Dr. Stone Light Novel: Ментальная Битва - Асагири Ген vs. Шишио Цукаса

~~~

— Не слишком ли длинные эти рекламные ролики? С искренним недоумением в голосе произнес самый старший. Старшина, искренне любящий телевизор, сделал выражение лица, говорившее: "это норма". — Эта программа была спонсирована следующими организациями… В этот момент старшина издал выклик предвкушения, прежде чем на экране снова появилась реклама. — Разве это не слишком часто? Самый старший начал терять энтузиазм. Укё чувствовал такую же тоску в своём сердце. — Сейчас мы начнём первый раунд. Наконец-то всё началось. В тот момент, когда на экране появился Шишио Цукаса, скука на лице старшего исчезла, поскольку он бы восхищён не меньше. В левой части экрана располагалась команда Цукасы из трёх игроков, каждый со своим собственным стулом и столом. На самом верху стола стояла подставка для карт, куда были положены все четыре карты, и виднелись их рубашки. При этом, даже если камера приближалась к игрокам, только люди, присутствующие в студии, могли видеть, что это были за карты. По правую сторону экрана сидели зрители. К сожалению, привлекающего внимание лица Гена здесь не было, но учитывая, что это было обозначено как серьёзное соревнование, не было другого способа, чтобы аудитория могла быть помещена позади игроков. Итак, Ген сидел прямо перед игроками. Он задиристо смотрел на игроков, которые для наиболее удобного наблюдения расположились вокруг него веерообразной дугой. У него было только приготовлено место, но он, освещённый прожектором, со скрещёнными руками и ногами, и сверкающими дорогими туфлями, подчеркивающими его великолепную внешность, без сомнения, выглядел как мастер. — Что ж, тогда... Тем, кто открывал шоу, был Ген. — Теоретически эта игра начинается с простого угадывания [1 2 3 4], знаете~. Но у меня есть только три шанса, так что совсем нет времени побездельничать, и к тому же, если я сделаю так, то это станет унылым для телевидения~. Так что начнём- Ген пристально посмотрел на лицо Цукасы. — Цукаса-чан, у тебя король, не правда ли? Из зала послышались возгласы. Старшина с короткой стрижкой повысил свой взволнованный голос, восклицая: "Не нападай на него так внезапно-". ( Это гораздо более хлопотно, чем я ожидал.) Эта мысль глубоко засела в душе Укё, пока он наблюдал. До тех пор, пока соблюдается правило "молчание не разрешено", игроки должны отвечать на каждый отдельный вопрос, несмотря на все очевидные попытки заманить в ловушку. Быть под надзором Гена всё время это одно дело, но когда тебя много раз спрашивают о твоей карточке, возникает риск найти брешь в чьей-то логике. Помимо того, что это является сутью данной игры, любая ложь должна быть рассчитана в соответствии с номерами игроков и порядком их карт, поэтому, если кто-то не обращал пристального внимания, было вероятно, что они не смогут идти в ногу с событиями, которые будут следовать дальше. — Ответить на них все честно так же невозможно. Старший пробормотал что-то самому себе под нос. Быть честным только потому, что вы предполагаете, что Ген ничего не знает, приведёт к концу игры, если он увидит ваше облегчение. Будь то сдерживание Гена до тех пор, пока вы не сможете ответить, или изменение выражения вашего лица, действовать было необходимо. И всё это, без сомнений, входило в область знаний Менталиста. ( Ну тогда, как же ответит Сильнейший Примат среди Старшеклассников...) — У меня его нет. Самый старший облегчённо вздохнул. Он, вероятно, почувствовал облегчение. В конце концов, это было впечатляющее каменное лицо, которое являлось как основой, так и скрытым навыком в этой социально-психологической битве. Вместо того, чтобы подделывать реакцию, которая может провалиться, лучше всего было оставаться бесчувственным. Ген, который не сводил глаз с лица Цукасы, драматично пожал плечами. — Даже если я и поставлю ловушку, ты не дрогнешь хотя бы самую малость~ Несмотря на свою юность, ты действительно впечатляешь, не так ли, Цукаса-чан? На экране появилась подпись: ◈ "сказал парень, которому всего 19". Старшина с короткой стрижкой хихикнул, в то время как Укё и самый старший сохраняли серьёзные лица. — Эй, Тамаширо-чан, а вы не думаете, что все бойцы такие же? Ген внезапно перевёл разговор на Тамаширо. Тамаширо, который был самым старшим в группе игроков, отреагировал спокойно, несмотря на эту неожиданную атаку. — Не знаю, уникально ли это, но разве вам не кажется, что мы в итоге этим и занимаемся по своей природе? Я часто ловлю себя на том, что наблюдаю за движениями питчера или привычками бьющего, ну знаете. Даже в схватке один на один, как только вы поймете привычки другого, разве вы не осознаете, что это необходимый навык - уметь скрывать свои собственные? Независимо от того, был ли этот человек от природы болтуном, ответ был гладким и собранным, хотя он и выглядел немного непринуждённым. Не сложно задаться вопросом, не пытается ли Ген разглядеть привычки Тамаширо сквозь эту пустую болтовню с сияющими глазами. — В такие моменты, кто-то, кто является самостоятельным игроком, может быть ужасен в понимании этого. Погодите, это ведь очень напоминает мне легкоатлета рядом со мной... Когда озадаченный Тамаширо оглянулся на Адачи, студия взорвалась смехом. Внезапно поставленный в неловкое положение, Адачи почесал свои короткие волосы, бормоча: "Вы что, шутите?~" — О, я вижу~. Тогда следующий вопрос мне стоит задать Адачи-чану? Адачи-чан, можешь ли ты сказать мне номер своей карточки, самой дальней справа? — Ох, эм... Глаза Адачи наполнялись слезами. — А где право? Смех в студии разразился ещё громче. — С той стороны, где ты держишь палочки для еды~. Но не волнуйся. Ты же ведь просто спросил "с чьей стороны". Право, находящееся со стороны Адачи-чана. — Это, э-э, восьмёрка!! Адачи отозвался в панике. Студия разгоралась в волнении, но Укё, который смотрел сквозь этот ответ, словно через прозрачную жидкость, сохранял строгое лицо. — Укё, есть какие мысли? Самый старший прищурил взгляд, смотря на Укё, словно пытаясь что-то подтвердить. — Да. Я заметил, где он совершил серьёзную ошибку. Конечно, будет трудно раскрыть номер оставшейся карты. — Да, я тоже предположил это. — А? О чём это ты, Укё? Старшина с короткой стрижкой был единственным, кто не мог уследить за разговором между этими двумя. Укё начал объяснять. — В результате многих событий, которые произошли до этого, ответ Адачи был сказан в состоянии тревоги. Похоже, он не был готов, когда его так внезапно поставили в ситуацию, где ему нужно было что-то ответить. Обычно вы бы не захотели раскрыть одну из своих четырёх карт, но есть число, которое сразу придёт вам в голову первым. И это... — Карта у вас в руке. — Я понял. Номера оставшихся карт – это то, о чём знают и другие игроки, поэтому их проще задействовать, когда они лгут... — Но в этом случае их как раз будет труднее задействовать. Это командное соревнование. Можно сказать, что оставшиеся карты – это секрет между всеми тремя. Если вы оступитесь и раскроете это число, а затем это будет признано ложью, то это приведет к раскрытию секретной информации оппоненту и вызовет проблемы для других игроков. — Если вы так ставите вопрос, то вам совсем не захочется говорить это... — Самым безопасным вариантом было бы назвать число, которое имеется у других игроков, но... — Интересно, хватит ли ему самообладания, чтобы просто подумать об этом? Правильный ответ был таков: скорее всего, нет. По крайней мере, к такому выводу пришел Укё. Одно дело, если бы он сохранял своё спокойствие, но невозможно было представить, что Адачи мыслил здраво, когда он был так потрясен. Для начала, если бы он быстро выкрутился, то не был бы шокирован таким нападением. И как вывод следует отметить, что именно благодаря этому взаимодействию Адачи оставил много отпечатков пальцев. Дело в том, что [8] вряд ли была оставшейся картой. Факт то, что это, скорее всего, был номер в руке Адачи. И, наконец, маловероятно, что это была самая правая карта от него. Конечно, это была всего лишь теория. Но у мастера не было никаких подсказок в начале игры. Вы можете счесть это за драгоценную информацию. — Если это та ситуация, то вы можете заявить, что правило об оставшихся картах идёт в пользу мастера. По сути, ноша начинала давить на игроков. До тех пор, пока никто не раскрывал нежелательную информацию, или другие люди не сбивались и не говорили номер, который не был их, или не волновались... — Понятно. Всё внимание направилось на Укё, когда он внезапно сделал замечание. — Я вычислил ещё одно преимущество мастера. Когда мастер просит одного игрока ответить на свой вопрос, он может наблюдать и за двумя другими игроками тоже. Таким образом, даже если ваша ловушка не сработает, и номер находится в руках другого игрока, у этого игрока может быть какая-то реакция. С помощью всего одного вопроса мастер способен собрать в три раза больше информации... — А ты действительно вовлёкся в это, Укё. Самый старший дразнил Укё с небольшой ухмылкой на лице. Укё застыл в неподвижно, наклонившись вперёд с покрасневшим лицом. — Но знаешь, разве ты не мог бы сделать что-то очень похожее на это? Старшина с короткой стрижкой обратился к притихшему Укё. — Ты же ведь "Острейшие Уши" в истории Морских Сил Самообороны Японии, верно? Разве ты не можешь сказать, о чём думают люди, прислушиваясь к дыханию и звуку их голоса? — Вы хотите проверить это, отряд 1.5?* — Нет, не особо... Честно говоря, это не было чем-то невозможным. Однако степень его способностей охватывала лишь то, что он мог слышать неловкие колебания голоса. К примеру, даже если высота голоса человека немного повышалась, он никак не мог определить, какие эмоции были причиной этому. Было подтверждено, что Укё действительно обладал острым слухом, но это не было непобедимым навыком. Несмотря на это, желание попробовать было преобладающим. Передача только что стала интереснее. Укё сильнее, чем раньше, сосредоточился на звуках, доносившихся из телевизора. После этого в игре было несколько повторений, и похоже, что первый раунд подходил к концу. — Тогда последний вопрос, — подытожил Ген, поворачивая голову к Тамаширо, — Второй номер слева. Интересно, хочется ли мне, чтобы вы сказали, что там. — ...Король. Это тринадцать. Номер выскочил изо рта Тамаширо. Услышав это, Ген на мгновение задумался, прежде чем подать голос. — Хммн~...? ( Хах? ) Уши и голова Укё уловили два несоответствия в этой реакции. — Интересно, всё ли из этого на самом деле правда. С упрёком произнёс самый старший. [Король] был первой картой, которую Ген нацелил на Цукасу, но она была отвергнута. Для Тамаширо, заговорить об этом ещё раз за раунд, не было чем-то большим, чем стремлением вызвать хаос. Если принять во внимание предыдущее объяснение Укё, когда [Король] использовался в самом начале, Ген заканчивал наблюдение за всеми игроками, кроме Цукасы. Если бы в то время Ген предсказал, что у Тамаширо и Адачи не будет [Короля], то... Ответ Тамаширо означал бы ни что иное, как упущенную атаку. Укё воспринял это как причину, по которой самый старший дал такой ответ. Однако в этот момент его ум был поглощён другими мыслями, кроме догадок старшего. Делом под вопросом был звук, который издал Ген. Это "Хммн~" было произнесено тоном, который Укё раньше не слышал. Асагири Ген, с точки зрения Укё, был человеком, который хорошо владел искусством разговора. Он был человеком, который, вероятно, провёл много исследований о том, как заставить свой голос звучать успокаивающим, как для ушей, так и для сердца. Но ни одно из этих соображений не присутствовало в его ответе. Для Укё это прозвучало, как "интонация, которую другие не ожидают услышать от Гена?". Может быть, это был голос, настоящего Гена... тогда... ( Тогда... Что. ) Была ещё одна вещь, которая заставляла Укё беспокоиться, больше, чем просто его "уши". Всё его тело не было уверено, что именно это было. Пока Укё изучал это беспокойство, первый раунд закончился. Как отвечающий, Ген высказал свои догадки. И догадки, и результаты "Удар & Взрыв" появились в левой части экрана.

Шишио Цукаса: [6 Джокер 3 Король] ➝ ◯ 2

Тамаширо Куро: [Валет Дама 7 2] ➝ △ 1

Адачи Сота: [Туз 5 8 9] ➝ ◯ 2 △ 1

— Эй, эй, эй, эй! Старшина с короткой стрижкой подал голос с чистейшим волнением, исходящим из глубины его сердца. Укё уставился на экран с ошарашенным выражением. — Это... результат первого раунда? Это было чересчур точным. Адачи, который сливал информацию на протяжении всей игры, был буквально голым. У Шишио Цукасы уже есть ◯2. Это командное соревнование... Использование 14 карт между тремя людьми было явно более опасным, чем обычная игра "Удар & Взрыв" один против одного. Единственной надеждой в этой ситуации был △1 Тамаширо. Если бы это был полный промах, числа, использованные как предположение в отношении Тамаширо, могли бы быть рассеяны между другими игроками, и, использовав числа, не входящие в набор Тамаширо, можно было бы поместить игроков в наиболее выгодное положение. Если бы не это, существовал бы ужасный шанс, что с проницательностью Гена всё закончилось бы на втором раунде. Можно сказать, что только с одним номером, который был едва задет, игроки всё ещё могут удерживать свою позицию. — Видите, удивительно, верно!! Это всё потому что это Асагири Ген! Старшина с короткой стрижкой хлопнул Укё по плечу. Больно. Пока он думал, внимание Укё вернулось к выяснению причины затянувшегося беспокойства.

~~~

...Это то, что Укё и старшины, которые смотрели телепередачу, вряд ли узнали бы. В студии Менбаттла, вплоть до момента, когда Ген делал свои прогнозы, бывшие частью настоящего шоу. После этого догадки проверялись с помощью карт игрока, и, пока персонал сводил воедино результаты, был небольшой перерыв для всех выступающих. Тамаширо уже покинул студию на тот момент. Адачи возился под столом с чем-то, что можно было принять за его телефон. Шишио Цукаса неподвижно сидел на своем месте. Асагири Ген смеялся, разговаривал и делал услуги для фанатов, которые находились позади него. К тому времени, когда было объявлено, что запись скоро начнётся, и когда все вернулись на свои места, Ген, возвращаясь на своё место, рассеянно прошептал самому себе тихим голосом. — Ди-ча~н. Можешь ли ты поверить, в то, что это действительно произошло?