blood petals

Гермиона и сама не знала, что влекло её к этой стервозной, несдержанной на язык, грубоватой и циничной, но блин-настолько-красивой-Пэнси-Паркинсон. Ей постоянно хотелось быть рядом с ней, держать за руку, и чёрт, целовать-целовать-целовать. Потому что Пэнс даёт ей такую возможность. *** Вся школа гудела о том, что Пэнс целовалась в туалете с Джинни Уизли, но сама девушка старалась опровергнуть эти слухи. Рон налетел на сестру с расспросами, и она, под напором его, по мнению Гермионы, жалких угроз, призналась, что это правда. - Но мы не зашли далеко. Пэнс даже не использовала язык. Она сказала, что этот поцелуй был типа, поддержкой после моего расставания с Гарри. Чтобы я не сомневалась, что я классная. Это она так сказала. Рон застонал и прикрыл глаза. - Вы скоро с ума меня с этими слизеринцами сведёте. Джинни только хихикнула. Гермиона закатила глаза, а Гарри почесал лоб. Стесняшка. *** Всё началось на сдвоенном уроке зельеварения. Паркинсон откровенно пялилась на Гермиону, отвлекая её от занятия. Пэнс облизывала губы и закусывала их, не давая Грейнджер шансов. Они всё чаще переглядывались в коридоре и в Большом Зале; на совместных уроках и просто во время походов в Хогсмид. Гермиона и сама не осознавала, чем ей так нравится стервозная слизеринка. Да, она была красива и умна. Её бунтарство сочеталось с, по-видимому, добрым сердцем. Короче, Пэнси Паркинсон была потрясающей. *** Прокручивая неделями в голове образ Паркинсон, а иногда мысленно занимаясь с ней не совсем пристойными вещами(Гермиона никогда не наблюдала у себя подобных мыслей, и ей было безумно стыдно), она поняла, что влюбилась. В короткие чёрные волосы; острые стрелки и пухлые красные губы, которые так и хотелось попробовать на вкус; тёмные глаза, которые невыносимо прекрасно блестели; и в её ключицы – они были настолько прекрасны, будто бы самые искусные мастера вытачивали их из самого благородного камня. *** Когда Гермиона столкнулась с ней в туалете, она совсем потеряла контроль. Пэнс подошла ближе, заглядывая ей в глаза, и прошептала: - Надеюсь, ты всё-таки сделаешь это, зазнайка-Грейнджер. Её голос был низким и…чёрт, он был очень возбуждающим. Гермиона накрыла её губы своими. Они были вкусными и терпкими, очень горячими и мягкими. Пэнс целовалась очень смело. Она положила руки на талию Гермионы и притянула к себе. Грейнджер взяла лицо Паркинсон в свои руки. Когда слизеринка начала исследовать языком язык девушки, Гермиона вдруг отстранилась. - Извини, нам пора на уроки. Гермиона чувствовала, что краснеет. Язык впервые её не слушался, а в голове был полный туман. Пэнс усмехнулась. - Я рассчитываю на повторение. И на нечто большее, если ты понимаешь, о чём я, Грейнджер. Гермиона кивнула, и Паркинсон, оставив лёгкий поцелуй на её губах, вышла из туалета. *** Стоило гриффиндорке сесть за свой стол, как Рон начал допрос. - И где ты была? А что у тебя с губами? Ты…. - Отвянь, Рон. Это не твои проблемы, - Гермиона увидела потускневший взгляд Уизли, - извини. Просто я не настроена разговаривать, хорошо? Рон кивнул. Гермиона подняла глаза. И тут же столкнулась взглядом с Паркинсон. Уизли посмотрел на друзей. Гарри, сам не свой, смотрел на слизеринский стол, играя с кем-то в переглядки, точно так же, как и взвинченная Гермиона. - Вот чёрт. Он не знал, что его спину уже минут двадцать сверлил взглядом Блейз Забини.