Don't Worry, I'll Protect You

Темнота. Каллен помнил эту темноту, помнил обжигающий холод и ледяной ветер горной метели. Помнил, как стоял на самом дальнем краю освещённого костром лагеря, вглядываясь в темноту в поисках Вестницы. Он помнил, как ждал, молился так горячо, как не молился уже много лет, чтобы увидеть движение, услышать хруст снега или крик о помощи. Но больше всего он помнил темноту внутри и снаружи, задаваясь вопросом, выжила ли милая маленькая эльфийка, чья улыбка, казалось, согревала его изнутри, пережив лавину, которая накрыла Убежище. Почему он стоял здесь сейчас, дрожа от холода, несмотря на страх, с колотящимся от волнения сердцем, он не знал и не задавался вопросом. Он только знал, что должен искать в темноте, что кто-то должен быть спасён. Смутное воспоминание о пещере, полной пыли, крови и отчаяния, пришло к нему, но было мимолётным. Главное, оставаться бдительным. Что бы ни случилось, он будет готов. Перед ним вспыхнул яркий зелёный свет, заставивший его сердце дрогнуть. Да. Это тот человек, которого я должен спасти. Он слепо шагнул вперёд, преследуя этот намёк на зелёный свет в то время, как его сердце наполнилось надеждой и страхом. Однако, когда его нога приземлилась, темнота рассеялась, и он очутился в таверне. Пустой таверне с широкими столами и скамейками, и ни единого шороха разговоров. Сбитый с толку, он обернулся и увидел не таверну, а огромное пространство мрачных серых скал и мерцающий свет, от которого его замутило. Только когда он позволил своему взгляду подняться вверх и увидеть Чёрный Город, плывущий над ним, он понял, где находится, но осознание было смутным, словно во сне. Звук закрывающейся за ним двери привлёк внимание, отвлекая от Чёрного Города, особенно когда знакомый голос произнёс: — Ой-ёй здесь никого нет. Не предвещает ничего хорошего. Комментарий Дориана заставил Каллена обернуться, и когда он сделал это, мир снова превратился в таверну. Приняв странность Тени, он сосредоточился на появившихся двоих, отметив, что и Дориан, и Маилани выглядели пыльными и потрёпанными. Он попытался шагнуть вперёд, но почувствовал, что ноги его приросли к земле, словно сами сапоги вросли в камень. Он посмотрел на них сверху вниз и нахмурился, когда заговорил ещё один человек, чей голос не был знакомым. — Дориан. От этого голоса у Каллена по коже пробежали мурашки, и он оторвал взгляд от своих замёрзших ног как раз в тот момент, когда Дориан ответил: — Отец, — Дориан сделал небольшую паузу, достаточную для того, чтобы Каллен увидел, как неуверенность сменилась гневом, когда он повернулся лицом к другому мужчине, всё ещё скрытому тенью лестничного пролёта. — То есть вся история о «слуге семьи» была… чем? Дымовой завесой? — Значит, тебе сказали, — сказал мужчина, шагнув в свет, который одновременно ярко светил от свечей и факелом, и был затемнён сумраком заката. — Прошу прощения за обман, Инквизитор. Я не хотел Вас в это втягивать. Когда Каллен увидел мужчину, с которым Дориан говорил, более отчётливо, его глаза расширились. Сам он не отличался ничем примечательным — средних лет, с морщинистым лицом, одетый в мантию мага. Однако, позади него — и достаточно большое, чтобы заслонить вид таверны позади — скорчилось паукообразное существо чудовищных размеров, окутанное колючим панцирем теней и с невообразимым количеством глаз, что Каллен когда-либо видел, в одном месте. Несмотря на свои размеры, эту штуку было тяжело разглядеть; она то появлялась, то исчезала, будто её и не было вовсе, и Каллену пришлось сосредоточиться, чтобы увидеть нечто большее, чем смутные очертания. Однако, ещё более пугающей, чем само его присутствие, была длинная извилистая линия, которая тянулась ото рта существа, мягко обвиваясь вокруг человека, что разговаривал с Дорианом, щупальце пульсировало болезненной зеленоватой темнотой. От его присутствия по спине Каллена пробежал холодок, поскольку инстинкт вопя потряс его, заставив осознать, что это скорее инстинктивная реакция, нежели сознательная. Демон. Никакие другие объяснения не имели смысла. И не просто демон, с которым Каллен уже сталкивался и сражался в Кинлох Холде; тот, что появился позже, в Киркволле и его кошмарах. Это было существо совершенно иного порядка, и его внимание, казалось, было полностью сосредоточено на событиях в таверне. Внимание Каллена переключилось на происходящее, когда он понял, что, хотя для него он и не представляет опасности, того же нельзя сказать о Дориане. Время шло, они обменивались репликами, но именно голос Маилани заставил его снова обратить внимание на разговор. — Лучше оставлю вас наедине. Дориан повернулся к ней, его голос и поза немного смягчились, когда он заговорил с ней, а не с отцом. — О нет, останься. Я хочу свидетеля. Я хочу, чтобы кто-то услышал правду. — Дориан, — вмешался его «отец». — Нет необходимости… — Я предпочитаю общество мужчин, — продолжал Дориан, словно не слыша его слов. — Отец не одобряет. Маилани моргнула и вскинула брови. — Это… большая проблема в Тевинтере, да? — Каллен сразу узнал этот её тон — тонкий укол глупым шемленским убеждениям. — Только если пытаешься жить по невозможным стандартам, — с горечью ответил Дориан, но, когда он продолжил, внимание Каллена снова привлёк огромный демон, который двигал своей пульсирующей тушей. Тёмно-зелёное мерцание пробежало по щупальцу между его ртом и фигурой отца Дориана, который замерцал — быстро то тут, то там. К тому времени, когда Дориан повернулся к нему, его гнев перерос в прекрасный и праведный, «отец» снова казался вполне человеческим существом. — Дориан, пожалуйста, только послушай меня. Дориан жестом прервал собеседника. — Зачем? Чтобы ты вылил на меня ещё больше удобной тебе лжи? — сделав несколько шагов вперёд, Дориан поднял руку и обвиняющее ткнул в него пальцем. — Это он научил меня ненавидеть магию крови. «Прибежище слабых духом». Это были его слова. Каллен почувствовал, как кровь отхлынула от лица. Магия крови? Отвлёкшись на мгновение от громадного гиганта, он сосредоточься на Дориане. Какая ещё магия крови? Дориан даже не остановился, хотя его лицо потемнело от гнева. — Но к чему ты обратился первым, когда твой драгоценный наследник отказался притворяться всю свою жизнь? Ты попытался… изменить меня! Тон этих слов сказал Каллену больше, чем весь разговор с Дорианом. Магия крови, используемая для того, чтобы заставить Дориана подчиниться воле отца, либо согласиться на брак, либо, что ещё хуже изменить его более фундаментальным образом… это были не слова демона, а кошмар, вызванный для устрашения и ужаса. Боль на лице и в голосе Дориана была слишком яркой и реальной. Его отец действительно намеревался сделать именно это. Дориан, должно быть сбежал, но такой уровень предательства… Каллен содрогнулся. — Слава Создателю, ты избежал этой участи, — горячо прошептал он. «Отец» Дориана покачал головой, хотя щупальце вокруг него начало светиться. — Я просто хотел лучшего для тебя! Яростно тряхнув головой, Дориан с жаром произнёс: — Ты хотел лучшего для себя! Для своей проклятой родословной! Всё ради этого! — с этими словами Дориан повернулся и бросился к ближайшей стойке, опираясь на неё и пытаясь взять себя в руки. Маилани молча последовала за ним, давая немного времени, чтобы собраться с мыслями. Через несколько мгновений Дориан посмотрел на Маилани, лицо его было напряжено от боли. — Почему это? — спросил он её дрожащим от волнения голосом. — Почему здесь? Из всех времён, что мы провели вместе, почему именно эта встреча? Разве это не могло быть что-то более причудливое и красивое с цветами и единорогами? И тут Каллен понял, что Дориан всё ещё считает этот сон нормальным, как и все остальные, которые Каллен видел раньше. Возможно, немного более неприятный, но всё же нормальный сон. Он не замечал огромного демона, возвышающегося над ними, или того факта, что его отец был не частью его собственного разума, а скорее продолжением демона. В конце концов, Каллен будучи храмовником, знал, что чем сильнее демон, тем труднее воспринимать его во сне даже такому искусному магу, как Дориан. Этот голос принадлежал Маилани, и он вновь увёл его внимание от демона. — Мне так жаль, — тихо сказала она, протянув руку и нежно положив её на плечо Дориана. Однако в следующее мгновение она повернулась к Каллену. Ему не нужно было произносить больше ни слова, чтобы понять мольбу в выражении её лица. Внезапно он вспомнил, как стоял в темноте в начале своего пребывания в Тени, вспомнил непреодолимую потребность быть бдительным, быть готовым спасти кого-то. Это чувство вернулось несмотря на то, что темнота вокруг него уже рассеялась. Пришло время действовать. Приняв решение, он почувствовал тяжесть в левой и правой руках. Когда он поднял руку, в которой появился щит, то правая крепче сжала рукоять меча, каждый изгиб стали был хорошо знаком ему даже во сне. Когда он переступил с ноги на ногу, таинственная сила, удерживающая его на месте, с треском пала, и он кивнул ей. Да. Он был готов. С мрачным выражением лица он побежал вперёд, с каждым шагом набирая силу и скорость, приближаясь к марионетке демона. Не обращая внимания на удивление на лице Дориана, когда он пробегал мимо, мужчина поднял свой меч и призвал давно неиспользуемую защиту от демонов и магии, когда проревел: — Ты его не получишь! С гневом и разочарованием многих лет борьбы с демонами как внутри себя, так и снаружи, он взмахнул своим мечом и обрушил гнев небес с силой большей, чем когда-либо вызывал в реальном мире. Свет вспыхнул от его меча и первым он ударил похожую на человека фигуру, которая издала такой громкий крик, что тот эхом отозвался в голове Каллена. На мгновение он превратился в демона с когтями вместо пальцев и множеством крабоподобных конечностей, похожих на клешни, произрастающих из его спины, прежде, чем исчезнуть в облаке чернильной тьмы. Как только он это сделал, раскалённая добела энергия хлынула вверх по щупальцу, соединяющему его с монстром наверху, и огромное существо встало на дыбы с криком, содрогнувшем Тень вокруг них. Таверна развалилась на части, когда дерево, кирпич и камень разлетелись в разные стороны, оставив их стоять в пустом пространстве Тени. Над ними плыл Чёрный Город и другие случайные скалы, всегда казавшиеся частью тусклого пейзажа, хотя сгущающийся туман скрывал большую часть земли вокруг них. Дориан инстинктивно подошёл к Каллену. — Что, чёрт возьми, это было? Что за… штука? Я никогда не видел ничего подобного. — Я тоже, — покачал головой Каллен, убирая меч в ножны. — Ты… в порядке? — спросил он, немного колеблясь, так как не был уверен, какое влияние разрушение конструкции сна могло оказать на человека, которому принадлежал сон. — Хм? — Дориан моргнул, а потом посмотрел на Каллена. — Мм? О, Вы имеете в виду… — он обвёл рукой пространство вокруг. — В мои сны вторгались и раньше, но никогда в таком масштабе. Обычно лишь клочья и тени притягиваются к ярким снам мага. Мы с Соласом часто обсуждали этот вопрос, — мужчина наклонил голову и его лицо стало задумчивым. — Мне показалось, или это была какая-то нить, связывающая демона, играющего моего отца и того, что побольше? Каллен кивнул. — Я предполагаю, что монстр каким-то образом контролировал того, что поменьше, хотя и не знаю почему. Дориан задумчиво постучал пальцем по маленькому треугольнику волос, украшавшему его подбородок. — Думаю, что я знаю, — поморщившись, он добавил. — По крайней мере, если моя теория насчёт этого чудовища верна. Я думаю, что был его обедом. Ну, или мои эмоции. — Оно… питалось от тебя? — спросил Каллен. Внезапно он вспомнил рассказ Алистера о демоне праздности, который ненадолго захватил его спутников во время Мора. При мысли о том, что такое произойдёт с Дорианом, по его спине спустилась нестройная дрожь. — Слава Создателю, мы положили ему конец. — Мы? — удивлённо спросил Дориан. — Кажется, я припоминаю, что это Вы пробежали мимо, размахивая мечом, и спасли положение, — он огляделся по сторонам. — То есть, сон. За что я Вам очень благодарен. Мне придётся придумать, как отплатить Вам. Каллен покачал головой. — Я бы не стал беспокоиться об этом… Внезапный рёв оборвал его, эхом резонируя вокруг них, так громко, что земля задрожала под ногами. В руках Дориана появился посох, когда огромная тень внезапно возникла в тумане неподалёку. Каллен слышал свист и крики всевозможных демонов, звуки, которые намекали на самые большие страхи в его худших кошмарах. Его рука сжалась на рукояти меча, когда он вытащил его и приготовился к битве. — Не предвещает ничего хорошего, — сказал Дориан, возможно, бессознательно повторяя свои прежние слова. Однако, в следующее мгновение он покачал головой. — Это не та битва, в которой мы должны сражаться, — взмахнув рукой, Дориан послал белую вспышку магии в сторону испуганного Каллена, который инстинктивно поднял руку, чтобы прикрыть глаза от слепящего света. На мгновение Каллен почувствовал, что падает, порыв ветра и яркий белый свет захлестнули все его чувства. Это закончилось резким рывком, когда он приземлился, и он с трудом поднялся… … под щебет птиц, когда бледный рассветный свет лился сквозь дыру в крыше над его головой. Какое-то время Каллен просто сидел, тяжело дыша, пытаясь понять, что же произошло. Сон Дориана был леденящим душу и оставил после себя немало запутанных вопросов. Что это был за демон? Как Дориан привлёк его внимание? Его присутствие, должно быть, было как-то связано с якорем, что заставило Каллена с тревогой подумать, была ли Маилани когда-то его целью — и если да, то как это внимание повлияло на неё. Её описание зависти и того, что он задумал для неё, само по себе вызывало у него несколько кошмаров. И что ещё хуже, если Дориан — высококвалифицированный маг — не смог воспринять это без посторонней помощи, Маилани бы даже не знала, были ли её кошмары естественными или спровоцированными? Свесив ноги с кровати, Каллен поёжился, радуясь прохладе раннего утра, контрастирующему с пронизывающим холодом ночи. — Создатель, дай мне сил, — прошептал он с тихой мольбой. Он не позволит никому пасть жертвой замысла демонов, как это случилось с ним; особенно тому, кого он скоро начнёт считать своим близким другом. По крайней мере, сейчас Дориан был в безопасности. Каллен тряхнул головой, чтобы прояснить мысли, зная, что эту тему лучше обсудить непосредственно с Дорианом. Но не сегодня. На его лице появилась улыбка, когда он поднялся с постели, начав выполнять свои утренние ритуалы. Сегодня для Дориана был знаменательный день, хотя маг об этом ещё не знал. Каллен должен был убедиться, что он сам готов поддержать этого человека, как Командующий войсками Инквизиции и как друг. В конце концов, время пришло. Больше, чем время.