Don't Worry, I'll Protect You

Алистер так и не понял, кто нанёс последний удар их гигантскому врагу. Его собственный меч вонзился глубоко в брюхо зверя снизу, в то время, как Хоук начал яростный шквал атак в центр его отвратительной коллекции глаз. Возможно, каждый удар был бы недостаточен по одиночке, чтобы положить конец чудовищному Кошмару, но в совокупности их ударов по раскачивающейся, шатающейся туше врага в конечном счёте оказалось достаточно. Им обоим всё ещё приходилось карабкаться в сторону, когда он упал, а Алистер нуждался в небольшой дополнительной помощи со стороны Хоука, учитывая его положение под этой штукой. Отойдя на безопасное расстояние, они опёрлись друг на друга, тяжело дыша, наблюдая как чудовищный демон опрокинулся набок и рухнул в кучу собственных конечностей, крови, слизи и другой мерзости. Довольно долго они просто переводили дыхание и смотрели на труп, убеждаясь, что он больше не шевельнётся. Он уже дважды разыгрывал из себя мертвеца, едва не убив Хоука в первый раз. Наконец, когда прошло достаточно времени, чтобы их дыхание пришло в норму, Хоук сказал: — Я думаю… я думаю, что на этот раз он действительно мёртв. — Создатель, надеюсь на это, — Алистер пошарил языком во рту в отчаянном поиске влаги, но в конце концов, сдался. — Чувствуешь приближение обморока? — Я думал, ты никогда не спросишь, — простонал Хоук. — Пауки. Создатель, всегда проклятые пауки… Колени подогнулись, они медленно сползли вниз в путанице конечностей и оружия, пока, наконец, не разделились с громким лязгом, ударившись о землю. Время, казалось, плыло в отдалении, не имея значения, поскольку Алистер пытался игнорировать многочисленные сигналы, которые посылало его тело в мозг обо всём, что с ним было не так. Боль от ран сменилась одной огромной болью, но, по крайней мере, казалось, что всё на месте, за исключением большого количества крови. Сделав несколько глубоких вдохов, он издал громкий рёв и высоко поднял меч, крепко зажатый в кулаке. — Зачем ты это сделал? — удивлённо спросил Хоук. Алистер усмехнулся. — Даже не знаю. Просто… мне было хорошо. — А? Дай я попробую, — Хоук вскинул оба своих кинжала, хотя один из них сломался пополам во время последнего выпада, и испустил громкий крик, который в конце концов превратился в глубокий смех. — Мы живы! Не думал, что мы завалим этого зверя. — Стражи не должны выживать после убийства Архидемона, — усмехнулся Алистер. — Ну, это был не Архидемон, а я не Страж, — Хоук с отвращением посмотрел на свой сломанный кинжал. — Починить его будет недёшево. Я доверяю их только своему кузнецу. — И ты увидишь его снова, — Алистер со стуком опустил руку на землю. — Создатель, мы живы. Хоук хмыкнул, заставляя себя сесть. — Я ценю твои чувства, Страж, но я собираюсь испортить тебе настроение, спрашивая: и что теперь? У нас под боком больше нет Инквизитора и его ловкого маленького создателя разрывов. По мере того, как медленно угасала эйфория, Алистер нахмурился. — Оу. Об этом я как-то не подумал. — Я так и понял, — сказал Хоук. — И наши перспективы не слишком обнадёживающие. Алистер застонал и уставился вверх, на мгновение не видя ничего. — Ты совсем не весёлый, — пожаловался он. — Я реалист. Это и значит быть политиком, — насмешливо заметил Хоук. Услышав ворчание, Алистер повернул голову, чтобы посмотреть, как Хоук медленно поднимается на ноги. Когда он увидел, что кровь всё ещё сочится из большой дыры в броне Хоука, он нахмурился. — Мы должны что-то сделать с этим порезом. — Всего лишь поверхностная рана, — пренебрежительно сказал Хоук, пожав плечами. — В любом случае, сейчас у нас есть дела поважнее, — посмотрев на своё оружие с очередной гримасой, он сунул его ножны, не потрудившись почистить, и подошёл к Алистеру. Быстрым движением он наклонился и поднял того на ноги. — Идём. Тень не становится меньше. — А у Тени вообще есть размеры? — когда волна головокружения на мгновение захлестнула его, Алистер быстро спрятал меч и щит, положив руки на колени, пока мир не прекратил движение. Сделав это, он посмотрел на труп их врага. — Создатель, — выдохнул он, указывая на демона. — Смотри. Одна из бровей Хоука поднялась, когда он осмотрел быстро разлагающегося демона, а затем внезапно нахмурился. — Идём. У нас мало времени. — Времени для… — Никаких вопросов! — рявкнул Хоук, хватая Алистера за руку и таща его обратно к лестнице. Всё ещё сбитый с толку, Алистер позволит подтолкнуть себя вперёд. Но когда земля загрохотала у него под ногами, он перешёл в полупрыгающую и полуприхрамывающую рысь. Грохот перешёл в резкий скрежет, и когда они побежали вверх по небольшому склону, ведущему от того места, где они сражались с Кошмаром, под их ногами раздался треск. — Беги! — крикнул Хоук, набирая скорость. Не тратя времени и дыхания на ответ, Алистер рванул вперёд, не обращая внимания ни на усилия, ни на боль от этого движения. Тем не менее, они едва успели подняться на более высокую площадку, прежде чем весь периметр Тени, где погиб Кошмар, откололся со звуком, практически слишком громким, чтобы его можно было различить, накреняясь и разворачиваясь, когда демон упал вниз. Они оба сделали паузу, достаточную, чтобы перевести дыхание, рука Хоука приземлилась на плечо Алистера, когда он тяжело дышал. — Ну, это было захватывающе. Я думаю, что теперь Кошмар действительно мёртв. — Мёртв настолько, чтобы его царство начало меняться, — предположил Алистер. — Нам повезло. Хоук сардонически усмехнулся. — Полагаю, это означает, что сейчас мы находимся в обычной Тени. Что бы это ни значило. Алистер огляделся вокруг. — Она действительно выглядит по-другому, — признал он. — Не так пугающе. Но всё равно жутко. — Я уверен, что у нас будет достаточно времени, чтобы полностью оценить её природу, — мрачно сказал Хоук. На мгновение он обернулся и посмотрел на удаляющуюся платформу, с которой они пришли, с непроницаемым лицом. Наконец, он покачал головой. —Ладно. Стоя здесь, мы ничего не решим. Вот, — он со звоном вытащил из-за пояса пару зелий и протянул одно Алистеру. — Давай выпьем за удачу. Алистер схватил склянку и привычным движением большого пальца выдернул пробку, а затем поднял её, изображая тост. — За удачу. — За удачу, — сказал Хоук, осторожно стукнув флаконом по склянке Алистера, прежде чем поднести его к губам. Как только он опустел, он поднял его к небу. Склянка продолжала движение, не падая, и он наклонил голову. — Интересно, как далеко она улетит. — В этом месте? — спросил Алистер, последовав чужому примеру, а затем наблюдал за бутыльками, пока они оба не исчезли из виду. Зелье помогло ему почувствовать себя лучше, даже если их будущее всё ещё было неопределённо туманным, и тлеющий уголёк надежды вспыхнул глубоко внутри, когда он выпрямился и сделал глубокий вдох. — Может они доберутся до Чёрного города и станут бедными маленькими покрытыми тенью флакончиками, преследующими сны учеников магов на века вперёд. Хоук фыркнул, коротко подал знак Алистеру и пошёл вперёд. — Идём. Время — или то, что проходило за временем — замедлилось до тягучести, пока они бродили по замку, но Алистер упрямо отказывался перестать ставить одну ногу перед другой. Неудивительно, что после падения бывшего хозяина, окружение значительно изменилось. Ужасы, кладбища и жуткие извилистые статуи мук исчезли, сменившись пустой полосой бесформенной земли и тусклым, унылым небом. Над ними плавали скалы разных размеров, и если он прищурится достаточно сильно, то сможет разглядеть тёмные останки большого города. Однако, вокруг них ничего не было. Не было холмов или долин, не было камней или деревьев, не было руин. Там не было… ничего. В конце концов, он просто перестал смотреть, сосредоточившись только на движении вперёд. Через некоторое время человек, за которым он следовал, замедлил шаг и остановился. Он последовал его примеру, тупо уставившись в спину перед собой и пытаясь вспомнить, почему большое мокрое пятно было не самым лучшим. Когда тот, кто стоял перед ним повернулся, чтобы посмотреть на него, он тупо моргнул в ответ. — Алистер. Это твоё имя, — сказал мужчина. — Алистер, — повторил он и медленно кивнул. — Да. Да, думаю, так и есть. Глаза мужчины сузились. — У меня есть имя. Так? Алистер долго думал об этому прежде чем слово само пришло в голову. — Орёл? [1] — Почти, — нахмурившись, другой мужчина стиснул зубы, а его лицо сморщилось от сосредоточенности. — Хоук. Наместник Хоук. Нет, — он покачал головой. — Нет. Гаррет Хоук. И Алистер… Алистер Тейрин. Долгое мгновение Алистер обдумывал сказанное. — Гаррет Хоук. Алистер Тейрин. Да. Это мы. Хоук наклонился вперёд и положил руку на затылок Алистера, встретившись с ним взглядом так пристально, что часть серого тумана, окутавшего сознание Алистера, сдвинулась и отступила. — Они пытаются лишить нас самих себя, — тихо сказал он. — Сосредоточься на именах, Алистер Тейрин. Не забывай о них. — Точно. Не забывать нас. Наши. Имена, — Алистер кивнул, и в животе у него появилось странное чувство, похоже на тошноту. — Мы… мы в Тени. — Да. Тень, — Хоук глубоко вздохнул. — И нам нужно выбираться отсюда, — сделав ещё один глубокий вдох, он опустил руку. — Идём, Алистер Тейрин. Алистер кивнул и снова пошёл нога в ногу за Хоуком. На мгновение он попытался представить себе, кто же эти «они», о которых говорил Хоук, но любопытство быстро притупилось, когда он начал просто сосредоточенно передвигать одну ногу за другой. Мои ботинки промокли. Почему они мокрые? — лениво подумал он. Он поднял руку, чтобы посмотреть на неё, пытаясь понять, что за красные пятно покрывали его перчатку, или же красные капли, которые стекали по его руке и падали на безликую землю. Мысленно пожав плечами, он сосредоточился на идущем впереди человеке, подстраиваясь под его шаг с хромотой и шатанием. Не человек, напомнил он себе. Хоук. Гаррет Хоук. И я тоже… я… Алистер Тейрин. Но эти слова помогали только до поры до времени. Вскоре его существование стало сводиться к тому, чтобы переставлять одну ногу за другой, шаг за шагом, не задумываясь о том, зачем он это делает. У него мелькнула смутная мысль, что он должен чего-то хотеть или что-то искать, но единственное, что пришло ему в голову — это образ женщины с ярко-рыжими волосами и прекрасными голубыми глазами. Он изо всех сил пытался понять, что это значит, или кто она такая, пока, наконец, даже это не исчезло. Куда я иду? Шаг за шагом, каждый медленнее и тяжелее предыдущего, он пытался ответить на этот вопрос. Шёпот начал отдаваться эхом в его ушах, и он рассеянно потянулся почесать их, надеясь избавиться от навязчивых звуков. Сначала он не мог разобрать слов, поэтому сосредоточился на них сильнее. Постепенно они стали слышнее, но чем больше он прислушивался, тем медленнее шёл. В конце концов, какое это имеет значение? Я это… я это я. Он споткнулся и нахмурился. Что это значит? Одна нога перед другой. Да. Вот что он должен был сделать, хотя и забыл почему. Когда мужчина перед ним застонал и медленно повалился на землю, он продолжил двигаться, пока не споткнулся о тело и не упал лицом вниз. Долгое время он просто лежал, неподвижный и безучастный, совершенно равнодушный к своей судьбе. На долгое время воцарилась тишина, и он позволил себе закрыть глаза. Это… это прекрасно. — Это прекрасно, — повторил он вслух сухим и ломким голосом от долгого молчания. — Нет. Его глаза открылись от удивления, и он повернул голову ровно настолько, чтобы увидеть пару проницательных глаз, уставившихся на него. Медленно моргая, он прохрипел: — Что? — Я сказал: «нет», — повторил тот. — Это ты… ты Алистер Тэйрин. И снова, слова и напряжённость сильно ударили по охватившей его разум апатии, и Алистер выдохнул: — Хоук, — некоторое время помолчав, он ответил. — Гаррет Хоук. — Защитник… эм… — глаза Хоука были закрыты, а брови нахмурились. Какое-то слово прошептало в голове Алистера. — Киркволла. — Да, — выдохнул Хоук. — Киркволла, — он с трудом заставил себя сесть, а затем хлопнул Алистера по руке. — Вставай, — приказал он. — Но… — начал Алистер, потерпев поражение по непонятной причине. — Вставай, — повторил Хоук, ударив Алистера чуть сильнее. Ворча себе под нос, Алистер заставил себя подняться, сначала на колени, а потом на ноги. — А что насчёт тебя? — спросил он Хоука. — Мне понадобится помощь, — коротко сказал Хоук, поднимая руку. — И нам нужно больше, чем просто продолжать идти. Нам нужен план. — План… для чего? — спросил Алистер, поднимая Хоука на ноги. Хоук резко развернулся и ударил Алистера по лицу, отчего тот растянулся на земле. Алистер сердито повернулся к нему. — За что? — Пылающие сиськи Андрасте, Алистер! — прорычал Хоук. — Ты сдаёшься! Позволяешь им победить! Я этого не потерплю, только не от тебя! Только не сейчас! Эти слова зажгли что-то глубоко внутри Алистера, и он поднялся на ноги гораздо быстрее, чем несколько мгновений назад. — Я не сдаюсь! — он зарычал сквозь стиснутые зубы, а затем бросился на Хоука и ударил его плечом в грудь, сбив с ног. Пока Хоук лежал, пытаясь отдышаться, Алистер оседлал его грудь и ударил по лицу. Ярость горела глубоко внутри него, и он, казалось, не мог контролировать свою руку, когда она изменила курс и снова ударила Хоука. — Ты ничего не знаешь о том, что мне пришлись пережить! — взревел он, подчёркивая свои слова всё новыми ударами. — Никто не знает! Ни ты, ни Амелл, ни Морриган! Даже Лели… Лелиана… — тот факт, что он вспомнил её имя, заставил его остановиться, а мысль об этих спокойных голубых глазах заставила гнев немного померкнуть. Он покачал головой, пытаясь сдержать гнев, и посмотрел на окровавленное, избитое лицо перед собой. — Х-Хоук? — Ты всё ещё их не видишь? — зарычал Хоук, хотя теперь его слова были малость невнятны из-за разбитых губ и распухшей челюсти. Алистер моргнул, а затем медленно поднял глаза. В тумане вокруг них возникли фигуры: бесформенные, искривлённые фигуры, которые смотрели на двоих мужчин с явной жадностью. Одна из них, неуклюжая красная тварь, словно созданная из живого огня, подняла руки и зарычала, Алистер почувствовал эхо гнева, который заставил его взглянуть на Хоука с презрительной усмешкой. Однако на этот раз, когда его кулак метнулся к Хоуку, рука мужчины схватила его за запястье. — Борись, Алистер. Борись с этим. Алистер некоторое время боролся с хваткой Хоука, а затем снова посмотрел на красную штуку. Демон. Это был демон. Вместе с осознанием пришло осознание, знание, полученное во время его обучения в качестве храмовника, и он заставил себя остановиться и сделать глубокий вдох. Ярость всё ещё бурлила у него в животе, но с каждым мгновением это чувство становилось всё более чужеродным, будто ему это навязывали. — Это демоны, — прошептал он. — Гнев, лень и… — Отчаяние, — проскрежетал Хоук. — Лень и отчаяние нашли нас первыми. Пытались заставить нас сдаться. Вот почему я ударил тебя. Ярость слабее их. Легче вырвать тебя из его хватки. Глядя на Хоука сверху вниз, Алистер медленно кивнул, когда его рука наконец расслабилась. — Хороший план. Хоть и сумасшедший. Хоук фыркнул. — Меня называют Защитником не потому что я резвлюсь на полях с цветами и имею надёжный пенсионный план, — сказал он другому мужчине. — Теперь, когда я завладел твоим вниманием… сделай с этим что-нибудь. — Сделать что? — озадаченно спросил Алистер. — Ты был храмовником. Сам разберись, — съязвил Хоук, когда демоны вокруг них начали собираться вместе. — О, точно, — Алистер немного смутился, затем нахмурился, когда демон гнева снова поднял руку и потянул за тонкую связь между ними, пытаясь снова завладеть Алистером. — Нет в этот раз, демон, — прорычал он. Он использовал остатки подпитываемой демонами ярости, чтобы поддержать свой удар, придав ему достаточно силы, чтобы на мгновение ошеломить всех демонов. Когда они отшатнулись от неожиданного нападения, Алистер поднялся на ноги и выхватил меч и щит, а затем бросился в их гущу. Хоук остался позади, пытаясь подняться, но вскоре появился позади демона отчаяния, когда его клинки вонзились в его спину. Один за другим их враги падали, хотя каждый удар меча стоил Алистеру боли и выносливости, пока, наконец, все они не остались лежать неподвижно на земле вокруг двоих мужчин. Алистер и Хоук стояли спина к спине, опираясь друг на друга и пытаясь удержаться на ногах. — Я не смогу сделать этого снова, — признался Алистер напряжённым голосом. Его руки были словно налиты свинцом, и он знал, что ему больше нечего отдать, ни сражаться, ни сопротивляться. — Я тоже не смогу, не сразу, — признался Хоук. — Может быть, нам стоит… немного отдохнуть. — Хорошая идея, — сказал Алистер со стоном, рухнув на землю. Через несколько мгновений Хоук, задыхаясь, оглянулся через плечо на Алистера. — Не то чтобы я хотел показаться неблагодарным или что-то в этом роде, — сказал он. — Но почему, чёрт побери, ты остался здесь? Мне просто нужно было убедиться, что Инквизитор ушёл и закрыл за собой разрыв. Ты для этого был не нужен. Алистер хмыкнул. — Не благодари. Закатив глаза, Хоук сказал: — Я серьёзно, Алистер. У тебя было куда больше возможностей вернуться, чем у меня. Я видел, как ты кружил вокруг Лелианы в Скайхолде. И ты, наконец, стал героем, каким всегда хотел быть. Последние слова были произнесены с такой горечью, что брови Алистера поползли вверх, когда он посмотрел на Хоука. — Я и не знал, что ты так ненавидишь героев. — Я презираю всю их концепцию, — усмехнулся Хоук. — Есть не герои, а просто люди, которых заставляют выбирать между тем, что от них все ждут, и тем, что необходимо. Иногда это даже одно и то же, и тогда барды пишут о них песню, и их имя живёт вечно, даже если они были полнейшими, бессердечными ублюдками, которые любили насиловать дома и сжигать женщин. Алистер моргнул от ярости этого человека, затем снова моргнул, когда порядок слов, как они должны были быть произнесены на самом деле, утвердился в его голове. — Ты перепутал..? — Неважно, — сказал Хоук, пренебрежительно махнув рукой. — Дело в том, что оставаться здесь, чтобы быть героем того не стоит, поэтому я надеюсь, что ты остался не поэтому. — И это было не так, — сказал Алистер. — Поверь мне, путешествовать с Амеллом, а затем слышать, как его называют Героем, когда Мор закончился, в значительной степени лишило меня всякого лоска от этого слова. Я сделал это не потому, что хотел, чтобы меня запомнили, как героя или потому что я хотел им стать. Я сделал это потому что это было правильным поступком. — Как так? — взвился Хоук. — Я уже занимался этой проблемой. — А что, если этого было бы недостаточно? — огрызнулся Алистер в ответ. — Никто не может спасти мир о одиночку, Хоук, даже Защитник Киркволла. Хоук хмыкнул. — Я уже много лет пытаюсь убедить людей в этом, — заметил он сардонически. — Ты первый, кто поверил, что я не смогу. Как бы то ни было, быть приманкой для чудовища — не новость. Я знал, что смогу. Я бы предпочёл, чтобы ты ушёл с Инквизитором. — А что, если бы эта тварь выбралась наружу после того, как раздавила тебя своей… своей… лапой? Клешнёй? Когтем? — Алистер покачал головой. — Тем, что паук размером с гору называет своей ногой. Кроме того, даже если Инквизитор закрыл бы разрыв так плотно, что не смог бы открыть его снова, что помешало бы ему контролировать Стражей? В Адаманте не было никакого разрыва, когда все мои товарищи Стражи внезапно начали слышать Зов внутри себя, — тяжело вздохнув, он добавил более мягким голосом. — В любом случае, я не мог уйти, не доведя дело до конца. Только не снова. — Если бы ты довёл дело до конца, ты был бы королём-марионеткой, а не жалким Стражем, — язвительно заметил Хоук. — Небольшое утешение. — И вообще какое тебе до этого дело? — заставив себя посмотреть Хоуку прямо в глаза, он встретил его жёсткий взгляд. — Почему всё это имеет для тебя значение? Иногда я забываю, почему ты вообще предложил помощь Инквизиции. Хоук пристально посмотрел на него. — Потому что Корифей — моя ответственность. — О, тоооочно. Потому что ты не смог убить его должным образом в прошлый раз, теперь я вспомнил, — протянул Алистер, а затем дёрнулся, когда Хоук вздрогнул и отвёл взгляд. — Я… Послушай, я вовсе не это имел в виду. — Да, именно это, — прорычал Хоук, а затем внезапно сгорбился там же где и сидел. — И ты прав. Я потерпел неудачу. Как и множество раз до этого. Алистер кашлянул и немного смущённо потёр шею, не зная, что на это ответить. Наконец, он тихо спросил: — Почему ты ненавидишь меня? Когда Логэйн привёл меня на нашу первую встречу, ты выглядел так, словно проглотил лимон. Тебе даже не нужна была моя помощь, несмотря на то, что я был готов помочь и мог это сделать. Почему? Раздувая ноздри, Хоук на мгновение уставился в глубину Тени. — Это не тема для обсуждения. Ответ совершенно неожиданно разозлил Алистера, хотя он и не мог понять, почему. Он просто знал, что устал, расстроен и страдает от боли, а Хоук всё ещё не уступал ему ни на дюйм. — Но почему? — потребовал он, на этот раз не позволив Хоуку увернуться. — Почему ты всегда обращался со мной так, будто я не стою даже того, чтобы проклинать моё имя? Разве я тебя чем-то обидел, неумело спев в «Висельнике»? Неужели однажды утром тебе пришлось уйти слишком далеко, чтобы обойти меня, когда я спал в сточной канаве Нижнего города? Так почему, Хоук? Хоук ответил ему не сразу, даже не повернулся, чтобы посмотреть на него в течение долгого молчаливого момента. Когда он это сделал, на его лице вспыхнула ярость, которая заставила Алистера инстинктивно отпрянуть от мужчины. — После того, как ты уехал из Киркволла, я встретил остроухого бывшего Ворона по имени Зевран Аранай, — сказал Хоук слишком спокойным сдержанным голосом. — Может, ты слышал о нём? Алистер резко сглотнул, когда слабое эхо жестокого смеха эльфа прозвучало в его голове. Прошло больше десяти лет с тех пор, как он был в когтях эльфа, но некоторые воспоминания, казалось, не исчезли. — Больше, чем слышал, — тихо сказал он. — Он говорил всем, что приехал в Киркволл по какому-то случайному делу. Я работал с несколькими Воронами, чтобы найти его. Они думали, что разыгрывают меня, местного мальчика на побегушках, чтобы помочь им найти сбежавшего Ворона. Оказывается, мы все были дураками, пляшущими под дудку Зеврана, чтобы он мог встретиться со мной, не вызывая никаких подозрений, — Хоук сделал глубокий вдох, а затем медленно выдохнул. — Он предложил специальный антиванский массаж. Я согласился и отослал всех прочь, чтобы насладиться им наедине. В конце концов, нет ничего плохого в том, чтобы немного повеселиться. — Хоук, — выдохнул Алистер, крепко зажмурившись. Он хорошо помнил эти специальные массажи. На самом деле, он всё ещё хранил шрамы от них. Он никому не рассказывал правду о них, даже Лелиане. Некоторые вещи лучше держать глубоко в себе, глубоко внутри. — Ближе к концу, когда я с трудом переводил дыхание и просто хотел, чтобы боль прекратилась, он погладил меня по голове и сказал, что я почти такой же хороший, как Алистер. Позже именно это застряло у меня в голове больше всего. А когда мы снова встретились? — он взглянул на Алистера. — Это всё, что я мог вспомнить о тебе. Его голос. Его прикосновения. Его раскалённый кинжал. — Клеймо под пупком? — спросил Алистер приглушённым шёпотом. Челюсть Хоука дрогнула, когда он кивнул. — Даже Андерс не смог исцелить её полностью. Однажды я позволил ему снова прикоснуться ко мне. — Аранай не всегда был таким, — прошептал Алистер. — Поначалу он мне даже нравился, после того, как мы встретились, и он пытался убить нас во время первой встречи. Но потом он начал делить палатку с Амеллом, и… я не знаю, — Алистер склонил голову. — Амелл искажал всё, к чему прикасался или убивал, если не мог, — как Лелиану, — эта мысль заставляла его кипеть изнутри. — Он не убил меня только потому, что думал, что сможет использовать принца-бастарда, чтобы править Ферелденом. Потом я отказался, когда он не стал убивать Логэйна — или нашёл мой хребет, я не уверен до сих пор, что именно — и ушёл, чтобы стать бастардом-пьяницей. Конечно, это не помогло Ферелдену. У него всё ещё есть королева, — покачав головой, Алистер посмотрел вдаль. — Я никогда никому не рассказывал о том, что Зевран сделал со мной, ни в деталях. Я всегда просто… отмахивался от этого. — Да, хорошо. Это не то, о чём можно рассказать в светской беседе, да? — с горечью заметил Хоук. — Андерс, конечно, отругал меня за то, что я не обратил внимания на его предупреждение, но дальше этого он не зашёл. Он достаточно долго был целителем в Клоаке, чтобы понять, что это такое. Я выкинул всё это из головы. Или мне так показалось. — Пока нам не пришлось работать вместе, — вздохнул Алистер. — Вполне справедливо. Жаль, что ты не сказал мне об это раньше. — Я не мог сказать тебе раньше, — серьёзно ответил Хоук. — Из-за Амелла я держал язык за зубами в этом вопросе, когда он путешествовал по моим снам. Но теперь, когда я здесь в Тени, эта печать, похоже, сломана. Алистер резко повернул голову. — Амелл? — спросил он малость резче, чем намеревался. Хоук на мгновение закрыл глаза. — Это долгая история, — сказал он наконец. — Ну, как и моя, — напомнил ему Алистер. После долгого разглядывания своих рук Алистер стянул перчатки и бросил их на землю. Подняв руку, он указал на длинный шрам на тыльной стороне ладони. — Первый, — сказал он. — Через неделю после смерти Дункана. Остались только он, я и Морриган. Я даже не помню зачем ему понадобилась моя кровь, или почему он оставил шрам, кроме как заявить на меня свои права. Но это был первый. Хоук долго смотрел на него, затем обвёл взглядом всего Алистера, или, по крайней мере, те его части, которые были на виду. Конечно, были и другие шрамы. Большинство просто предположило бы, что Серый Страж с мечом и щитом заработал эти шрамы в бою. Во всяком случае, большинство. Но когда Хоук поднял глаза и встретился взглядом с Алистером, то понял, что это не так. Стянув толстые кожаные перчатки, Хоук провёл пальцем по такому же шраму на тыльной стороне правой ладони. — Я проснулся с этим вскоре после того, как он впервые появился в моих снах, — тихо сказал он. — До того, как я делил постель с Андерсом, но после того, как он переехал в моё поместье. В то время я не знал, почему он появился у меня, и решил, что ввязался в драку в «Висельнике» накануне вечером. Теперь я знаю лучше. Алистер кивнул. — Это тоже звучит знакомо, — мрачно сказал он. — Бедная Изабелла так и не смогла посмотреть мне в глаза после ночи, которую я даже не помню, хотя она охотно помогла мне, когда я подошёл к ней позже. Хоук поморщился. — Это объясняет её реакцию на барда, поющего об Амелле в тавернах. Она просто… закрывалась и уходила, даже если там был Фенрис, — прищурившись, Хоук выпрямился и с непоколебимой силой встретил взгляд Алистера. — Мы не можем остановиться. Не сейчас. Кроме того, у нас не будет другого шанса поговорить об этом. Медленно, с запинками, двое мужчин делились друг с другом своим прошлым, их общий опыт с Аранаем и Амеллом давал им основу, которую они оба считали глубоко похороненной. Было нелегко вырвать эти шипы, запавшие в их души, и попытались выпустить яд, имя которому Джорат Амелл, но поскольку время, казалось, не имело значения в Тени, и не было никакого способа узнать, выживут ли они вообще, но не находили причин остановиться. Сухость в горле облегчалась последним выпитым зельем, одним из тех, что покоились в подсумках на талии, когда они открывали друг другу то, что оба ранее решили оставить тайнами, которые они унесут с собой в могилу. Чем дольше они разговаривали, тем больше понимали природу возложенной на них ноши, сочетания вины и стыда, с которыми они никогда не смогли бы справиться в одиночку. — Я должен признать, — сказал Алистер, когда они оба, наконец, закончили свои истории и несколько минут они сидели в тишине, погружённые в собственные мысли, — Что если бы мне когда-нибудь пришлось выбирать доверенное лицо, ты был бы последним человеком в этом списке. Или… почти последним. Третьим снизу. — Выше Араная и Амелла? — спросил Хоук с мрачным юмором. Алистер кивнул. — По крайней мере, ты не самый плохой человек, которого я когда-либо встречал. — Спасибо, — сухо сказал Хоук и поднялся на ноги. На земле, где он сидел, темнела большая лужа засохшей крови, но он не обратил на это внимания, слегка покачнувшись, прежде чем нагнуться за кинжалами. — Но сидя здесь и разговаривая, мы не выберемся из Тени. Идём. — Хоук, — позвал Алистер, поднимаясь на ноги. — Да? Мгновение Алистер колебался, но только на мгновение. Он действительно хотел знать. — Ты хотел бы выбраться, если бы меня здесь не было? Втянув воздух, Хоук слегка пожал плечами. — Мне за многие грехи приходится расплачиваться. Пребывание здесь, по крайней мере, будет достаточным наказанием. — Ты можешь попытаться исправить некоторые из них, если мы выберемся, — заметил Алистер. — Или рискнуть снова попасть под контроль Амелла, — усмехнулся Хоук. — Не самая приятная мысль. Алистер опустил глаза, не в силах честно ответить. — Инквизитор поможет тебе, я уверен. — Если кто-то и может, то он. Но он немного занят спасением мира от Корифея, — внезапно лицо Хоука посуровело. — Корифей. Теперь есть причина вернуться. Отправить эту тварь на вечный покой… да, — он кивнул. — Ради этого стоит вернуться. — Вот это дух, — слабо произнёс Алистер. Хоук фыркнул и посмотрел на Алистера. — Надеялся, что я буду ценить искупление, а не месть, а ты? — Эта мысль приходила мне в голову, — признался Алистер. — Кто знает? — Хоук повертел в руках один из своих кинжалов, а затем с размаху вложил в ножны оба. — Может быть, Андрасте позволит мне найти и то и другое. — Или, может быть, тебе просто нужен друг, чтобы дать тебе пощёчину, когда ты начнёшь мстить, — предположил Алистер. Хоук колебался, а потом посмотрел на Алистера. — Надеюсь, ты не собираешься стать добровольцем? Либо дать мне пощёчину, либо стать другом. Плохие вещи случаются с моими друзьями, и ещё хуже — с семьёй. По крайней мере, в этом Кошмар был прав. Я неудачник. Положив руку на плечо Хоука, Алистер сказал: — Никогда не позволяй демону думать за тебя. В конце концов, я бывший храмовник. И я могу сказать это с некоторым авторитетом. — Думаю, я уже знал это, но спасибо за совет, — язвительно сказал Хоук. — Хорошо. Тогда, наверное, я тебе не нужен, — вздохнул Алистер, убирая руку. — Я этого не говорил, — однако, когда Алистер бросил на него острый взгляд, Хоук уже отвернулся и осматривал окружающую его Тень. — Однако, как я уже и говорил, нам нужен план. — Точно, — Алистер сосредоточенно нахмурился. — Как мы можем сделать невозможное? Всё кажется достаточно простым. — Не сдавайся, — резко сказал Хоук. — Мы зашли слишком далеко. Алистер кивнул, затем строго посмотрел на Хоука. — Обещай мне, что всё, что мы придумаем, не заставит меня снова ударить тебя. Ты начинаешь походить на отбивную. — Так вот, что я чувствую, — сардонически заметил Хоук. — Сосредоточься, Алистер. Помнишь, что сказал Солас? Как Тень формирует себя вокруг того, что мы хотим? Наверное, поэтому мы не смогли продвинуться вперёд. Демоны отняли у нас решимость и волю. — Согласись, интенсивная тактика, — заметил Алистер. — Но этого недостаточно, — сказал Хоук с оттенком самодовольства. — Но я думаю, что если мы оба не будем думать ни о чём, кроме поиска выхода, то Тень обеспечит нам его. Алистер протянул руку, чтобы потереть шею, затем поморщился и посмотрел на свежую кровь, которую обнаружил там. — И надеюсь, что мы больше не столкнёмся с демонами, — сказал он, вздохнув. — Это само собой разумеется, — прищурившись, Хоук посмотрел на безликую равнину вокруг них, затем пожал плечами и снова двинулся вперёд. — Думаю, подойдёт любое направление. Пока мы остаёмся сосредоточенными, мы найдём выход. Вздохнув, Алистер кивнул и пристроился рядом с ним. — Отлично. Тогда сосредоточимся. Их продвижение было медленным, мешали усталость и раны, которые они получили в своих последних боях, зелья помогли самую малость. Алистеру быстро стало ясно, что его главным врагом станет он сам в гонке с оставшимися силами. Разрываясь между болью и нынешней ситуацией, а также тоской по реальному миру, он вынужден был постоянно думать о предстоящей задаче. Выход. Обратный путь. Не то, что он жаждал увидеть, после того, как они сбежали, а реальный путь из Тени туда, откуда они пришли. В конце концов, его голова начала болеть вместе с остальными частями тела, и неизбежно его мысли начали возвращаться к тому, что он больше всего хотел увидеть на обратной стороне. Туман перед ними заклубился, а затем отступил, и рука Хоука метнулась вперёд, чтобы остановить Алистера, прежде чем потянуться за кинжалами. Когда он заговорил, его тон был ледяным: — Я сказал «выход» Страж, — рявкнул он, шагнув вперёд. — А не твои следующие постельные забавы. Алистер, тем временем, мог только смотреть на красивую рыжеволосую и голубоглазую женщину, стоящую на их пути, одетую так, что ему пришлось моргнуть и яростно откашляться. — Лелиана? — спросил он, а затем покачал головой. Конечно, это не Лелиана, ругал он себя. Должно быть, это был демон желания, отозвавшийся на его смущённое, зарождающееся желание, а не на то, на чём он должен был сосредоточиться. Однако, когда Хоук двинулся к демону, она наклонила голову. — Ты думаешь, что твои собственные мысли не возымели никакого действия, Защитник? — спросила она со своим мелодичным орлесианским акцентом. — Возможно, моё появление в данный момент вызвано его мыслями, но моя цель — нечто совершенно иное. Глаза Хоука сузились, когда он остановился. — Объяснись, демон. — Что, если я покажу тебе выход? — спросила она с улыбкой. — Я тебе не верю, — сказал он без обиняков. — Ах, но разве твои мысли когда-нибудь колебались? — указала она. — Следуй за мной, Защитник, и я обещаю показать тебе выход. А если я этого не сделаю, можешь убить меня на месте, — она обвила себя руками и наклонилась вперёд, обхватив руками грудь. — Или ты можешь поразвлечься со мной, а после убить, мм? Хоук устало вздохнул. — Обсуди это со Стражем, — едко сказал он. — Но, прекрасно. Пока мы будем играть по-твоему. У тебя есть двести шагов, чтобы привести нас к выходу, а потом мои кинжалы отправятся домой. — Этого будет более чем достаточно, Защитник, — заверила его демоница, слегка повернувшись, она отвернулась и повела их в другую сторону от того места, куда они направлялись, посылая им быстрый взгляд через плечо. Алистер поспешил к Хоуку, но не отставал от него, когда они снова двинулись вперёд. — Прости, — пробормотал он. Хоук хмыкнул. — Я прощу тебя, если это сработает. Учти, только если сработает. А пока, — добавил он, склонив голову набок. — По крайней мере, вид хороший. Алистер был вынужден признать, что его глаза остановились на кое-чём довольно соблазнительным перед ними. — Она прекрасна. — Она? — Хоук усмехнулся. — О. Точно. Лелиана. Я полагаю, демон похож на неё для тебя? Моргнув, Алистер прищурился и посмотрел на колыхающиеся бёдра пред ними. — Эм… да? — Хорошо. Тогда я смогу притвориться, что наслаждаюсь его задницей, — несмотря на все его непристойные замечания, кожа вокруг глаз Хоука оставалась напряжённой, а взгляд метался. — Сто, — пробормотал он себе под нос. — Верно, — кивнул Алистер, пытаясь сделать вид, что считает. — И мы позволим ей — ему — вести нас только до двухсот? — Таков был уговор, — сказал Хоук, а затем резко добавил. — И ради Создателя, продолжай думать о выходе, а не о том, что хочешь сделать с тем, что видишь. Вытянувшись по стойке «смирно», Алистер заставил свои мысли переместившись с будуаров, белых лепестков и раскрасневшейся кожи туда, где им и следовало оставаться. Это было трудно, но знание того, что Хоук ясно видел кого-то другого помогло ему вспомнить, что это был просто демон, пытающийся соблазнить его. Он должен был признать, что довольно успешно, но, по крайней мере, он мог твёрдо помнить об этом. Как только Хоук пробормотал себе под нос «двести» и крепче сжал кинжалы, что-то появлялось из тумана впереди. — Хоук, — настойчиво прошептал Алистер, но мужчина просто кивнул и двинулся к демону, когда она повернулась к ним с довольной улыбкой на лице. — А вот и твой выход, — промурлыкала она. Алистер нахмурился, глядя на предмет, к которому их привели. На первый взгляд это было обычное зеркало, в котором отражался лишь туман голубовато-серого цвета. Он был в два раза выше их, и немного шире, чем размах рук Алистера. В общем, от одного взгляда на него у Алистера по спине пробежали мурашки, и он нахмурился. — Что это? — Выглядит… до неприятного знакомо, — заметил Хоук с гримасой, затем кивнул и посмотрел на демона. — Ты права. Это может быть выходом. Она обольстительно улыбнулась и придвинулась к нему поближе. — Я сдержала своё обещание, пробормотала она. — Я получу награду? На губах Хоука появилась полуулыбка. — Хорошо. Полагаю, я мог бы дать тебе кое-что, — он схватил демона за затылок одной рукой и припал в обжигающем поцелуе. Демон со стоном растворилась в нём, казалось, полностью наслаждаясь поцелуем — до тех пор, пока Хоук не вонзил клинок, который держал в другой руке, глубоко в её спину. Демон с визгом отшатнулся, пытаясь дотянуться до кинжала через плечо, но обнаружил, что тот находится вне досягаемости. Пока она извивалась и крутилась, сходство с Лелианой исчезло, открыв Алистеру зрелище, которое было гораздо более знакомо: рога и лавандовая кожа демона желания. — Избавь её от страданий, ладно? — небрежно бросил Хоук, отворачиваясь. Алистер кивнул, взмахнув мечом ещё до того, как Хоук закончил говорить. Голова демона улетела в туман, а обезглавленное тело ничком рухнуло на землю. Несколько раз оно дёрнулось и затихло. — Отвратительное дело, — пробормотал Алистер, пихая тело ногой. Опустившись на колени рядом с телом, Хоук обхватил рукоять кинжала. — Так всегда бывает, — тихо сказал он. — И, честно говоря, это единственное напоминание, без которого я мог бы обойтись, — Алистер бросил на него озадаченный взгляд, но Хоук проигнорировал его и выдернул кинжал, прежде чем встать перед зеркалом. То, как он вложил кинжал в ножны с большей силой, чем требовалось, говорило о том, что что-то было не так, но Алистер знал, что лучше ни о чём не спрашивать. — Ты сказал, что оно выглядит знакомо, — напомнил ему Алистер. — Что это? — Я думаю, это элювиан. Какой-то магический портал в другое место или что-то в этом роде. Я знал кое-кого в Киркволле, кто однажды пытался починить его. Я сказал ей не делать этого, но она всё равно продолжала, — Хоук потёр лицо, рассеянно стирая только что выступившие потёки крови, сочившейся из свежих ран. — Скажем так, это не закончилось хорошо ни для кого, кто был вовлечён. Алистер нахмурился, глядя на элювиан. — Хорошо. Что бы это ни было, похоже, это наш единственный выход. Он точно должен вести куда-то лучше, чем сюда, — он промолчал, а потом посмотрел на Хоука. — Да? — Я бы сказал, что мы будем дураками, если не попробуем, — Хоук шагнул вперёд и протянул руку, чтобы дотронуться до него. Его лицо нахмурилось, когда пальцы нащупали только стекло. — Чёрт, я точно не знаю, как они работают. Я видел, как ими пользуются только маги. — Чёрт, ну разве не удача, — пробормотал Алистер, шагнув вперёд, но быстрый тычок в элювиан только подтвердил находку Хоука. Со вздохом разочарования он ударил кулаком по поверхности, вызвав резкий звенящий звук вокруг них. — Осторожно! — сказал ему Хоук. — Это может быть нашим единственным шансом. Тут должен быть какой-то подвох или что-то в этом роде. Можешь продолжать тыкать его, но больше не бей. — Ладно, ладно, — проворчал Алистер, пробегаясь по поверхности элювиана. Как раз в тот момент, когда он подошёл к раме и начал размышлять, поможет ли ему меч достигнуть лучших результатов, зеркало внезапно издало ещё один резкий звенящий звук. Оба мужчины настороженно отскочили назад, и глаза Алистера расширились, когда из сине-серого клубящегося тумана появилась рука. Это была ничем не примечательная рука со шрамами в потёртой кожаной печатке. Оказавшись на их стороне, один палец изогнулся, чтобы подозвать их ближе, прежде чем повернуть ладонь вверх и раскрыть её. Подождите-ка. — Отлично. Если это не открытое приглашение, то я действительно злоупотребил гостеприимством джентльменов в «Цветущей Розе», — задумчиво заметил Хоук. Алистер невольно рассмеялся, хоть и нервно, услышав это замечание. — Хотя я заметил, что ты не двигаешься. — Как и ты, — заметил Хоук и вздохнул. — Здесь только одна рука. Мы должны принять её одновременно. Я бы не хотел, чтобы одного из нас протащили, а другого оставили позади. — А я-то думал, что не нравлюсь тебе, — усмехнулся Алистер. — Сначала? Нет, — Хоук повернулся, чтобы посмотреть на Алистера. — Ты был пьяным дураком, который потратил большую часть своей жизни, сокрушаясь о том, что не может убить человека. Тебе потребовалось время, чтобы убедить меня в обратном. Кроме того, я знаю, что не нравлюсь тебе, — пожав плечами, он схватил Алистера за локоть и потащил его вперёд. — Несмотря на всё это, мой клинок нуждается в починке, а тебе не хватает одной рыженькой. И чем дольше мы ждём, тем больше шансов, что мы вообще не вернёмся. Алистер вздрогнул. — Остаться здесь на всю жизнь? Нет, спасибо. — Видишь? В конце концов, не такой уж и трудный выбор, — его рука скользнула вниз, чтобы взять Алистера за руку, затем поднял обе их ладони и завис над ожидающей рукой. — Я не религиозный человек, — тихо сказал он Алистеру. — Поэтому буду признателен, если ты помолишься за нас обоих. — Так я и сделаю, — съязвил Алистер, хотя на лбу у него выступил пот. В конце концов, ему и раньше случалось превращать надежду в отчаяние. Тем не менее, это не может быть хуже, чем Тень, не так ли? Хоук резко вздохнул и на мгновение задержал дыхание, а затем резким уверенным движением опустил их руки. Пальцы в кожаной перчатке крепко — слишком крепко — обхватили их и с удивительной силой потянули сквозь зеркало. Не в силах сопротивляться внезапному рывку, оба мужчины споткнулись и упали на колени, как только попали на другую сторону. Когда руки Алистера с глухим стуком ударились о пол, он на несколько долгих мгновений недоверчиво смотрел на него. Немного погодя он ткнул в неё пальцем, лишь смутно осознавая, что вес оружия и доспехов исчез, а боль от ран потускнела. Он медленно поднялся на ноги, широко раскрытыми глазами оглядывая уютную обстановку из дерева, кирпича и дыма, которой, казалось, обладали все таверны маленьких городков. — Что желаете? — спросил грубый голос справа от него, и Алистер в изумлении повернулся, чтобы посмотреть на его источник. Толстый мужчина с обветренным лицом стоял за старой, но хорошо отполированной дубовой стойкой, рассеянно проводя по ней тряпкой в ожидании ответа. Его одежда не говорила ни о какой стране, но никто бы не принял простую домотканую ткань за что-то благородное или причудливое, и он был похож на бармена многих городов, через которые Алистер проезжал во время своих путешествий по Тедасу, будь то Орлей, Ферелден или Неварра. Единственным примечательным аспектом его внешности, казалось, была татуировка в виде пары изогнутых линий, спускающихся вниз по левой стороне его лица, но Алистер не мог точно вспомнить, что это означало. — А… ферелденский виски? — наконец ответил Алистер. — А я возьму «Андер стаут», — сказал Хоук с большей уверенностью. Человек за стойкой кивнул и повернулся, чтобы налить им напитки. — Можете подождать там, во внутреннем дворе, — сказал он, кивнув на дверь, ведущую наружу. — Кто-нибудь принесёт напитки. Внезапно отчаявшись снова увидеть небо, Алистер кивнул. — Благодарю, мой дорогой бармен, — сказал он и направился к двери, сопровождаемый Хоуком, который, как он заметил, тоже был без доспехов и оружия. В следующий миг он задался вопросом, зачем они вообще понадобились Хоуку, ведь в этом месте они были в безопасности. Где бы это место ни находилось. Когда они вышли на улицу, Алистер глубоко вдохнул, чтобы уловить запах моря, которое они видели недалеко. Оба мужчины подошли и облокотились на перила, их глаза сияли от восхищения открывшейся перед ними красоты. Солнце садилось на противоположной стороне здания, отчего на землю падали длинные тени. Стая бакланов воспользовалась сменой света, чтобы нырнуть в воду за рыбой, улетая с клювами, полными трепыхающейся добычи. Хоук обернулся первым, когда сзади послышались шаги, и с улыбкой потянулся за кружкой крепкого пива, которую нёс человек в более чем знакомой униформе. — Благодарю, стражник, — сказал он, взяв стакан и делая глоток. — В наши дни можно просто Доннен, — усмехнулся мужчина, протягивая Алистеру маленький стакан виски. — Я сохранил форму, потому что она хорошо сшита и прочна, но моё время в составе стражи Киркволла закончилось. Доннен… Алистер замер с бокалом на полпути к губам, смущённо наморщив лоб. Я уже слышал это имя раньше… Хоук рассмеялся, повернулся и снова посмотрел на озеро, держа кружку в руке. Свет заходящего солнца потускнел настолько, что море перед ними теперь сияло голубым сапфиром. — На самом деле, это никогда не уйдёт, Доннен, — задумчиво произнёс он. — Киркволл находит свой путь в твою душу, и как только он там появляется, то навсегда остаётся с тобой. — Может, и так, — согласился Доннен, встав между Хоуком и Алистером, и облокотился на перила. В воздухе над ними парили морские птицы, пролетая сквозь последние лучи света, чтобы вернуться в свои гнёзда, а над ними только начинали появляться звёзды, выглядывая из сумерек цвета индиго. — Но мир всегда может использовать Защитника и Стража, куда бы они ни пошли. Алистер пристально посмотрел на Доннена, держа стакан у губ. — Откуда ты знаешь… — начал было он, но Хоук лишь рассмеялся и поднял кружку. — Я выпью за это, — сказал Хоук, хотя перед этим и остановился, чтобы посмотреть на звёзды и прекрасную полную Луну. — Это и впрямь самое спокойное место, не так ли? — Так и есть, — удовлетворённо вздохнул Доннен. — Так и есть. — Жаль, — безо всякого предупреждения — или даже изменения выражения лица — Хоук ударил кружкой Доннена прямо в лицо. Когда тот упал, плюясь и ругаясь, Хоук схватил его за ворот туники и перебросил через перила, оказывая непрерывное давление на шею мужчины, и склонился над ним. — А теперь, когда я привлёк твоё внимание, расскажи мне, что происходит на самом деле, Доннен. Мужчина сплюнул полный рот крови, а затем посмотрел на Хоука. Когда он это сделал, левая сторона его лица словно расплавилась, покрываясь шрамами от ожогов, которые портили ухмылку на его внезапно побледневшем лице. — Тебе следовало допить, кузен. Глаза Хоука расширились, когда он отпрянул от человека, но это всё время, которое у него было, пока кольцо красной магии не окружило его и не подняло в воздух в нескольких футах над магом. С криком Алистер рванулся к спине Амелла, готовясь нанести удар, но что-то тонкое внезапно обернулось вокруг его шеи, а удачно подставленное к спине колено заставило упасть на колени. Шелковистый голос с антиванским акцентом прошептал: — Здравствуй, мой маленький принц. Я скучал по тебе. Внезапно таверна исчезла, океан исчез, всё исчезло, кроме них четверых, собравшихся в безликой пещере, где не было ничего, кроме высокого зеркала в стороне, которое казалось точной копией того, через которое они с Хоуком прошли. Его доспехи и оружие — на самом деле никуда не исчезавшие — потянули Алистера вниз, когда он снова обратил на них внимание, заставив задохнуться, когда агония от ран вернулась с удвоенной силой, усиленной их кратким появлением. Толстый бармен превратился в красивого белокурого эльфа с уже знакомой татуировкой, а стражник в знакомую высокую фигуру, закутанную в тёмный плащ. Когда Джорат потянулся, чтобы натянуть капюшон, Алистер уставился на участки обнажённой кожи, видневшейся сквозь ярко-рыжие волосы на голове Амелла. Это что-то новенькое. Отбросив любопытство в сторону, он навалился на того, кто держал его, надеясь застать Зеврана врасплох, но заработал лишь крепкий удар в ухо и затягивание верёвки вокруг шеи. Пока Алистер пытался дышать, а Зевран и не думал смягчаться, Амелл кружил вокруг Хоука, пока мужчина медленно опускался на землю. Посох с черепом из красного лириума, венчающим его, скользнул по воздуху к протянутой руке Джората, и тот рассмеялся тем самым леденящим душу смехом, который Алистер так хорошо помнил со времён Мора. — Ты думал, что сможешь убежать от меня, кузен? — протянул он. — Мне больно оттого, что ты так скверно думаешь о моих способностях. Я скажу, что тебе не нужно было уповать на маленького ручного демона, которого я послал за тобой. Он был счастлив просто осчастливить тебя… на какое-то время. Хоук вздрогнул и закрыл глаза. — Нет… только не с таким лицом, — прошептал он. Когда Джорат издевательски рассмеялся в ответ, Алистер отвёл взгляд от пылающих красных глаз — старая привычка, которую он поклялся оставить позади — и заставил себя посмотреть на Хоука. Он не был уверен, что именно надеялся увидеть, но полное отчаяние — подчёркнутое, когда Хоук упал на колени к ногам Амелла, когда красный барьер был снят — ранило больше, чем он хотел признавать. — Сражайся, Хоук. Борись с ним, — умолял он шёпотом, даже не осознавая, что произнёс это вслух, пока верёвка не затянулась вокруг его шеи — напоминание о том, кто контролирует ситуацию. Амелл послал своему товарищу Стражу весёлый взгляд, а затем подцепил пальцами подбородок Хоука и поднял его так, чтобы рассмотреть его избитое и покрытое синяками лицо. — Хм. Ты уже не такой красивый, правда? Я могу это исправить. Точно так же, как исправил многих других, — на его губах появилась жестокая улыбка, когда он погладил Хоука по щеке. — Не волнуйся, птенчик. Я сделаю тебя идеальным. Когда рука Джората озарилась магией, а Хоук закричал, Алистер снова попытался вырваться, но был остановлен петлёй, намотанной вокруг шеи. — А, а, а, — промурлыкал Зевран. — Ты мой, и больше я не позволю тебе сбежать. У меня столько планов на тебя. Дыхание Алистера стало прерывистым, и каждый вдох становился всё труднее и труднее. Он отчаянно пытался ухватиться за свет, который нашёл, когда покинул Амелла: дружбу, которую выстроил с Калленом, мир, который заключил с Логэйном, и цель, которую снова обрёл со Стражами. Его разум тосковал по воспоминаниям о шелковистых рыжих волосах, благоухающих благодатью Андрасте, и смехе, запечатлённом в паре ярко-голубых глаз. Но в конце концов, лишённый дыхания и надежды, он потерял силы, и свет исчез вместе с последним глотком воздуха. На его месте зияла пустота отчаяния, и Алистеру ничего не оставалось, как с головой нырнуть в ожидающую тьму.