Злая-злая Василиса

Вот так всегда бывает. Только успокоишься, приведёшь мысли в норму, так потом тебя кто-нибудь да затянет в пещеру к говорящим паукам! Хотя, чего таить, Василиса уже начала привыкать к говорящей живности. Когда рядом болтается кот, который говорит, печатает на машинке и меняет размер, то волей-неволей это становится привычным… И почему именно сейчас этого нудного хвостатого недоразумения нет рядом? Вот он мог бы сказать ей… Да хоть что-нибудь! Но лучше, конечно, по делу. Что же, придётся справляться своими силами. Вопрос, который она задаёт себе уже в десятый раз, снова актуален: что делать? Может, посидеть тут, подождать, когда её затянет обратно? А потом что? Ночевать ей негде, есть нечего… Вариант обратиться к отцу уже не казался таким опрометчивым, но только где он находится? А она где? — Я здесь, это понятно, — Василиса тяжело вздохнула. Воздух был чистым, свежим. И было даже немного прохладно… Опять посторонние мысли! — Только здесь — это где? Ладно, допустим, я… Я возле воды на земле! Василиса хлопнула рукой себя по лбу. — Боже, какой ерундой я занимаюсь, — она перевела взгляд на воду. Что-то это ей напоминает… «В первый раз меня затянуло в похожий пруд!» — вспомнила девушка. Но ещё что-то, что она никак не может вспомнить. — Так, ладно. Есть более важные дела. Если ты потерялся, то стой на месте и жди, когда тебя найдут… Ну, или вернут обратно в нашем случае… Ждём». Василиса присела на землю и втянула носом свежий воздух. Шум воды даже немного успокаивал. Но вот белый туман наводил тревожность. Интересный контраст. Огнева прикрыла глаза. На секундочку, просто чтобы отдохнуть, подумать…

***

«Как же громко лает эта собака. А почему она скулит? Наконец-то замолчала… Стоп, как собака?..» …Василиса открыла глаза. Она лежала на земле, возле той самой странной воды. И, кажется, она успела вздремнуть. Девушка встала на ноги и потянулась, после чего осмотрелась. Туман вокруг не рассеялся, а стал ещё гуще. В остальном — никаких изменений. Кот рядом не возник, обратно её не выкинуло… — Что ж так не везёт? — Огнева снова села. — Посидела у речки, называется. Она бросила взгляд в серую пустоту — ни черта не видно. Над ней даже природа издевается… — Не грусти, — раздался нежный девичий голос. — Туман нагоняет меланхолию, но не надо грустить. — Я не… — начала Василиса и тут же прикрыла рот рукой. — Кто это сказал? Она резко вскочила и подошла к воде. Что, говорящая рыба? Рак? Планктон? Но в воде никого не было. — Я здесь, — раздался голос, и перед Василисой оказалась небольшая бабочка. «Хотя бы не паук или здоровенный зверь», — девушка мысленно выдохнула. Это, наверное, одна из самых безобидных странностей, с ней происходящих. Бабочка, махая яркими голубыми крыльями, тем временем взлетела выше и приземлилась аккурат на голову Василисы. — Эмм… — Я не Эмм, — отозвалась бабочка. — Меня зовут Махаон. Василиса не нашла ничего умнее, чем спросить: — А разве у махаонов крылья не жёл… — она запнулась. В конце концов, бабочки в принципе не говорят. Куда там до цвета крыльев… — У кого-то крылья жёлтые, — ответила вдруг Махаон. — У кого-то синие. У Азло они вообще чёрные и с перьями. — Ага, ясно… — Василиса думала, что сказать дальше. — Так, что тебе нужно? — Мне? Ничего. А тебе? — Мне, — девушка выдохнула и призналась. — Я сама ещё не поняла. С одной стороны, хочу домой, с другой — дома у меня нет, — ей внезапно стало стыдно за свою откровенность. — В общем, не важно. Пока мне желательно выбраться отсюда. — А зачем? — Что? — не поняла Василиса. — Зачем тебе отсюда выбираться? — Там… — что сказать? По сути, у неё никаких целей нет, но… — Там моя семья, — нашлась она с ответом. — А они так считают? Огнева замолчала. — Глупый разговор, — она решила перевести тему. — Лучше помоги мне выбраться. И только не спрашивай, зачем мне это. Тишина. — Ну? — Ты же просила не спрашивать, — бабочка слетела с её головы. — Река красивая, правда? — сказала она, порхая на голубой водой. «И всё-таки это приток», — Василиса осторожно кивнула. В голове начали крутиться разные мысли и воспоминания. — А не к этой реке меня хотел провести Кот? — задумчиво спросила Василиса сама у себя. — К этой, — раздался рядом голос Махаон. — Он хотел показать её тебе. — А зачем? — повторила Василиса её вопрос. — Это священное место. Река, что омывает все миры, все реальности и всё живое… Река Времени… И она может указать тебе будущее. Не всегда, правда… А я её сторожу. Либо Кот хотел ей показать эту реку просто так, от нечего делать, либо Махаон красиво ушла от ответа. — Ты? — девушка скептически посмотрела на маленькое насекомое. — Священное место сторожит… Бабочка? — Внешность обманчива… — туманно отозвалась Махаон. — Ты видела тут что-нибудь? Или слышала? Василиса отрицательно покачала головой. — Значит, об этом говорить она не хочет, — послышался тяжёлый вздох. Василиса молчала смотрела на приток. Бабочка тем временем скрылась в тумане. — Отличный сторож, — девушка хмыкнула. Неужели, она стоит возле священного места… А у этих говорящих зверей ещё и вера есть? Да уж, весело… — А вообще, — послышался голос Махаон откуда-то сверху. — Я могу проводить тебя к Коту. Бабочка находилась прямо над её головой. «А мне стоит с ним встречаться? — задумалась Василиса, хотя недавно надеялась его увидеть. Но тогда это было скорее желание увидеть хоть кого-нибудь, чем его. — Кот, конечно, выручал… Но это огромный говорящий кот! Может, лучше подождать ещё немного, а после поговорить… С людьми? Только людям я на кой сдалась? А Коту?..» — Знаешь, — решилась она. — Лучше я подожду, пока меня вернут обратно… Меня же вернут? — уточнила она на всякий случай. Махаон, махая крылья, спокойно и легко разрушила её надежды: — Можешь и не вернуться. Василиса впала в осадок от этой фразы. Как… не вернуться? Остаться тут, в компании с вот этими… существами, которые говорят, непонятно что творят и подкармливают её?.. Последнее было лишним. — А можешь вернуться, — закончила фразу бабочка. Надежда, уже почти покинувшая Огневу, вмиг вернулась. — Так вернусь или не вернусь? — спросила она. — Поживём — увидим, — беззаботно сказала бабочка. Не то, чтобы это как-то утешило. — Ты долго тут находишься? — Ну… — протянула Василиса. Она и сама-то не знала, сколько времени сидела и спала. Может, стоит всё-таки сходить к Коту? Он, в принципе, мог бы ей помочь… Наверное, именно в этот момент Василисе пришлось переступить через себя. Признать, что ей нужна помощь, и принять её от ненормальных созданий. И это был смачный плевок в лицо здравого смысла. Ну да, как будто она до этого не вела беседу со стаей пауков! Теперь можно полноправно считать себя чокнутой. Только она вроде и до этого не сомневалась в своей ненормальности… Что же, зато теперь лишний раз в этом убедилась. — Махаон, — позвала Василиса бабочку. Та в миг очутилась перед ней. — Можешь отвести меня к Коту? Пускай хоть он объяснит мне всё происходящее… — Пойдём.

***

Махаон легко порхала перед глазами и просила следовать за ней и не уходить некуда в сторону. Василиса охотно следовала просьбам — потеряться в тумане она хотела меньше всего. Бабочка отвела её далеко от притока реки и теперь летела в тумане. «Как она ориентируется?» — удивлённо думала Василиса. Она каким-то чудом видела провожатую, хотя… Давно уже пора привыкнуть, что здесь законы физики не работают. — Слушай, — решила нарушить тишину девушка. — Так почему ты сторожишь эту вашу реку? Просто… Ну, ты же… Кхм, проехали. — Бабочки связаны с Временем сильнее всех, — отозвалась Махаон. — Особенно те, что появились здесь. А ты думала, откуда у часодеев крылья?.. Знаешь, откуда? — Эмм… — Тогда слушай: когда-то давно, — словно рассказывая сказку, начала Махаон. — Когда ещё никто не заселил Эфлару, людей на Земле было мало, даже язык был тогда один… Появились на Земле двое: мужчина и женщина. День и ночь они проводили в трудах. И вот увидела как-то женщина озеро с чистой водой. Испила она озера и позвала мужа — вместе насладились они чудесной водицей. На следующий день искали они озеро да не нашли… А после понесла женщина дитя. Ребёнок, появившийся на свет, был необычным: только подрос, как тут же стал бегать на улицу по ночам и смотреть на звёзды. И мечтал, что полетит… И вот, будучи уже юношей, услышал он голос, зовущий его далеко-далеко. Увидел он обрыв и решил перепрыгнуть через него. А голос всё его звал… Разбежался, но не допрыгнул и полетел вниз. И громко сказал: «Спаси!». Надеялся, что спасёт его таинственный голос… И вдруг остановился. Посмотрел себе за спину, а там крылья: большие красные крылья, как у бабочек. И услышал снова голос: «Я даю тебе крылья, ибо ты ближе всего ко Времени… Так будь же благоразумен и используй дар мой разумно». И смолк голос, да крылья исчезли. Родители юноши уже умерли, поэтому пошёл он по свету скитаться, нашёл жену, родились у них дети. Жена испугалась, когда крылья увидела, но бросать его не стала. Вышел юноша в поле и громко спросил: «Ответь, что в даре твоём? Что дают мне крылья, если моя семья здесь, на земле?» И услышал он ответ: «Отныне племя твоё получит дар управлять Временем, повелевать пространством». И с тех пор голоса он не слышал. А после сын его старший ушёл в лес, да увидел там чудеса разные, хотя раньше казался лес ему самым обычным. И увидел он двух женщин: бледных, лохматых, страшнее самой смерти. Испугался он, захотел сбежать, да не пускал лес его. И увидел он реку, прыгнул в неё, воды наглотался… А как вылез, возникла перед ним одна из женщин и положила руку ему на голову. «Море, отныне имя твоё», — сказала она и исчезла… Василиса слушала словно зачарованная. Нежный голос Махаон уносил далеко, хотя странно, она ведь не маленькая, чтобы в глупости верить… — Пришли! — прервала рассказ бабочка. — В общем, с тех пор Землю заселили часодеи. Всё*. Стоило девушке сделать шаг вперёд, как туман вокруг исчез. Обернувшись, она увидела клубившуюся стеной серую мглу. Но по сравнению с тем, что было спереди, это ничего… Она стояла аккурат возле невероятно широкой и длинной плиты в шахматную клетку, а впереди находились руины высокой башни с конусовидной крышей**. В воздухе, под жёлтым небом, парили различные книги, механические детали и часы. «Тихо шифером шурша, крыша едет, не спеша…» — от мысли Василиса нервно хихикнула. Что же, её ещё могут удивить. Если не существами, то природой точно. — И что здесь забыл Кот? — спросила она у бабочки. Та махнула крылышками и снова уселась на голову девушки. — Я не знаю, — спокойно заявила Махаон. Она вообще была очень спокойной. И странной в плане поведения. Что же, может ли у говорящей бабочки быть что-то не так с головой? Ответа на этот вопрос Василиса не знала. — Пойдём, — произнесла Махаон. — Он был где-то здесь… Только сейчас Огнева заметила, что руин разных зданий тут было много. Весь пейзаж напоминал разрушенный город из сказки про «Страну Чудес». — А я не упаду? — уточнила Василиса. — Нет. С сомнением посмотрев на чёрную клетку перед собой и сделав глубокий вдох, девушка перешагнула с земли на неё. Действительно, её держало. «Интересно, а что там внизу?» Осторожно шагая, Василиса приблизилась к краю плиты и глянула вниз. А внизу не было ничего. «Так, этого хватит!» — поспешила девушка отойти от края. Она продолжила идти к руинам, но уже более уверенно. Несмотря на то, что здесь было множество работающих часов, вокруг царила абсолютная тишина, давящая на слух. Вблизи было видно, что половина башни отсутствовала начисто. Прямо перед Василисой находились наваленные в кучу камни, по которым она залезла внутрь. Возле стен, разрисованных замысловатыми узорами, стояли покрытые слоем пыли книжные стеллажи. Рядом с одним из них висело круглое зеркало в изящной золотой раме. Подняв взгляд вверх, Василиса увидела разные картины, но присмотревшись, удивилась — на них ничего не было. — Махаон, — обратилась она к бабочке. — И где Кот? — Без понятия. Был здесь… С тяжёлым вздохом девушка выбралась из башни и осмотрелась. — Странное место, — вынесла она вердикт. Хотя, по сравнению с тем, когда её затянуло в пруд… — Да обычное, — сказала Махаон. — Ну, летают тут всякие штучки… Я вот тоже летаю. Что ещё можно ожидать от этого странного создания? Ни совета толкового, ни адекватного диалога… Василиса теперь признавала, что Кот — неплохой собеседник. По крайней мере, он может объяснить или помочь. Ну, или сделать вид, что помогает. Послышалось бормотание со стороны. После кто-то громко чихнул, и возле башни поднялось облако пыли. — Кха-кха, откуда тут столько пыли? — послышался знакомый голос, и Василиса увидела заячий силуэт. Гермес? — Ты где там? — Да тут я, тут, — а вот голос Кота девушка узнала сразу. — Ну и пылище, — как только облако рассеялось, Василиса увидела Гермеса, опирающегося на руины. — Да где тебя носит, маньяк ты книжный? — недовольно крикнул заяц. «Книжный маньяк? Интересно…» Внезапно из башни вылетела увесистая книга, с грохотом приземлившаяся возле Гермеса. — Не нуди, это моя прерогатива, — рядом с книгой приземлился на лапы Кот. Гермес на такое заявление лишь фыркнул. И вдруг он заметил Василису. — Василиса? — удивился заяц. — Ты тоже почитать решила? Садись, мы тут книгу как раз откопали! — добродушно закончил он. Огнева ожидала много. Но не этого… И поэтому с ответом она растерялась. — Как Василиса? — Кот оторвался от разглядывания обложки и поднял взгляд на девушку. — Ты уже здесь? Лимит терпения странностей был исчерпан, именно поэтому ответа у Василисы до сих пор не находилось. В это время с её головы слетела бабочка и подлетела к книге. — А ты что тут делаешь? — удивился Гермес и часто заморгал. — Я проводила её сюда, — ответила бабочка всё тем же меланхоличным тоном. — А то она сидела у речки, грустная такая… После сказала, что хочет домой, то не хочет домой… Ну и попросила проводить её сюда, к вам. — Оно и к лучшему, — обрадовался Кот. Он открыл книгу и сдул со страниц пыль. Василиса всё-таки вспомнила, зачем она сюда пришла. — Эй, Кот, — обратилась она к животному. — Ты можешь… Ну, помочь мне… У меня проблемы, — почему в таких элементарных вещах так тяжело признаваться? — Как раз этим мы и занимаемся, — ответил ей добродушно улыбающийся Гермес, пока Кот что-то искал в книге. — Кстати, а что с Махаон? Опять воду в уши лила? — Да нет, просто историю рассказала… — Я же говорю — воду в уши лила. Любит она это дело. Вот как возь… Всё-всё, молчу, — поспешил сказать он, когда бабочка приземлилась на его голову. — А ты болтун, — Василиса впервые услышала в её голосе раздражение. — Что?! — возмутился заяц таким заявлением. Оно и к лучшему, а то его весёлость уже начала пугать. — Тихо вы, — вмешался Кот. — Мешаете. — Что ты там делаешь? — Василиса подошла к книге и заглянула туда. Увы, прочитать содержимое она не смогла, поскольку написано всё было на неизвестном языке. — Ищу про посвящение в часодеи, — ответил Кот и перелистнул страницу. — Кстати, держи, — он протянул неизвестно откуда взявшуюся тарелку с овощным салатом. — Ты же не ела? Василиса взяла тарелку в руки. Паранойя сражалась с голодом, но голод победил. В конце концов, пара пирожков не самый лучший ужин. — На, — Кот сунул ей в руки вилку. И всё-таки от него большая польза… Иногда. — Эй, а откуда ты знаешь, что я не ела? — это решила отыграться паранойя. — Ты бледная, как труп, — признался Гермес. — И исхудавшая. Если ляжешь на землю и не будешь двигаться — точно за мёртвую примут. Огнева хотела возразить, что Гермес и сам похож на худую сошку, но ей помешала Махаон. — А ещё мы можем посмотреть на мир людей, — сказала она. Бабочка уже слетела с Гермеса и теперь порхала над книжкой. — Не на всё, правда… — А на что вы там можете и не можете посмотреть? — Василиса насторожилась. Гермес тем временем достал откуда-то морковку и принялся её грызть. — Твои подозрения меня оскорбляют, — пробормотал Кот и перевернул страницу. На его бормотание Огнева лишь махнула рукой. — Как не парадаксально, с некоторых пор — на твою семью, — ответил Гермес, хрустя едой. — Знаем только, что нечистое с ними что-то… Раньше Василиса ни за что не стала бы слушать огромного зайца, что-то ей втолковывающего. Но это раньше, а сейчас ситуация и картина мира немножечко изменились… — А это печально, — Кот захлопнул книгу и отложил в сторону. — Так, я всё проверил и без понятия, что делать, — он понуро опустил голову. — Зря искали, — тяжело вздохнул Гермес и снова откусил морковку. — Вы о чём? — не поняла Огнева. Помощь ей они искали или что там? — Ты же сейчас на Эфларе находишься, — начал Кот. — И ты не часовщица. А таких там мягко говоря, не любят, — вспомнился часовой квартал. А там всё выглядело богаче, чем в остальном Яркуве. — Вот я и подумал, что тебе стоит пройти посвящение, чтобы было больше шансов выжить… А тут западня! — Стрелу тебе дать не получится, — продолжил за Кота заяц. — Ну, которой часуют. Нет, можно было бы… — Проблема в том, что стрела будет только здесь. — Чего? — Василиса совсем запуталась. Стрелы, посвящения, книги… Кошмар. — Таковы правила нашего мира: отсюда нельзя ничего и никого унести. А ещё привести сюда… Был ещё вариант с палками, но тогда опять придётся палку искать в том мире… Чисто гипотетически, так можно было бы сделать, но тут загвоздка с посвящением: как его проводить для человека здесь — я понятия не имею… Девушка поставила тарелку на клетчатый пол. — Это я поняла, — ну, не совсем поняла (а точнее — не поняла ничего вообще), но да ладно. Посвящение посвящением, но есть куча других нерешённых вопросов. — Кстати, я тут узнала, что могу и не вернуться… К себе. — Мы не знаем точно, как это работает, — развёл лапами Гермес. — У нас тут кроме тебя был только один человек, да и тот жил тысячу лет назад. Василиса тяжело вздохнула. Она окончательно запуталась, у неё кипят мозги от информации… Да и сама ситуация странная — она только что слушала байки от бабочки, говорила со зверями-переростками, пока один из них читал книгу… …И только сейчас Василиса заметила, что стоит практически у самого края плиты. — А если я туда упаду, то что будет? — поинтересовалась она у зверей. Почему-то её пугала эта пустота. Хотя, до тёмной пещеры с пауками ей далеко — Да ничего, — ответила Махаон, порхая вокруг неё. — Просто потом приземлишься. — Ну да, прям ничего? — девушка отнеслась скептически к этому заявлению, тем более от странной Махаон… …Поскользнуться на тарелке, которую лично поставил возле себя, — это надо уметь. Василиса не сразу поняла, что падает за пределы плиты, только когда морды Кота и Гермеса стали удаляться. — МАМА! — крикнула Василиса, когда не увидела вокруг себя ничего, кроме жёлтого неба. От страха она зажмурилась. Всё, это конец. До ужаса нелепый конец человека с до ужаса нелепой судьбой… Вдруг падение стало замедляться. Как только она почувствовала по ногами опору, то приоткрыла один глаз. Она снова на клетчатой плите, а перед ней эта сумасшедшая троица. — Фух, — выдохнула Огнева. Пренебрежение законами физики спасло ей жизнь. — Я уж ис… Она резко убрала ногу от пустоты, на месте которой недавно находилась чёрная клетка. — Опять?! — обречённо произнесла Василиса. Нет, это издевательство! И вдруг пол под ней обрушился. Она снова полетела вниз. Вокруг было жёлтое небо и больше ничего. — Что же меня так летать тянет? — недовольно произнесла она, осматриваясь. Либо её сейчас вернут на плиту, либо к людям… Внезапно небо вокруг стало темнеть, а внизу девушка разглядела нечто большое, тёмное… Похоже, всё-таки к людям…

***

Василиса медленно приземлилась на ноги. Вокруг не было никого, но местность показалась ей знакомой. Присмотревшись к каменным домам, она узнала квартал Яркува, где жила та девчонка, Сара. «Уже ночь», — девушка перевела взгляд на усеянное яркими звёздами небо. Здесь царила тишина, только слышался стрекот сверчков. Даже ветра не было. Василиса тяжело вздохнула. Она признавала, что компания зверей и насекомых была ей по душе больше, чем бомжевание на улице. Да, до чего же она докатилась…

***

Дорогу до ворот Василиса не знала даже примерно, ведь была здесь всего раз. Однако не ясно, нужно ли ей уходить. С одной стороны — среди часовщиков ей будет не очень комфортно (обычных людей тут не жаловали, ей это дали понять уже раз десять). Но с другой стороны — ночевать на улице в другой части Яркува было не слишком безопасно. А если это элитное место, то и безопасность здесь выше, так? Собственно, спать девушка не хотела — выспалась у реки. Но провести ночь где-то надо? Задумавшись, она чуть не врезалась в препятствие, неожиданно возникшее на пути. Это было довольно большое белое здание, чем-то напоминавшее дом Нортона-старшего. «Не самое лучшее сравнение». Обойдя его, Василиса увидела табличку над коваными дверьми: «Правительство города Яркува: Высший Совет». Здесь задерживаться смысла не было. Переночевать ей точно не дадут, ещё и задержать за что-то могут, законов-то местных она не знает. Пройдя ещё немного, девушка остановилась возле одного из дома часовщиков. — Почему так мало? — знакомый, противный, мерзкий голос. Фольфин. Василиса осторожно выглянула из-за угла. Да, это точно был павлиноподобный Фольфин и беседовал с… Василиса присмотрелась, но сказывалось отсутсвие в том месте освещения — получилось расмотреть только мужской профиль и телегу, нагруженную чем-то. Как назло, ворота находились чуть дальше, так что вздумай Огнева к ним подойти, как её бы тут же заметили, а общаться с Фольфиным, у которого она недавно стащила монету, не хотелось. «Может, подождать, когда они уйдут?» Идея глупая, но другой Василиса придумать пока не могла. — Господин, — ответил другой мужчина. — Это всё, что собрали горожане… Год нынче неурожайный. — Вечно у этих ремесленников проблемы… Ладно, — продолжил Фольфин. — Это вези ко мне. — А другие телеги? — Те, что побольше, в Астроград. Остальное в город, — отдал он распоряжения. Василиса покачала головой. Теперь она ещё и свидетель местных тёмных делишек… Что ж так не везёт? — Мало будет, — её мысли прервал голос неизвестного. — Люди же… — Я вполне могу уменьшить тебе жалованье, — перебил Фольфин надменным голосом. — Если будешь много болтать и мало делать. Городничий лучше знает, что нужно его городу, ясно? — Ясно, — спешно согласился мужчина. Очевидно, перспектива понижения жалованья его не прельщала. — Но господин, а как же приезжие? Что они скажут, если увидят голодающий народ? Воцарилась тишина, которую прервал громкий и надрывный хохот. — Вечно ты как скажешь, — сквозь смех выдавил Фольфин. — Приезжие… Народ… Ха-ха-ха!.. Не говори ерунды, — продолжил он, успокоившись. — Сюда если кто и приезжает, то поглазеть на пейзажи. Кому есть дело до ремесленников? «Нет, я явно наслушала уже много лишнего, — подумала Василиса. — Лучше уйти». — Всё понял, господин. — Отлично… Огнева уже собиралась уйти, как почувствовала, что кто-то толкает её в спину. Стало страшно. Она сейчас не цветы в поле собирала, так что обвинить будет в чём. А отношение к уличной сиротке в таких вещах не лучшее. Собрав всю волю в кулак, глубоко вздохнув и приготовившись идти под трибунал, но перед этим соврав что-то правдоподобное, Василиса обернулась. Она не знала, чего ей хотелось больше: побиться головой о стену или расхохотаться, как Фольфин недавно. Однако и то, и другое было чревато лишним шумом. За её спиной стоял самый обычный белый конь без всадника. «Это не того павлина?», — Огнева осмотрела животное. Похож, только золотой сбруи нет. Теперь на коне было простое седло. — Тсс, — девушка приложила палец к губам. Конь, однако, решил её обнюхать. «Лишь бы не заржал!» — сейчас самое время начинать молиться… кому-нибудь. Конь всхрапнул и пошёл вперёд, цокая копытами. «И ладно…» Неожиданно он остановился и махнул хвостом. Комаров отгоняет? Конь повернул к ней голову и фыркнул. Василиса совершенно не понимала, что он хочет. — Мне пойти за тобой? — предположила она самый бредовый вариант. Конь в ответ снова махнул хвостом. Фольфин продолжал беседовать с неизвестным, только более тихо. Пойти или нет? Может, подождать, когда эти уйдут? Рисковать не хотелось после всего пережитого, но и идей особо не было. Можно попробовать уйти в другую сторону… Хм, и как она раньше до этого не додумалась? Нет, всё-таки бесконечные «путешествия» плохо влияют на её мозг!.. Внезапно конь заржал и повернулся к ней. — Август, тихо! — недовольно сказал Фольфин. Конь тем временем ухватил зубами Василисину куртку. — Да иду я! — шепнула она. Связываться с упрямым конём не хотелось, а то запинает ещё. Василиса пригнулась и подошла к животному с боку. Тот медленно зашагал мимо своего хозяина. «Хоть бы не увидели!» — надеялась она. Конь цокал копытами и пару раз ударил её хвостом, стоило Василисе чуть отстать. Это было странно, но нормальных вещей в последнее время происходило мало. В таком положении они дошли до ворот. «Что же, остановлюсь здесь», — решила девушка. Место, в общем-то, выгодное — и убежать сможет, и остаётся в более безопасном месте. Август был с ней не согласен и ткнул мордой ворота. Те со скрипом открылись. Василиса сейчас боялась каждого шороха, а ещё больше боялась, что кто-то её увидит. Причину совершенно бессмысленного страха она назвать не могла. «Похоже, я становлюсь слишком мнительной… Не так уж это и плохо». — Эй! — послышался за спиной крик Фольфина. — А ну быстро отошла от моего коня! Воровка! Василиса обернулась и увидела силуэт городничего. Август понял ситуацию и сразу дал дёру, поднимая шум и скрываясь в темноте. — Ах ты ж паразитка! — за спиной владельца коня показались… Крылья? «Твою ж мать…» — мелькнула мысль в голове Василисы. Но её тут же вытеснила другая, более важная. Ей срочно нужно бежать! Девушка последовала примеру Августа и, развернувшись, устремилась в темноту. «Дай бог здоровья физруку, Иван Васильевичу, всем, кто меня гонял!» — не к месту подумала она, петляя меж густыми зарослями деревьев. Залезть на дерево? Нет, могут найти… — Вот же скотина… — совсем рядом послышалось недовольное шипение Фольфина. У Василисы открылось второе дыхание, и она резко побежала вперёд. К сожалению, ветки и трава под ногами создавали лишний шум, так что городничий сообразил, куда бежит Огнева. Василиса ещё никогда не бегала так быстро. Вокруг мелькали сначала стволы деревьев, а затем и деревянные дома Яркува. Каким чудом Фольфин на крыльях её не догнал, она не знала, так что оставалось только радоваться этому. В боку закололо. Чувствуя, что сил нет, она остановилась. Ноги нещадно болели, дыхание не желало приходить в норму. — О, опять ты? Василиса повернула голову на знакомый голос. Кира с пустым ведром внимательно смотрела на неё, а после перевела взгляд за спину Огневой. — За тобой что, медведь гонится? — спросила Кира, но без насмешки. Сил у Огневой на ответ не было. — Так, пошли, — её схватили за руку и потащили в сторону маленькой деревянной избушки. Василиса не сопротивлялась по одной причине — где-то близко слышался голос городничего.

***

Внутри дома, куда зашла Кира, было не очень просторно. Небольшая горница, освещённая светом нескольких свечей, возле противоположной стены — белая печь. По середине комнаты стоял небольшой деревянный стол, на котором лежали какие-то бумажки и небольшое белое перо. Кира за спиной Василисы тихо, но содержательно выругалась, когда не смогла закрыть дверь. — Ну, чего встала? — обратилась она к Огневой. — Проходи давай, рассказывай. Чего бежала-то, как угорелая? — Во, вернулась! — послышался старческий голос. Отодвинув небольшую шторку, с печи выглянул худой старик лет семидесяти с с запутанной седой бородой. — Ты кого эт притащила, а? — проворчал старец. Кира лишь махнула на него рукой. — Дед, ну не начинай! — она поставила ведро на пол. Василиса не знала, куда себя деть. Ей было страшно, плохо, хотелось забиться в угол, чтобы никто не трогал… Внезапно она заметила, как из двери выглянул знакомый любитель зайцев Филипп. — А я, между прочим, три эфлара, заработал, — быстро сказал мальчишка, как только Кира недовольно скрестила руки на груди. — Молчи уже, расхититель! — отодвинув стул, она села за стол и взяла в руки то самое перо. — Так, а про тебя я не забыла! — не поворачивая головы, Кира указала пером на Василису. Та лишь вздохнула и уже хотела было соврать что-нибудь более-менее правдоподобное, как вдруг увидела в окошке знакомый крылатый силуэт. Огнева пригнулась. — Эмм, как сказать?.. — она отошла в угол избы, как раз рядом с дверью. Здесь её увидеть не должны. — В общем… Договорить ей не дала резко отворившаяся дверь. От посетителя Василису ограждала эта самая дверь, но нетрудно было догадаться, кто это. — Здасьте, господин городничий! — Кира скривилась. Но тут же, видимо, вспомнила, что в свете это хорошо видно, поэтому сделала лицо добрее. — Чё пришли? Фольфин осмотрелся, но кроме старика, мальчишки и официантки никого не увидел. — Девчонку тут не видели? — спросил он прямо. — Лохматая такая. — Не, не видели, — соврала Кира. — У нас тут другие дела — бюджет подсчитываем, — она кивнула на свой лист пергамента и перо. — А что она натворила, господин городничий? — спросил дед, снова выглядывая с печи. Фольфин скривился и презрительно произнёс: — Эта тварь украла моего коня! Найду — пущу под трибунал… Ладно, — он снова бросил беглый взгляд на горницу. — Может, ещё дальше убежала. Однако уходить городничий не спешил. — Уважаемая, вы про штраф не забыли? — спросил он. — Естественно! — Кира излишне бодро опустило перо на пергамент, от чего по нему расползлась клякса. — Я вообще все выписанные штрафы, ценники и долги с пяти лет помню! — Отлично, — дверь захлопнулась. Василиса шумно выдохнула. С ней совсем рядом ходила опасность, и только чудо уберегло её. Ну, и эти трое. Кира смачно плюнула на пол. — Чтоб ты, гнида, поперхнулся деньгами своими! С-с-с… Скотина! — громко пожелала она Фольфину. — Василиса, а ты реально коня украла? — спросил тем временем Филипп, но в его голосе слышалось восхищение. — Кстати, да, — Кира повернулась к ней. Её нервозность выдавала перо, которое она крутила в руке, пока не сломала. — Да не воровала я ничего! — Василиса тут же прикрыла рот ладонью. Мало ли, вдруг городничий рядом ходит. — Просто шла, — тише сказала она. — Там этот конь мордой ворота тыкал. Открыл, а этот, — она кивнула на дверь. — Индюк меня увидел и погнался за мной… Чё он взбесился?.. — Белый конь? Август? — перебила её Кира. — В сбруе дорогой? — Нет, сбруи не было… А что? — Он шестьсот эфларов стоит, конь этот! — ответил ей дед. — Ой, всё… Тебе кранты… — Да лежи ты молча! — Кира недовольно на него посмотрела. — И вообще: Фольфину плохо — нам хорошо. Я права? — Да! — хором отозвались Филипп и старик. Кира довольно на это кивнула, но помрачнела, стоило ей перевести взгляд на пергамент. Василиса решила, что пока на улицу выходить не стоит. Мало ли, встретит там городничего… — А… Он же маг… — начала она. — Ну, часодей… Он того, меня так найти не сможет? Кира замерла. Дед снова выглянул со своей печи. Филипп тоже молча на неё уставился. Огнева уже жалела, что спросила. — А ведь правда? — Кира отложила перо, и уставилась в стену. — Чего он не часует? — спросила она сама у себя. — Всё, нолики и циферки уже вместо мозгов?.. — Это же просто, — перебил сестру Филипп. — Найти он её может, если отмотает время. А его можно отмотать только один раз в сутки. Остановить время Василисе во время погони он никак не может, так что всё не так уж и плохо! — Ты-то это откуда знаешь? — удивлённо спросил дед. — Сарка эта твоя поднатаскала? — Ага, — кивнул довольный мальчик. Кира, писавшая что-то и бормотавшая себе под нос, внезапно прекратила и перевела взгляд на брата. — Погоди, а ты почему не спишь? — спросила она. — Так, марш в кровать! — Не хочу, — упрямо заявил Филипп и подойдя к печке, запрыгнул на неё. — Я вот, с дедом посижу! — Ой, ну вас в баню! — она махнула на них рукой. — Вам добра желаешь, чтоб вы как дохлые мухи не ходили потом, а вы!.. — А нам и так хорошо, — заявил дед. — Я тут, кстати, чего подумал… А городничий-то наш после потери конька своего еще пуще налоги не поднимет? Ну, на нового если захочет нагрести? — А кто его знает? Хотя, он чё, скажет, что простая девка у него коня увела? — она прыснула от смеха. — Да над ним эти е… часонутые ржать будут, как эта лошадь его! — она рассмеялась. Рассмеялся и дед, но после закашлялся. — У-у-у… — протянул Кира и повернулась к Василисе. — Видала? Вот что значит «Да вода не холодная, да я в молодости и не в такой плавал». Тьфу! Доплавался!.. — она черканула что-то в своём листе. Заинтересованная Василиса заглянула туда. И тут же убедилась, что почерк у Киры так себе… — Так, я всё посчитала! — она отложила перо. — Господа, мы в полной заднице! Поздравляю! — Опять? Тьфу! — устало спросил дед и хорошенько сплюнул. Это у них семейное, что ли? — Всё так плохо? — поинтересовалась Василиса. Если она поддержит разговор, то её не вышвырнут на улицу… Вот только не стоило, наверное, говорить на столь неприятные темы. — У вас же, вроде, двое работают… — она бросила короткий взгляд на Филиппа. — А вот ты считай: я получаю шестнадцать эфларов за работу. Филька получает пять эфларов за свою беготню. Дед… — У меня большая пенсия! — возразил старик. — Семь эфларов? — Кира скептически на него посмотрела и, оперевшись локтями на столешницу, продолжила. — Ты серьёзно? Судя по молчанию и недовольному сопению, дед говорил серьёзно. — В общем, в сумме… — Кира принялась считать на пальцах, что-то бормоча под нос… — Двадцать восемь. А теперь считай наши расходы: за жильё заплати, налоги оплати, на поборы этим… людям, — сдержалась она при брате. — Плюс у меня на зиму вещей нет, урожай наш в этом году хреновый… И по мелочи: то крыша прохудится, то лампа новая нужна… Огнева могла понять Киру. Тяжело, когда так всё наваливается… А у неё ещё брат и дед на шее. Её размышления прервал дед: — Я тебе давно говорил: иди замуж! Мужик в доме и крышу починит, и забор сделает… — Опять! — Кира раздражённо хлопнула рукой по столу, от чего Василиса даже подскочила. — Да что ты пристал ко мне с этим замужеством по среди ночи? — А может ночью до тебя дойдёт лучше, а? — проскрежетал старик. — Вот тебе уже двадцать, а ты в девках сидишь! «Твою мать, почему я постоянно становлюсь свидетелем семейных ссор?» — правда Кира, в отличие от Наджии, при малознакомых людях ссориться не стеснялась. Хотя странно… Раньше она не особо придавала этому значения, но в её жизни было некое… дежавю. То она в доме Наджии, то в доме Киры, недовольные родственники, Фольфин или тот… Шерир, муж Наджии… Может, они оба братья? Уж больно похожи что внешне, что по характеру. — Иди за рыбака… Или за охотника! — спор был в самом разгаре. Филипп только качал головой, словно это его сестра и дед — дети, а он взрослый. — Еда всегда будет! — Да не хочу я ни за рыбака, ни за охотника! Мне вас кормить не на что, ещё и рыбак мне тут! — Кира упорно отстаивала своё мнение. Определённо, спор шёл не в первый раз. — А он тебя и будет содержать, — возразил ей дед. «Сколько сейчас времени?» — часов рядом не было, к сожалению, и навряд ли остальные его знали. — Да не хочу ради пары лишних монет замуж выходить! — Да над тобой все соседские девки уже ржут! — Вот пускай идут лесом, если такие умные нашлись! — Кира перебросила косу через плечо и, скрестив руки на груди, закончила. — Это моя жизнь, и если я говорю, что не хочу замуж, это значит, что мне не нужен муж. Мне нужны деньги, жильё и штраф оплатить. А мужик в доме «шо б не смеялись» мне вообще никакой пользы не принесёт… Дед на это ничего говорить не стал, и Кира довольно улыбнулась. Из этого спора она вышла победительницей. «Может, мне хоть выйти для приличия?» Огневой невольно вспомнилась Наджия. Та слушала мужа и, похоже, была не слишком-то и рада… Так что опасения Киры вполне обоснованы. С другой стороны, деда тоже понять можно. Дополнительный член семьи может дать дополнительные доходы. А судя по их уровню жизни, деньги им очень нужны. — Нет, вот ты, любительница коней, — на этих словах Огнева уставилась на старика. — Скажи, кто из нас прав? А то этой упрямице не объяснишь! — Я не знаю, — честно ответила Василиса. — Хотя, у одной моей… знакомой есть муж. Соседи не смеются, еда есть, но что-то фиговый у них брак… — вспоминая Шерира, Наджию было только жаль. Даже чёрствой Василисе. В теории, старика тое можно было бы поддержать, но тогда придётся прямо сказать, что живут они крайне плохо. А за такие слова её ещё и выгнать могут. — Ей не повезло просто, — продолжать дед не стал, а через несколько минут засопел. Филипп уже скрылся в комнате. — А с тобой что будем делать? — поинтересовалась Кира, потянувшись и зевнув. Обращалась она к Василисе. Огнева скептически посмотрела в окно. Фольфина не видно, но спать на улице было неприятно… Да и у того были крылья, так что в скорости можно не сомневаться. Как непривычно осознавать, что у местных жителей есть крылья. Не просто знать, а полноценно осознавать это… — Вот будь я этой сукой из этих крылатых, — продолжила Кира. — Я бы тебя выгнала… Но я, к счастью, нормальная… — Ты так не любишь этих временных магов? — безжизненно поинтересовалась Василиса. Она никогда не отличалась жизнелюбием, но сейчас, после всего этого это безумия, захотелось самолично залезть в петлю. — А должна любить? Ну да, они на меня, как на дерьмо смотрят, а я их должна уважать… — Кира махнула рукой то ли на Огневу, то ли на часодеев. Тему развивать Василиса не стала. От предложения спать на кровати Огнева отказалась и предпочла скамейку у входа. Кира посмотрела на неё, как на душевнобольную, но развивать тему не стала. «Дед, девка и мелкий мальчишка… Вроде, опасности особой нет», — сидя на скамейке, думала Василиса. Мысленно она дала себе зарок больше не ночевать у малознакомых людей. И почти сразу уснула.

***

Проснулась Василиса с болью в спине. Спать сидя было неудобно, но всё-таки намного приятнее, чем на улице. В маленькие окошки светило солнце. За столом сидели Филипп с дедом, последний что-то вырезал из дерева, а Филипп за ни наблюдал. — Доброе утро, — поздоровался с ней мальчик. — Есть будешь? Кира кашу сварила. Вку-у-усную. Василиса только кивнула и присела на свободный стул. Перед ней тут же оказал большая порция манной каши и деревянная ложка. Девушка уже заметила, что в последнее время ей уже всё равно, что за еду ей предлагают, лишь бы было съедобным. Это последствия бомжевания на улице? — Спасибо, — на самом деле вот так искренне благодарила людей Василиса редко, но тут ей дали ночлег, накормили, да ещё и спрятали… Вот только почему чужие люди зачастую относятся к ней лучше родственников? Василиса сомневалась, что Норт или Дейла притащили бы её с улицы в дом, как Наджия, или спрятали, как Кира. Про Нортона-старшего судить она не решалась. — А где Кира? — За часами ушла, — ответил ей дед. — Я между прочим, еле механика уболтал, чтобы он их починил. А часы хорошие! Сам делал! — с гордостью сказал он. — А Кира говорила, что механизм делал отец, — с сомнением произнёс Филипп. Дед бросил на него хмурый взгляд и вмиг растерял гордый вид. — А циферблат делал я, — упрямо возразил он. — И весь корпус вот этими руками сделал! — он помахал перед их лицом морщинистыми ладонями. — И вообще!.. Вообще, на твою свистульку, — он поставил на стол небольшую деревянную птичку-свистульку. Надо признать, она была весьма симпатичной и даже с вырезанными узорами. Интересно, работает? Филипп взял птичку в руки и попробовал на ней поиграть. И у него получилось. — Здорово! Деда, а ты ещё сделаешь? Я Саре, может, подарю… — невинно поинтересовался мальчик. — Да Сара твоя этих штук себе сколько хочет купит, — недовольно произнёс дед. — Я эту еле сделал. С моим-то зрением… Короче, гуляй давай! Филипп пожал плечами и, бросив короткое «Пока», убежал на улицу. Василиса подумывала о том, чтобы тоже уйти куда-нибудь. Сидеть с этим стариком (надо бы выяснить хоть его имя) она точно не хотела, но вот только выходить на улицу было немного опасно. Мало ли, вдруг этот псих крылатый её увидит или ещё хуже — узнает. Проблем тогда не оберёшься… Опять паранойя? От размышлений девушку отвлекла дверь, с размахом врезавшаяся в стену. — Упс, — Кира виновато осмотрела дверь. — Силу не рассчитала… В её руках Василиса увидела большие настенные часы. — О, проснулась, скамеечная ты наша, — Кира положила весьма тяжёлые часы на стол. Василиса проигнорировала глупую кличку и посмотрела корпус часов. Циферблат был сделан в виде морды кота. В какой-то момент из часов вылезла кукушка. Уже десять… — И вот эту красоту надо повесить, — Кира тяжело вздохнула и присела на стул. — Пять минут я отдыхаю и всё… Кстати, а Филька где? — К друзьям ускакал гулять, — сказал ей дед, вырезая что-то ещё из дерева. Он хоть видит, что делает? На самом деле вопрос, который собиралась озвучить Василиса, казался ей донельзя глупым. Но… — Слушай, Кира, — медленно начала Огнева. Названная девушка тут же к ней повернулась. — А этот ваш городничий из-за коня?.. — Да успокойся ты, — махнула Кира рукой. — Плакатов с твоим лицом я не видела, да и объявлений тоже. Стыдно ему, видать, признаться, кто у него лошадь спёр! — и она снова расхохоталась. — Слыш, Кира, — прервал смех девушки дед, оторвавшись от своего занятия. — А с лекарствами там что? Если до этого на лице его внучки (она же внучка?) была улыбка, то сейчас от неё не осталось и следа. Кира помрачнела и скрестила руки на груди. — В нашей аптеке все микстуры раскупили, — недовольно сказала она. — А когда я пошла в часовой квартал… Да, я пошла туда, — сказала она на удивлённый взгляд старика. — Цены там такие, словно я аптеку покупать собралась. В итоге мне посоветовали «… не расстраиваться, ведь время на нашей стороне». Тьфу, чтоб вы, твари, сдохли с вашим временем!.. — тихо, но весьма отчётливо пожелала Кира. Увидев непонимающий взгляд Василисы, она поспешила объяснить: — «Время на нашей стороне» — любимая фраза этих… — она кивнула куда-то в сторону. — Шизиков крылатых. — Вроде безобидная фраза, — с сомнением произнесла Василиса. Ей данное предложение было до одного места, в отличие от Киры и деда, которых оно жутко бесило. — Фраза безобидная, — кивнула Кира. — Но как же они задолбали её произносить! — Они просто так себя и оправдывают, — дополнил дед. — Чуть что часовщик натворит, так сразу «Время на нашей стороне»! Чиновник один, Фольфинский предшественник знаешь, как говорил? — Василиса отрицательно покачала головой. — Он детей своих, когда они хозяйство одного из соседей наших случайно сожгли, оправдывал в таком духе: «Время на нашей стороне. На нашей, а не вашей, ясно?» И им ничего не было. — Они и отношение к нам, простым людям, так обосновывают. Время, видите ли, на их стороне, и поэтому мы должны им задницы лизать! Если раньше Василиса думала, что часодеев просто здесь недолюбливают, то сейчас поняла, что их ненавидят. А ведь Кот говорил что-то про её посвящение в часодеи. То есть, она могла стать такой же «крылатой шизичкой»? — А простой человек может стать часодеем? — вдруг спросила она. Лишь бы сейчас на неё не набросились. — Не-а, — покачал головой дед. — Ими только родиться можно. Ещё я слышал, что эти… шестикрылые даром делиться умеют. — А ещё, говорят, что у них четыре пальца, — фыркнула Кира. — Бред это всё. «То есть, если бы у меня была эта часовая стрела, меня бы отсюда вышвырнули…» — Кстати, — дед повернулся к ней и отложил нож с деревяшкой. — Я так и не понял, откуда ты к нам?.. Василиса хотела было ответить, но Кира её перебила: — Ой, это очень далеко! Там даже названия места нет! Огнева бросила на неё скептический взгляд. Кира же знала, что она с этой… Осталы… Почему не говорит? — И как там? Сильно от нашего Яркува отличается? — Очень, — кивнула Василиса. Дед хотел спросить что-то ещё, но потом просто махнул рукой. И сказав что-то про дневной сон, лёг на печь. Скоро оттуда послышался храп. — Слушай, — Кира подсела к Огневой. Она говорила шёпотом. — Ты при деде про Осталу не болтай, хорошо? — Почему? — Он с остальцами войну прошёл. Ну, с Духами… Вот теперь и всех остальцев во враги народа записывает. — У меня есть вопрос: вы воевали с духами, которые нематериальные… Или какие они там? Если Кот и рассказывал ей об Эфларе, то далеко не всё. Кира помолчала несколько секунд, раздумывая над ответом. — Нет, Духи вполне материальны, — ответила наконец она. — Это, вроде как, очень сильные часовщики, сильнее наших, эфларских. А вообще, мы не прям с Духами воевали… До этого Василиса улавливала суть речи девушки: Эфлара переставала быть для неё чем диковинным и невообразимым, становясь всё более похожим на привычный ей мир, в котором она прожила шестнадцать лет (чего нельзя сказать о мире, где её поджидают говорящие животные, насекомые и полное пренебрежение законами физики. И логики). Сейчас Василиса запуталась. Воевали с Духами, но не с Духами… Это как вообще? — Мы с их семьями воевали, — пояснила ей Кира. — Полудухи, ну, дети Духов. И последователи их там… А вообще, ты у деда спроси, — она кивнула в сторону печи, откуда уже долго доносилось бормотание старика. — Он там воевал, не я… Ну, я жила в войну, но я тогда мелкая была. Василиса кивнула. На самом деле её стала тревожить одна мысль… Кот вполне может скрыть от неё что-то важное… Да и вообще, какой интерес у говорящих зверей к ней? Желательно, конечно, узнать, что вообще за чертовщина там твориться. Хм… Кот говорил, что его мир не Эфлара и не Земля… — Скажи, Кира, — главное, чтобы сейчас её подняли на смех, а не сочли сумасшедшей… — У вас тут звери… Кхм… Не разговаривают? Кира смотрела на неё с минуту, а потом согнулась пополам. От смеха. — Блин, ты умеешь развеселить! — она старалась говорить шёпотом, чтобы не разбудить деда, но выходило это плохо. Похоже, её вопрос восприняли как шутку. А ещё про говорящих зверей больше спрашивать не стоит.