Don't Worry, I'll Protect You

В ночь перед нападением на Адамант в лагере не шевелилось ни одно живое существо… за исключением Командующего. Хотя лестницы были аккуратно подвешены на осадных башнях, если возникнут проблемы Каллен сможет быстро прибыть туда. В то время как солдаты и храмовники уютно устроились в своих спальных мешках, засыпая с решительностью и мыслями о победе, Командующий, полностью облачённый в доспехи, с Джимом на буксире, шагал сквозь ночь, не зная, как нанести первый удар. Наконец, Каллен признал, что всё в порядке и со вздохом недовольства отпустил Джима спать. Его шаги замедлились, когда он приблизился к своей палатке, усталость наконец-то взяла верх, стоило ему убедить себя, что силы Инквизиции были готовы настолько, насколько возможно. Со вздохом раздвинув створки, он медленно снял накидку и принялся снимать доспехи, складывая их по частям на подставку для доспехов, чтобы надеть его утром. Расстёгивая нагрудник, он услышал шорох, когда кто-то вошёл в палатку, и вздохнул. — Докладывай, — сказал он, повернувшись, и удивлённо выпрямился, узнав своего посетителя. — Ваша милость. Хоук глубоко хмыкнул и шагнул в палатку. Шнурки на его тунике болтались свободно, будто он одевался в спешке, обнажив большую часть груди. Это, вкупе с равновесием в его движениях и маленькой фляжкой чего-то, вероятно, гораздо более крепкого, чем вино, дало Каллену намёк на состояние Хоука. — Командующий. Я вижу, что ты ещё не ложился. — И ты тоже, — заметил Каллен, поднимая нагрудник, чтобы повесить его на подставку для доспехов прежде, чем полностью повернуться к Хоуку. Какой бы ни была причина, приведшая Хоука сюда, она определённо заслуживала полного внимания Каллена. Кроме того, Киркволл полнился историями о Хоуке в своей стихии, и немногие из них заканчивались счастливо для всех участников. — Ты что-то хотел? Хоук кивнул и сделал большой глоток, направляясь к миниатюрному столу Каллена. — У меня возникли кое-какие мысли о сражении в Адаманте, — сказал он, засовывая фляжку во внутренний карман. — Я так понимаю, мы всё ещё следуем предложению Логэйна начинать атаку ночью? — Да, Ваша Светлость, — Каллен подошёл к Хоуку и постучал по отметке, на нарисованных от руки дополнениях к карте Западного Предела, обновлённых их последними отчётами. — Вот наше нынешнее положение. Дюны будут держать нас вне поля зрения тех, кто находится в Адаманте. До сих пор они, кажется, не знали о нашей близости и природе наших сил. Протянув руку, Хоук проследил расстояние от первого маркера до того, который означал Адамант. — При той скорости, с которой движутся требушеты, нам понадобится по меньшей мере час или два, чтобы привести их и осадные башни в боевую готовность, не так ли? — Насчёт этого, да. Перемещение в течение дня сделало бы слишком очевидным то, что мы делаем, поэтому мы будем использовать покров ночи, насколько это возможно. Вивьен и некоторые из магов Инквизиции будут использовать свои способности, чтобы скрывать нас и дальше. Как только они окажутся на месте… — Каллен повернул отметку Адаманта на бок. — Осада начнётся. Расчётливое выражение появилось на лице Хоука, когда он медленно поправил упавшую отметку. — А Инквизитор поведёт свою группу через врата, когда они будут взломаны? — Да, таков был план, Ваша Светлость, — Каллен снова опустился на пятки. — Я так понимаю, у тебя есть другая идея? — Первая попытка проломить стены будет жёсткой, ты же понимаешь, — сказал Хоук, осторожно выпрямляясь. — Тебе понадобится кто-то там, наверху, чтобы возглавить атаку на зубчатые стены и быть атакующим, но их не так много, чтобы справиться с этой задачей, — постучав в грудь, он сказал. — Им буду я. Каллен вскинул брови. — Ты хочешь подняться по лестнице? — он вынужден был неохотно признать, что уважал этого человека, хотя и задавался вопросом, насколько эта бравада подпитывается алкоголем. — Это опасная работа, и ты это знаешь. — Я смогу о тебе позаботиться, — небрежно пожал плечами Хоук. — И как только я окажусь там, я смогу справиться с худшей из опасностей, ожидая, пока Инквизитор догонит меня. — Если бы это говорил кто-то другой, а не ты, я бы назвал их до глупости высокомерными, — признался Каллен. — Но это говорю я, так что можешь назвать меня высокомерным, — ухмыльнулся Хоук. — А возможно и нет. Я видел, как ты сражаешься, Ваша Светлость. У нас могут быть разногласия… — О, это мягко сказано, — фыркнул Хоук. Почёсывая лоб, Каллен сказал: — Достаточно справедливо. Я не думаю, что мы когда-нибудь станем друзьями, Ваша Светлость, но в прошлом мы доказали, что можем эффективно работать вместе, независимо от личных предубеждений. — Совершенно верно, Командующий, — Хоук протянул Каллену руку. — Во благо этой миссии, чтобы покончить с угрозой армии демонов и пытающемуся привязать её к этому ублюдку Корифею, я надеюсь сделать это снова. Мгновение Каллен колебался, вглядываясь в лицо Хоука, почти задаваясь вопросом, не было ли это какой-то уловкой. Наконец, он кивнул и схватил Хоука за предплечье. — Разумеется, Ваша Светлость. Хоук резко притянул Каллена к себе так, что их лица оказались всего в нескольких дюймах друг от друга. С такого близкого расстояния Каллен мог сказать, насколько сильно Хоук приложился к бутылке прежде, чем подойти к палатке Каллена, и задавался вопросом, была ли это единственная причина, по которой Хоук вообще пришёл сюда. — Обещай мне, — настойчиво сказал Хоук. — Что бы ни случилось завтра, ты обеспечишь безопасность Инквизитора. — Таков мой долг, Ваша Светлость, — сухо сказал Каллен. — Я не прошу тебя делать это, как Командующий, Каллен, — сказал Хоук резким голосом. — Я прошу тебя сделать это, как его друг. Свирепая напряжённость взгляда Хоука и его крепкая хватка заставили Каллена неловко пошевелиться. — Почему это так важно для тебя? — Мне не нужно тебе этого говорить, — сказал Хоук, слегка раздувая ноздри. — Я просто хочу, чтобы ты пообещал. — Но зачем? — спросил Каллен. — Ты никогда не был… — он замолчал, не зная, как продолжить, не оскорбив при этом собеседника. — Сентиментальным? — сухо предположил Хоук. Отпустив руку Каллена, он отступил назад и скрестил руки на груди. — Возможно. В Киркволле у меня не было времени на легкомыслие. Если это был не маг крови, причиняющий неприятности, то это обязательно был жаждущий власти аристократ или взбесившийся кунари, или гном, умоляющий о помощи, или рыцарь-командор, медленно сходящая с ума. У меня не было времени на сентиментальности. — Да, это предельно ясно, — пробормотал Каллен. — Не то, чтобы ты мне сильно помог, — заметил Хоук. — Для тебя всё было магией крови, и хорошим маг был либо мёртвым, либо закованным в цепи. Интересно, что бы ты тогда сделал с Инквизитором? Застигнутый врасплох этой нападкой, Каллен вспыхнул и потянулся, чтобы потереть шею. — Рыцарь-командор Мередит… — … не ты, — перебил его Хоук. — Забудь о ней. Признай свои ошибки, парень. Создатель знает, что мы оба совершили слишком много преступлений. Это замечание заставило Каллена замолчать, и он, прищурившись, посмотрел на Хоука. — Ты нечасто признаёшься в содеянном. — Я был бы дураком, если бы не делал этого. О, я мог бы болтать о Киркволле, не проявляя ни малейшего интереса к остальному миру, но я знаю, что сделал. Я точно знаю, чья кровь на моих руках, — говоря это, Хоук снял перчатки и заткнул их за пояс, а затем пристально посмотрел на свои покрытые шрамами руки, словно намереваясь отрезать их. — Друзья, враги, даже семья. Всё это на них, смешалось в огромное багровое пятно, которое никогда не исчезнет, — со звуком разочарования он сжал их в кулаки и шагнул ближе, встретившись взглядом с Калленом и не дрогнув. — И ты слепец, если не видишь этого же на своих. Каллен почувствовал эти слова, как удар в грудь, почти задохнувшись от их веса. После минутного молчания он отвёл взгляд от Хоука, поняв, что не может поддерживать зрительный контакт. — Ты всегда точно знаешь, куда нанести удар, правда? На лице Хоука появилась усмешка за секунду до того, как он разразился лающим смехом. — Они зовут меня Защитником, не потому что я плету макраме и пукаю радужной пылью. Каким бы грубым ни было это замечание, оно ослабило напряжение между ними, и Каллен неохотно усмехнулся. — Верно. Но какое это имеет отношение к Инквизитору? — Разве ты не понимаешь? Нет. Нет, я полагаю, что нет, — Хоук вздохнул и потёр рукой подбородок. — Скажи, когда вы с Инквизитором Лавеллан обменялись клятвами любви, это помогло тебе успокоить некоторых из твоих призраков? Зная, что кто-то вроде неё видел что-то стоящее в ком-то вроде тебя? Снова застигнутый врасплох, Каллен инстинктивно откинулся назад. Он никогда бы не назвал так свои отношения с Маилани, но Хоук высказал это вслух… и снова слова звучали твёрдо и правдиво. Наконец, он сказал: — Маилани была замечательным человеком, — это было всё, что он мог сказать, учитывая обстоятельства. — Как и я когда-то думал об Андерсе, — сказал Хоук. — Человек принципов, человек чести, во всяком случае, я так считал. Он стирал пальцы до костей в своей клинике в Клоаке, помогая бедным и потерянным, покинутым стоящими у власти. Он видел фарс Стражей, лицемерие Храмовников и несправедливость Кругов, и отверг их всех, — взгляд Хоука стал отстранённым, когда он заговорил. — И всё же внутри него была тьма, которая с годами становилась всё сильнее, и в конце концов я едва его узнавал. Каллен просто смотрел, поражённый разительным контрастом между Хоуком, которого, как ему казалось, он знал, и человеком, стоящим перед ним. Это не оправдывало действий Хоука — он сомневался, что этот человек мог сказать что-то, что оправдывало бы то, что он сделал с Фенрисом или, что ещё хуже, с собственной сестрой, — но Каллен должен был признать, что самую малость сочувствует. Возможно, недостаточно, чтобы простить его, но с другой стороны, сам Каллен заслужил прощение или просто получил его? — Я ошибся, Каллен? — внезапно спросил Хоук сдавленным шёпотом, и на его лице появилось затравленное выражение. — Я ошибся, убив Андерса? Каллен судорожно сглотнул. Он не мог отрицать, что в то время считал смерть Андерса более, чем оправданной, учитывая характер его действий. Но Каллен уже не был тем человеком, каким был в Киркволле, он тоже нашёл свою любовь, хотя они и были вместе недолго. Даже подумать о том, чтобы забрать её жизнь собственными руками, независимо от оправданий… после нескольких секунд борьбы с ответом, он наконец сказал: — Возможно, было бы более благоразумно остановить твою руку до того пока… — … до того пока я не узнаю больше о ситуации? — челюсть Хоука дрогнула. — Вот в чём дело. Логэйн был прав, чёрт бы его побрал, — некоторое время Хоук смотрел на тускнеющий свет фонаря. — Как бы то ни было… какое-то время я надеялся, что Дориан увидит меня таким, каким видела тебя Маилани, каким я видел Андерса, но мне необходимо было быть достойным его, так? Вместо этого мне совершенно ясно дали понять, что это не так. Может, мне это и не нравится, но даже я вижу, что эти руны написаны большими буквами. И снова Каллен не знал, как на это ответить — по крайней мере не без прямого оскорбления. Он молчал, не понимая к чему клонит Хоук в этом разговоре. — Я много думал с тех пор, как мы покинули Скайхолд, много сражался с… самим собой, так сказать. И я понял, что не хочу, чтобы после завтрашнего дня на моих руках была кровь, если… — голос Хоука затих, когда он снова уставился на свои руки, его пальцы сжались и расслабились. Наконец, он поднял глаза и встретился взглядом с Калленом, когда тот протянул руку и схватил его за плечо, сжимая почти до боли. — Это я отступаю в сторону, Каллен, — сказал он, и на его лице появилось выражение, которое Каллен счёл бы уязвимым у любого другого. — Обещай мне, что Инквизитору не причинят вреда ни завтра, ни после. Каллен долго изучал лицо Хоука, почти загипнотизированный его взглядом, и наконец кивнул. — Обещаю. Глаза Хоука закрылись, он на мгновение откинул голову назад, потом резко отпустил Каллена и отвернулся. — Буду держать тебя в курсе, Командующий. — Хорошо, — только и смог сказать Каллен. Однако, когда Хоук уже собрался уходить, Каллен резко окликнул его. — Хоук! Мужчина промолчал, потом повернулся и посмотрел на Каллена через плечо. — Да? — Может быть, после того, как всё это закончится, мы сможем выпить, — сказал Каллен. — Похоже ты никогда никому не рассказывал свою версию истории. — Так и есть, — на мгновение это странное чувство уязвимости снова промелькнуло на его лице, но быстро исчезло, когда он покачал головой и улыбнулся Каллену. — И для этого есть чертовски веская причина, — в следующее мгновение даже улыбка исчезла, когда он рявкнул. — А теперь поспи, солдат! Нам предстоит битва. — Да, Ваша Светлость, — машинально ответил Каллен, отсалютовав Хоуку, когда тот выходил из палатки. Когда он ушёл, Каллен рухнул на койку и долго-долго смотрел в потолок своей палатки. Казалось, сон не дастся ему так легко.

***

На следующее утро разговор с Хоуком казался сном. Он был практически уверен, что это был сон, если не считать того, каким Хоук казался другим, достаточно, чтобы это было заметно. — С Хоуком что-то не так, — пробормотал Варрик, стоя рядом с Калленом возле требушетов, которые были в процессе накрытия тканью, чтобы обитатели Адаманта не видели сверкающего металла и не слышали скрип дерева. — Он ведёт себя почти… мило со мной. — Я так понимаю это из ряда вон? — спросил Каллен со смешком. — Чертовки верно, — проворчал Варрик. — Возможно ты не заметил, но мы с Хоуком поссорились примерно через час после встречи. Бровь Каллена приподнялась. — Но вы же дружили много лет, так я думал. — Конечно, у нас были свои взлёты и падения, — сказал Варрик. — С Хоуком дела пошли в гору. Он помог мне с братом, не задавал вопросов, когда мне нужно было сделать что-то, что было немного незаконным, и он действительно спас Киркволл. Может, мне и не нравилось, как он это сделал, но я сам дал ему на это право, — нахмурившись, Варрик посмотрел туда, где Хоук тихо переговаривался с Логэйном. — Но эти падения? Ты говорил с Авелин. Ты знаешь, как плохо ему было, когда всё произошло. — Кажется, я сам видел это раз или два. Помнишь, когда я впервые встретил его, — напомнил ему Каллен. — Оу. Да, — Варрик поморщился. — Я пропустил большую часть этой истории в своей книге. — Нельзя, чтобы герой слишком походил на злодея, — пробормотал Каллен. Варрик пожал плечами. — Что-то вроде этого. Кассандра действительно хотела, чтобы Хоук был героем, но… ну, он Защитник, а не хороший парень. — Поверь мне, герои — это ещё не всё, кем они должны быть, — мрачно сказал Каллен. Варрик на мгновение взглянул на Каллена, а затем кивнул. — Да. У меня сложилось такое впечатление после того, как Алистер несколько раз рассказал мне о Герое Ферелдена. А я думал, что мне было тяжело, когда Хоук был в плохом настроении, — он вздрогнул. — Я и не знал, что ты проводил с ним много времени, — удивлённо сказал Каллен, глядя на Варрика сверху вниз. — С Алистером, я имею в виду. — О, не в Скайхолде. Во всяком случае, не больше, чем несколько карточных игр. Он достаточно умён, чтобы не играть со мной в азартные игры на деньги, — слегка подтолкнув Каллена локтём, он сказал. — Он слишком занят, уговаривая сестру Соловей спеть. На лице Каллена появилась улыбка. — Если честно, я рад. Они оба заслуживают того, чтобы быть вместе с кем-то, после всего через что они прошли. — И не говори, — проворчал Варрик. — Так откуда же ты так хорошо узнал Алистера, если не в Скайхолде? — с любопытством спросил Каллен. — Ты никогда не проводил с ним много времени в Киркволле, насколько я знаю. Брови Варрика на мгновение сошлись на переносице. — Изабелла наняла меня для одной авантюры через год или два после того, как мы с Хоуком расстались, — тихо сказал он, оглядываясь по сторонам, словно желая убедиться, что их никто не подслушивает. — У неё была пара пассажиров, которые отправились на рискованное задание, и она решила, что я готов к приключениям. Угадай, кто был одним из её пассажиров? Каллен моргнул. — Алистер? — Точно, — Варрик ещё раз огляделся прежде, чем продолжить. — Он получил кое-какую интересную информацию и хотел провести расследование. Я понял, что Стражи были не слишком довольны им в то время, но позволили ему уйти, если он приведёт с собой компаньона. После минутного раздумья глаза Каллена расширились. — Логэйн? — Так и есть. Это оказалось немного более захватывающим, чем мы ожидали, но… ну, детали вроде как скрыты. Достаточно сказать, что оба Стража были гораздо ближе к концу этого приключения, чем в начале, и гораздо мрачнее. Это было то, что им обоим необходимо было испытать, даже если это и не делало их счастливыми. Самая ужасная вещь, которую я когда-либо видел, но так и есть, — Варрик пожал плечами. — Во всяком случае, когда мы вернулись в Орлей, они вели себя почти как отец и сын. Не то чтобы я был удивлён, учитывая то, что произошло. — Твоё приключение с Изабеллой, Алистером и Логэйном? — задумчиво произнёс Каллен. — И это не попало в твою книгу? Должно быть, у них что-то было против тебя. [1] Варрик усмехнулся и похлопал Каллена по руке. — А если и так, то я тебе об этом не скажу. Во всяком случае, так я узнал Алистера. И то, почему он научился не ставить деньги в карточной игре против меня. В основном потому что у него их не было после того, как мы в последний раз играли в карты на корабле Изабеллы. Каллен рассмеялся. — Отличная причина, Варрик. — О, у Варрика не бывает веских причин, только необычайные оправдания, — сказал новый голос позади них. Повернувшись, Каллен улыбнулся подошедшему к ним собеседнику. — Инквизитор. — Посверкунчик, — сказал Варрик, оглядывая его с головы до ног. — Я вижу ты хорошо упаковался. Дориан с отвращением посмотрел на ткань, покрывавшую его обычно яркие и блестящие доспехи. — Логэйн настоял. Я чувствую себя младенцем, обёрнутым в пелёнки. Надеюсь, мне не придётся долго в них бегать. Боюсь, что упаду после нескольких шагов, и как же мне тогда защищать честь Инквизиции? — Как и всегда, Посверкунчик: плохо, — сказал Варрик с усмешкой. Ахнув, Дориан прижал руку к своей груди. — Ты клевещешь, бросаясь оскорблениями в меня, мой добрый гном? — Эй, пока ты должен мне пять соверенов, я могу говорить о тебе всё, что захочу. Тебе следовало подумать об этом до того, как проигрывать писателю, — добавил Варрик. — Хорошо, что на твоей стороне Соловей, а то рассказы о твоих карточных бедах разлетелись бы от побережья к побережью. — Ты жестокий, вредный человек, Варрик, — пожаловался Дориан. — Однако, я хотел бы позаимствовать твоего собеседника на минутку? — Кудряшка? Конечно, — Варрик кивнул Каллену, а затем снова Дориану. — Ты должен помочь ему прикрыть доспехи. Или, по крайней мере, ту часть, которую не закрывает этот коврик. — Это не коврик! — настоял Каллен, а Дориан весело рассмеялся. — Как скажешь, Кудряшок, как скажешь, — подмигнул Варрик, повернулся и зашагал прочь. Каллен обернулся и увидел, что Дориан критически оглядывает его. — Ты немного блестишь, — заметил он. — Мы должны прикрыть все твои части доспехов, как думаешь? До того, как Логэйн подойдёт и начнёт хмуриться. — Похоже, это его особый талант, — заметил Каллен, взглянув на небо, чтобы определить время, и обнаружил, что уже почти закат. — Пойдём в мою палатку. Думаю, её совсем скоро уберут, — жестом пригласив Дориана следовать за ним, он повёл их туда, отдавая по пути кое-какие распоряжения. Как только они оказались внутри, он начал рыться в своём сундуке. — Что именно нужно, Инквизитор? — Хоук приходил и разговаривал со мной сегодня утром, — тихо сказал Дориан. Руки Каллена замерли, когда он вытаскивал рулон тёмной ткани, предназначенной для того, чтобы накрывать стол для обеда. — И что же он сказал? — Это был чертовски странный разговор, — задумчиво произнёс Дориан. — Например, он извинился. Хоук никогда не извиняется. Сказал, что давил слишком сильно и слишком быстро, и хотел дать мне понять, что действительно может принять «нет» за ответ. — Это на него не похоже, — сказал Каллен, стоя с тканью в руке. — Но не так уж и неожиданно. Мы с ним вчера вечером поговорили. Дориан удивленно вскинул брови. — Я думал, что вы двое не ладили. — Как ты и заметил, — признался Каллен. — Но прошлая ночь была исключением. Как будто он ожидал, что во время сражения что-то произойдёт. — С ним? — спросил Дориан. Каллен промолчал. Он не это имел в виду, но теперь, когда Дориан упомянул об этом… — Я… возможно. В основном он просто хотел подчеркнуть мои обязанности передо мной, — при виде насмешливого взгляда Дориана, Каллен объяснил. — Он заставил меня пообещать, что с тобой ничего не случится ни во время битвы, ни после неё. Дориан ещё очевиднее приподнял брови. — Ну, конечно, ты же мой Командующий. Это противоречит твоей должности или что-то в этом роде. — Что я ему и сказал, но он хотел чего-то более выразительного, — Каллен слегка пожал плечами и начал оборачивать ткань вокруг своей брони. — Кроме того, я всё равно буду защищать тебя. Я нарушил слишком много обещаний тем, кто мне дорог. Я не нарушу данное тебе обещание. Дориан слегка наклонил голову и улыбнулся Каллену. — Тем, кто дорог тебе? — Да, — немного растерянно ответил Каллен, натягивая ткань на себя и дёргая её туда-сюда, чтобы заглушить любые вырывающиеся звуки. — Значит, ты заботишься обо мне. Каллен поднял на него глаза. — Ты мой друг, — сказал Каллен, удивлённый, что нужно было озвучивать это вслух. — Конечно, я забочусь о тебе. — Я полагаю, это из-за того, что я просто никогда не слышал этого никогда ни от кого, кроме Маилани. По крайней мере, когда она не дразнила меня из-за моих усов, — добавил он, протягивая руку, чтобы слегка провести пальцем по волосам на лице. Каллен проследил за этим движением, затем опустил взгляд и на мгновение задержался на губах Дориана, а затем резко поднял его, чтобы встретиться с ним взглядом. — Почему она дразнила тебя по этому поводу? — Скорее всего, она дразнила меня из-за этого, как дразнила тебя из-за твоих волос, — сказал Дориан, подмигнув. — Что-то насчёт тщеславия шемленов или что-то в этом роде. — Оу. Точно, — рассмеялся Каллен. — Это действительно похоже на неё, — он указал на свой стол. — Вон те тряпки. Я думаю, что мы можем надеть их поверх моих наручей. Кивнув, Дориан достал один кусок ткани и встряхнул его. — Подними руки, — сказал он Каллену. — Я оберну их. Каллен послушно поднял руки и стал ждать, наблюдая, как Дориан пытается спрятать наручи от мерцающего света. Так близко, что он смог почувствовать тонкий мускусный запах волос Дориана и инстинктивно наклонился ближе. — Интересно, как бы она отнеслась к нашей дружбе, — сказал он через несколько минут. — Она всегда любила называть нас своим кланом. — Да, кланом Инквизиции, я помню, — Дориан взглянул на него с искоркой в глазах. — Держу пари, она была бы очень довольна, хотя и немного удивлена. Я не слишком хорош в заведении новых друзей, если ты не заметил. — У нас были кое-какие неприятности, правда? — сказал Каллен со смешком. — Ну, Командующий, большинство людей обычно не толкают других в стены так сильно, как ты, если они дружелюбны. Каллен опустил голову, стыдясь этого воспоминания. — Я сожалею об этом. — Не стану отрицать, я предпочёл бы, чтобы ты прижал меня к ближайшей стене по совершенно иной причине, — признался Дориан. — Но мы, конечно же, преодолели твои угрозы вышвырнуть вон мои краснеющие ягодицы, так что я бы сказал, что мы весьма продвинулись. — Кассандра пнула бы меня до Вал Руайо и обратно, — простонал Каллен. — И я даже не хочу думать о том, что сделал бы Бык. — Бык? Причём тут Бык? — спросил Дориан, доставая вторую тряпку и принимаясь за другую руку Каллена. — Эм… — Каллен замолчал, когда свежий запах ударил ему в нос, и с усилием откашлялся. — Из-за того, насколько вы близки. — Оу. Насколько я понимаю, ходят слухи о нём и обо мне? — Дориан вздохнул и покачал головой. — Он мой хороший друг. — Значит, вы не… — начал Каллен, но тут же замолчал. — Нет. Вернее, лишь только потому, что я был с Хоуком. К счастью Бык немного более сдержан в этом деле, — размышлял Дориан, выполняя свою задачу. — Конечно, он энергичен, но в то же время он просто друг, — он улыбнулся Каллену. — Как и ты. Каллен сглотнул, изо всех сил стараясь не думать о том, что Дориан имел в виду, говоря «энергичный». — Точно. Как я, — слова прозвучали напряжённо, и он замолчал, когда Дориан сунул край ткани под край его наруча. — Ну вот и всё, — сказал Дориан, похлопав его по руке. — Всё прикрыто и спрятано, — отступив назад, он нахмурился, оглядывая Каллена с головы до ног. — Как насчёт щитков на ногах? Они ещё открыты. При мысли о том, что Дориан встанет перед ним на колени, чтобы обернуть что-то вокруг его ног, по спине Каллена пробежала дрожь, и он быстро вернулся к своей койке. — Думаю, мне будет легче сделать это самому, — сказал он, стаскивая наволочки с подушек и садясь, чтобы обернуть ими поножи. — Ну, по крайней мере, ковёр не нужно будет прикрывать, — заметил Дориан. — Это всё равно, что иметь встроенный поглотитель шума. — Это не ковёр, — повторил Каллен сквозь стиснутые зубы. — Ах. Тогда прошу прощения, — Дориан протянул руку, чтобы потрогать мех, и, играя с ним, запустил в него пальцы. В этот момент в его ладони вспыхнул зелёный огонёк. — О, прекрати, — рассеянно сказал он. — На самом деле он мягче, чем я ожидал. Из какого же он животного? Каллен уставился на руку Дориана, играющую с мехом, поражённый тем, как знакомо это движение. — А, животное? Да, кхм, медведь. Большой медведь, вообще-то. — Оу, отлично. Я никогда не встречал большого медведя, которого пригласил бы домой, чтобы познакомить с семьёй, и если бы ты знал мою семью, ты бы понял, какое это смертельное оскорбление, — сказал Дориан со смешком. — Полагаю, с приобретением этого меха связана какая-то героическая история? Изогнув губы в полуулыбке, Каллен сказал: — Мне было холодно. Скептически приподняв бровь, Дориан спросил: — Тебе было холодно? — Разве этого недостаточно? — невинно спросил он. — О, я понимаю, Командующий. Ты пытаешься меня поддразнить, — убрав руку, Дориан пригрозил Каллену пальцем. — Это не сработает, видишь ли. Я слишком мудр в отношении тебя. — Неужели мои методы так уж коварны? — спросил Каллен, приподняв бровь. Дориан склонил голову набок, рассматривая Каллена. — Возможно и нет, Командующий. По крайней мере на этот раз. Кто знает, что принесёт нам будущее, а? Брови Каллена сошлись на переносице, эти слова что-то в нём пробудили. Возможно, потому что они были на пороге сражения, возможно, из-за того визита Хоука прошлой ночью, или, возможно, это было из-за чего-то другого. Как бы то ни было, он внезапно встал и положил руки на плечи Дориана. — Обещай мне, что не сделаешь ничего глупого, — мягко сказал он. — Глупого? Я? — переспросил Дориан, моргнув несколько раз. — Я и не знал, что были альтернативы. — Пожалуйста, Инквизитор, — серьёзно сказал Каллен. — Будь осторожен. Инквизиция не может позволить себе потерять ещё одного Инквизитора, — он колебался, а потом тихо добавил. — Я не могу потерять ещё одного Инквизитора. — Неужели твоё чувство долга так сурово, Командующий? — спросил Дориан насмешливо серьёзно. — Ты мой друг, Дориан, — сказал Каллен, намеренно произнося его имя. — Я не хочу потерять тебя. Дориан судорожно сглотнул, и его горло задёргалось вверх-вниз. Когда он заговорил, его голос слегка дрожал. — Ах. Хорошо. Тогда я постараюсь не разочаровать тебя. — Хорошо, — Каллен сжал плечи Дориана, ища, что бы ещё сказать, но не находя нужных слов. — Хорошо, — повторил он и отступил назад, внезапно почувствовав себя неловко. Прочистив горло, Дориан оглядел палатку. — Ну что ж, я уверен, что есть множество маленьких ритуалов перед битвой, которые ты должен соблюдать. Я не хотел отнимать у тебя так много времени. Каллен усмехнулся и сел, крепко обхватив ноги руками. — Ты всегда желанный гость в моей палатке, Инквизитор, — сказал ему Каллен. Как только эти слова слетели с его губ и брови Дориана взлетели к линии волос, Каллен застонал и неловко потёр затылок. — Я имел в виду… я не имел в виду… — Не волнуйтесь, Командующий, — заверил его Дориан. — Я не стану искать скрытый смысл в этих очаровательных словах. Наверное, мне лучше уйти. Я пообещал Вивьен помочь в поддержании заклинаний иллюзии, чтобы скрыть нас от острых глаз Адаманта. Хорошо бы поговорить с ней. В конце концов, она эрудированная женщина и очень увлекательная собеседница. — В отличии от меня, — ухмыльнулся Каллен, а румянец на его щеках почти исчез. — О, я больше всего ценю не Вашу болтовню, Командующий, — сказал Дориан с усмешкой, которую можно было назвать не иначе, как озорной. — Дыхание Создателя, — простонал Каллен, когда жар вернулся к его щекам. Слегка рассмеявшись, Дориан элегантно поклонился Каллену. — До встречи, мой друг. С нетерпением буду ждать сравнения заметок о сражении. Возможно, я не так стратегически одарён, как ты, но мне нравится думать, что мои тактические знания стали менее плачевными. Каллен улыбнулся, вспомнив некоторые их разговоры за последние несколько месяцев. — Я бы оценил это немного выше, чем «плачевные», но мы можем обсудить это позже, — он встретился взглядом с Дорианом и посерьёзнел. — Береги себя, Инквизитор. — И Вы, Командующий, — тихо сказал Дориан. Не говоря больше ни слова, он повернулся и вышел из палатки. Каллен со вздохом закончил обматывать ноги и встал. Ему ещё предстояло сражение и победа.

***

Момент между первым выкрикнутым приказом и первым залпом камней, обрушившихся на стены Адаманта, показался Каллену почти безмолвным. Прилив крови и биение сердца — всё это перебивало свист ветра и скрип требушетов. Он наклонил голову, чтобы посмотреть, как валуны с убийственной грацией летят по воздуху, и приоткрыл губы, ожидая, что планы последних нескольких недель наконец-то перейдут от отметок на столе к шагам на земле. Однако, как только камни ударились о стены Адаманта, его чувства оживились с удвоенной силой. Даже когда крики его солдат раздались в воздухе при первом настоящем ударе, нанесённом врагу, он выкрикивал приказы, побуждая войска двигаться. — Мы ещё не выиграли битву! Шевелись, а то не успеешь отпраздновать! — когда они быстро встали на свои места и начали наступление на Адамант, Каллен прошёлся по рядам, чтобы убедиться, что все силы Инквизиции были на местах, используя собственный щит, когда было необходимо, чтобы защититься от залпов врагов внутри крепости. Когда лестницы начали подниматься, а тараны приближаться к древним воротам, он, наконец, отступил назад и изучил расположение их войск с более отдалённой перспективы. Он поморщился, увидев, как первый из его солдат упал с вершины стены, но знал, что этого следовало ожидать. — Ни одному Командующему не нравится смотреть, как гибнут его войска, — произнёс тихий голос сбоку, и Каллен, обернувшись, увидел стоящего рядом Стража Логэйна. — Я бывал в битвах, и у меня есть свои сожаления, но это всё равно словно удар в живот, когда солдат погибает, чтобы больше не подниматься. Каллен смерил Логэйна оценивающим взглядом. Репутация Логэйна в самом её благотворительном проявлении, лучше всего могла бы быть описана, как разносторонняя, причём источник информации был главным фактором, определяющим, хорошо это или плохо. В данный момент он воздерживался от суждений, поскольку Каллен знал, что-то был последним человеком, который осудил бы другого за сомнительные решения в своей прошлой жизни. — Это хороший способ описать происходящее. Лицо Логэйна было задумчивым, когда он окинул взглядом поле битвы. — Осмелюсь предположить, что мы не из тех, кто может спокойно сидеть в шатре на холме во время сражения. Нас учили сражаться, чувствовать ритм битвы в наших мечах, а не через доносчиков, — он пристально посмотрел на Каллена серыми глазами. — И мы оба преодолели изрядную долю личных предубеждений, не так ли? Ты командуешь войсками от имени мага, а я сражаюсь, чтобы спасти как можно больше моих орлесианских собратьев. Судьба иногда принимает странные повороты. — Так и есть, Страж, — сухо усмехнулся Каллен и повернулся, чтобы посмотреть вперёд, когда звук тарана, ударившегося в ворота, эхом разнёсся по полю сражения. — Мне пора идти. — Как и мне, — кивнул Логэйн и закрепил шлем. — Каждый из этих демонов означает, что мой брат или сестра были убиты. Я не могу придумать более веской причины для того, чтобы отомстить. Удачи, Командующий Каллен. — И тебе, Страж Логэйн, — ответил Каллен, уже направляясь к воротам с высоко поднятым щитом, чтобы отразить падающие сверху камни. Он хотел быть там, когда Дориан и остальные пройдут, чтобы начать основное вторжение. Когда ворота наконец распахнулись, он услышал крик сверху, приказывающий Стражам отступить. Пробежав сквозь остатки ворот, он отыскал Дориана, которого теперь было легко заметить, поскольку его пряжки были освобождены от прикрывающей их ранее ткани и блестели в свете факелов, и поспешил к нему. — Хорошо, Инквизитор, теперь вы можете проходить. Лучше всего воспользоваться этим проходом. Мы будем удерживать главные войска демонов как можно дольше. Дориан криво усмехнулся. — У меня вызывает беспокойство тревожное отсутствие конкретики, Командующий. Надеюсь, ты не будешь заставлять меня волноваться, а? Каллен слегка покраснел. — Их больше, чем я рассчитывал, Инквизитор. Числа Логэйна не совсем совпадает, так что, либо магов-Стражей больше, чем мы предполагали, либо они научились вызывать больше одного демона на каждого мёртвого Стража. В любом случае, это нехорошо. — Ты думаешь? — протянул Дориан. — Буду иметь в виду, когда мне понадобится более очевидная информация, — лицо стало серьёзным, когда он сказал. — Делайте, что сможете, Командующий. Я верю, что ты будешь держать меня в полной безопасности. Для этого ведь и нужны друзья, да? — Да, — друзья. Да, один из его верных дорогих друзей. Через мгновение он понял, что смотрит на Дориана, и быстро выпрямился. — Алистер будет охранять тебя, как только сможет. Придерживайся плана и ищи Хоука с нашими солдатами на стенах. Он помогает им, пока ты не придёшь. Его слова были прерваны криком сверху, и они оба обернулись как раз вовремя, чтобы увидеть, как солдат Инквизиции был сброшен с высоты демоном. Каллен издал звук разочарования. — На стенах слишком сильное сопротивление. Наши люди на лестницах не могут закрепиться. Если ты сможешь убрать этих врагов… — Именно это и входило в мой план, — сказал Дориан с необычайной трезвостью. Прежнее легкомыслие, казалось, исчезло при виде солдата, падающего навзничь, и лицо Дориана превратилось в маску сосредоточенности. — Делайте то, что необходимо, Командующий, и я уверяю Вас, что это не будет напрасно, — повернувшись, он рявкнул приказы тем, кто был с ним, и двинулся вперёд, размахивая посохом со смертельной опасностью. Каллен, нахмурившись, посмотрел, как Дориан углубляется в Адамант, и вздохнул. У него была своя работа. Вернувшись к войскам, он потерялся в ритме битвы. Демоны добавляли нечеловеческий фактор, который требовал более быстрой тактики, но он звался хоть и бывшим, но храмовником не просто так, и позаботился о том, чтобы использовать силы храмовников в союзе с Инквизицией с предельной точностью. После одной особенно неприятной вылазки против группы демонов гордыни он обнаружил, что дышит довольно тяжело, приходя в себя рядом со знакомым лицом. — Сир Баррис, — коротко кивнул он. — Сегодня твои храмовники доказывают свою ценность. Баррис рассмеялся, переводя дыхание, и отдал честь Каллену. — Скажи, где мы нужны больше всего, и мы будем там, Командующий. Храмовники поддержат Инквизицию. Каллен схватил храмовника за руку и кивнул. — Следите за этим квадрантом. Похоже, здесь больше демонов гордыни, чем в других местах. — Да, Командующий, — Баррис повернулся и начал выкрикивать приказы, предоставив Каллену возможность перейти к другому краю поля битвы. Когда Каллен направился обратно к воротам, так как именно оттуда было видно всё положение дел вокруг Адамантовой крепости, он увидел впереди знакомую фигуру и прибавил скорости. От его щита отскочила пара камней, но в этом не было ничего особенного, и он без приключений добрался до Логэйна. — Командующий, — поприветствовал его Логэйн. — Число нападавших на крепостные стены уменьшилось. Каллен кивнул. — Да, я заметил, что наши башни и лестницы теперь не так часто атакуются. Похоже Инквизитор сдержал своё слово, — увидев вопросительно поднятую бровь Логэйна, он добавил. — Я попросил его разобраться с некоторыми силами там, наверху, как только он присоединится к Хоуку. — Что бы я ни думал о Хоуке, — сказал Логэйн, хмыкнув в знак согласия. — Он показал себя грозным бойцом, — прежде, чем Каллен успел спросить об этой странной формулировке, он сказал. — В таком случае сейчас самое подходящее время, чтобы направиться в Адамант. Возможно, найдутся Стражи, которых я смогу убедить сложить оружие, особенно если ход битвы повернётся против них. Бросив взгляд на разрушенные ворота, Каллен медленно кивнул. Ноющее чувство опасности не оставляло его, как и странная встреча с Хоуком в палатке прошлой ночью. Позаботиться об Инквизиторе в случае чего? С тех пор этот вопрос не давал ему покоя, и когда Логэйн повернулся, чтобы уйти, Каллен внезапно положил свою руку на чужое плечо. — Я пойду с тобой. Логэйн удивлённо обернулся. — Но я думал… — Здесь я им не нужен, — заметил Каллен, как для себя лично, так и для Логэйна. — Кассандра и Блэкволл останутся здесь для помощи силам Инквизиции, рыцарь-командующий Барррис возглавит храмовников, и всё теперь зависит от того, что происходит внутри. И… — он нахмурился. — У меня плохое предчувствие. Назови это инстинктом, если хочешь, или моей личной проблемой, но я просто чувствую, что с ними что-то случится, — и потерять его — не вариант. Логэйн долго смотрел на него, потом вздохнул и покачал головой. — Очень хорошо, Командующий. Но если мы столкнёмся с какими-нибудь Стражами, позволь мне говорить? — Согласен, Страж Логэйн, — быстро сказал Каллен. — Я возьму инициативу на себя. Я изучал эти карты дольше, чем ты, — добавил Логэйн, прежде, чем развернуться и снова двинуться к воротам. Каллен последовал за ним, нырнув в ворота из внутреннего двора, чтобы избежать огня, горевшего в верхней части каркаса. Внутри они нашли множество свидетельств того, что шли следом за Инквизитором и теми, кто был с ним: груды пепла, обгоревшие следы на стенах и арбалетные болты среди прочего. — Похоже, они прошли этим путём, — сказал он. — Похоже на то, Командующий, — когда они проходили через крепость, Логэйн поворачивал быстро и решительно, пока они не достигли закрытой двери. Логэйн нахмурился и указал на сломанную дверь, ведущую на лестницу. — Эта дверь — самый быстрый путь во внутренний двор, но, похоже, вместо этого они пошли на стену. — Может быть, дверь была заперта? — предположил Каллен, как раз, когда Логэйн попытался подтолкнуть её. — Похоже, ты прав. Тем не менее, что-то сильно ударило по ней. — Бык, — без колебаний ответил Каллен. — Он бьёт очень сильно. Логэйн улыбнулся в ответ. — Совершенно верно. Может, нам удастся открыть её. Это сэкономит нам несколько минут. — Я готов попробовать, если это так, — согласился Каллен, присаживаясь рядом с Логэйном. Мужчина оказался сильнее, чем ожидал Каллен, и после нескольких попыток: сильных толчков и пинков дверь внезапно распахнулась. — Ну вот и всё, — удовлетворённо сказал Логэйн. — А вот и дверь, ведущая во внутренний двор, где Страж-командор Кларель соберёт всех для ритуала, который, как они думают, спасёт их, — его лицо стало жёстким. — Я бы предпочёл убедиться, что этого не произойдёт. Каллен кивнул с мрачным лицом и снова взял меч в руку. — Идём. Дверь выходила не во внутренний двор, как оказалось, а на балкон. Каллен бросился вперёд, вглядываясь в открывшуюся внизу картину и напрягая зрение в поисках Инквизитора. — Там, — сказал он, указывая вниз, где Дориан стоял возле группы Стражей. — А вот и Эримонд, подхалим Корифея, — сказал Логэйн, указывая на другое место над Стражами. — И Страж-командор Кларель. По крайней мере, он её не убил. — Но там наверху лежит мёртвый Страж, — мрачно сказал Каллен, указывая на тело, церемонно лежащее на козлах. — Ты можешь сказать, взял ли Эримонд контроль над Кларель? — Похоже, что нет, — сказал Логэйн, осматривая место происшествия. — Похоже, Инквизитор всё ещё пытается повлиять на неё, чего не смог бы сделать, если бы магистр сделал это. — Значит, мы не опоздали, — выдохнул Каллен. Логэйн положил руку на плечо Каллена и указал на группу Стражей, собравшихся в круг в центре двора. — Не празднуй победу раньше времени, Командующий. Эти маги-стражи не двигаются, насколько я вижу. Осмелюсь предположить, что они уже принадлежат Корифею. Лицо Каллена помрачнело. — Как мы туда попадём? — спросил он. — Я не вижу лестницы. — Дай подумать, — стальной взгляд Логэйна скользнул по двору, а потом он хмыкнул. — Нам придётся вернуться и найти другой путь. Возможно… — Подожди! Что-то происходит, — сказал Каллен, указывая на магов-стражей. Логэйн вздохнул и покачал головой. — Так всё и начинается, — грустно сказал он. Каллен кивнул, но не сводил глаз с того, что делали маги. Яркий зелёный свет разрыва застал его врасплох прежде чем, он заметил движение в нём. — Создатель. Они пытаются вытащить демона через разрыв! — Каллен сосредоточил свой взгляд на переливающейся зелёной энергии и демоне, притаившемся за ней, его мысли разбежались. Это был небольшой разрыв, и вид был искажён его зрением, но он узнал бы этого демона где угодно. — Меч милосердия Гессариана. Я видел этого демона раньше. Брови Логэйна поползли вверх. — Того, кого они хватят вызвать? — он прищурился, очевидно, пытаясь разглядеть его получше. — Он довольно… большой, каким-бы он ни был. — Я видел его во сне, — сказал Каллен. — Хорошо. Кошмар, правда, и да, он настолько чудовищен, насколько ты можешь себе это представить. Если им удастся довести дело до конца… подожди. Они снова о чём-то говорят. Оба мужчины замолчали, напряжённо прислушиваясь к тому, что говорилось внизу. — Я не желаю вам смерти, — говорил Дориан Стражам. — Но вас используют. Наверняка кто-то из вас о чём-то таком подозревал! Один из Стражей, одетый в грубую кожу и с кинжалами на каждом бедре, внезапно выступил вперёд. — Маги, проводящие ритуал? Они не правы. Они были моими друзьями, но теперь… — он повернулся и посмотрел на Стражей позади себя, особенно на магов, которые просто стояли там. — Они как… марионетки. Кларель подошла к краю платформы. — Ты не можешь позволить страху овладеть твоим разумом, Страж Чернофф! — крикнула она вниз. Голос Хоука был громче всех остальных, когда он шагнул вперёд с мрачным выражением лица. — Он не боится, страж-командор. Ты. Ты боишься того, что приказала всем этим храбрым мужчинам и женщинам умереть ни за что. Иначе с чего бы тебе колебаться? — Послушай меня! — сказал Алистер, делая шаг вперёд. — Все вы знаете, кто я такой. Вы все знаете, что я был там, в Ферелдене во время Пятого Мора, и вы все знаете, что я не выполнил свой долг. С тех пор я стараюсь вернуть себе честь Стража, и вы все знаете, как упорно я боролся, чтобы соответствовать примеру моего наставника Дункана, — Каллен увидел, как все закивали головами и даже выразили сочувствие, когда Алистер продолжил. — Более того, вы знаете, кто мне помогал. Логэйн Мак Тир стоял там, где я не мог, лицом к лицу с Архидемоном в самом конце войны. Возможно, он не нанёс последний удар, но он был там, когда Архидемон пал. Он был там, когда меня не было. И он согласен со мной, вы все это знаете. Когда несколько Стражей задумчиво кивнули — хотя никто из магов этого не сделал, — Алистер шагнул вперёд. — Итак, я спрашиваю вас: можем ли мы оба лгать вам? Неужели думать, что нас используют, так уж невероятно? — указывая на Эримонда, он прогремел. — Этот человек служит Корифею, одному из тех магистров, которые навлекли проклятие Скверны на мир! Серые Стражи борются с Мором! Мы. Не. Служим ему! — Молодец, — сказал Логэйн, и на его губах появилась гордая улыбка. Во дворе воцарилась тишина, и все Стражи, которые были не магами, повернулись к Кларель, очевидно ожидал её реакции на речь Алистера. По тому, как она переводила взгляд с Эримонда на Алистера, было ясно, что его слова произвели впечатление. Эримонд шагнул к ней. — Кларель, мы зашли так далеко. Ты единственная, кто может сделать это! Кларель всё ещё казалась неуверенной, потирая лоб и переминаясь с ноги на ногу. — Возможно, мы могли бы проверить истинность этих обвинений, чтобы избежать нового кровопролития. Каллен наблюдал за Эримондом и увидел тот самый момент, когда магистр решил, что Кларель безнадёжна. — Будь готов, — мягко сказал он Логэйну, и мужчина кивнул. — Или, может быть, — сказал Эримонд, отворачиваясь от Кларель и возводя руки к небу. — Мне следует привлечь более надёжного союзника. Мой господин думал, что ты можешь появиться здесь, Инквизитор! Он прислал мне его, чтобы поприветствовать тебя! Внезапно с неба донёсся знакомый рёв, и из чернильной тьмы появилась чёрная, как смоль, тень с рваными крыльями. Когда дракон Корифея, описав дугу, обрушился на Кларель, Каллен с изумлением наблюдал за ним. — Этот идиот только что вызвал Архидемона в крепость, полную Стражей? — Похоже, что так, — сказал Логэйн с презрительным фырканьем. — Очевидно, он отказался от попыток обратить оставшихся Стражей на свою сторону. После этого будет нетрудно убедить тех, кто останется, сражаться вместе с нами. — Если мы продержимся достаточно долго, чтобы поговорить с… Берегись! — Каллен толкнул Логэйна на землю как раз в тот момент, когда лириумный дракон опустился на стену над ними и снова взревел. Выступ, на котором они стояли, задрожал, а затем рухнул, и он ещё крепче обхватил Логэйна рукой, прикрывая щитом, когда они начали сползать вниз. — Приготовься! — крикнул он. Их контролируемое падение действительно переместило их вниз во внутренний двор — и приземлило их прямо возле ног демона гордыни. Когда они поднялись на ноги, Логэйн рявкнул несколько приказов ближайшим Стражам. Бросив на Логэйна испуганный взгляд после его внезапного появления, громоздкий Потрошитель и разбойник побежали на помощь Каллену и Логэйну против чудовища, даже когда во дврое вокруг них появилось ещё больше демонов. К тому времени, как они справились с этой угрозой, несколькими тенями и призраками, Дориан и остальные отправились в погоню за Кларель и Эримондом. — Логэйн! — крикнул один из Стражей, подбегая к нему. — Это правда? Этот магистр всё это время служил Корифею? Кивнув, Логэйн сделал широкий жест мечом в сторону разрыва. — Посмотри, что вы хотели призвать в этот мир, — сказал он. — Мы Стражи, поклявшиеся защищать Тедас! Может, они и не порождения тьмы, но этот демон вполне может оказаться Архидемоном. Восстаньте против магистра и его демонов и спасите тех, кого сможете! — Да, Страж Логэйн! — все воины быстро отсалютовали Логэйну, хотя Каллен был раздражён задержкой. — Что ты хочешь, чтобы мы сделали? — Поставь часового здесь, у разрыва, и проследи, чтобы никто его не трогал, — приказал Логэйн. — Отправьте остальных по территории Адаманта, чтобы они разнесли весть о том, что мы на стороне Инквизиции. — Да, Логэйн! — сказал воин, и они начали организовываться. Логэйн повернулся к Каллену. — Давай пойдём дальше. Ты прав. У меня тоже плохое предчувствие. Каллен бросил последний взгляд на чудовище по другую сторону разрыва, и его волосы встали дыбом. Эримонд явно надеялся использовать магию Кларель, чтобы призвать что-то через разрыв. То, что ритуал был прерван, не означало, что он не может быть завершён, если обстоятельства сложатся в пользу Эримонда. Возможно, всё, что ему было нужно — чтобы Кларель почувствовала себя уязвимой. Вдобавок ко всему, у Эримонда был любимый дракон Корифея, летающий вокруг крепости, опасность, от которой у Инквизиции не было защиты. А Дориан по горячим следам преследовал Эримонда и Кларель. Если Эримонду это удастся, Дориан окажется в смертельной опасности. А если дракон решит приблизиться к Инквизитору? Он повернулся к Логэйну с мрачным выражением лица. Его друг нуждается в нём. — Идём. Он бросился бежать вверх по лестнице, преследуя Дориана. Время и это настойчивое ноющее чувство, что что-то должно произойти, безжалостно давило на него. Не обращая внимания на боль в боку и растущую в конечностях усталость, Каллен продолжал идти вперёд, лишь смутно осознавая, что Логэйн следует за ним по пятам. Пока они бежали, всё вокруг расплывалось. Демоны, с которыми они сражались, то, как дрожали каменные плиты крепости, и даже тень дракона, когда он пролетал над ними — всё это было не так важно, как далёкие фигуры впереди. Судьба, казалось, дразнила его, позволяя группе почти приблизиться к ним прежде, чем бросить на их пути демонов или Стражей. Несмотря на то, что двое мужчин легко прорубали себе путь сквозь врагов — или в некоторых случаях Стражи вообще избегали боя, когда Логэйн обращал на них внимание — каждая задержка усиливала разочарование Каллена, пока он не почувствовал, как скрипят зубы, когда они мчались вверх по тому, что, как он отчаянно надеялся, было последней лестницей. И резко затормозил, обнаружив, что разглядывает драконьи лапы с неприятно близкого расстояния. Его сердце бешено заколотилось, а рука крепче сжала рукоять меча, когда Каллен осознал ситуацию. Дракон стоял между ним и остальными, медленно взмахивая крыльями, и взревел, собираясь для атаки. Каллен огляделся в поисках какого-нибудь способа обойти дракона, но не нашёл его, когда тот скользнул вперёд. Стиснув зубы, он поднял щит и бросился на него сзади, надеясь отвлечь его, если не больше. Движение под драконом привлекло его внимание как раз перед внезапной вспышкой молнии, последовавшей за ним. После этого всё произошло довольно быстро. Дракон взревел и задёргался, когда атака толкнула его вверх прямо за край стены. У Каллена засосало под ложечкой, когда он увидел, как брыкающийся монстр падает с обрыва, цепляясь когтями за каменные блоки прежде, чем исчезнуть из виду. Его действия разрушили фундамент и без того древнего сооружения, и Каллен снова бросился бежать, когда повреждения, нанесённые стене драконом, сдвинулись настолько, что те, что был на ней, соскользнули в пропасть. Не обращая внимания на стонущего магистра и неподвижную фигуру Кларель, Каллен сосредоточил свой взгляд на людях, которым грозила непосредственная опасность. Они делали всё возможное, чтобы убежать от рушащейся под ногами стены, но его сердце пропустило удар, когда он увидел, что Дориан остановился и побежал назад, чтобы оттащить Алистера от края. Безусловно, благородный жест, но этого было достаточно, чтобы решить его судьбу, так как движения, выталкивающего Алистера вперёд, было достаточно, чтобы нога Дориана соскользнула. Пока Дориан пытался ухватиться хоть за что-то, Каллен бросился бежать, желая успеть. Отбросив щит, он держался за меч только для того, чтобы остановить свой стремительный бросок. Он зажал его между двумя камнями, не доходя до края, держась одной рукой за рукоять, а другой вцепившись в запястье Дориана прежде, чем тот бы рухнул навстречу своей погибели. В результате этого отчаянного поступка Каллен наполовину свисал с линии стены, а Дориан болтался внизу, но по крайней мере, на данный момент они зафиксировались стабильно, если не безопасно. Крепостные стены ещё немного сдвинулись под ними, а затем снова замерли, погружая всё в тишину. Глаза Дориана расширились, когда он поднял голову. — Каллен! Что ты здесь делаешь? Каллен смутно осознал, что маг впервые назвал его по имени, но быстро отогнал эту мысль. — Пытаюсь… спасти тебя, конечно, — процедил он сквозь стиснутые зубы, рывком оказавшись на каменной поверхности, а затем изо всех сил потянул Дориана выше. Краем глаза он видел, что остальные заняты своей собственной борьбой за безопасность, но его единственным приоритетом на данный момент был человек, держащий его за руку. Когда он почувствовал, что свободная рука Дориана обвилась вокруг его шеи, Каллен резко выдохнул и быстро опустил руку вниз, чтобы обхватить мужчину за талию для лучшей опоры. Медленно встав на колени, он вытянул шею, чтобы посмотреть на Дориана, чьё лицо теперь было в нескольких дюймах от его, и улыбнулся. — Вот ты где. — Весьма смелое спасение, Командующий, — сказал Дориан, слегка задыхаясь. — Я дал обещание, помнишь? — сказал ему Каллен, хотя его собственный голос дрожал от напряжения. Так близко, он чувствовал быстрое неглубокое дыхание Дориана на своих губах и обнаружил, что облизывается в ответ. Заставляя себя думать о предстоящей задаче, Каллен крепко сжал пальцы на рукояти меча, используя его для устойчивости, и оттянул их от края. Они оказались в куче переплетённых конечностей с Дорианом наверху, и Каллен позволил своей голове упасть обратно на камни стены с вырвавшимся вздохом облегчения. Наконец, отпустив рукоять, он обнял Дориана обеими руками, крепко прижимая к себе. — Не бойся, я поймал тебя. Дориан всё ещё обнимая Каллена за шею, вцепился в его меховую накидку, и судорожно вздохнул, уткнувшись лицом в другое плечо Каллена. — Спасибо. Просто… дай мне минутку. Моё сердце до сих пор колотится. — У тебя есть столько времени, сколько нужно, — сказал Каллен, борясь с желанием уткнуться носом в мускусный аромат волос Дориана. Вместо этого он повернул голову, чтобы посмотреть на остальных, молясь, чтобы они были в безопасности. То, что он увидел, заставило его глаза широко распахнуться. Бык свисал с края стены, удерживаемый на месте как мёртвой хваткой, так и с помощью Алистера и Логэйна, которые ухватились за одну из рук Быка, чтобы удержать его от дальнейшего соскальзывания. Варрик каким-то образом ухитрился схватить Быка за рога прежде, чем упасть, но повис на его спине, не имея рычагов, чтобы подтянуться так, чтобы не рисковать ими всеми. Опустив взгляд, Каллен увидел Соласа, вцепившегося в одну из голеней Быка, и руки Хоука, крепко обхватившие бедро всё того же Быка. В общем, выглядело это всё более, чем ненадёжно. — Создатель, — выдохнул Каллен. — Что насчёт помощи? — хмыкнул Алистер напряжённым голосом. — Сейчас подойду, — сказал Каллен, поднимаясь на ноги вместе с Дорианом. Однако, когда они бросились к остальным, в камне под ними раздался резкий треск. — Вот дерьмо, — хором простонали Варрик и Хоук. Стена, от которой зависела их жизнь, с тяжеловесной медлительностью отделилась от остальной части Адаманта, ускоряя падение с каждой секундой. Бык изо всех сил старался удержаться, но камни разваливались быстрее, чем он мог найти новую опору. Когда остатки крепостной стены рухнули на землю далеко внизу, Каллен и Дориан потеряли равновесие вместе с остальными, поддавшись силам природы. Хотя Каллен старался держаться за Дориана как можно дольше, резкое движение и свободное падение разлучили их. Но даже когда Каллен в отчаянии потянулся к Дориану, он увидел, как на мага снизошло спокойствие, которое отличалось от спокойствия человека, принявшего смерть. С сосредоточенным лицом Дориан вытянул левую руку, разведя пальцы. Вспыхнул зелёный свет, возвещая о пробуждении Якоря, и Дориан широким круговым движением взмахнул рукой. Когда прямо под ними возникло большое зелёное пространство, похожее на разрыв, у Каллена было достаточно времени, чтобы изумлённо ахнуть прежде, чем упасть в него. После этого осталась только темнота.