Проблеск (Glimpse)

У Стэна всё ещё есть сомнения, — ехать ли на воссоединение Неудачников или нет, даже когда билеты на рейс забронированы. Ричи понимает, что Стэн просто нервничает, он сам испытывает тревогу, но каждый раз Патти вмешивается и успокаивает их, и Ричи очень ценит её поддержку. Он много раз обсуждал встречу с каждым Неудачником, планируя список покупок. Все галдят об этой поездке, желая отпуска так же сильно, как и снова увидеться друг с другом. Он и Беверли стали отправлять друг другу все более длинные строки смайликов в виде больших глаз, намекая друг другу поговорить с предметом воздыхания. Эдди составляет электронную таблицу (конечно, он составляет) со списком необходимых им запасов и разбивает всех на группы, на каждого возлагая ответственность за покупку тех или иных предметов. Вот так Ричи и оказывается на связи с Эдди, бродя взад и вперед по супермаркету в поисках бумажных полотенец. — Только не покупай хреновые, — просит Эдди. — Знаю-знаю, — ворчит в ответ Ричи. Он протягивает руку и хватает пачку, на которой нарисованы персонажи из Суперсемейки, просто чтобы побыть маленьким куском дерьма. — Возьми размер «А». — Да, мой господин, — отвечает Ричи. Он бросает в тележку вторую пачку обычных бумажных полотенец. — О, кстати, я приведу кое-кого с собой на воссоединение. — Оу, да? Это здорово, — спокойно отвечает Эдди. — Чёрт, извини, там Кермит хулиганит, мне пора. Ричи едва успевает попрощаться, как линия обрывается. Это был не совсем тот ответ, которого он ожидал от Эдди, услышав, что Стэн будет с ним… Может быть, Кермит действительно напортачил больше обычного. Через несколько минут он получает сообщение. 'не забудь купить надежные бумажные тарелки'

***

Стэн заметно нервничает по дороге в аэропорт, но не отступает и клянется, что с нетерпением ждет встречи со всеми. Ричи изо всех сил старается сохранять спокойствие, но в глубине души он тоже волнуется. Он тревожится из-за неожиданного гостя в лице Стэна, воссоединения; и ему волнительно снова увидеть Эдди. Прошло едва ли больше месяца, и он чувствует себя безумцем. — Ты и Майк будете в порядке? — спрашивает Ричи, стиснутый на заднем сиденье автомобиля Урисов. — Это же Майк, — отвечает Стэн с пассажирского сиденья после минутного раздумья. — Я не держу на него зла или что-то еще. — Хорошо, — Ричи рад это слышать. Майк пожертвовал всем, чтобы остаться в Дерри и воссоединить их снова, теперь они все это понимают. Он не заслуживает большего горя. — Я должен поговорить с ним, — Стэн принимает руку, которую Патти протягивает ему над консолью. — И я хочу… Я хочу, чтобы он знал — я его не виню. — Да, определенно, — Ричи наклоняется вперед, чтобы сжать плечо Стэна. —Думаю, это отличная идея. Пэтти молчит, но улыбается, и Стэн дарит улыбку им обоим.

***

Полет выдался слишком коротким, быстрым. Сначала они в пункте выдачи багажа, затем в арендованной машине, а позже уже на подъездной дорожке перед большим домиком. Патти выходит из машины и роется в багажнике, вытаскивая сумки. — Все остальные уже на месте? — спрашивает Ричи Билла по телефону. — Да, — подтверждает Билл. — Тебе помочь? Я могу выйти. — Нет! — Стэн тут же бросает на него взгляд, предполагая, что его восклицание подозрительно. — То есть, нет. У меня мало вещей, не волнуйся. Увидимся через минуту. — Ладно, — в голосе Билла нет подозрения, кажется, он просто чем-то отвлечен. В комнате, полной Неудачников, это не совсем удивительно. — Пока. Как только звонок заканчивается, Стэн глубоко вздыхает и наклоняется вперед, пока его лоб не соприкасается с бардачком. — Стэн? — спрашивает Ричи, не уверенный, нужно ли ему переходить в режим паники или звать Патти, основываясь на одном-единственном вздохе. — Все нормально, — произносит Стэн. Он выглядит не очень хорошо. — Просто немного волнуюсь. — Тут не из-за чего волноваться, — говорит Ричи. — Это твои друзья. Поверь мне, я знаю это. — Да, ты прав, — Стэн разочарованно проводит рукой по волосам, взъерошивая кудри. — Я в порядке. Все хорошо, правда. Давай просто пойдем. Они выходят из машины, и Стэн выглядит более уверенно. Он не дрожит и не напрягается, и ему требуется всего один момент зрительного контакта с Патти, чтобы заметно прийти в себя. Стэн перекидывает сумку через плечо и кивает самому себе, а затем еще раз Ричи. Здесь нет причин для беспокойства. Он знает это, уверен, что каждый из Неудачников тоже скучал по Стэну. Тем не менее, бабочки внутри него не успокаиваются на всем пути вверх по лестнице к входной двери. Он заходит через дверь в узкое фойе со старой дровяной печью сбоку. Несколько Неудачников расположилось на двух больших диванах. Они выглядят расслабленно в относительно просторной гостиной. — Чего-то ты долго, — начинает Билл, сидя на корточках рядом с печкой и в чем-то копаясь. Он переводит взгляд в сторону двери, где стоит Ричи. — Я же говорил, что могу… — его глаза округляются. — Стэн? Это единственное имя приносит в дом тишину, которой раньше не было. Вся болтовня останавливается, звуки праздного движения исчезают, голова каждого Неудачника высовывается, как будто они принадлежат стаду луговых собак. Ричи ловит каждое их выражение, глядя в точку прямо за его плечом, где находится Стэн, рядом с ним Патти. Затем: хаос. Звук возвращается полным шумом, перекрывающей друг друга речи, они выкрикивают имя Стэна, имя Ричи, шокировано восклицая. Бен подходит к ним первым, хлопает Ричи по плечу и протискивается мимо него, чтобы обнять Стэна. Лайка не отстает от него, не зная, чему радоваться, но она все равно виляет хвостом, как сумасшедшая. Стэн выглядит удивленным, но он улыбается и льнет, обнимая Бена в ответ. Билл следует за ним, глядя на Ричи так, словно не может ему поверить, и присоединяется к объятиям. Затем Майк, Беверли и Эдди, все они ошарашено улыбаются. Патти ловит взгляд Ричи, выглядывая из-за массы тел, пытающихся обнять своего единственного друга одновременно, и они оба дарят друг другу улыбки. — Ричи! — кричит Бев. Она отделяется от группового объятия, чтобы шлепнуть Ричи по руке, а затем обнимает его. — Я не могу тебе поверить. — Ты крыса, — соглашается Майк. Затем Ричи оказывается в центре объятий со слишком большим количеством рук, но его все устраивает. — Ну все, все, — говорит Ричи. — Если мы все закончили обниматься, можно я пойду разгружу свои сумки? Группа, наконец, немного рассасывается, продолжая смеяться и говорить в неверии, что Ричи мог бы провернуть что-то подобное. Кто-то упоминает испорченную вечеринку по случаю дня рождения Майка в 1993 году. Патти официально представляют. Она счастливо улыбается, машет и пожимает руки вместо того, чтобы обнять всех. Эдди предлагает показать им их комнаты и ведет по дому и наверх. — Нам придется поменяться комнатами, — говорит Эдди на лестнице. — Я же говорил, что приведу Стэна! — голос Ричи звучит слишком громко для этого места, но это мало кого волнует. — Не говорил! — восклицает Эдди в ответ. — Ты сказал мне, что приведешь кое-кого. Ричи разинул рот. — Ты знал, что я в Джорджии, я-то думал, ты все сообразишь. — Ну, как видишь, нет, — Эдди не оглядывается на него, его голос не резкий, но отличается от обычного. — Стэн, Патти, у меня была комната с односпальной кроватью. Он открывает дверь в милую маленькую спальню с большой кроватью посередине. Декор соответствует остальной части дома: бревна и картины с оленями на стенах. Эдди входит, берет сумку и свой чемодан на колесиках, все еще нетронутый. — Извини, что заставила тебя переехать, — говорит Патти, переводя взгляд на каждого из друзей. — Ничего, — Эдди вытаскивает сумки обратно в коридор. — На это ведь есть веская причина. Стэн выглядит почти смущенным; он всегда ненавидел быть в центре внимания. — Но это значит, что мне придется жить в одной комнате с Ричи. Стэн смеется, а затем, словно прощупывая почву, говорит: — Если он тебя раздражает, просто окуни его руку в теплую воду, пока он спит. — Он никогда бы этого не сделал, — настаивает Ричи. — Наверное, — поправляет Эдди. В комнате Ричи, вернее, в комнате Ричи и Эдди, две кровати у противоположных стен и еще больше бревенчатой мебели. Ричи лениво гадает, все ли это ручная работа или владелец этого места сошел с ума в местном хозяйственном магазине. В центре комнаты находится раздвижная стеклянная дверь, ведущая на огромное круглое крыльцо; Ричи замечает несколько других раздвижных дверей вдоль всего крыльца, когда он высовывает голову, чтобы осмотреться. Он бросает свою сумку на одну из кроватей и наблюдает, как Эдди гораздо осторожнее кладет свою в ногах другой. — Эй, ты собирался отдать мне комнату с двумя односпальными кроватями и взять большую односпальную кровать себе? — спрашивает Ричи. — Довольно грубо. — Я первый прибыл! — Эдди оставляет свои сумки, еще не готовый или не желающий их распаковывать. — Я и первый выбор сделал. — Зачем тебе вся эта кровать? — спрашивает Ричи, когда они выходят в коридор. — Ты ведь в карман влезешь. Эдди толкает его так, что он врезается локтем в стену, теряя равновесие, но все же сумев удержаться. Они оба смеются, раздражая друг друга. Ричи пихает его в ответ и это совсем как в детстве, шутки ради. — У нас места получше, чем у Билла и Майка, — произносит Эдди. — У них вообще двухъярусная кровать.

***

Ужин превращается в сплошное безумие. Ужин, где восемь человек, которые столпились вокруг довольно вместительного стола, несомненно будет немного безумным. Неудачники тянутся друг к другу, передавая тарелки и разделяясь на групповые разговоры. Ричи ставит бумажные полотенца с рисунком Суперсемейки на стол и наблюдает, как их передают по кругу. Они оказываются у Эдди, сидящего на несколько стульев дальше, и Ричи с радостью распознает понимание, которое зарождается в глазах Эдди при виде рисунка, словно это изображение служит ему личным оскорблением. Ричи отводит глаза, прежде чем Эдди успевает окинуть его сердитым взглядом, притворяясь самой невинностью и присоединяясь к разговору Майка и Бев по другую сторону от него. Тема переходит к фильмам, когда кто-то спрашивает об Одре, и Билл говорит им, что она готовится к новому проекту, но на этот раз никакого сценария от Уильяма Денбро. — Я видела твое камео в последнем фильме, — говорит Бев. — Ты принял удар как чемпион. Майк фыркает, а Билл краснеет. — Одра уговорила меня, — защищается Билл. — Я не любитель появляться на экране. — Хотите поговорить о принятии удара? — перебивает Ричи. — Тогда вы по адресу. — Бред, — огрызается Эдди. — В каком фильме ты был? — спрашивает удивленно Билл. — В одной части Пункта Назначения. Ты смотришь на чувака, которого убило обломком от машины. — Не может быть, — говорит Бен сквозь смех. Бев выглядит такой же довольной рядом с ним, ее глаза горят от веселья. Ричи достает телефон, чтобы найти фильм. Он не помнит, какая именно часть эта была, но ему не требуется много времени, чтобы найти и прокрутить список актеров и отыскать себя. Он протягивает свой телефон, чтобы все посмотрели. — Святые угодники, — Бев не может подавить свою дьявольскую улыбку. — Мы должны его посмотреть.

***

На самом деле они не смотрят большую часть фильма. Фильм не очень-то и старый, но он с самого начала не был достойным. Они все соскучились друг по другу, так что попробуйте их обвинить за то, что они разговаривали во время просмотра посредственного триллера середины 2000-х. Иногда кто-то прервет разговор комментарием о происходящим на экране — обычно каким-то стоном по поводу устаревшей прически и одежды или смехом над одной чрезмерно мудреной сценой смерти. Бев отмечает, что она отказывается когда-либо посещать солярий после просмотра этого фильма. Ричи появляется и исчезает в фильме так быстро, что им приходится перемотать назад, чтобы поймать его. Половина из них даже пропустила этот момент, потому что они были поглощены разговором о своих любимых ролях Джиллиан Андерсон. Однако, им удается остановить фильм в нужный момент. Они видят молодого Ричи, застывшего и с поднятыми руками, как будто это спасет его от обломка, направляющегося в его сторону. — А вот и он, — Ричи широко показывает на экран, неприятно улыбаясь. — Дайте мне знать, если вам понадобятся автографы. — Ух ты, — Бев переводит взгляд с Ричи на экране на Ричи на диване. Она сидит, откинувшись назад, рассеянно почесывая одной рукой между ушами Лайки, чья голова покоится на ее бедре. — Сколько тебе было лет? — Не знаю, тридцать? — гадает он. Это было после отъезда из Чикаго, до гострайтеров, до большого успеха (как будто это нужно уточнять). — Мне гораздо больше нравится твоя нынешняя прическа, — добавляет Патти. Его волосы тогда были длинными и лохматыми, неухоженными, часто выглядели сальными. Ее комментарий заставляет Стэна подавить смех, как будто он только увидел, что Ричи устроили прожарку в живую. Ричи трогает свои волосы, все еще слишком короткие по его мнению. — Можешь сказать спасибо Небраске. — Ты еще где-нибудь снимался? — искренне спрашивает Бен. — Да, — отвечает Ричи своим будничным голосом. — Кое-где был. — Например? — интересуется Майк, но это Бев и Эдди, которые оба подозрительно косятся на него. — Ну, я снимался в Лагере Огромного Донга¹, — поясняет Ричи и играет бровями. — Я был Советником Диком². В ответ в комнате разносятся недовольные стоны, вдохи и смех, некоторые машут ему рукой в жесте с нас хватит. — Это неправда, — настаивает Билл. Но когда Ричи не отшучивается, Билл бросает обеспокоенный взгляд на Майка, а затем на Эдди. — Это ведь неправда, да? — Откуда мне знать? — тон Эдди резкий, он оскорблен тем, что кто-то осмелился спросить его о фильме под названием Лагерь Огромного Донга. Наступает длинная пауза, где все смотрят друг на друга. Ричи практически слышит свист старой западной мелодии надвигающей перестрелки, каждый Неудачник ждет, кто вытащит пушку первым. Наконец Билл вздыхает и достает телефон. — Я ненавижу себя за то, что собираюсь вбить это в историю поиска. Ричи ухмыляется. Конечно, это неправда, конечно, но у него всегда получалось выдать какую-нибудь тупую шутку за самую честную правду. Билл все прокручивает… И прокручивает. И хмурится, прокручивая еще ниже. — Это неправда! — он хватает подушку с дивана и с силой швыряет ее в Ричи. — Засранец! Снова раздается шум, смех и крики. Бев падает на спинку дивана, закрыв глаза рукой, и смеется так сильно, что ее не слышно, а Лайка смотрит на нее, высоко подняв уши. Билл кричит на Ричи за то, что выдал ему поисковик, благодаря запросу. — Ладно, никакого покера с Ричи! — объявляет Майк. Он качает головой и хихикает. — Это слишком страшно, Рич.

***

1) Тут опять некая игра слов. Ричи шутит, что он снимался в порно. В оригинале он говорит Camp Monster Dong, и слово Dong – это вульгарное название члена. 2) Опять игра слов, и я думаю, что большинство поняли шутку, но все же поясню. Дик (Dick) – это может быть именем, а так же означает член.

***

Все ложатся спать один за другим, никто не хочет засиживаться допоздна, даже в отпуске. Ричи останавливается у открытой двери спальни Стэна, прежде чем отправиться в свою комнату спать. Патти нет на месте, она в ванной, готовится ко сну, если Ричи правильно предполагает. Стэн в легкой футболке и пижамных штанах сидит на кровати и смотрит что-то в телефоне. Ричи использует всю свою концентрацию, чтобы не смотреть на шрамы на руках Стэна, обнаженные впервые с тех пор, как они начали вместе проводить время. — Хэй, детка, — бормочет Стэн, не отрываясь от экрана. — И тебе приветик, — отвечает Ричи. Ответ должным образом привлекает внимание Стэна. Он поднимает глаза и только вяло закатывает их, выглядя слишком довольным, чтобы это было серьезным жестом. — Я просто хотел узнать, как ты, — пожимает плечами Ричи. Большой Обычный Мужик Тозиер — так они называют этот жест. — Ты в порядке? — Да, — на лице Стэна медленно зарождается улыбка, постепенно, но она полная и счастливая. — Я в порядке. — Отлично, — Ричи поворачивается, чтобы поспешно уйти, пока ситуация не стала неловкой. — Рич? — голос Стэна останавливает его, он оборачивается. — Спасибо, что взял меня с собой. — Конечно, чувак. Конечно, — он сделал бы это снова миллион раз, даже если бы с каждым разом ему становилось все труднее и труднее, ведь награда стоит своих усилий. Стэн встает с края кровати, пересекает комнату и обнимает Ричи. Они довольно часто обнимались в последние недели после воссоединения, но на этот раз все по-другому. Ричи не чувствует, что вот-вот задрожит от страха, что это объятие будет последним. Ричи обнимает его в ответ. — Ты вернулся? — спрашивает он. — Да, — шепчет Стэн. — Навсегда. Ричи утыкается лицом в плечо Стэна и крепче сжимает его в объятиях, Стэн так же крепко обнимает его за талию. — Могу я тоже? — Патти спрашивает их с порога. Она тоже подходит, чтобы обнять Ричи, Стэн отступает в сторону, чтобы дать ей больше места. Они не стоят так долго, одно крепкое объятие, и Ричи прижимается щекой к ее макушке. Прежде чем отстраниться, она целует его в щеку. — Спасибо, Ричи. Ричи добегает до своей спальни так тихо, как только может, с уверенность, что Эдди уже спит, и который, скорее, обезглавит его, если он будет шуметь. В темноте он забирается в постель и осторожно кладет очки на встроенную полку в изголовье кровати. Ему требуется минута, чтобы устроиться под одеялом, найти правильное положение и смять подушку в хоть какую-нибудь удобную форму. Он вздыхает про себя, готовый, наконец, отключиться после долгого и волнительного дня. — Хэй, Рич, — подает мягко голос Эдди. Он не шепчет, но в нем течет спокойствие. — Да? — Ричи думает, что, кажется, он может разглядеть комок в виде Эдди на кровати в темноте, но это также может быть просто тень, здесь слишком темно, чтобы сказать наверняка. — Спасибо, что вернул Стэна. — Да, хорошо, — что он еще должен сказать? Он не сделал ничего удивительного, любой из них мог сделать точно так же. Сделал бы, если бы было достаточно времени. Он знает это. — А ты правда не догадался? — Правда, — пружины скрипят, когда Эдди переворачивается, затем он тихо ворчит: — Я думал, ты приведешь парня. Ричи давится вдохом и несколько раз кашляет. — Нет, господи. — Ох, — продолжает Эдди. — Ты ведь сейчас свободен, так что я просто подумал… — Я свободен для вас, ребят, — поправляет его Ричи. — Я знаменитость из списка С³, Эдс, я не могу просто пойти на свидание с каким-то парнем. — Не понимаю, почему бы и нет, — его голос теперь не такой тихий. Не взвинченный, но ушедший от прежнего полусонного спокойного тона. — Если ты просто напишешь это в твиттере или что-то такое. То есть, я не могу указывать тебе, что делать, я не пытаюсь давить на тебя. — Нет, я знаю, — успокаивает Ричи. Эдди никогда не стал бы давить на него. — Я подумаю об этом… Когда у меня появится новый агент. Эдди хмыкает. — Умно. — А что насчет тебя? — спрашивает Ричи. — Есть там какой-нибудь Мистер Спагетти? — Нет, я… — он замолкает. — … Рассматриваю свои варианты. — Варианты? — Ричи слегка смеется, удивленный такой формулировкой. Его грудь трепещет вне его контроля, и он задается вопросом, как долго он сможет провести рядом с Эдди, прежде чем все его внутренние органы превратятся в бабочек. — Значит, ты уже определился с типажом? — Не знаю, — голос Эдди снова становится спокойным и тихим. Он зевает. — Может быть. Ричи тоже зевает, отражая Эдди. — Я рад за тебя. Он засыпает, размышляя об этих вариантах.

***

3) Актер/Актриса из списка С (C-list celebrities) – это знаменитость, которую знают в лицо, но не по имени. Они хорошие актеры, но получают меньшую известность, чем актер из списка "А" или "Б". Актеры списка Д – самые низкие в иерархии знаменитостей; они появляются в игровых шоу знаменитостей и на реалити-шоу.

***

Ричи просыпается нос к носу с котом, заглядывающим прямо ему в лицо. Он подскакивает от неожиданного вторжения, у него едва ли не случился сраный сердечный приступ. Его реакция пугает кота, его задние лапы отрываются от матраса, как будто ими управляют невидимые нити марионетки, прежде чем он дико карабкается на другую кровать в комнате. Эдди мычит из-под одеяла и бормочет что-то невнятное. Ричи надевает очки. — Я не знал, что ты взял Кермита. — Ага, — бормочет Эдди. Он вытаскивает руку из-под беспорядка одеял, чтобы почесать Кермита под подбородком, остальная часть тела не двигается. Кермит выглядит вполне удовлетворенным. — Он напугал меня до усрачки, — Ричи потягивается, стонет и перекатывается по кровати. В своей кровати Эдди ерзает и тоже начинает садиться, Кермит довольный лежит между его коленями. Одеяло падает. На Эдди нет рубашки. Это непростая задача, но Ричи не позволяет себе смотреть. Вместо этого он встает, роется в сумке в поисках свежей одежды и спешит принять душ и переодеться.

***

Внизу Ричи обнаруживает, что большинство Неудачников слоняются вокруг, отдыхают. В гостиной есть два больших дивана и большой телевизор, по которому идет какая-то реклама таблеток. Один из диванов почти полностью занят Майком, который развалился, положив ноги на колени Билла; Билл осторожно ест из миски хлопья, высоко поднимая ее, чтобы ничего не пролить. Одна рука Майка свисает с дивана, пальцы впиваются в шерсть Лайки, которая лежа храпит на полу. На другом диване сидят Бен, Бев и Патти. Ниже по трем ступенькам кухни, вне поля видимости, Ричи слышит, что кто-то звенит посудой. Ричи протискивается в небольшое пространство дивана, оставленное позади Майка, чтобы сесть. Это заставляет их прижаться друг к другу, но они оба никогда не отказывались от объятий. Майк льнет к Ричи, и они оба устраиваются поудобнее. — Что у нас сегодня по расписанию? — спрашивает Ричи. Его рука падает на грудь Майка, удивительно крепкую для библиотекаря. — Вот что, — отвечает Майк, еще глубже зарываясь в Ричи-подушку. — Ты собираешься просто лежать так весь день? — спрашивает Билл, проглотив полный рот хлопьев. — Нет, — отвечает Майк. — Я могу перевернуться. Ричи фыркает. — Тут есть Монополия, — Билл указывает на стопку настольных игр в коробках, размещенных на подставке для телевизора. Майк задумывается, но не двигается с места: — Меня можно убедить сыграть в Монополию. Билл выглядит довольным либо своим успехом в освобождении Майка от его лени, либо тем фактом, что он знал, что Монополия будет грязным ходом, невозможно сказать уверенно. Он прячет самодовольную улыбку за миской, выпивая молоко. Очень хитро, Билли. Бев и Стэн соглашаются присоединиться к началу игры, но все остальные отказываются. Ричи лично никогда не любил эту игру за то, как долго она длится, насколько она скучна. Зачем играть только в одну Монополию, если вместо этого можно сыграть в пятьдесят раундов Морского боя? — Я предпочитаю головоломки, — говорит Патти, качая головой. — Мы со Стэном проводим так все время, недавно у меня была победная серия. Эдди входит в гостиную с Кермитом по пятам (Бен складывается пополам на диване и шевелит пальцами, чтобы позвать Кермита, но его демонстративно игнорируют). Он присматривается к Майку, намереваясь использовать сразу двух своих друзей в качестве подушек. — В головоломках есть победа? — слабо спрашивает Эдди, отвлекаясь на то, чтобы извернуться и прилично устроиться. Заметив его попытки устроиться, Бев ерзает на диване и привлекает внимание Бена, жестом предлагая ему подвинуться поближе к ней и освободить место. К его чести, Бен только смущается из-за того, как они тесно прижаты друг к другу. — Если ты не думаешь, что можешь выиграть в головоломках, значит, ты делаешь это неправильно! — это голос Стэна доносится из кухни, ему не нужно кричать, чтобы быть услышанным. Патти торжественно кивает.

***

Все, в основном, бездельничают. Игра в Монополию начинается для заинтересованных лиц, а остальные бродят по дому, валяются и спорят о том, что будет на ужин и кто будет ответственен за его готовку. Бен выдвигает свою кандидатуру и тихо наблюдает за игрой со стороны. Кермит, наконец, удостоил его своим вниманием не без помощи крышки игровой коробки, стратегической расположенной так, чтобы не дать Кермиту разрушить банковскую установку. Ричи интересно, насколько Бен позавидует ему, если узнает о странной одержимости Кермита будить его, дыша прямо в лицо. В конце концов игра прерывается, и они оставляют Монополию на столе, намереваясь продолжить позже. Ричи откинулся в кресле со своим телефоном, наполовину записывая в заметки идеи для шуток и наполовину бездумно открывая различные приложения. Он публикует совместную фотографию с Неудачниками в Твиттере, четко обрезанную, чтобы защитить все вовлеченные личности. Он никак не подписывает ее. Достаточно того, что публика поймет, что он не числится в морге. — Нужна помощь? — возглас Бев отрывает его от наполовину занесенных мыслей в заметки о том, почему кошки игнорируют людей, которые больше всего хотят их внимания. Она смотрит на Бена, сидя перед игрой. Бен с довольным видом кивает, стоя рядом с маленькой лестницей ведущей на кухню. Она встает, спускается вниз и сворачивает за поворот вслед за ним. Последнее, что Ричи слышит, как она говорит: — Я сначала вымою руки…

***

Позже, после еды, мытья посуды, препирательств и большего количества громких глупых шуток, все находят место снаружи на гигантском крыльце. В Колорадо свежий воздух, здесь хорошо и спокойно. Ричи не относится к типу людей, которые любят жить в лесу, но он мог бы представить себя живущим в таком месте, как это, в окружении природы, но не обязательно живя на природе. Лес вокруг них уже погружен в кромешную тьму на раннем закате, но он далеко, и скорее такой вид расслабляет, нежели пугает. Им не нужно беспокоиться о том, что что-то, чего они не видят, наблюдает за ними с такого расстояния, хотя по всему дому были разбросаны инструкции о запирании раздвижных дверей, потому что медведи могут их открыть. Все, что ему нужно — это перейти от пробуждения с Кермитом, стоящего у него на груди, к пробуждению с медведем на груди. Они с Эдди сидят бок о бок за железным столом на открытом воздухе в конце длинного деревянного крыльца, последние оставшиеся после того, как все остальные сдались и легли спать. — Бен и Бев очень близки, да? — спрашивает Эдди, нарушая тишину между ними. Вокруг них шумит природа, сверчки и лягушки. Сейчас то время, когда цикады начинают стрекотать на деревьях. Но они молчали. — Да, — соглашается Ричи. Он надеется, что они действительно так близки, как выглядели последние пару дней. В последнее время он не отправлял ей никаких намекающих смайликов, чтобы все узнать. — Ты что-нибудь знаешь? — спрашивает Эдди, искоса поглядывая на Ричи. — Кроме очевидного? — подняв руки ладонями вверх, Ричи качает головой. — Ничего. — Мне интересно, когда они вспомнили… — Эдди замолкает, гладя на тускнеющее небо. — Не думаю, что Бен когда-либо забывал, — Эдди бросает косой взгляд, смотря на Ричи в полном недоумении. — Ну, он забыл ее, но я не думаю, что он забыл свои чувства, — уточняет Ричи. Когда на тебя смотрит Эдди, это уже слишком. Слишком откровенно. Слишком велика вероятность того, что в большом мозгу Эдди все свяжется. Ричи отворачивается. Эдди задумчиво хмыкает. — Но ты вспомнил об этом только в Нью-Йорке. — Хм? — Ричи снова отвлекается от деревьев, где несколько светлячков мигают вдали. — Ты только-только вспомнил, когда рассказал мне. — Э-э, нет, — Ричи ни за что на свете не сможет понять, что он такого сделал, чтобы произвести такое впечатление. Он не может вспомнить подробности разговора. Ричи помнит лишь те части, когда наступает время вспомнить свои самые неловкие воспоминания. — Я вспомнил о тебе, как только приехал в Дерри. Как ты думаешь, почему я вел себя как сраный идиот? Неужели Эдди думает, что он просто так ударил в гонг? Эдди бросает на него взгляд. — Ладно, ладно, заткнись, — Ричи закатывает глаза. Он снова толкнул бы Эдди, как тогда, когда они препирались в коридоре, будь они ближе, но он, вероятно, опрокинулся бы в своем кресле, если бы попытался. — Я был напуган. — А до этого? — настаивает Эдди. — До чего? — Ты помнил? Ричи внезапно жалеет, что не пошел спать вместе с остальными. Он хочет, чтобы медведь вышел из леса и убил его. Одно дело — говорить о гипотетических чувствах Бена за последние несколько десятилетий, и совсем другое — говорить о реальности его собственных. — Я не знаю, — он жалеет, что бросил курить. Сейчас Ричи отдал бы все на свете, чтобы отвлечься и занять чем-то руки. Ему ничто не поможет. — Думаю, я не совсем тебя забывал. Мой менеджер был похож на тебя. Эдди выдыхает единственное тихое ох. — Я не был одержим или еще что, — объясняет он, отчаянно пытаясь быть предельно ясным. — Я не знал, что ты существуешь. Кроме того, плачедрочь⁴ очень даже помогал, в терапевтическом смысле. — Что, блядь, еще за плачедрочь? — Ну, как бы… — Ричи разражается громкими преувеличенными рыданиями, имитируя яростную мастурбацию одной рукой, а затем внезапно прерывается. — Плакать во время дрочки. — Господи, — выговаривает Эдди. — Иисусе. Эдди молчит, когда они в конце концов ложатся спать, но неловкость отсутствует. Они просто устали, и им не о чем говорить. Он замечает, как Эдди смотрит на него, наблюдая, как Ричи терпеливо позволяет Кермиту устроиться рядом на одеяле. Эдди ничего не говорит, когда Ричи смотрит прямо на него. Он переворачивается на другой бок, и они засыпают в своих маленьких раздельных кроватках, устраиваясь как можно удобнее.

***

4) Плачедрочь — в оригинале Ричи подразумевает cry wank (что значит плакать во время мастурбации), но сокращает его до crank. Сrank — еще есть такой наркотик.

***

Не все довольствуются совместной неделей безделья, поэтому они идут в боулинг. Это не лучшее времяпровождение для Ричи, но они находятся в глуши, и, в виду ограниченности возможностей, он все же соглашается. Все расходятся, чтобы принять душ и одеться, борясь за ограниченное пространство ванной комнаты, как группа первокурсников в общежитии колледжа. Эдди громко настаивает на том, что будет неразумно брать в аренду еще больше машин, поэтому Ричи оказывается втиснутым на заднее сиденье на арендованной машине Урисов рядом с самим Эдди. Эдди покачивает коленом взад-вперед, пока они все говорят о пустяках во время поездки; на что похожа жизнь в Атланте или Нью-Йорке и подобное, никаких философских разглагольствований. Когда у Эдди увеличивается амплитуда движения, их колени ударяются друг о друга. Ричи должен сидеть с раздвинутыми ногами без риска ударить Патти коленом по почкам через спинку ее сиденья. Эдди, похоже, вообще не замечает этого, занимая все пространство для ног, маленький ублюдок. Здание боулинга не слишком большое и здесь не так оживленно. Ричи предполагает, потому что сейчас 2017 год и люди предпочтут заняться буквально чем-нибудь другим, но все это даже играет им на руку. Здесь не стоит зловонный запах, а также есть мини-аркады, на которые, он, возможно, сможет взглянуть позже. Если только Эдди, блядь, поторопится. — Это уже третья пара обуви, которую ты примеряешь, чувак, — говорит Ричи, обращаясь к Эдди, сидящему на маленькой скамеечке. — Они ведь все одинаковые, что ты делаешь? — Прошлые неприятно пахли, — огрызается Эдди, не отрываясь от завязывания шнурков. — Они все неприятно пахнут! — Ричи обводит рукой все помещение. — Все это чертово здание отвратительно! — Заткнись нахрен, — Эдди встает, наконец-то с полностью завязанными шнурками, и резко тыкает в Ричи одним из своих многочисленных непригодных ботинок. Ричи краем глаза замечает, как Майк уходит, качая головой. — На них плесень. — Мерзость… Дай-ка посмотреть. Эдди протягивает ему обувь, чтобы Ричи осмотрел, но вопит и вырывает ее у него из рук, когда Ричи делает вид, что собирается ее лизнуть. Они стоят перед стойкой проката, двое взрослых мужчин, борющихся из-за одного ботинка. Игра в боулинг проходит приятно — все играют вполне прилично, чтобы не получить тычок в бок, и играют не так профессионально, чтобы превзойти остальных. Они занимают все свои места, и Ричи берет самый яркий зеленый шар, доступный независимо от веса. Он совершает свой ход, сбив несколько кеглей и получив несколько смешков в свою сторону. Он уже обдумывает свою следующую критику по поводу позиции Бена, прежде чем добирается до своего места, но теряет нить мысли, когда приходит туда. Эдди расположился там, где Ричи оставил свою куртку, и держал в руках два непрочных пластиковых контейнера. Он протягивает один контейнер, когда Ричи садится, наполненный наполовину начос, кусочками халапеньо и затвердевшим ярко-оранжевым сыром. — Что это? — спрашивает Ричи, уже копаясь в поисках начос. — Я был голоден, — Эдди пожимает плечами. — Поэтому мы заключили сделку. — Ты ешь этот дерьмовый пластиковый сыр? — Ричи скептически оглядывает его. — Такой большой фанат фермерского рынка, как ты? — Я могу есть дряную еду, когда захочу, — он засовывает в рот сырный начос, подтверждая свое заявление. — Вот, это я, теперь живи с этим. Эдди толкает свой контейнер в руку Ричи, когда наступает его очередь в боулинг, и слизывает соль с пальцев на ходу. Ричи может только смотреть на оба контейнера с закусками, чувствуя себя совершенно потерянным. Он снова поднимает глаза и ловит взгляд Майка. — Разве Эдди не ведет себя странно? — шепчет он Майку, опасаясь посторонних ушей. Майк оглядывается на Эдди, тщательно обдумывая свой ответ. — Мне кажется, это его нормальное поведение, — он пожимает плечами и наклоняется вперед, с легкой улыбкой крадя одну из начос Ричи. Может быть, Эдди действительно ведет себя нормально. Может быть, Ричи ищет что-то, чего там нет. Он выкидывает это из головы и отказывается думать об этом. Они продолжают играть, а Ричи случайно выигрывает мягкую собачку из игрового автомата, которая навсегда заселится в машине Стэна в Джорджии. Все проходит отлично.

***

Дома Билл готовит ужин, Ричи и Майк нарезают продукты, моют посуду и что-то перемешивают позади него. Он готовит какое-то блюдо из курицы; Ричи на самом деле ничего не слышал, кроме как приготовить столько спаржи, чтобы накормить армию. Сейчас ужины проходят спокойно. И это неудивительно — пыл поубавился, никто не пытается перекричать друг друга из-за нарастающего шума. В результате за столом тихо, но не слишком. Они говорят о воспоминаниях, как в начальной школе, так и в средней, заполняя пробелы друг друга. Оглядываться назад на все это в первый раз — целое путешествие, и оглядываться назад со взрослой точки зрения кажется невозможным. Из-за этого, на самом деле, Ричи не чувствует себя старым, скорее это похоже на то, что он может взглянуть на определенное воспоминание и точно определить как долго оно воздействовало на него. Общие воспоминания разделяются в отдельные, события, которые произошли в течение двадцати с чем-то лет, когда они не виделись. Где учился Бен, как обнаружили писателя Билла, что понравилось Майку в библиотеке? Все хотят знать, как Патти и Стэн познакомились, и никто из них не удивляется, обнаружив, что Стэн быстро остепенился. — Что значит это было очевидным для тебя? — Бев, прищурившись, смотрит через стол туда, где сидят Стэн и Патти. — Ты просто знаешь, — отвечает Патти. — Я, черт возьми, уверен, что нет, — говорит Эдди под взрыв смеха. Бев чокается своим бокалом с Эдди. — За огромные ошибки. — За исправление огромных ошибок, — поправляет Эдди. Они улыбаются друг другу, какая-то личная шутка между ними искрится даже в переполненной комнате. Ричи знает, что они очень помогли друг другу во время разводов, в то время как он был словно в отключке, без способности кому-то помочь. Ричи рад, что они были вместе.

***

За окном уже начинает темнеть, когда Билл встает и объявляет, что собирается сбегать в магазин за закусками. Это не такое уж спонтанное решение — они уже двадцать минут спорят о том, какой фильм посмотреть, и твердят насколько они глупы, потому что никто из них не додумался купить попкорн. — Я с тобой, — Эдди идет на кухню и возвращается обратно: — У нас и правда нет никаких закусок. — Кто-нибудь еще? — вопрошает Билл, оглядывая комнату. Ричи прижимается к боку Бев — они оба увлечены разговором с Майком о достоинствах о таких-плохих-но-таких-хороших фильмах. Ни один из них, похоже, не согласен с тем, где проходит грань между плохим и хорошим. Стэн и Бен решают присоединиться, но Патти решает остаться, сидя рядом с Майком, как будто она всегда была частью клуба Неудачников. Ричи рад видеть, что она здесь не только для Стэна, но и как новый член клуба. Она высказывает совершенно иное мнение, — плохие фильмы забавны только в том случае, если они сняты в стиле Таинственного Театра⁵ — и разговор уходит в абсолютно другое русло, что никто даже не слышит, как группа, вызвавшаяся пойти за покупками, выходит из дома.

***

5) Таинственный театр 3000 года (Mystery Science Theater 3000) – американский комедийный телесериал, созданный Джоэлем Ходжсоном. По сюжету, в далёком будущем злобный доктор Форрестер берёт в плен Майка Нельсона и двух его роботов и пытает их, заставляя смотреть голливудский фантастический трэш. Зрителю в каждом эпизоде предстоит посмотреть низкокачественный фильм (обычно в жанре научной фантастики, снятый в 1950-х и 1960-х годах), а при этом Майк со своими роботами отмечает все недостатки этого фильма.

***

Группа, шумя, возвращалась наперевес с пакетами, полных продуктов. Они ворвались в парадную дверь в разгар разговора, суть которого Ричи никак не мог разгадать.

— Мы купили лакрицу! — восклицает Бен. Лайка идет за ним по пятам, виляя хвостом, горя желанием увидеть всё, с чем бы он ни вернулся. Его едва видно из гостиной на кухне, мелькает только его голова, потому что они все раскладывают и копаются в пакетах. Холодильник гудит, когда его открывают, и слышно шуршание пластика, когда убирают продукты. — Лакрица — закуска для просмотра фильмов? — спрашивает Ричи у группы друзей, оставшейся дома. — Только со вкусом клубники, — отвечает Майк одновременно с Бев: — Нет. Между ними тремя зарождается легкая перебранка, Патти молча отступает, чтобы присоединиться к остальным на кухне. Майк настаивает, что лакрица — если и не закуска к фильму, но все еще хороший вариант, Бев настаивает, что попкорн — это единственный выход. Когда Ричи предлагает им добавить шоколадных конфет в попкорн, они меняют курс разговора — стоит ли вообще смешивать попкорн с чем-либо или нет. — Эй, Рич, — раздается голос Эдди. Эдди бросает что-то, когда Ричи оглядывается и ловит что-то инстинктивно, немного повозившись, прежде чем зажать брошенный предмет между рукой и туловищем. Он переводит взгляд на этот предмет. Это рисовое Криспи. Блестящая синяя обертка, с мультяшным маскотом и всем остальным. Ричи отдаленно осознает, что жизнь вокруг него не останавливается. Майк и Бев, похоже, даже не замечают, что Ричи держит в руках батончик из риса, они все еще препираются. Группа на кухне все еще шумит, кто-то ставит еду в микроволновую печь. Но Ричи кажется, будто все вокруг замирает. Все замерло и остановилось на маленькой голубой сладости в его руке, на больших карих глазах Эдди, смотрящих на него с другого конца комнаты. — Ты серьезно? — спрашивает он шепотом, боясь быть громким. Ричи должен быть уверен, что это — не какая-то шутка с отсылкой к чему-то. Эдди не был бы таким жестоким, если бы поднял эту тему без какой-либо причины или мотивации. Эдди слегка пожимает плечом и кивает. — Да, они мои любимые. Ричи смотрит на него в течение затянувшегося мгновения, похожего на туннель. Эдди стоит там в своих стильных джинсах с манжетами и футболке, которая, на самом деле, ему подходит, и смотрит за много миль от человека, которого Ричи помнит из Дерри. У него не растрепанная, но и не прилизанная, прическа, которую Ричи узнает, потому что он все еще ходит так на работу — он видел все это в Нью-Йорке. Он выглядит искренним, большие брови сдвинуты и приподняты над грустными глазами, со скрещенными руками, его пальцы ерзают по бокам ровно настолько, чтобы Ричи мог это заметить. Он нервничает. Бев не перестает говорить, когда Ричи встает, она только наклоняется, чтобы сохранить зрительный контакт с Майком, объясняя ему… что-то. Ричи не знает, для него это все голоса — белый шум. Ему нужно всего несколько шагов, чтобы достичь Эдди. Эдди не сдвигается ни на дюйм, даже когда Ричи врывается в его личное пространство. — С каких таких пор? — тихо спрашивает Ричи, чтобы его мог слышать только Эдди. Ричи наблюдает, как взгляд Эдди скользит по его лицу, к губам, обратно к глазам. Он спасен от бремени принятия решения, потому что Эдди протягивает руку и притягивает его к себе в поцелуе, обнимая за плечи. Сначала поцелуй выходит грубым, очень в стиле Эдди. Он настойчиво прижимается и закрывает глаза, упираясь в Ричи, который глупо стоит. В его голову ударяет осознание, что поцелуи, как правило, занятие для двоих. Он поднимает руку, чтобы найти челюсть Эдди, и останавливается, и его пальцы зарываются в волосы Эдди. От этого прикосновения Эдди слегка расслабляется, его губы становятся мягче, а голова наклоняется, давая Ричи возможность поцеловать его в ответ. Ричи целует его с энтузиазмом. Его пальцы проходят по волосам Эдди, и он наклоняется вперед так сильно, что Эдди приходится немного отступить назад, чтобы вместить пространство, которое Ричи занимает. Но Эдди, похоже, это совсем не беспокоит; его свободная рука сжимает бицепс Ричи, он жадно прижимается, когда Ричи облизывает его губы. — Ох, ё! — Из-за спины Эдди доносится грохот чего-то, возвращающий их в реальность. Билл продолжает: — Господи боже мой! Каждый из их друзей находится в реальности, в то время как язык Ричи был во рту Эдди. Он отстраняется, и Эдди следует за ним, почти поднимаясь на цыпочки и цепляясь за него. — Кхм, — это Стэн, Ричи прекрасно может представить, как он смотрит на всех остальных. — Это что-то новенькое? — Да! — кричит Бев. Эдди наконец отходит на некоторое расстояние, выглядя ошеломленным, но не смущенным. — Мы должны, эм… — Ричи сглатывает, не понимая, во что они ввязались за такой короткий промежуток времени. — Поговорить? — Эдди заканчивает за него. — Снаружи? — Да. Ричи замечает Билла на кухне с пустой миской из-под попкорна в руках, Стэн рядом с ним выглядит потерянным. Им, с приподнятым и ошеломленным настроением, придется пройти мимо Бев и Майка, сидящих на диване. По другую сторону входной двери, на холодном ночном воздухе, они находят немного больше уединения. — Эдди, — начинает Ричи, не до конца понимая, что пытается сказать, все еще старающийся переварить произошедшее. Он изумленно смотрит на Эдди, прежде чем сдаться. Невозможно вымолвить и слова, обличить его мысли в речь равноценно постижению всех азов алхимии в этот момент, поэтому он даже не пытается. На этот раз взяв в руки лицо Эдди, он целует его снова. Ричи сутулится, уменьшая разницу в росте. Эдди приглушенно стонет и улыбается так широко, что они даже не могут нормально поцеловаться, и ему снова приходится отстраниться. Ричи смотрит, как он пытается взять контроль над своей улыбкой, как глубокие ямочки отказываются исчезать. Эдди прочищает горло. — В старшей школе я подружился с самым громким ребенком в моем классе, — шепчет Эдди в маленькое пространство между ними. — Моя мама ненавидела его, но я никогда не понимал, почему. Ричи смеется. Если он этого не сделает, то заплачет. — А в колледже, — его глаза отпускаются на губы Ричи, а затем снова смотрят в глаза Ричи. — В первый раз, когда я напился на вечеринке, на которую меня притащили, я целовался с каким-то парнем в больших очках и с растрепанными волосами. — Иисусе, Эдди— Эдди резко шикает на него, но извиняется, оставив один быстрый поцелуй на губах. — Из-за этого у меня была паническая атака, — он пожимает плечами, как будто это просто глупая маленькая деталь, не имевшая никакого значения. Это снова заставляет Ричи рассмеяться, все еще держа в руках лицо Эдди, не желая отпускать его ни на минуту. — Мне приходилось смотреть твои выступления по телевизору на работе, потому что Майра тебя ненавидела, — он внимательно смотрит на Ричи во время своей речи, наблюдая, как его слова проникают в сознание. — Она не находила ничего интересного в мерзком грубом комике, — затем он добавляет вполголоса. — Ну, на самом деле, я тоже. — Боже мой, — говорит Ричи. Это единственные слова, которые приходят на ум. — Когда ты сказал, что никогда не забывал… Я не сразу это понял, но думаю, что я тоже никогда не забывал. За последние несколько месяцев Ричи не утратил веры в проблеск будущего с Эдди, которое в конце концов сбудется. Он всегда был уверен, что так или иначе найдет способ поговорить с Эдди, и они смогут обсудить их отношения; что он сможет доказать Эдди, что он стоит того, чтобы совершить этот шаг. Но он даже не мечтал, что именно Эдди сделает этот шаг. — Я вырезал наши инициалы на мосту поцелуев, когда мы были детьми, — признается Ричи. Единственный способ выразить чудовищность того, что жило в нем всю его жизнь. — И еще раз перед тем, как я уехал из Дерри во второй раз. Если Ричи когда-либо в своей жизни видел, чтобы кто-то выглядел ошарашенным, то это сейчас. Эдди моргает, глядя большими стеклянными глаза, и ничего не говорит. Ричи наслаждается этим выражением, запечатлевая его в памяти на будущее, где он, несомненно, будет кичиться, что лишил Эдди Каспбрака дара речи. Он созерцает его, наблюдает, как смягчаются глаза Эдди, когда проводит большим пальцем по тонкой линии шрама на его щеке. Они снова целуются, медленно, изучающе и пылко. Ричи проводит языком по губам Эдди, который обхватывают Ричи за талию, крепко держась за его футболку. Он не уверен, кто отрывается первым, но Эдди улыбается, когда они все же отстраняются, весь зацелованный. На его волосах не мешало бы навести больший беспорядок, думает Ричи. — Так ты действительно… — Эдди подавляет смех, Ричи слышит дрожь в его голосе. — Дрочил? На меня? Смех Ричи — не более чем выдох. Наконец он убирает руки с лица Эдди, но не уходит далеко, а лишь позволяет своим рукам безвольно свисать с плеч Эдди. — Нет, не совсем, — он продолжает, углубляясь прямо в бездну Слишком Большого Количества Информации. — Оказывается, виски действительно подавляет либидо. — Оу, — Эдди отводит взгляд, смотрит на свои руки, крепко держащие Ричи за талию, потом снова поднимает. В его глазах особая решимость, которую Ричи живо помнит со времен Палм-Спрингс. — А сейчас как? До этого момента у Ричи не было ответа на этот вопрос. Он ни с кем не спал и не был особенно возбужден, но и не тратил на все это сколько-нибудь значительного времени. Не то чтобы он ожидал, что у него будет такое же либидо, как двадцать лет назад, и, кроме того, он был занят путешествием. Иногда он мастурбирует, и какая разница, от скуки это или от желания? Он немного читал об этом в интернете, но с тем же интересом и в полусонном состоянии, когда он вбивал в гугле что находится внутри раковин улиток, потому что его мозг отказывал отключаться. Нет ничего странного в том, что ему требуется время для возвращения к нормальному состоянию после длительного периода употребления алкоголя. И именно сейчас, с внезапной и интенсивной ясностью, он находит свой ответ. Эдди многозначительно задал вопрос, и это, очевидно, было все, что ему нужно, чтобы понять: его либидо работает на ура. Это должно быть отражается на его лице, понимание — как пробуждение. — Пойдем наверх, — говорит Эдди. Внутри темно, громкие звуки очередного глупого фильма и запах попкорна наполняют комнату. Неудачники молчат, но все они обращают внимание, когда Ричи и Эдди возвращаются через дверь и идут друг за другом к лестнице. — Жаль, что нам придется пропустить фильм, — Эдди идет впереди Ричи, показывая дорогу. В его голосе нет и намека на сожаление. — Нам нужно поговорить. Они уже почти дошли до лестницы, когда Бев окликает их: — Только практикуйте безопасный разговор! Эдди не сбивается с шага, не колеблется, только бросает средний палец через плечо и продолжает идти. Ричи слышит пронзительный смех из гостиной и больше ничего, как он оказывается на лестнице прямо за Эдди. В их тесной маленькой спальне с двумя односпальными кроватями Эдди целует его, прижимая к двери. Вся затянувшаяся неуверенность извне исчезла, и все, что Ричи поначалу может делать — это держаться в ритме с Эдди. Руки Эдди на нем, в его волосах и хватают за плечи, сокращая любое пространство между ними. Ричи тесно прижимает его к себе, чувствуя, как Эдди выгибается, когда он хватается руками за его спину. Они с Эдди никогда так не целовались, в том мире. Тогда он не чувствовал, что имеет на это право, но сейчас все реально. Этот Эдди настоящий, он проникает языком в его рот и удовлетворенно стонет. Ричи отрывается, чтобы вдохнуть воздуха, отчаянно пытаясь облегчить боль в шее от своего неудобного сутулого положения. Он прижимается спиной к двери, чтобы твердо стоять на ногах. Если Эдди отступит, то он рухнет на пол. Эдди смотрит ему в глаза и ничего не говорит. Он выглядит потрясающе, даже с остекленевшими глазами и расфокусированным взглядом, такой же бездыханный, как и Ричи. Новый угол открывает Ричи новые границы, и он опускает голову, целуя скулы Эдди, его подбородок, наслаждаясь тихим вдохом, который Эдди отпускает в ответ. Он прижимает второй поцелуй чуть ниже первого, затем легко кусает Эдди, чувствуя солоновато-сладкий вкус его кожи. Вкус Эдди пронизывает его насквозь, легкий привкус пота посылает тепло, расцветающее в его животе. 'Я бы прошел через это все снова, ' — думает он, когда Эдди цепляется, дрожит и стонет, когда Ричи снова кусает его, еще ниже. Все годы забвения и одиночества, клоун, реабилитация. Все это, если бы это означало, что он окажется здесь. Рука Эдди все еще сжимает его волосы в кулак, крепко, не оставляя места для неуверенности. Ричи именно там, где Эдди хочет его. Ричи опускает руки на бедра Эдди и притягивает его, снова крепко прижимая к себе, не оставляя ни единого сантиметра между ними. Он хочет чувствовать Эдди, и он хочет, чтобы Эдди, в свою очередь, чувствовал его. И, определенно, Эдди его чувствует, потому что произносит имя Ричи задушено, удивленно. Он немного отодвигается, поддаваясь желанию посмотреть в лицо Эдди, когда использует свою хватку, снова двигая бедрами Эдди. У него стоит, Ричи чувствует его через джинсы. Оторваться от теплой кожи Эдди было неплохой идеей — он видит, как его глаза закрываются, когда их бедра прижимаются друг к другу, как напрягается его челюсть, грубо сглатывая. — Хорошо, хорошо… — Ричи не может понять, говорит ли Эдди с ним или с самим собой. Он разжимает пальцы и небрежно поправляет волосы Ричи. — Хорошо. — Эдс? — ему нужна некоторая ясность в том, является ли это «я закончил» своего рода «хорошо» или что-то еще. Эдди облизывает губы, и все мысли из головы Ричи улетучиваются при виде кончика его языка. Он слышит только белый шум, когда ладонь Эдди крепко прижимается к его паху. Он остается в сознании ровно столько, сколько требуется, чтобы уловить смутно недовольный звук, издаваемый Эдди. — В чем дело? — спрашивает Ричи, сбитый с толку. Он видел разную реакцию на свой член, но недовольство никогда не входило в список. — Я говорил себе, что вся твоя болтовня о большем члене были всего лишь шутками, — Эдди расстегивает его ширинку и оставляет шорты широко открытыми, снова прикасаясь к нему через тонкую ткань боксеров (простых, чистых, без дырок, он так рад этому). — И ты этим недоволен? — это немного резонирует с тем, как Эдди нетерпеливо трогает его, медленно поглаживая его член ладонью. Ричи чувствует, как его член незамедлительно реагирует на ласки. — Да, — продолжает гнуть свою линию Эдди. — Ты не можешь быть одновременно горячим, высоким и большим. — Говорит парень с таким прессом, — Ричи подчеркивает свои слова, просовывая руки под подол футболки Эдди, касаясь мягкой кожи и твердых мышц. Он находит и прослеживает легкий след волос от пупка Эдди до пояса его брюк, запоминая текстуру, то, как Эдди содрогается от его прикосновения. Он ударяется головой о дверь — из-за сочетания усилия расстегнуть пуговицу на джинсах Эдди и руки, скользящей за пояс его боксеров — все это слишком ошеломляет. 'Это действительно происходит?' — снова и снова возникает этот вопрос в его мыслях. Пару часов назад они спорили о том, как кентавр будет носить штаны, а сейчас рука Эдди гладит его член. — Мы поторопились? — спрашивает он. Ричи не знает, почему это спрашивает, но ему необходимо внести уверенность. — Не знаю, — отвечает Эдди. Его рука застывает — большой палец останавливается как раз рядом с тем самым чувствительным местом прямо под головкой, и это, Ричи почти уверен, является национальной трагедией. Эдди смотрит на него, ожидая, что Ричи посмотрит в ответ. Его брови обеспокоенно сдвигаются. — Тебя это беспокоит? Все, что беспокоит Ричи, — это то, что даже расстегнутые брюки Эдди слишком тесны, чтобы втиснуть в них руки. — Не совсем. Эдди смотрит на него с нескрываемым недоверием и замешательством; с таким же успехом Ричи мог бы просто признаться, что он с другой планеты. — Тогда почему ты спросил? — Я не знаю! — Ричи полностью отказывается от попыток бороться со штанами Эдди и вместо этого засовывает пальцы в задние карманы. По крайней мере, так он может схватить его за задницу. — Я подумал, что тебя это может встревожить. Эдди пристально смотрит на него. — Нет, — он моргает. — Я хочу подрочить тебе, — говорит он, словно это самая очевидная вещь. — Именно поэтому моя рука сейчас у тебя в штанах. — Окей, — почти пищит Ричи. Только это больше похоже на 'окейаааааах', потому что большой палец Эдди сдвигается и действительно находит то самое место под головкой. Эдди двигает бедрами, прижимаясь к Ричи и поощряя сильнее сжать его задницу; звук, который он издает, восхитителен. — Я… У меня была гонорея шесть месяцев назад. Глаза Эдди распахиваются, его рука снова замирает. — Ну, теперь все карты раскрыты, — продолжает он, снова не уверенный, что заставило его открыть свой большой сраный рот. — Но сейчас я здоров, — он неловко сглатывает. — Слушай, мы можем начать все сначала? Ричи резко поднимает и двигает руками, имитируя движения человека, который движется назад. Он добавляет свои собственные низкие, замедленные, искаженные перемоткой звуки речи, прежде чем остановиться и вернуть руки в карманы Эдди. — Мы поторопились? — повторяет он. Эдди разевает рот и молчит. Его рука все еще в штанах Ричи, как будто он забыл, что она там. — Тут ты говоришь, что ты хочешь подрочить мне, — добавляет он, словно это забытая реплика. Рот Эдди, все еще приоткрытый, дергается, и он улыбается, а его плечи трясутся, кажется, от смеха, шокированного и смущенного. Он вздыхает. Говорит: — Блядь, заткнись, — и ловит Ричи в еще одном слишком резком поцелуе. Он полностью отстраняется. — Забирайся на кровать. Ричи забирается, снимая шорты. Эдди отходит, чтобы порыться в своем чемодане. — Снимай штаны, чувак, — комментирует Ричи. Он лежит на боку вдоль кровати, подперев голову рукой, и интересуется, как двое взрослых мужчин вместятся в одну кровать. — Такое чувство, что я проигрываю бой с поясом целомудрия. Он не привык быть таким болтливым в сексуальных ситуациях. Он едва разговаривал с людьми, с которыми спал. Но это Эдди, и они всегда были такими. Он всегда делал все возможное, чтобы привлечь к себе внимание Эдди, заставить Эдди говорить в ответ, рассмешить Эдди. И Эдди смеется. — Мои штаны не настолько тугие, — он продолжает рыться одной рукой в своей сумке, а другой стягивать джинсы. Он сбрасывает их на пол и достает из сумки маленькую бутылку. — Ты привез смазку на дружеский отпуск? — спрашивает Ричи, когда Эдди идет обратно к кровати. — Никогда не знаешь, когда тебе она может понадобиться, — рассеянно отвечает он, отвлекаясь на оценку пространственной ситуации на кровати. Ричи не занимает всё место, но если они будут лежать бок о бок, то есть реальный риск, что один или оба свалятся за борт. — Ага, — дразнит Ричи. — Именно поэтому ты хотел себе присвоить одну большую кровать? — Фу, — Эдди толкает Ричи в плечо, так что тот ложится плашмя, и взбирается на него, пока не седлает Ричи. — Чего бы я сейчас не отдал за ту кровать. — На самом деле все не так уж плохо, — возражает Ричи. Его руки поднимаются по ногам Эдди — сильным, жилистым, слегка покрытыми волосами — и хватаются за ягодицы, все еще прикрытыми мягкими боксерами. Он слегка шлепает его, побуждая двигаться. — Иди сюда. Он сдвигается, падая вперед, и голова Ричи оказывается в ловушке его предплечий. Ричи хочет сказать что-то еще, пошутить еще о чем-то, но он не может думать из-за того, как Эдди смотрит на него сверху вниз. Все, что ему удается, — это произнести имя Эдди. Он даже не пугается, насколько благоговейно звучит. Эдди целует его нежно и медленно, как будто у него есть все время мира. Одна из рук Ричи скользит вверх, прослеживая линию его позвоночника под футболкой и останавливаясь между лопатками. Он чувствует, как меняется текстура кожи Эдди в том месте, где находится его шрам: слишком гладкая и плотная рядом с мягкой и нежной кожей. Другая его рука опускается на копчик Эдди, он счастливо стонет, когда Эдди понимает намек и, наконец, двигает бедрами. Они находят ритм. Одной рукой Эдди задирает футболку Ричи до подмышек. — Черт, ты волосатый, — Эдди отрывается, рассматривая Ричи, и проводит пальцами по груди. Он не волосатый, как ковер, но если это как-то воздействует на Эдди, то он не будет задавать никаких вопросов. — Теперь-то я могу дотронуться до тебя? Боже, — его руки отчаянно нуждались в этом с тех пор, как они закрыли за собой дверь спальни. Эдди полностью садится и откидывается назад, чтобы, наконец-то, наконец-то, стянуть боксеры с себя, сбросив их куда-то с кровати. Он не останавливается, а проделывает то же самое с Ричи; пальцы нетерпеливо дергают его за пояс. — Лучше? Ричи оглядывает его, нащупывая смазку сбоку. Он стоит на коленях и смотрит вниз на Ричи, его член покраснел и набух, руки плотно скрещены на груди. Он не застенчивый, не скромный, Эдди не такой; скорее нетерпеливый, строптивый. 'Я хочу высосать его мозг через член,' — думает Ричи. Он уже представляет и чувствует, как берет Эдди в рот. Ричи хочет услышать, как Эдди разваливается на части от удовольствия. В следующий раз. Он садится, прислоняя подушку у неудобной спинке кровати, откидывается назад с высоко задранной футболкой. Вместо этого Ричи говорит: — Ты выглядишь как Дональд Дак. Эдди смотрит на себя. — Что? Оу… — он хватает край своей футболки и снимает ее через голову. — Ты такой надоедливый. Он наклоняется вперед, чтобы поцеловать Ричи, теперь, когда тот сидит, ему гораздо легче это сделать. Между ними Эдди берет смазку из рук Ричи, открывает ее и выдавливает немного в их руки. Ричи изо всех сил пытается ответить между поцелуями. — Если продолжишь… — поцелуй, — называть меня… — поцелуй, — надоедливым. То у меня… — поцелуй, — появится комплекс. — Скорее, у тебя появится фетиш на то, что я тебя оскорбляю, — бормочет Эдди в пространство шеи Ричи. Он обхватывает Ричи рукой и одновременно кусает кожу на его шее, пресекая попытку дать ответ, который находится глубоко в груди Ричи, насколько он прав. Звук, который он издает, звучит где-то между всхлипом и стоном, и он вытягивает шею, давая Эдди больше доступа. Он слепо шарит между ними, прежде чем находит член Эдди и, наконец, берет его в руку, горячо, гладко и удовлетворенно. Он чувствует, как Эдди реагирует на каждое его прикосновение, так же, как и слышит его; он задыхается, когда Ричи большим пальцем проводит по головке; он дергается, когда Ричи меняет угол; стонет напротив его груди, когда Ричи сжимает его и дрочит немного быстрее. Это не займет много времени, осознает Ричи. Не тогда, когда он возбудился с того момента, как они поцеловались внизу на глазах у всех, словно целую вечность назад. Не тогда, когда Эдди провел немало времени, прикасаясь и дразня его у двери. Эдди не валяет дурака. Он покончил с флиртом, поддразниванием, целеустремленно сосредоточился на том, чтобы довести Ричи до оргазма с потрясающей эффективностью. Это выводит Ричи из равновесия. Он пытается не забывать о своем присутствии, предлагает обратную связь, комментирует все действия, которые Эдди выполняет так, как нужно, но он слишком теряется в своих чувствах, неспособный справиться со всем этим потоком. Он утыкается лицом в шею Эдди и бормочет неконтролируемую чушь, которая вылетает у него изо рта. Эдди, похоже, не возражает. Он прерывисто дышит в волосы Ричи и предэякулят стекает по его пальцам. Когда Ричи использует свою свободную руку, чтобы схватить Эдди за задницу и побудить его двигать бедрами в кулак Ричи, Эдди издает прерывистый звук. Он падает вперед, тяжело опираясь на плечо Ричи, и выдыхает его имя, прежде чем кончить на грудь и живот Ричи. Ричи держит его, пока он дрожит, чувствуя, что сам находится на острие ножа только от Эдди, произносящего его имя этим нуждающимся голосом. Эдди расслабляется, восстанавливая дыхание, пока Ричи не начинает ерзать в отчаянной попытке найти хоть какое-то трение. Кажется, Эдди начинает осознавать действия Ричи, потому что он снова двигается. Он садится и грязно целует Ричи, толкая его обратно на подушку, и снова двигает кулаком, быстро и сильно. Ричи пытается не отставать, пытается ответить на поцелуй, но он быстро разваливается на части. Он стонет вокруг языка Эдди, когда кончает, обе руки крепко сжимают его талию, ощущая легкие сокращения мышц. Какое-то время они оба просто дышат, сидя, ссутулившись, прислонившись друг к другу (честно говоря, положение довольно болезненное) у изголовья кровати Ричи, кожа скользкая от пота, где они соприкасаются. Затем напряжение спадает, но они всё те же. — Мне нужно встать, но я не хочу двигаться, — мямлит Эдди между грудью и плечом Ричи. — Мне нужно привести себя в порядок. — Тебе нужно привести себя в порядок? — спрашивает Ричи. — Это я весь в сперме. — Боже мой, — Эдди давится. По-настоящему или нет, Ричи не может ответить. — Ты отвратителен, — однако, эта мысль, кажется, слишком сильна, потому что он приходит в движение, отрывается и встает с кровати. Он останавливается, снова садится на кровать, чтобы дать Ричи еще один быстрый поцелуй, а затем окончательно встает с кровати. Ричи наблюдает, как он босиком пересекает комнату, чтобы снова начать рыться в своей сумке, видны его костлявые лодыжки и сильные икры. Он вздыхает, медленно начиная садиться. Ричи не уверен, как именно доберется до ванной, но он должен попытаться. — Ты куда? — голос Эдди заставляет его застыть на месте. — Умыться? — Ложись обратно, — командует Эдди. На этот раз он достает из сумки маленькую коробочку. — Я все сделаю. Он открывает коробочку, и Ричи понимает, что это влажные салфетки, когда одна оказывается в руках Эдди. Ричи не привык… В основном, ко всему такому. Быть трезвым в сексуальной обстановке относительно ново. Бездельничать постфактум, небрежно и в обнаженном виде, определенно тоже в новинку. Эдди, который наклонился над ним и который вытирает его грудь — все это слишком, чтобы разложить все по полочкам в голове, как бы Эдди не был нежен, он неожиданно почувствовал себя уязвимым. Он, вышедший из равновесия, неуверенный, тихий, в то время как Эдди аккуратно складывает салфетку и бросает ее в крошечное мусорное ведро. — Давай, — Эдди кидает ему спортивные штаны, в которых Ричи спал прошлой ночью, с того места, где они упали на пол. Они вместе натягивают пижамы и крадутся по коридору в главную ванную, где бок о бок умываются и чистят зубы. Ричи сидит на широком краю ванны и наблюдает, как Эдди завершает сложную процедуру чистки зубов, полоскания рта и ухода за кожей. Он принимает полный колпачок ополаскивателя для рта, когда его ему преподносят, полоскает рот, пока не получает разрешение Эдди сплюнуть. Они оба каким-то образом втискиваются в тесную кровать Эдди. Они не сразу устраиваются, и им не совсем удобно, но они оба разделяют желание быть рядом друг с другом, даже если есть небольшая вероятность, что кто-то из них точно упадет на пол. Сейчас они находятся не в самом худшем положении вещей, особенно когда Эдди прижимается к его спине, обнимая. Ричи при таких обстоятельствах легко заснуть. В голове Ричи мелькает воспоминание. Остановка посреди поездки, гостиничный номер, осознание, что они лежали в таком же положении, только тогда Ричи прижимался к спине Эдди. В первый раз он сказал я люблю тебя Эдди, и как он нервничал тогда, даже перед Эдди, на котором он был женат; который, вероятно, слышал это тысячи раз. — Итак… — он ждет ответного ворчания Эдди, чтобы понять, что тот слушает. — Рассматриваешь варианты, да? Ричи ожидает раздражения, и точно не ожидает, что Эдди фыркнет ему в шею и ущипнет за сосок. — Ау! — Ричи делает все возможное, чтобы унять боль. — Блядь. — Ты это заслужил, — бормочет Эдди. Он явно выбился из сил, ему давно пора спать. — Думаю, с меня хватит размышлений. — Да? — Да. Есть один парень, который мне нравится, — он зевает. — Большой, раздражающий, смешной. — Звучит как хороший улов, — Ричи не признает, как дрожит, когда слушает Эдди. Он благодарен, что отвернулся от него. — Так и есть, — он говорит это так легко, что всякое чувство шутки исчезает. Ричи глубоко дышит. Успокаивается. — Я люблю тебя, Эдс. По-настоящему. — Ага, — кажется, он засыпает. Одна рука скользит по груди Ричи, поглаживая пальцами мягкую кожу над сердцем. Его пальцы сгибаются, он ловит несколько волос на груди между двумя костяшками пальцев и тянет. — Я тоже люблю тебя.

***

Ричи ожидает, что Эдди — ранняя пташка. Что Эдди перелезет через него, вылезет из постели и исчезнет, чтобы принять душ, или побегать, или что-нибудь еще, чем бы он не любил заниматься по утрам. Может быть, он так и делает, обычно. В основном, у него была разная утренняя рутина в Палм-Спрингсе, и ему, похоже, нравилось рано вскакивать с постели, желая как можно быстрее начать свой день. Может быть то, что Ричи видит в данный момент — это версия Эдди в отпуске, потому что он все еще спит, когда Ричи просыпается, сопя ему в затылок. Ричи не двигается, не осмеливается сделать ничего, что могло бы преждевременно положить конец этой ситуации. Он дотягивается до телефона и прижимается обратно к груди Эдди, рука которого расслабленно свисает с бока Ричи. Он бесцельно проводит время в Твиттере и не находит ничего интересного, отвечает на сообщение (строчка выпученных глаз) от Бев своей собственной строкой средних пальцев и играет три раунда в солитера, пока Эдди не проснется. Когда он все же просыпается, то глубже зарывается лицом в подушку и прижимается к спине Ричи, попутно ворча во время своего пробуждения. Через мгновение он втискивается в крошечное, тесное пространство между Ричи и стеной. И не двигается. Очень, очень осторожно Ричи перекатывается, пока не оказывается лицом к Эдди. Он находит его лежащим на спине, уставившимся в потолок своими большими круглыми глазами, совершенно проснувшимся. — Все наши друзья видели, как мы целовались, — Эдди не моргает, даже не дергается. — Ага, — весело соглашается Ричи. — Они, э-э, конечно, видели. — И все они знают, зачем мы поднялись наверх, — его голос почти ровный, невозможно точно определить его чувства по этому поводу. — Скорее всего, — снова соглашается Ричи. — А это проблема? То, что они знают? Наконец-то Эдди двигается, молниеносно протягиваю руку, чтобы взять сжать ладонь Ричи в своей. — Нет! Не потому, что… То есть, мне стыдно… — ворчит он, будто ему неприятно это признавать. — Не из-за тебя, а из-за того, что я вел себя как… — Похотливый идиот? — подсказывает Ричи. — Да, — Эдди заметно съеживается. Он отпускает руку Ричи, проводит своей рукой по волосам, которые торчат в разные стороны, и пытается привести их в порядок, дергая их вниз вдоль покрытой шрамом щеке. — На глазах у всех. — Ну, они те еще придурки, но они не придурки, — отвечает Ричи. — Все будет хорошо. А пока иди чистить зубы. — Да, ты прав. Все будет хорошо, — он садится и потягивается, кряхтя и выгибаясь. Ричи наблюдает за изгибом его спины через футболку и жаждет проследить пальцами по его позвоночнику, но потом вспоминает, что может это сделать. Футболка мягкая на ощупь, возможно, она старая, или дорогая… Эдди дрожит и бормочет, что боится щекотки, когда Ричи скользит рукой вверх по его спине. Эдди поворачивается и откидывается назад, приземляясь так, что он держится на локте над Ричи. Он выглядит таким расслабленным и мягким, бодрым, но все еще с упорно цепляющей к нему аурой сна. Его свободная рука тянется к лицу Ричи, пальцы касаются грубой от щетины кожи, и он инициирует поцелуй, на который Ричи радостно отвечает. Целомудренно, кратко, но утешительно. Как только Эдди выходит за дверь, Ричи берет телефон и снова пишет Бев. 'скажи всем, чтобы все вели СЕБЯ НОРМАЛЬНО, или я скормлю их медведям' Она отправляет смайлик со смеющимся лицом и поднятым большим пальцем. Эдди возвращается, свежий и причесанный. Кермит злится на него, сообщает он, за то, что его не пустили в комнату ночью. Он увидел Эдди в коридоре и сразу развернулся, не обращая на него никакого внимания. Они одеваются в комнате в относительной тишине. Пока мозг Ричи снова не побеждает и не велит ему открыть рот. — Не то чтобы я хочу быть тем, кто спрашивает и кто же мы друг другу?, но… — Ричи обрывает свое предложение на полпути, желая, чтобы он хотя бы подождал, пока полностью оденется, прежде чем создавать неловкость. — Не знаю, — ответ Эдди приглушен футболкой, которую он натягивает на себя. Ричи немного беспокоится, какие его будут следующие слова. — А ты как думаешь? — он поворачивается, не давая Ричи шанса ответить. — Хм, бойфренды кажется слишком просто, учитывая то, о чем мы говорили прошлой ночью. Он больше не выглядит смущенным, но Ричи знает, что означает выражение смутного шока на его лице. 'Я никогда тебя не забывал.' 'Наши инициалы на мосту поцелуев.' 'Я люблю тебя.' Родственные души — не слишком ли? Да, возможно, думает Ричи, не смотря на то, как правильно это описывает его чувства. — Я думаю, мы сможем это решить, — выдает Ричи. Он думает, что сможет жить с этой задачей, пока Эдди решает эту задачу с ним. — Да, — соглашается Эдди. Он толкает локтем в бок Ричи, проходя мимо него к двери. — Вместе. Прежде чем Эдди успевает дойти до двери, Ричи хватает его за руку и тянет назад. Он ждет, глядя на Эдди, который смотрит в ответ, позволяя предвкушению нарастать между ними. — Ты дал мне комнату с двумя кроватями, потому что думал, что я приведу парня? — интересуется Ричи. — Ты ревновал? Это было явно не то, чего он ожидал. Эдди смотрит на него снизу вверх, всегда такой невозможный. Он стискивает зубы и говорит: — Нет. — Угу, — кивает Ричи, подыгрывая. — Тебе просто нужна была эта большая кровать, потому что? — Потому что я приехал первый, — повторяет он свое прежнее оправдание со всей убежденностью человека, который знает, что его поймали на лжи. — Конечно, — Ричи пока отступает. Будет время, чтобы снова поднять этот вопрос позже. — Первым пришел, первым обслужили. Его согласие, кажется, никак не действует на Эдди, который продолжает выглядеть раздраженным из-за поимки. Ричи смеется, за что получает сильный тычок в грудь от Эдди. На этот раз он не удерживает Эдди, когда тот уходит.

***

Завтрак проходит… спокойно. Всякая неловкость и неестественность отсутствует, но все равно что-то не так. Неудачники, ну, не аплодируют и не устраивают неприятный ажиотаж, когда Ричи и Эдди наконец садятся за стол, где все либо едят, либо готовятся к приему пищи, либо задерживаются после еды из-за разговоров. Но Ричи знает — половина из них умирает от желания узнать, что, черт возьми, произошло между ними прошлой ночью. Он все равно не смог бы ответить, у него нет ни малейшего представления, что заставило Эдди из задумчивого молчания утащить его с вечера кино, и, в итоге, они сняли друг с друга одежду. — Что ж, кхм… — Билл прочищает горло, несколько раз протаскивая один и тот же кусок колбасы через лужу сока, так и не съев его. — Я думаю, если мы все будем честны, Майк, э-э, со мной и Одрой. Все замирают. Ричи сомневается, что в глубине души кто-то удивлен, но никто не ожидал, что правду подадут с панкейками. Он точно не может сказать, нарочно ли Билл признался именно сейчас, ведь это избавит Эдди от ощущения, что все думают только о них. Черт, Ричи тоже чувствует себя лучше, когда теряется часть внимания к их отношениям. — Вы… вы… — заикается Ричи, указывая через стол. — У вас ТРОЙНИЧОК? Билл напряженно кивает. — Думаю, так ты это можешь назвать. — Майк, — Ричи полностью переключает свое внимание на Майка, который выглядит более застенчивым, чем Билл. Он сидит ссутулившись, но Ричи видит, как пальцы одной руки крепко сжимают плечо Билла. —Моргни дважды, если они держат тебя в заложниках. Майк закатывает глаза, но смеется. — Я не заложник, Ричи, но спасибо. Ричи помнит ЭлЭй. Отказ Майка занять его квартиру. Как он сказал Ричи, что он был вторым неудачником, узнавшим, что ему нравятся парни. Срань господня. И все это у него под носом. Да, Ричи подозревал, что между ними что-то происходит, но слышать подтверждение этому — безумие. — Итак… — Патти переводит взгляд через стол с одного лица на другое. — Кто еще в этой группе друзей спят друг с другом? Эдди давится водой из стакана, наклоняется, чтобы вытереть рот, и смеется в кулак. — Ну… — Ричи бросает взгляд на Беверли, которая до сих пор ела более или менее молча и демонстрировала соответствующий уровень удивления из-за новости Билла и Майка. Бен в другом конце кухни, у плиты, тщательно готовит что-то вроде омлета. Медленно, все остальные отслеживают взгляд Ричи, пока все не устремляются на Беверли. Ей не везет, потому что ее спина не повернута к ним, хотя, иначе бы все глаза устремились на Бена. Она артачится, переводя взгляд с одного Неудачника на другого, как будто ее в чем-то обвиняют. Затем она вздыхает, бросает все и откидывается на спинку сиденья. — Хорошо. Ну, да. Довольны? — она высоко пожимает плечами. — Прости, Бен. Плечи Бена тоже довольно высоко сгорблены, но, когда он оборачивается, на лице расцветает улыбка. Он не жалеет ни одного Неудачника, кроме Беверли, и смотрит на нее во всю силу своих больших щенячьих глаз. — Я, блядь, так и знал, — шипит Эдди. — Не могу в это поверить, — говорит Стэн.

***

Остальная часть отпуска быстро пролетает. Это расслабляет, когда все Неудачники снова вместе и между ними нет секретов. Эдди не нужно вести себя так, будто он выбирает лучшее место в комнате, чтобы сесть рядом с Ричи (ему никогда не приходилось этого делать, но это не значит, что он этого не делал), он просто садится рядом с ним, потому что хочет. Им разрешено свернуться калачиком, занять половину дивана и ничего не делать, кроме как смотреть чепуху по телевизору. И он действительно отсасывает Эдди. В последний день, проведенный вместе перед тем, как все отправятся домой. Все Неудачники снаружи, внизу, жарят на гриле целый набор мяса и овощей. Эдди оправдывается под предлогом проверить Кермита. И намерения Ричи, когда он следует за ним несколько минут спустя, совершенно чисты, честно, нет, серьезно, как нетронутый снег. Как бы то ни было, Эдди оказывается прижат спиной к раздвижной двери в их спальне, его пальцы зарываются в волосы Ричи. Вероятно, все очевидно, ради чего они отходили, когда присоединяются к Неудачникам; Ричи чувствует себя опьяненным (Эдди выглядит как персонаж мультфильма, которого ударили по голове), но ни о чем не жалеет. Слишком скоро они все разойдутся по домам, и воспоминаний будет достаточно, чтобы пережить те дни, пока он не сможет снова навестить Эдди в Нью-Йорке. Они вдвоем строят планы, поздно вечером снова втискиваясь друг в друга на кровати. Ричи все еще хочет съехать из своей дерьмовой квартиры, и Эдди уже хочет помочь ему в поисках; то ли он не доверяет вкусу Ричи, то ли просто любит искать дома, он не знает. Они будут навещать, будут звонить, будут работать на расстоянии столько, сколько им нужно. Ни один из них не сомневается, что у них все получится. Последний совместный завтрак немного более торжественный, чем остальные. На самом деле никто не грустит, просто тяжело снова прощаться. — Мы соберемся снова, — говорит Стэн. — Каждый год. Стэн такой же, как и всегда. Мы вернемся, если Оно снова проснется. Но сейчас это звучит намного лучше. Мы вернемся, потому что хотим этого. Они не режут ладони, и Билл не берет с них клятвы, но все они решительно кивают. Ричи не уедет со Стэном и Патти, не вернется в Джорджию. Им требуется сорок минут, чтобы пройти через дверь, и столько же времени нужно, чтобы обнять их, прежде чем они уйдут. Билл плачет и запускает цепную реакцию, пока даже Эдди, которого Ричи никогда не видел плачущим, даже в самые страшные моменты, не вытирает глаза. Ричи едет в аэропорт с Эдди, хотя до собственного рейса ему еще ждать много часов. Он пытается убедить его на поцелуи на заднем сиденье арендованного автомобиля, пока они не сдадут его, но Эдди решительно отказывается, напоминая Ричи, что он знаменит и сейчас они на публике. Они все еще ждут вместе посадку Эдди, пока не приходит время прощаться, и в этот момент Эдди удивляет его самым крепким объятием, которое у него было в последнее время, что на самом деле является впечатляющим подвигом. Он тесно прижимает к себе Эдди, обещая позвонить, как только приземлится. Когда Эдди взлетает, а ему еще ждать несколько часов своего рейса, Ричи начинает скучать. Он бродит по магазинам аэропорта и отправляет Эдди фотографии всех самых глупых вещей, которые может найти. Он отправляет одну из них в групповой чат, где тычет пальцем на одну из книг Билла в книжном магазине, а затем выкладывает ее в Твиттер. Так же к этой фотографии он добавляет другую, где он и Билл, сделанную вчера — Билл посреди рыданий, а Ричи с подушкой без какой-либо то причины. Позже, наконец-то дома, наконец-то в постели, чувствуя легкое одиночество, он пишет Эдди спокойной ночи. Они переписывались весь день, Эдди не оценил шквал фотографий, и когда Ричи приземлился, он получил свой собственный поток сообщений — дюжина объявлений о домах за пределами Лос-Анджелеса. Трепет, который он испытывает, когда Эдди пишет в ответ 'спокойной ночи, люблю тебя', можно суммировать только в его ответе: несколько строк сердечек и влюбленных смайликов.