединяются, и Ричи приходит в себя, проводя руками по мятой рубашке. В глубине души он задаётся вопросом о шпионаже любопытных соседей и о том, волнует ли это Стэна. ― По шкале от одного до десяти... ― Ричи шмыгает носом и проводит рукой по лицу. ― По мне видно, что я ныл в машине? Стэн критически косится на Ричи. ― Видно. Ну. На данный момент он ничего не может с этим сделать. Внутри сидит Патти, очень похожая на ту, какой её помнит Ричи, но с более короткими волосами. Она милая, обнимает Ричи, как старого друга, и говорит ему "так много о тебе слышала". ― Стэн сказал мне, что ты много чего знаешь, ― отвечает Ричи. ― Ага! ― она отвечает бодро, как будто не подтверждает знание ужасающей реальности инопланетян-оборотней. ― Включая тот раз, когда он заставил тебя есть яичную скорлупу. ― Стэн! ― вопит Ричи. ― Ты клялся хранить это до смерти. Это было самое унизительное подростковое воспоминание Ричи. Все Неудачники будут дерзить, вызов на жизнь и на смерть, никаких отнекиваний. Они не все разгорались, как некоторые (Билл был опасно искусен в повышении ставок), но отступать было нельзя. До инцидента с яичной скорлупой. Ричи самоуверенно думал, что будет легко ― пятнадцатилетние ребята найдут подход ко всему. Он наслаждался гримасой Эдди, громко жуя хрустящую скорлупу, но в момент, когда он попытался проглотить её, тело взбунтовалось, и его вырвало полностью на себя же. Большинство Неудачников метались где-то между ужасом и беспокойством, но Стэн только истерически смеялся. Его чувство юмора было таким же странным и непредсказуемым, как всегда. ― Ты был похож на "Экзорциста", ― сказал Стэн, задыхаясь от долгого хихиканья, в то время как Ричи стоял без рубашки и продрогший, ожидая, когда Билл вернется с новой рубашкой. ― Извини, ― говорит Стэн из кухни, доставая тарелки из шкафа. ― Я вспомнил эту историю раньше, чем вспомнил обещание. Ричи может сказать, что Стэн лжёт, его улыбка злая и бесчестная, и он не может быть счастливее, видя это. ― Мы приготовили пасту с курицей и пармезаном, ― говорит Патти, словно её муж и его самый старый друг не соревнуются друг с другом в гляделках из разных комнат. ― Не хочешь попробовать? ― Да, пожалуйста, ― Ричи прерывает уступает в гляделках, чтобы улыбнуться Патти. Он проиграл, но ладно. Их ужин находится в какой-то умной мультиварке, так что он тёплый и мягкий и готов к употреблению, когда они садятся за стол. Во время ужина разговоры оживляются. С Патти легко разговаривать, и, кажется, ей нравится, когда Ричи и Стэн рассказывают о своих самых ранних воспоминаниях вместе. Иногда Ричи молчит и просто наблюдает, как они взаимодействуют друг с другом, и впитывает это. Очевидно, они уже давно вместе, разговаривают и понимают друг друга с полуслова, когда оба борются за право рассказать Ричи историю их знакомства. ― Не хочу показаться странным, ― говорит Ричи, когда Патти успокаивается от смеха над признанием Стэна, что тот был пьян на вечеринке в колледже, где он встретил её. ― Но спасибо тебе за то, что ты была рядом со Стэном. После Дерри. Улыбка Патти становится мягкой и милой, и Стэн выглядит потрясённым, когда Ричи осмеливается взглянуть на него. ― Конечно, ― её тон серьёзный. Он ценит это, она не отсмеялась, Патти знает, как важно было её присутствие в те моменты, как и Ричи. ― Всегда буду рядом. ― Больше таких случаев не будет, ― заверяет он их обоих. ― За тобой кто-нибудь присматривал? ― задаёт вопрос Патти. Стэн тихо зовёт её по имени, вероятно, волнуясь. Он знает, с Ричи никого не было, и знает, к чему это привело. ― Нет, ― признаётся Ричи. ― Впрочем, я сам виноват. Я как бы оборвал все связи, вместо этого пил. ― Ох, ― похоже, сама мысль об этом порождает в ней грусть. ― Сейчас всё хорошо, ― торопится сказать он. ― Мне просто нужно было, типа, со многим примириться. И Стэн, и Пэтти кивают, как будто это имеет смысл, и он полагает, что это так. С их внезапным возвращением в Дерри, с их воспоминаниями, с их битвой, было много информации, которую нужно было проглотить сразу. Но это ещё не всё. ― Я гей, ― сначала он говорит это, глядя в тарелку, а потом заставляет себя поднять глаза. ― Больше всего мне нужно было примириться с этим. Патти смеётся и говорит: ― Могу представить. Рядом с ней Стэн выглядит удивлённым, но счастливым. Он немного рассказывает о своём пребывании в реабилитационном центре, терапии, путешествиях к Неудачникам. Он не делится всем, что касается их жизни, только ту часть, которая заверит Стэна об их безопасности и благополучии. Беверли и Эдди оба разведены (что является хорошей новостью, они оба клянутся Патти), Билл тоже всё рассказал жене, Майк и Бен чувствуют себя хорошо. ― Знаешь, ― Патти улыбается Стэну и Ричи. Иногда в её выражении лица есть такой хитрый намёк, что легко понять, почему они со Стэном прекрасно ладят. Как они стали похожи друг на друга с течением времени. ― Ты гораздо лучше, чем заставляют поверить твои стэндапы. Стэн издаёт один-единственный громкий смешок.

***

После ужина Стэн начинает убирать со стола посуду, но Патти останавливает его. Она крадёт тарелки прямо из его рук. ― Ну-ка, иди, ― говорит она ему. ― Я всё сделаю. ― Ты... ― она останавливает его вопрос одним взглядом, годы молчаливого общения между ними прекрасно передают её точный смысл. Стэн вздыхает и улыбается. ― Ладно. Он ведёт Ричи наверх, в ухоженный кабинет с большим деревянным столом и книжными полками. Стэн садится в мягкое кресло, и Ричи следует его примеру, садясь в такое же кресло рядом с ним. Между ними стоит маленький журнальный столик, заваленный тетрадями. ― Я читал новости о твоём пребывании в реабилитационном центре, ― признаётся Стэн. ― Я обычно не читаю слухи, но заголовок появился, когда я был в сети. ― Да? Думаю, эта новость успела распространиться, ― Ричи жалеет, что не догадался попросить стакан воды до того, как они поднялись сюда. Пить ему не хочется, но он был бы рад, если бы ему было чем занять руки во время разговора. ― Это одна из больших причин, почему я посещаю вас всех. Загладить вину, знаешь, двенадцать шагов¹ и всё такое. Стэн, прищурившись, смотрит на Ричи, как будто он сказал что-то очень странное. ― Я не думаю, что АА просит тебя извиниться за то, за что ты не несёшь ответственности. ― Наверное, ― Ричи, по крайней мере, может согласиться, что он не несёт никакой ответственности за Пеннивайза, учитывая, что Оно, по-видимому, существовало в течение нескольких тысячелетий до того, как Ричи ещё родился, но: ― Это я потащил тебя в Нейболт, когда мы были детьми, в канализацию, я во всё тебя втянул. ― А клятва была моей идеей, ― говорит Стэн. ― Мы все участвовали в том, что случилось в прошлом году. ― Но в больнице... ― эти слова преследовали Ричи весь год. ― Я был травмирован, ― объясняет Стэн. ― Взбесился. ― О, ― Ричи не находит больше слов. Он действительно провёл месяцы, размышляя о том, что Стэн их ненавидит. Ненавидит Ричи. Мучился из-за того, что явился в Джорджию без предупреждения для встречи с кем-то, кто не хотел его видеть. ― После долгой терапии я никого не виню, ― отвечает Стэн. ― Ты ни с кем не связывался? ― Я... Готовился к этому, ― одна рука тянет за конец рукава, рассеянный маленький жест, выдававшее его волнение. ― Медленно. Стэн продолжает: ― После того, как мы убили Оно, я просто... ― Стэн смотрит на Ричи печальными и умоляющими глазами. ― Я просто хотел, чтобы всё вернулось на круги своя. Я был так зол, что моя жизнь была разрушена таким образом. Ричи никогда не рассматривал такую возможность. Ему было наплевать на свою разрушенную жизнь. Да, у него были выступления в Рино, но это всё, что было. А у Стэна есть своя жизнь. Чувство покоя, обретённое в рутине и комфорте. Если бы нечто такое было у Ричи, он, вероятно, тоже бы расстроился, потеряв всё. ― Я не думал о том, что вас тоже это травмировало, или о том, что это может повлиять на вас, ― его зрение расфокусировано, Стэн погружается в воспоминания. ― Я просто думал о доме и Патти. ― Я не могу винить тебя, дружище, ― Ричи изо всех сил пытается поймать его взгляд. ― Мы все были в полной заднице. ― И я просто оставил тебя там, в полной заднице, ― произносит Стэн. ― Оставил Эдди, даже не проведав его. ― Стэн, ― на этот раз Стэн смотрит ему прямо в глаза. Он выглядит грустным, но не слабым, не пораженным. ― Никто не винит тебя за то, что ты так реагируешь на горе. ― Я много думал об Эдди, ― признаётся Стэн. ― Несколько месяцев я думал о нём и боялся найти в списке мёртвых. Эта мысль пронзает Ричи изнутри. Как близко они подошли к возможности того, что это могла быть их реальность. О нём говорили бы как о любящем сыне и муже, но Ричи бы знал, что Эдди был замкнут и несчастен. ― Ты спас его, ― отвечает Ричи. ― Когда ты его оттолкнул. Один дюйм влево ― и Эдди бы числился в списке мёртвых. ― Я хотел связаться с вами, но не знал, захотите ли что-либо услышать от меня. ― Стэн снова дергаёт себя за край рукава, и у Ричи возникает воспоминание о них в пляжном домике, о Стэне в коротких рукавах со старыми и выцветшими шрамами, таком беззаботном. ― Может, и к лучшему, что я этого не сделал. ― Ну, ты чертовски ошибался, ― Ричи пытается подавить улыбку и притвориться серьёзным, но она так и норовит вырваться. ― Но именно поэтому я пришёл сюда за тобой. Стэн улыбается в ответ, больше глазами, чем губами, сияющими в свете лампы. ― Прости. То, что я сказал, ранило тебя. ― Серьёзно, ― успокаивает его Ричи. ― Теперь ты здесь, и всё хорошо.

***

Тетради в кабинете Стэна оказываются дневниками, полными воспоминаниями на страницах с аккуратным и ровным почерком. Боясь снова всё забыть, Стэн записал всё, что ему удалось восстановить за последний год, на каждых страницах нескольких тетрадей. Они вместе читают парочку дневников в тот вечер перед уходом Ричи, уже поздно, а Стэн и Патти работают завтра утром. Большинство воспоминаний, который они обсуждают ― это первые всплывшие ими вещи: Джорджи, лето 1989 года, канализационные пути, клятва. Однако, в дневниках не только плохие воспоминания. Стэн также написал о своём первом поцелуе (Ребекка Стивенс, 1991), и о том, как он присоединился к Ричи в аркадах, будучи даже не заинтересованным в Стрит Файтер. Писал о том, как помогал Беверли после инцидента с ванной комнатой, полной крови, как он настоял на том, чтобы за всё заплатить и назвал это свиданием. О последнем Ричи слышит впервые, но это была та квинтэссенция Стэна, которого он всё это время знал. Ричи почти час лежит без сна в своей гостиничной постели, не в силах перестать улыбаться и заснуть. Чувство, что да, Стэн вернулся, разливается по его венам, как адреналин. Он возвращается к Стэну на следующий день, и последующий, они смеются и плачут над всеми этими воспоминаниями вместе. Ричи иногда вносит дополнения в истории со своего ракурса, которые меняют тон или абсолютно всё. Так уютно. Это даже больше, на что он надеялся, в период возникшей полусырой идеи найти Стэна. ― Ты знал? ― спрашивает он ни с того ни с сего. Это совсем не связано с последним воспоминанием, над которым они смеялись, но это те мысли, кружившие в голове Ричи. ― Что я гей. Ты выглядел удивлённым. Стэн задумчиво замолкает. ― Я не знал. Ты никогда не говорил мне. ― Но?.. ― подсказывает ему Ричи. Он слышит но в воздухе. ― Но, ― добавляет Стэн. ― Я помню, что ты был одержим Люком Скайуокером, так что часть меня подозревала. Ричи теряет самообладание, смеясь в ладони, чуть ли не задыхаясь. Логика настолько необычная, настолько странная, что он даже не может найти в себе силы испугаться, как он чувствовал себя при подобных подозрениях Бев. ― Я рад, что ты принял себя, ― продолжает Стэн, как будто Ричи не хрипит умирающей чайкой в его кабинете. Ричи счастлив, как никогда за последние месяцы. Стэн, по всей видимости, тоже счастлив. Патти однажды вечером за ужином говорит, как она рада, что у него есть с кем обсудить все эти истории. Она всегда готова выслушать, но есть разница в том, чтобы рассказать историю кому-то и делить её с кем-то. В этот вечер Ричи выдвигает свою новую полусырую идею. Что может быть лучше, чем вспомнить истории с одним человеком? Вспомнить историю с шестью людьми, прикидывает он. У них не было настоящего воссоединения Неудачников с тех пор, как прошёл год. Нечто подобное было, он в курсе, но один ужин, когда даже не все они были там, не может считаться праздником. Они должны собраться где-нибудь, устроить отпуск, найти способ быть вместе будучи уже взрослыми. Стэн выслушивает его предложение с крайним трепетом. Ричи не давит на него, опасаясь, что его удача зайдет слишком далеко, и Стэн отклонит предложение, не успевшее даже сформироваться наполовину. Но он не перестает думать об этом.

***

Перед сном он звонит Бену в своём гостиничном номере. Сначала они делятся разными новостями ― работа, путешествие, жизнь, собака. Бен спрашивает, делал ли он растяжку, и Ричи отвечает, приятно удивлённым даже самому себе ― да, он делал растяжку! Обычно после душа, посреди гостиничного номера, стараясь обязательно согнуться в талии или где-то рядом. Он не будет касаться пальцев ног в ближайшее время или другой любой части тела, но он чувствует себя менее напряжённым и больным. ― Недавно мне пришла в голову одна мысль, ― объявляет Ричи во время, наконец-то, наступившего затишья. Бен мычит, ага, а затем: ― Я не буду спрашивать, если это больная для тебя тема. ― Тогда я не буду тебе говорить оставаться быть преданным небоскрёбам, ― парирует Ричи. ― Ладно, ― смеётся Бен. ― Что за мысль? ― Воссоединение, ― отвечает Ричи. ― Я пропустил одно с вами, так что мы должны совершить большое путешествие. ― Хах. Это неплохая идея. ― Ага, иногда у меня зарождаются неплохие идеи. ― Было бы здорово увидеть всех снова! ― Бен звучит так, как будто колёса в его голове уже вращаются, уже возбуждены, как будто он знает, что все остальные согласятся. Дело в том, что Ричи и сам в этом уверен. ― А что насчёт твоего соло-путешествия? О, чёрт, Ричи, вроде как, забыл, что любуется достопримечательностями, по их мнению. ― Путешествовать в одиночку скучно, ― выдумывает он себе оправдание. ― Неудивительно, что Майк предпочёл остаться с Биллом. Это одна причина, а есть и другие причины, по которым Майк захотел зависнуть с Биллом. ― Мне сказать остальным? ― спрашивает Бен. ― Или ты только рассматриваешь эту идею? ― Ну, и то, и другое? ― Ричи бродит взад и вперёд между своей комнатой и ванной, приводя в порядок кое-какие вещи и готовясь принять душ и привести себя в порядок перед сном. ― Но было бы неплохо поинтересоваться, что об этом думают другие. ― Хорошо! ― Ричи мысленно видит очаровательные гусиные лапки в уголках его глаз. ― Займусь этим после ужина. Звонок заканчивается чуть позже, и Ричи отправляется спать. Душ, растяжка, зубы, лицо, залезть в постель и посмотреть какой-нибудь бессмысленный фильм. Он лениво проверяет беседу Неудачников и обнаруживает наводнение разговоров после его последней поверки сообщений. Им нравится идея воссоединения. Они думают, что это в честь Ричи. "я уже своё отпраздновал, спасибо" ― отвечает он. Эдди отвечает: "вот именно! Мы не праздновали, когда я совершил каминг-аут!" "вы же знаете как завидует Эдди" ― быстро печатает Ричи, зная, что получит желаемую реакцию. Как он и предполагал, Эдди посылает несколько сообщений подряд: "как скажешь, Тозиер" "И я не завидую, придурок" "к тому же я с тобой соглашаюсь, неужели ты не можешь проявить снисходительность?" Прежде чем Ричи успевает ответить, их перебивают. Немного неожиданно вспоминать, что они находятся в групповом чате, как же быстро это переросло в то, что они вдвоём дразнятся друг с другом, как и всегда, в общем. "Куда хотите отправиться? У моей подруги Кей есть дом, который она снимает недалеко от Денвера." Денвер звучит неплохо, все соглашаются. Особенно после того, как Бев делится ссылкой на листинг², и они видят, как красиво выглядит домик. Все с лёгкостью в него поместятся (включая Стэна) и всем будет комфортно. Они бронируют его до полуночи. У него есть неделя, чтобы убедить Стэна.

***

Ричи ненавидит признавать, что он играет тактически грязно, когда снова поднимает вопрос о воссоединении со Стэном в пределах слышимости Патти. Просто Ричи знает, каким упрямым может быть Стэн, и знает, что когда Стэн боится сделать шаг, то упирается пятками и отказывается двигаться. ― Тебе стоит присоединиться, ― говорит Патти, когда Ричи объясняет совместный план Неудачников прошлой ночи. Стэн смотрит на Ричи так, словно хочет толкнуть того под машину. ― Стэн, ― настаивает она и пересекает комнату, садясь рядом с ним и сплетая их пальцы, когда он протягивает ей руку. ― Патти, ― эхом отзывается он. ― Тебе это пойдёт на пользу. ― Я не стану насильно тащить тебя из дома, ― произносит Ричи. ― Просто подумай об этом? Стэн кивает, и они меняют тему разговора. Это предложение не виснет грозовой тучей над их головами оставшуюся часть вечера, когда Ричи болтается с ними, но он знает, что это у них обоих на уме.

***

Следующим утром, когда Ричи бреется, приходит сообщение ― резкий звон на мгновение прерывает музыку на его телефоне. "В домике найдётся место для Патти?"