Don't Worry, I'll Protect You

Спина Каллена ударилась о землю с такой силой, что у него перехватило дыхание – он боролся с опутанной пламенем фигурой, нависающей над ним. С ударом, подпитываемым вдохновляющим отчаянием, Каллен бросился на демона ярости, отталкивая его назад и откатываясь в сторону. К тому времени, как он сгруппировался, демон уже исчез. Как всегда. Кошмар. Это просто кошмар, сурово напомнил он себе, лёжа на спине и закрыв глаза, отчаянно пытаясь вынырнуть из темноты. Вот почему он топил себя в алкоголе последние несколько дней – чтобы тот помог ему заснуть, как только реальность смерти Маилани, наконец, настигла его. Выпивка делала сны более тусклыми и далёкими. Я же не напивался до беспамятства в этот раз, правда? Нет, это было горе, погубившее его, а теперь все его демоны пытались вернуться к нему. Земля под ним двинулась, превращаясь в кровать, — в его кровать, как он подозревал, хотя и не открывал глаз — по его талии скользнула рука, а к щеке знакомо прикоснулись. — Опять плохой сон? — тихо спросил чей-то голос. Создатель, нет. Нет, только не это. — Уходи, — процедил он сквозь зубы. — Ты уже пробовал это раньше, и я не куплюсь. Снова. Рука поднялась, чтобы погладить его по волосам в той особенной нежной манере, как это делала Маилани. — Ты действительно хочешь, чтобы я ушла? Можешь попритворяться немного. — Убирайся! — Каллен сделал движение, словно хотел ударить демона желания, и, в конце концов, свалился на землю, когда кровать исчезла, оставив его в окружении только медленно меняющегося серо-зелёного, увядающего пейзажа и протяжного смеха демона. Застонав, он заставил себя сесть и спрятал голову в ладонях. Всё, что ему было нужно — мгновение, спокойное мгновение, чтобы оставить кошмар и заставить себя проснуться, как делал бесчисленное количество раз после Киркволла. — Как думаешь? Белый или красный? — О, ну не знаю, Инквизитор. Тебе не кажется, что розовый мне подойдёт больше? Мои глаза оттеняют подобные цвета невероятно хорошо. Лёгкий знакомый смех. — Значит, розовый. — До тех пор, конечно, пока это не Создатель-бы-его-побрал клетчатое полотно. Услышав эти два голоса, Каллен нахмурился. Всё это было… по-другому. С трудом поднявшись на ноги, он обнаружил, что стоит на крепостной стене Скайхолда, глядя на спины двоих людей, прислонившихся к камням, чтобы полюбоваться видом. Он сразу узнал ту, что стояла справа, всегда узнал бы эту хрупкую фигурку и постоянно взъерошенные волосы где угодно. Маилани. — Цветы не бывают в клеточку, Дориан, — сказала эльфийка рядом с ним чересчур серьёзным голосом. — О, Слава Создателю, или каким там Богам ты молишься, — вздохнул Дориан в подходящей драматичной манере. — Я не уверен, что моя нежная, чувствительная натура сможет справиться с этим. — Я допустила подобную ошибку всего один раз, — запротестовала Маилани, а затем потянулась, чтобы поправить волосы. Это никогда не срабатывало — её волосы были постоянно растрёпаны. — Я не уверена насчёт того, как мы отнесём цветы в Скайхолд, — добавила эльфийка, глядя на мага с до боли знакомой улыбкой на лице. — Сейчас мы вдали от цветочных лугов. Дориан повернулся к ней, его усы весело подёргивались. — О, ну перестань, дорогая. Не теряй надежды. Ну, если ты смогла взрастить эту соплю тролля в саду, я уверен, мы сможем вырастить и несколько цветочков. Во всяком случае, достаточно для двух венков на голову. Каллен нахмурился, поняв, что это был не демон и не внушение. Это был Дориан, стоящий на крепостной стене с кем-то, кто… нет… нет, нет, не думай об этом. Каллен огляделся вокруг, отмечая тот факт, что крепостные стены не были связаны ни с чем, а небо было странным и тяжёлым даже в сравнении с тем, как было в Тени. Но Дориан был настоящим. И тут его осенило: это был сон. Это просто не было сном Каллена. — Борода вурдалака, а не сопля тролля! — настаивала Маилани, хотя явно пыталась не засмеяться. — Она не имеет большинства целебных свойств и может быть обращена в настойку для… Дориан махнул рукой. — Да, да, ты мне всё это уже говорила. И всё равно это похоже на сопли тролля. Каллен невольно широко раскрыл глаза, осознав, что никогда раньше не видел, чтобы эти двое подшучивали друг над другом. Крошечная часть его даже начала немного ревновать, особенно, когда Маилани прикрыла рот обеими ладошками, чтобы подавить смех. Однако ревность исчезла, стоило Дориану снова открыть рот. — Значит, Каллен, да? — спросил маг, подталкивая Маилани локтём. Маилани покраснела, но не отвела взгляда. — Да. Да, думаю так и есть. — Он очень красив, полагаю, твой тип, — задумчиво произнёс Дориан. — Но достаточно ли этого, чтобы компенсировать всю его дерзость? Маилани рассмеялась своим кристально чистым смехом, от которого у Каллена по спине всегда пробегали мурашки. — О, ты ужасен! В нём есть гораздо больше, чем просто дерзость! Дориан ухмыльнулся, разглядывая Маилани, и его глаза весело блеснули. — О, тогда он, должно быть здорово целуется, раз у тебя такое выражение лица. — Дориан! — Маилани и Каллен сказали это одновременно, но ни Маилани, ни Дориан, казалось, не услышали Каллена. Не обращая внимания на её протест, Дориан продолжил: — Шемлены, Маилани! О, какой стыд! Да ты с шемленом бойфрендом — это всё равно что я с… — Лучшей подругой долийкой? — возразила она. Лицо Дориана смягчилось. — Да. Точно. Я бы не удивился, если бы все наши предки перевернулись в своих могилах. Или не перевернулись, потому что мои стали маленькими кучками пепла, а твои… погоди, а как Долийцы относятся к своим усопшим? Маилани пригрозила ему пальцем. — О, нет, на этот раз ты меня не отвлечёшь. Я хочу знать, что ты на самом деле думаешь, Дориан. И… ну, знаешь, если у тебя будет какой-нибудь совет, как правильно себя вести… — её голос затих, когда она подняла на него умоляющий взгляд. Дориан посмотрел ей прямо в глаза, с более серьёзным выражением. — Ну, ты Инквизитор, а он Командующий. Люди будут болтать, хотя и не так много, как если бы это, к примеру, были ты и я. Насколько я могу судить, злой тевинтерский магистр превосходит всех южан вместе взятых. Так что с ним главной заботой будет контроль над распространением сплетен, так как совсем этого избежать ты не сможешь. Будь осторожна, не задерживайся взглядом на его глазах, но в то же время убедись, что между вами достаточно взаимоотношений на публике, чтобы они не думали, будто вы что-то скрываете или, что ещё хуже, лжёте о чём-то. Не меняй ничего в его кабинете или рабочих обязанностях, особенно в начале, когда ты захочешь уменьшить слухи о фаворитизме, но и не делай вид, что он твой секрет, о котором никто не должен знать. Личное, но не стыдное — это должно стать твоей путеводной нитью относительно того, как обращаться со всеми этими спекуляциями. Маилани медленно кивнула, когда Каллен вскинул брови, неохотно впечатлённый советом. Он сомневался, что даже Жозефина смогла бы что-то добавить к этому. — Дома всё совсем по-другому, — вздохнула Маилани. — Тогда я просто сделала бы венок и надела ему на голову, а он сделал бы то же самое для меня, и все узнали бы о нас. А здесь всё так сложно. Дориан сочувственно похлопал её по руке. — Ну, мы шемлены, немного непросты, не так ли? Конечно, я больше всех. Она слабо улыбнулась. — Ты самый лучший. — Из-за тебя, — напомнил он ей, а затем протянул руку и приподнял её подбородок, чтобы их взгляды встретились. — Он хороший человек, хотя, я подозреваю, что ты не нуждаешься в моих словах. Маилани покраснела и покачала головой. — Нет, — тихо ответила она. Дориан неожиданно усмехнулся. — Тогда, полагаю, мне не нужно говорить, что, если он когда-либо причинит тебе боль я заморожу его причиндалы, пока они не отвалятся с концами. — Дориан! — снова раздался нестройный хор голосов, и Маилани хихикнула. — Это отвратительно! — Да, люди могут быть отвратительными созданиями, — беззаботно заметил Дориан, постукивая кончиком пальца по носу Маилани. — Иногда угроза – единственный способ привлечь наше внимание. Маилани рассмеялась, прежде чем повернуться и посмотреть на горы вокруг Скайхолда. — Тогда я позволю тебе сказать это ему. — Ох, ну ладно, всё сам, — проворчал Дориан, подражая её позе и обводя взглядом окрестности. Через мгновение маг снова взглянул на Маилани. — Я знаю, что это сон, — тихо сказал он с глубочайшей печалью в голосе, которую Каллен раньше никогда не слышал. — Я не был бы хорошим магом, если бы не мог отличить Тень от реальности, но я был рад снова увидеть тебя, даже если ты просто… воспоминание. Маилани посмотрела на него, и сердце Каллена сжалось при виде печали на её лице. Он смотрел, как она протянула руку, чтобы коснуться сцепленных рук Дориана. — Прости, — прошептала она. — Мне так жаль. А потом что-то толкнуло Каллена, и он, споткнувшись, упал с крепостной стены.

***

Глаза Каллена распахнулись, и он приподнялся на локтях, оглядывая башню. Наверху над головой мерцали звёзды, показывая, что он не сумел проспать всю ночь, но ничто не казалось неуместным и не было похоже на Тень, кошмар или что-то ещё. Сделав глубокий вдох, он позволил себе откинуться на одеяло, размышляя о том, что именно он видел, и пытаясь найти в этом смысл. Чем дольше он думал об этом, тем меньше мог припомнить подробностей, но впечатление от увиденного продолжало подрагивать глубоко внутри. Когда небо над головой начало медленно светлеть, он вздохнул и заставил себя встать с постели. Ему предстояло много работы. Если повезёт, может быть, на этот раз ему удастся поработать достаточно усердно, чтобы действительно забыть.