Злая-злая Василиса

Василиса вбежала в дом. Свобода! Хотя есть хочется… На кухне ей еды не дадут. Кажется, в комнате она заныкала шоколадку… …Девушка увернулась от Азалии, попытавшейся схватить её за ухо. Сейчас обычно строгая няня была совершенно не похожа на себя: чёрные волосы, обычно стянутые в пучок, были распущены и напоминали воронье гнездо. На женщине было длинное вечернее платье, красное с золотом, с высоким кружевным воротником. Это Азалия так приезд Нортона-старшего празднует? — Куда, позволь спросить, ты направляешься? — сухо спросила нянька. — И где Норт, Дейла? Эрик? Ноель? — Как это где? Сидят и думают о прекрасном, — ехидно ответила Василиса. — А вот где именно — вопрос не ко мне. Нянька переменилась в лице, но тут же справилась с собой. — Иди в свою комнату и переоденься, — строго сказала она, с неким презрением оглядывая наряд девушки. — Угу-угу, — кивнула Василиса. — Спешу и падаю. — Переоденься, — зло повторила Азалия. — Немедленно! — И на кой фиг? — У господина Огнева гости, — нетерпеливо пояснила Азалия. — Видишь ли, у твоего отца сегодня очень важное событие… — Не причина, — упрямо возразила Огнева. — И если событие столь важное, то чего вы оделись как… — Немедленно! — гневно перебила её женщина. — Ладно… — примирительно подняла руки Василиса. «Ага, щас прям!» Девушка побежала в свою комнату, подальше от несносной няньки. Шоколадка лежала в рюкзаке. Да, она немного… Ну, не немного подтаяла. Но лучше это, чем вообще ничего… Голод она немного утолила. Теперь можно подумать обо всём этом… Вот что было утром, а? У Нортона-старшего странные представления о встрече с дочерью… Василиса достала небольшое круглое зеркальце и осмотрела своё отражение. Ни капли не похожа на отца. Ни длинными рыжими волосами, ни синими глазами. Даже черты лица другие… Норт — другое дело. Этот внешне, когда вырастет, будет отцовской копией. Девушка отложила зеркало. С чего такое отношение? Просто потому что она на него не похожа? Или же причина как и у других детей… Из размышлений её вывел скрип двери — в комнату заглянула Дейла. — Так и знала, что дверь надо было запереть, — закатила глаза Василиса. — А то каждый норовит залезть… — Не пытайся казаться остроумной, рыжая, — скривилась сестрица. — Твоему чувству юмора уже ничего не поможет. — Как и твоему вкусу, — отпарировала девушка, рассматривая наряд Дейлы. Вообще-то одежда на сестре была очень даже хорошая: алый наряд из шёлка — идеально отутюженные блузка и брюки — и наверняка дорогая. — Советую спуститься вниз, если не хочешь ещё проблем, — зловеще усмехнулась девчонка. — Кстати, не советую попадаться на глаза Норту, он просто в бешенстве. Я-то, в принципе, на тебя не сержусь… Ну что, расскажешь о записке? — и Дейла с любопытством уставилась на сестру. — Признание в любви. От Азалии, — Василиса фыркнула и уже серьёзнее добавила. — Я уже и не помню, что там… Да и записку я потеряла. Она бессовестно врала — записка лежала в кармане джинс. Но зачем родственничкам об этом знать? — Надеюсь, ты помнишь, где находиться дверь? — Вообще-то отец просил передать тебе… — со скучающим видом Дейла протянула Василисе небольшой сверток, который до этого прятала за спиной. — Это ещё что? — девушка взяла его в руки и подозрительно осмотрела. — В твоих интересах говорить правду… — Да не знаю я, — закатила сестра глаза. — Самой интересно, — она бросила жадный взгляд на свёрток. Василиса положила его на кровать и подошла к Дейле. — Я очень сожалею, но… — она схватила девчонку за руку и толкнула за дверь. — Не могу удовлетворить твоё любопытство! Василиса захлопнула дверь. С этой мелкой паршивкой болтать совсем не хотелось. Девушка подошла к кровати и осмотрела свёрток. Он состоял из простой бумаги коричневого цвета, перевязанной тусклой серой ленточкой, и внутри явно было что-то крупное. С опаской Василиса развернула хрустящую обертку и удивлённо распахнула глаза: внутри оказалось аккуратно сложенное платье из темно-синего атласа, с длинными лентами-завязками, и туфли такого же цвета, с большими серебряными пряжками. Девушка взяла в руки платье и скептически его осмотрела. «Сдаётся мне, — подумала она. — Купить меня хотят…» И, что характерно, никаких записок с извинениями… Значит, теория верна. Скомкав несчастную ткань, Огнева отшвырнула платье на кровать. «Ага, нашёл идиотку!» Василиса осмотрела свой наряд: немного грязноватые джинсы и чёрная майка. Ах да, ещё и кеды… «Ну шикарный вид для торжественного мероприятия! Хоть сейчас как Золушка на бал идти!» В общем, надо порадовать гостей «великолепным» внешним видом…

***

Василиса вышла из комнаты, насвистывая мелодию. Возле самых дверей гостиной стояло большое зеркало в кованной узорной раме. Девушка заглянула в него, оценивая свой вид. Волосы из-за беготни туда-сюда растрепались, на джинсах кое-где была солома, да и на майке… Как там говорили родственники? Рыжая оборванка? Ну, теперь она точно подходит под это описание… Василиса ухмыльнулась. И тут же пространство вокруг неё озарилось сиянием искр… Ухмылка слетела с лица. Огнева опёрлась на стену, чувствуя подступивший к горлу ком. В сиянии виднелись цифры — римские, арабские… Василиса медленно сползла по стене и перевела взгляд на свои руки. Те сияли ещё ярче, чем в прошлые разы. А сегодня полнолуние… Голова нещадно заболела. В глазах потемнело. И ей даже показалось, что она слышит странные звуки… Девушка глубоко вздохнула и закрыла глаза. Как бы она ни старалась выровнять дыхание, у неё ничего не выходило. Это ненормально, это просто бред… Самый настоящий бред. Заметив, что стало как-то темнее, Василиса открыла глаза. Свечение исчезло. Так, всё, она точно не спит… Ладно, пора признать очевидное — она сошла с ума. Всё просто… Двери гостиной распахнулись, пропуская Эрика. — Ты чего? — удивлённо произнёс мальчик, разглядывая сидевшую на полу и держащуюся за голову сестру. — Я в порядке, — коротко произнесла девушка и встала с пола. Эрик лишь пожал плечами на её слова и удалился. Голова уже болела не так сильно. Хотя есть проблемы и похуже… «Так и знала, что чокнусь с этой семейкой…»

***

Настроение портить всем праздник и выпытывать что-либо у отца пропало. А если кто-нибудь узнает о том, что с ней творится? Её завезут в психушку, запишут в сумасшедшие… Перспективы так себе. В этом огромнейший минус одиночества, который Василиса, нехотя, признавала, — если тебе потребуется поддержка или совет, то обратиться будет не к кому… И всё-таки, что ей делать? Молчать в тряпочку или пойти к врачу? «Может, это спецэффекты были? — вдруг пришла ей в голову мысль. — А плохо мне стало от голода? А вот звуки… — из гостиной донёсся шум — очевидно, веселье в самом разгаре. — А звуки я услышала из гостиной, точно!..» Ну с чего ей сходить с ума? Может, она вполне нормальная?.. «Если произойдёт то, что объяснить будет невозможно, то я точно пойду к психиатру», — решила девушка. Так, всё хорошо, жизнь прекрасна, мир чудесен и прочие глупости, да-да… Что характерно — почему-то чем больше убеждаешь себя в одном, тем больше веришь в обратное… Так, стоп! Никакого обратного! Всё в порядке!.. «Минуточку, а ладони?..» Василиса страдальчески застонала. Значит, психиатр. Может, она руки испачкала в неоне? Но неон светится в темноте… Или кто-то сверху посветил?.. Нет, это было другое свечение… «Как всё сложно», — подумала Огнева, зайдя в гостиную, где шумели гости, танцевали пары… Секунду, но ведь гостиная была меньше! Да и стен зеркальных с люстрой тут не было… Видимо, она многое пропустила, практически целый день просидев в сарае. Было много людей — одни танцевали, другие смеялись и что-то пили… Зазвучала тихая и торжественная музыка, а танцующих пар прибавилось. Как Василиса не всматривалась, Нортона-старшего она не видела. Зато в дальнем углу возле стенки стояли столики с едой. Желудок заурчал. Шоколадкой не наешься. Огнева прошла к угощениям, не обращая внимания на устремлённые на неё взгляды и шепотки за спиной. Со столика девушка взяла шоколадное пирожное. Вкусно. «Что мы имеем? Я вижу галлюцинации, отец странный, а ещё я снова начинаю говорить сама с собой… Так, а кто это сзади?..» Василиса повернула голову, чтобы разглядеть подошедшую. Высокая белокурая женщина в длинном бирюзовом платье, отделанным тонким серебряным кружевом по краю рукавов и декольте. Незнакомка задумчиво разглядывала джинсы, кеды… Да уж, Василиса точно выделялась не самым пристойным видом. Голова вдруг снова заболела. Может, у неё давление скачет? — Какая интересная девочка, — произнесла вдруг женщина. — А кто твои родители? Василиса поморщилась. С ней разговаривают так, словно ей пять лет. Голова стала болеть ещё сильнее. — Вообще-то Огнев не приглашает кого попало со стороны, — продолжила незнакомка. — Это такой стиль на Остале? — Да, — всё-таки ответила Василиса. — Стиль… В глазах начало темнеть. Ей в голову настойчиво лезла одна мысль: «Беги!» — А ты прошла посвящение? — вдруг спросила незнакомка. — Нет… — стоп, какое ещё посвящение? Женщина пристально смотрела на неё. А Василисе хотелось уйти подальше, потому что чувствовала она себя отвратительно — раз, не нравилась ей эта женщина и её холодный изучающий взгляд — два. — Знаешь, ты мне напоминаешь кого-то, — незнакомка наморщила лоб, пытаясь что-то вспомнить. — У тебя глаза такие синие-синие… Так кто же твои родители? Василиса закрыла глаза. Ей бы сейчас дойти до своей комнаты, принять что-нибудь от головной боли и поспать… А настроения вести светские беседы с какой-то тёткой, увы, не было. — Нортон Огнев — мой отец, — ответила девушка, надеясь, что тогда от неё наконец отвяжутся. И тут же Огнева поморщилась из-за противного вскрика этой женщины. — Великие силы, ты же фейра… — выдохнула она. Теперь женщина взирала на Василису с презрением и отвращением, утратив всё спокойствие. — Кто позволил тебе находиться в этой комнате? — отрывисто спросила она. Василиса закрыла глаза. Ну почему от неё просто не отвяжутся? Вот всю жизнь она была никому не нужна, а теперь — раз! — и всем вдруг стало всё интересно о ней! — Елена, что тут происходит? — раздался вдруг рядом спокойный, ровный голос. Василиса открыла глаза. К ним подошёл отец, из-за спины которого выглядывали Норт и Дейла. Василиса вдруг заметила, что у братца синяк под глазом… А это не она дверью от сарая ему заехала? Возможно… — Это моя вторая дочь, — Нортон-старший недовольно нахмурился, расматривая наряд девушки. Итак, цели достигнуты, но чего-то радости нет… Хотя причина и так ясна. Василиса выдохнула, поскольку ей снова стало плохо. Да что же это такое?! Диалог взрослых она прослушала. — Ну, малышка! — Елена вдруг резко повернулась к Василисе и схватила её за подбородок. — Надеюсь, мы скоро с тобой увидимся, но уже не в бальной зале. Василиса поморщилась и резко убрала руку этой тётки от своего лица. «Да ты уйдёшь или нет?» — Елена, — вдруг произнёс Нортон-старший. — Я бы хотел поговорить с тобой наедине. Ты уже пробовала шампанское? С юга Франции… — Мне сейчас не до шампанского, — отрезала женщина. Нортон-старший требовательно взял её под локоть. — Из гостиной ни на шаг, — бросил он детям и как ни в чем не бывало повел Елену сквозь толпу. Василиса и моргнуть не успела, как отец уже ушёл. Она бы и догнала его, да только ей стало совсем плохо. — Как жаль, что она тебя не задушила! — вдруг разочарованно произнесла Дейла. Василиса в который раз убедилась, какой же у её сестры противный голос… Девушка опёрлась руками на столешницу, чтобы не упасть. — Меня зовут Марк, — раздался вдруг незнакомый голос. Огнева-старшая чуть повернула голову. Говорил парень, её ровесник. Светло-пепельные волосы собраны в хвост, а глаза… Это ей так кажется, или у парня действительно такие странные, практически чёрные глаза? — Норт много рассказывал о тебе, — насмешливо продолжил он и хмыкнул. — Да мне как-то насрать, — буркнула Василиса и двинулась к выходу, причём не очень быстро. Однако стоило ей выйти, как тут же полегчало… Может, это от духоты? Но ведь в гостиной и не было душно… Девушка обернулась. Оказывается, компания из двойняшек и Марка следовала за ней до самого коридора. — Невежливо уходить, когда с тобой разговаривают, — улыбнулся парень, который представился Марком. — Тем более если ты всего лишь фейра. Норт и Дейла, находившиеся чуть позади него, расцвели улыбками. — Она вообще ведет себя невежливо в последнее время, — процедил Норт и коснулся скулы, над которой горел синяк. — Слушайте, отвяжитесь, пока второй фингал не поставила, — посоветовала Василиса. Ну нет настроения даже пререкаться с ними! — А ты чего пришла? — пискнула Дейла. — Неужто будешь на посвящении? — Зачем отцу позориться? — усмехнулся Норт. — Уж лучше сразу убиться, чем пригласить какую-то… — Но мы пришли не за этим, — вдруг влез Марк. — Норт попросил меня научить тебя вежливости… — он схватил Василису за руку и так крепко сжал, что у нее хрустнули пальцы. — Норт станет великим часовщиком. И унаследует все состояние отца. Пусть он посмотрит, что нужно делать с теми, кто ведет себя плохо… Девушка и сама не знала, что на неё тогда нашло. Но смесь из злости, непонимания и нервов дала свои плоды. Василиса чудом отцепила от себя руку парня и тут же хорошенько врезала ему по лицу. — Если не хотите уснуть вечным сном, то молчим в тряпочку и не лезем, — зло сказала девушка и, развернувшись, быстрым шагом отправилась куда подальше от этой компашки…

***

Василиса преодолела лестницу и остановилась как раз возле входа в библиотеку. Всё, она уже и на людей кидается. Надо выпить успокоительного… Девушка зашла в библиотеку и присела на тот самый подоконник, на котором читала утром. Здесь можно подумать, успокоиться… Достало уже всё. Ждешь чего-то хорошего, а вместо этого подсовывают… Послышались шаги, словно идёт целая толпа. Хорошо, что малиновая штора задёрнута! Василиса осторожно выглянула и тут же прикрыла от удивления рот рукой — между стеллажами шествовала процессия людей в тёмно-фиолетовых плащах, лица которых скрывали капюшоны. Люди прошли мимо девушки и остановились возле стены, где висели часы с башенками. Внезапно тот, что стоял ближе всех к стене, вытянул руку по направлению к часам и негромко, но отчетливо произнес: — Переход. Эфлара, замок Черновод, — это точно голос Нортона-старшего… — Разрыв времени: двадцать две минуты сорок секунд. У Василисы в глазах снова потемнело. Она прикрыла глаза и надавила на виски, стараясь унять сильную боль в голове. Что-то заскрипело, кто-то что-то сказал… Огнева открыла глаза и выглянула из шторы снова — всё было как и раньше. Люди исчезли. — Так, спокойно… — сама себе сказала Василиса. Голос у неё дрожал. — Ничего страшного, всё хорошо… Не-хо-ро-шо. Огнева слезла с подоконника и медленно прошла к выходу из библиотеки. А оттуда уже чуть ли не побежала к себе в комнату.

***

Василиса захлопнула дверь и облокотилась на неё. Что это было? Либо очередной глюк, либо… Либо отец действительно состоит в каком-то обществе… «Секте», — поправила она себя. Странные люди, все говорят о каком-то испытании… Может, тут и дурман в еду подливают?.. А ведь это многое объясняет! Вот и причина галлюцинаций!.. «К чему эта радость?! Мать вашу, что делать?!» Стоп, а если она себя просто накручивает? А у отца просто своё странное общество… Иллюзионистов или гипнотизеров, или сектантов… Василиса прикрыла лицо ладонями и сползла вниз по двери. Лучше бы она просто не знала ничего такого! Так, а в милицию надо звонить?.. Нет, смысл? Может, Марте Михайловне?.. «Не берёт! — Василиса глубоко вздохнула, услышав пиканье из телефона. — Так, спокойно, пока всё нормально… Да ненормально!!! Может, устаканится?..» Василиса выпила успокоительное на ночь. Нервы ей уже порядком расшатали…