Простуда

      — Ой, блять… Ой, сука… — отрывисто и обречённо шептал Накахара. — Кхм… Заболел! Всё-таки… заболел, блять!       Всё-таки не спасли его вчера одеяло и две кружки сладкого чая. Но они не виноваты, что Чуя забыл зонт. Теперь вот, расплачивается за свой безалаберный поступок, лёжа в постели с соплями, першением в горле и слабой головной болью.       — На работу сегодня не пойду… Кх-кхым… — произнёс парень, кашляя и беря телефон в руки. — Предупрежу Босса.       Накахара толком не соображал, куда нажимал — в глазах чуток расплывалось, так что отрепетированными движениями пальца разблокировал телефон, зашёл в «контакты», тыкнул на иконку, где находился контакт «Мори».       На удивление Чуи, лидер Портовой Мафии взял трубку через пару услышанных гудков.       — Босс, у меня проблемы со здоровьем, — скороговоркой пробормотал мафиози, — не явлюсь сегодня на работу.       — Чу-уя? — послышался по ту сторону телефона искренне удивлённый голос Осаму.       — Дазай?! — разделил удивление парень. — Ты какого хера отвечаешь за Босса? Не уж то нанялся к нему в секретарши?       — Вообще-то, ты позвонил на мой номер телефона, — произнес Осаму.       — Чё?!       Накахара взглянул на экран и вытаращил глаза — на дисплее красовалось «Дазай» и фотография этого придурка.       «М-да, контакты Босса выше контактов Дазая, и нажал я не туда. Пиздец, какой я молодец… — думал Чуя, ударив себя по лбу, — А что подумает Осаму? — недолгая пауза. — А с какой стати я об этом думаю?!»       — Эй, Чуя, ты куда запропастился? — вернул в реальность голос детектива.       — Н-никуда, кхы-кхым… — пробурчал мафиози. — А теперь отвали, я занят.       И, не дожидаясь ответа, повесил трубку.       — О-ох, отмазался, — сказал в тишину Чуя.       Внутри вспыхнули искры давно знакомых тоски и ненавистного одиночества. Как же вновь Накахаре хочется услышать голос возлюбленного, а еще лучше увидеть рядом с собой. Как же ему вчера было невероятно комфортно рядом с ним.       Что ж, Чуя попозже известит Мори о своём недуге. Надо бы ещё чаю с лимоном выпить, да только ему лень шагать на кухню и ставить кипятиться чайник. Хочется просто спать.       Сон — лучшее лекарство. Поутихнут и тоска, и желание видеть рядом с Дазая. Поутихнет головная боль.       И после сна парень обязательно позаботится о себе.

***

      Сквозь темноту Накахара услышал, что кто-то настойчиво стучится в его входную дверь.       «Какую сволочь ко мне принесло?!» — разомкнул глаза он, нехотя и не спеша вставая с кровати. — Ничего страшного, подождёт…»       А стуки по ту сторону двери стали громче и требовательнее.       — Да иду я, иду. Кха-кха… — сонно проворчал парень, прикрыв рот ладонью. — Да прекрати ты тарабанить по двери! Заебал!       Прикосновение к ручке двери, два щелчка замка — и дверь открыта.       — Дазай?! — воскликнул Чуя, отдёрнувшись назад, словно ошпаренный. — Ты здесь что забыл?!       На него смотрел его бывший напарник и ехидно улыбался, а так как Накахара больше не держал дверную ручку, медленно и уверенно проходил в коридор, говоря:       — Слышал, ты заболел, — как только Осаму оказался на пороге, он закрыл за собой дверь, не забыв замкнуться, — пришёл помочь по старой дружбе, а то загнёшься тут без меня.       Лицо Чуи так и застыло в немом возмущении. А ещё он еле удержался, чтобы не позволить челюсти стукнуться о пол.       — Потом будешь благодарен. — детектив снял с себя плащ и культурненько повешал его вешалку, где преспокойно находились любимая шляпа и чёрный плащ мафиози, — А ещё будешь должен.       — Чё, блять?! — наконец вышел из ступора Накахара. Уже будучи красным от гнева, начал угрожающе рассекать воздух кулаком, — Я тебя не просил о помощи! Я уж скорее совершу самоповешение, нежели буду тебе должным!       На такое заявление Осаму лишь еще больше ядовито улыбнулся и беззвучно посмеялся. Его явно забавила реакция бывшего напарника, как было прежде.       «Прежде…» — от этого слова Чуя на миг забыл о своей злости и почувствовал как его сердце больно ёкнуло.       — И вообще… Вали из моего дома нахуй! — парень приблизился к незваному гостю и хотел было ударить его по лицу, однако Дазай увернулся и пошагал в сторону кухни с беззаботным выражением лица.       «Не понял. Чё он тут действительно забыл? Не уж то меня лечить собрался?! Больно сомнительно звучит…» — остался рассуждать в коридоре Накахара, постепенно успокаиваясь. — «Но всё же… я рад, что он здесь…»       Из кухни послышались звуки суеты — лилась вода из крана, точно наполняя какую-то ёмкость, затем звук поставленного кипятиться чайника.       — Эй, Чуя, — любезно окликнул его детектив, — так и останешься стоять в коридоре?       — Нет! — с наигранной раздражённостью ответил мафиози, топая на кухню.       Дазай расположился так, словно находится у себя дома — брал из маленькой пластмассовой вазочки шоколадные конфеты и ел их, складывая фантики в кучу; одну ногу он согнул, и голова лежала на колене.       Накахара благополучно сел напротив гостя, положив ногу на ногу под столом, а подбородок поддерживала рука. Голова до сих пор ощущалась тяжелой.       — Ну рассказывай, — произнёс Осаму, съевший конфету, — Как дела? Девушка есть? А может быть… — короткая пауза, — парень?       — Чего?! — спохватился Чуя, изумлённо взирая на возлюбленного, — Ты меня за гея держишь?!       — Ну-у-у, — задумчиво протянул Дазай, смотря прямо в глаза парня, словно разглядывал недры его души, — Нет. Но мало ли, вдруг ты он и есть.       На такое предположение брови Накахары полезли на макушку, а челюсть едва-едва не разбилась о стол.       — Я охуеваю с твоей наглости, блять, — прорычал сквозь зубы он.       Вот уже засвистел чайник, оповещая о том, что вода достигла температуры кипения. И Чуя может скоро её достичь.       — Пойду проветрюсь, — только и сказал он.       — Куда пошёл? Больным не место на холодной погоде! — возразил детектив, с толикой волнения смотря на мафиози, уже не так проницательно, как в момент возмутительного предположения.       — Отъебись, — бросил Накахара, встав на ноги.       «Тоже мне нашлась мамочка. Да ещё так предполагает… верно. Но признаваться перед ним я никогда не стану.» — разговаривал мысленно с собой парень по пути на балкон.       Он накинул поверх пижамы махровый красный халат на случай если на улице действительно холодно, как утверждал Дазай.

***

      Какой погода была паршивой вчера, такой сохранилась по сей день.       Ничего. Накахара постоит не больше пяти минут, вернётся в спальню и ляжет в тёплую постель. На кухню он вообще ни ногой — до сих пор испытывает и возмущение, и потрясение о внезапной гипотезе Дазая…       «Неужели во мне и правда присутствуют признаки гея? Если да, то где? — задавался вопросами Чуя, облокотившись всем весом на перила, — Где именно они выражены?!»       — Где, блять, видно, что я нетрадиционной?! — чуть слышно пробухтел себе под нос мафиози, опять чувствуя першение в горле, — кх-кхым, ну где?!       — Твой чай уже здесь, — нежданно раздался сзади довольный голос детектива.       — Кхы-кхым, я… кхым… не нуждаюсь в… кхым… твоей поддержке, Скумбрия, кх-кх-кхым, — обернулся Накахара к возлюбленному, держащему в обеих руках по кружке, из которых тянулся пар, — Проще говоря, отъебись и вали из моей хаты.       — И не мечтай, — ответил с улыбкой Дазай, протянув руку, — Бери и пей. Раз хочешь тут постоять, то и я компанию составлю.       — Да к чёрту… кхым… — осёкся Чуя, прикрыв рот, — как бы это прискорбно не звучало, кха-кха, — он взял кружку, — у меня нет желания с тобой перепираться.       — Да ладно? Серьёзно, что ли? — удивленно спросил Осаму. Фальшь его улыбки выдавала хитрая усмешка.       Что-что, а за годы совместной работы, Накахара научился распознавать эмоции, намерения Дазая по мимике лица. И на данный момент он точно затеял что-то неладное.       — Давай пить чай, и пойдем внутрь… кхым… мне холодно, — признался парень, медленно отпив маленький глоток чая.       И Чуя снова повернулся в сторону серого и скучного пейзажа города.       — Тогда… сейчас я обеспечу тебе тепло, — тихо, почти шёпотом с какой-то томностью заявил Осаму.       Мафиози не успел понять, ответить на слова, как сзади к нему прижимаются телом и перебинтованные руки оплетают талию.