Dr. Stone Light Novel: Ментальная Битва - Асагири Ген vs. Шишио Цукаса

~~~

После окончания второго раунда был большой перерыв. Цукаса, покинувший своё место, погрузился в глубокие размышления. Если его предположения были верны, то вероятность победы равнялась нулю. И если это так, то Цукаса должен будет показать Мирай на всю страну, потому что именно он держал джокера. Одно дело, если бы это был результат справедливой, честной борьбы, но проиграть из-за того, что противник сжульничал, а потом быть вынужденным использовать свою младшую сестру в качестве подношения, не очень-то устраивало его. — Хм, что-то не так, Цукаса-кун? У тебя хмурое выражение лица. Человеком, который заговорил с задумчивым Цукасой, был Тамаширо, который случайно проходил мимо. — Ну, насчёт сегодняшней игры…… Услышав слова Цукасы, Тамаширо рассмеялся от души. — Аахаха!! Почему шансы не в нашу пользу? Не беспокойся об этом слишком сильно!! Особенно после того, как лицо Адачи так посинело. Мы ничего не сможем с этим сделать. Мы не победим, несмотря ни на что, так что давай хотя бы насладимся этим! Тамаширо, казалось, не испытывал ни малейшего напряжения, поскольку он был игроком с наименее раскрытыми картами, Или это облегчение было вызвано тем, что у него не было джокера. Нет…… "Мы не победим, несмотря ни на что"? — Тамаширо-сан, вы знали об этом? Цукаса тихо спросил взрослого. — ......О чём? — Жульничество. — А, погоди, какое жульничество? Адачи оглянулся на Цукасу так, словно тот сказал нечто немыслимое. Тамаширо же, казалось, даже не вздрогнул от резких слов, слетевших с губ Цукасы. — Хочешь сказать, что эта передача жульничает? Цукаса-кун, и ты думал об этом всё время записи? Ну, будь серьёзней~ — Я не говорил, что это шутка Тамаширо оглянулся кругом. В поле зрения никого не было. — Цукаса-кун. Тамаширо тяжело вздохнул. Это действие было похоже на то, как "взрослый", словно родитель, собирался отчитать непослушного ребенка. — Ты знаменитость. Адачи раскрыл рот в изумлении. — Я слышал это от своих товарищей по бейсболу и убедился во время трансляции. Но ты же ведь знаешь, что это на самом деле? Вместо того, чтобы его слова могли звучали сердито или пытались предостеречь, это прозвучало так, будто он разговаривал с избалованным ребёнком, который не имел никакого представления о реальном мире и вёл себя самодовольно. — Это то, чем и является телевидение, верно? Это всего лишь шоу, и, даже если они используют жульничество, никто на самом деле не проиграет...... Ох, точно, у тебя же ведь джокер, хах. С тобой всё будет в порядке. Даже если они назвали это секретной видеозаписью, это всего лишь преувеличение. Не похоже, что это действительно было бы чем-то важным, верно? Цукаса начинал выходить из себя. Тамаширо, почувствовав это, быстро развернулся. — Тамаширо-сан, уже почти время записи. Куда вы? — Я сейчас вернусь. — Выйти покурить, не так ли. Нога Тамаширо замерла после слов Цукасы. Запах сигарет витал вокруг этого профессионального спортсмена постоянно, с того момента, как они встретились. — ...... Этот запах, а так же одеколона. Взрослый исчез. Цукаса выдохнул. Рядом с ним, выпрямившись от напряжения, стоял Адачи, который выглядел не очень хорошо. — Стоит ли нам рассказать об этом сотрудникам телепередачи? Адачи усиленно покачал головой. Если бы он сказал это словами, то, возможно, это прозвучало бы как чрезмерная защита. — Д-дело не в Тамаширо-сане, но разве не нормально лгать, если это телевизор? Пока это приносит удовольствие зрителям. Я знаю, что это не подходит для тебя, Цукаса-кун. И…… Адачи громко сглотнул. — Мне уже 25. Меня называют "Ноги Божественной Скорости", но моя гонка со временем всё ещё продолжается. Мне нужно подумать о том, что делать дальше, когда я уйду в отставку. Так что я действительно не могу сделать ничего, что могло бы вызвать проблемы, потому что от этого зависит моё существование. Я просто думаю, что уже время, когда мне стоит наконец повзрослеть. Сказав это, Адачи повернулся в сторону студии. Цукаса продолжал смотреть ему в спину. ……Именно. Здесь были только "взрослые". Взрослые, которые без колебаний будут отбирать у других, лишь бы защитить себя. Цукаса одиноко стоял в коридоре, ему было трудно дышать. — Эм, Цукаса-кун. Адачи почему-то вернулся. Его плечи дрожали от растущего страха, из-за того, что должно было произойти дальше. — Что случилось? Цукаса искренне спросил, несмотря на своё прежнее состояние безнадёжности. Вот настолько было заметно затруднительное положение Адачи, и это заметил человек, у которого был джокер. — Если ты смог понять, что они жульничали, то я подумал что ты заметил и это.…… — Заметил что? Цукасе ничего не пришло в голову. — Если ты не знаешь, тогда всё хорошо. Позже. Адачи снова ушел. Задержавшись, Цукаса тоже направился в студию. ( О чём он вообще говорит? ) Цукаса не имел понятия. Совсем. Как об открытии, касающегося нынешней ситуации, так и о причине измождённости Адачи. Несмотря на всё это, он до сих пор должен был выйти на сцену битвы из-за гордости Цукасы за то, что он был бойцом.

~~~

— Ах, остановись прямо здесь!! Женский голос вернул Цукасу к реальности. Когда он остановился и огляделся, то заметил, что по какой-то причине часть коридора была выкрашена в жёлтый цвет. Кажется, что по всему коридору была разлита какая-то краска. — Это было очень близко. Она ведь не попала на твой костюм, не так ли!? Женщина, которая говорила, посмотрела на Цукасу. К счастью, Цукаса остановился в шаге от желтой краски, так что костюм, который он получил от телепередачи, не пострадал. ( ...... Хм, нужно успокоиться. ) Цукаса был поражен тем, что он даже не заметил ужасного состояния коридора, потому что был слишком поглощён своими мыслями. Его отсутствие концентрации было бы чем-то немыслимым, если бы это была драка. Если он и дальше будет продолжать в этом духе, то проиграет даже тем вещам, которым вообще не должен проигрывать. Цукаса снова сосредоточился. Это сражение. Он понимал это с самого начала. По тому, как он впал в состояние бездумности только из-за незначительного нарушения, стало ясно, что он слишком привык к схваткам ради представления. Добропорядочная битва, защищенная правилами и квадратный ринг, который часто окружал его - всё это слишком смягчило его. Цукаса также имел опыт в мире уличных боев, где приветствовались оружие, снаряды и групповые атаки. Он мог чувствовать, как то щекочущее ощущение снова вернулось к его коже. Использовать всё, до чего можно дотянуться, делать всё, что нужно, чтобы быть уверенным, что он победит в этой передаче, являющейся отображением использования обществом слабых, наполненной до краёв злыми намерениями. Цукаса не считал себя взрослым. Он также не желал становиться взрослым. Взрослые - это существа, принявшие мир с пустыми глазами, отчаянно слизывавшие отбросы с этой земли. Это создания, полностью зависящие от структур общества, и думающие только о собственном удовольствии. Цукаса был человеком, который карабкался. Неся на руках свою младшую сестру Мирай, он мог забраться куда угодно. Пока он жил в этом обществе, в этом мире, похожем на каменную тюрьму, Цукаса был львом*, который продолжит бросать вызов миру в одиночку, пробираясь сквозь туман.

~~~

Однако, только потому что он лишь так чувствовал, не значило, что ситуация изменится к лучшему. — Интересно, какая же карта у Цукасы-чан самая крайняя слева? — ...... Это туз. Начался финальный раунд. И его последняя карта, [10], определённо была раскрыта. То, что было необходимым для победы в этой игре, не являлось какой-то грандиозной решимостью. И это не являлось непоколебимым доверием. Это было только бесчувственной логикой, и нужно было идти по этой дороге логики к эффективному исходу. Он всё ещё был слишком далеко, чтобы достичь этого. Он даже не был уверен, существовал ли такой шанс вообще. Несмотря на это, под каменным лицом, которое становилось всё труднее сдерживать, Цукаса заставлял свой мозг размышлять. В этот момент они приближались к запланированному финалу. Все карты Адачи были вскрыты. Одна из оставшихся карт - [Дама], уже была озвучена, и это являлось данностью. Очевидно, что соперник в этой ситуации мог видеть всё насквозь с оком Бога, которое у него имелось. Ген снова нацелился на Тамаширо. Цукаса не помнил, какая по счёту это была атака С любой точки зрения, это было безвыходной битвой. Выступать против соперника, который жульничает, и быть рядом с игроками, которые продолжают играть, несмотря на признание жульничества. Какой смысл был в том, что эти двое продолжали разговаривать? И в картах Тамаширо тоже, они уже должны были быть раскрыты…… ( ...... Хах? ) Что-то снова застряло в мыслях Цукасы. Это было похоже на небольшую опору на краю обрыва, что-то пугающее, что могло перевернуть всю игру. Цукаса вспомнил всё, о чём он был в курсе с самого начала и до нынешнего момента. Начнём с того, что Ген жульничал. Это было подтверждено так же и ответом Тамаширо. Цукаса не был уверен, как происходило жульничество, но Ген, по крайней мере, должен был знать о картах каждого игрока и их размещении. Но тогда почему Ген зашёл так далеко, продолжая настойчиво придерживаться Тамаширо? В конце второго раунда Удар & Взрыв у Тамаширо были [◯1 △2]. Это потому что Тамаширо был меньше всего раскрыт, и по этой причине Ген пытался угадать его карты? В этом не было никаких сомнений. Однако, почему он до сих пор пытался угадать карты Тамаширо? Была ли это проблема со временем продолжения телепередачи или с пригодностью видеозаписи? Они, вероятно, не были против идеи помучить игроков, чтобы растянуть шоу до конца третьего раунда. Однако, если так и было бы, то, когда начался третий раунд, Цукаса должен был стать тем, кого допрашивали, так как был тем, у кого есть талант к становлению азартным игроком, и так как он смог противостоять этой целенаправленной атаке во время второго раунда. Ген перестраивал номера, которые он угадал в первом раунде, при подтверждении Взрыва у Тамаширо в начале второго раунда. Если жульничество было реальным, тогда Ген уже должен знать порядок карт Тамаширо в настоящее время. Задержка тоже присутствовала во время одного из этих допросов, так что не было никаких сомнений в том, что Ген получал информацию. ( ......Но. ) Цукаса перезапустил свой мыслительный процесс. Начнём с того, почему первый раунд закончился на [△1]? Ген спросил Тамаширо в первом раунде: — Второй номер слева. Интересно, хочется ли мне, чтобы вы сказали, что там. Предположение Гена после первого раунда было [Валет Дама 7 2]. И в результате получилось [△1]. Предположительно угаданным номером было [2], что означало то, что Ген упустил второй номер слева. Беспокойство, которое Цукаса распознал спустя определённое время, было тем же самым беспокойством, которое впервые уловили уши Сайонджи Укё. Это было из-за неожиданного "Хммн~", которое Ген произнёс. Уши Укё пришли к выводу, что, возможно, "это был голос, который исходил от настоящего Гена". Информация, которую Укё добыл, никак не могла попасть к Цукасе в прошлом. Однако, Цукаса по-своему сумел раскрыть ситуацию и выяснить правду. ( Невозможно, чтобы машина на принимающей стороне была неисправна. По крайней мере, по моим воспоминаниям, когда его правая нога находится на земле, информация передаётся. Если это так, то единственная причина, которую я могу предположить, это……) Цукаса остановил свой взгляд на единственном выводе. ( ...... Да. Он не верит в эти номера.) Ген не верил в номер, который ему передавали. Почему? По какой причине? — "Если ты смог понять, что они жульничали, то я подумал что ты заметил и это.…… Когда он вспомнил слова, которые Адачи произнес в коридоре, Цукаса признал свой шанс на победу. — Асагири Ген. В студии воцарилась тишина. Казалось, это было неожиданностью даже для сотрудников телепередачи, которые в панике уставились на Шишио Цукасу. Это было невиданным даже в рамках невообразимого сценария, чтобы игрок сам заговорил с Мастером в этой игре. На лице Цукасы не было видно веселья. Сколько бы вы ни искали, там было только лишь каменное лицо. Это был первый день, когда Асагири Ген узнал, какими холодными могут быть глаза, когда смотришь на врага. Менталист не имел предсказаний на счёт того, что Цукаса собирается сказать дальше. — Что случилось, Цукаса-чан? Тебе стало одиноко из-за того, что я всё время был занят Тамаширо-чаном? Цукаса не собирался быть задетым словами Гена, которые, казалось, действовали вслепую. Вместо этого Цукаса атаковал мечом, который держал в руке. — Он у меня. Туз. Да. Туз в масти…… Студия взорвалась. Все знали, что это был блеф. Неожиданная атака от Шишио Цукасы, как раз тогда, когда третий раунд подходил к концу. Ментальная битва, на которую он вызвал Менталиста. В начале, Асагири Ген так же признал это. Это каменное лицо было лишь последней тщетной борьбой. Однако, возможность того, что Туз был в руке Цукасы, всё ещё присутствовала. Это было впечатляюще, когда он сразу же ответил этой картой после последнего вопроса Гена, но…… — Туз в масти…… Рот Цукасы, без сомнения, сдвинулся. Однако любой шум был практически неслышен. Похоже, что никто не мог расслышать, что он сказал. Никто не мог узнать это, только если бы вы не были кем-то с превосходным слухом или кем-то вроде Гена, который умел читать по губам. — Ах…… Ген произнёс это с бесстрастным лицом, распознав слова. Забыв о телевизионной записи, оставив в стороне существование камер, которые окружали их, Ген позволил пазлу своих мыслей занять его голову. И когда законченный пазл рассыпался, раскрывая вещь, беспокоившую его разум, он признал своё поражение и громко рассмеялся.

~~~

— Туз в масти червей…… Укё не уверен, действительно ли это было сказано. Однако, с выдающимся слухом Укё, он не мог предположить, что это слабое дыхание сказало что-то другое. ( Это напомнило мне, что они использовали колоду карт.) Укё глянул на свою кровать, где лежали карты, которые он до этого быстро раскладывал. Поскольку они пользовались колодой карт, у каждой из них была своя масть. Однако, только кто-то из присутствующих в студии мог знать, какой масти были карты игрока. Укё никак не мог знать о том, что перед записью Ген демонстрировал Цукасе и другим волшебный трюк, а также что карта, на которую указал Цукаса, была "тузом червей". Как бы то ни было, появились результаты третьего раунда.

Шишио Цукаса: [Туз Джокер 4 Король] ➝ ◯ 3

Тамаширо Куро: [6 10 2 3] ➝ ◯2 △1

Адачи Сота: [5 7 8 9] ➝ ◯4

После 24 битв, в которых Ген с гордостью заявлял о своей победе, правильно угадав каждую карту, он проиграл Цукасе и другим игрокам. Передача была вынуждена встретить этот беспрецедентный вывод, который можно было бы, более или менее, рассмотреть как создание специального эпизода. — Честно говоря, в конце я полностью поддался на блеф Цукасы-чана~. Сколько бы раз я ни наблюдал за ним, мне всё равно не казалось, что он солгал. Цукаса-чан, тебе не кажется, что у тебя есть достаточно умений, чтобы стать лжецом? Студия и старшина с короткой стрижкой посмеялись над словами, которые прозвучали так, как будто Ген выплеснул своё огорчение (конечно, это была всего лишь актёрская игра). Укё, который в конце концов так и не смог добраться до истины, принялся убирать свои карты. — Он был поразителен, Шишио Цукаса. Несмотря на то, что это заключение оставило пару вопросов без ответа, даже самый старший выглядел вполне удовлетворённым. — Он один из сильнейших, у него симпатичное лицо, и он может выстоять в ментальной битве. Серьёзно, это так нечестно. — Укё. Если бы ты противостоял этому мальчику, что бы ты сделал? Укё посмотрел на старшину, который внезапно задал ему этот вопрос. Лицо самого старшего выглядело абсолютно серьёзным. — ......Вероятно, у меня не было бы никаких шансов в одиночку. Если бы у меня хотя бы был порох... или компаньоны. — Ты должен быть хорошо подготовлен к любой опасности. И стать сильнее с целью защитить кого-либо. Казалось, что для этого старшины Цукаса был фигурой, заслуживающей большого уважения, а также кем-то, кто имел потенциал, чтобы стать чьим-то худшим врагом. Это была тяжёлая мысль, которая исходила из сердца старшего. Цукаса был кем-то, кто мог достичь горы нокаутов просто атакуя ногами, и теперь был вынужден участвовать только в боях, где атаки с использованием ног были запрещены. Укё, который был всего лишь человеком, работающим с сонаром, чувствовал, что вместо того, чтобы противостоять такому человеку, он предпочел бы простить и забыть, и продолжать двигаться дальше…… ( ......По крайней мере, я должен подобающим образом продолжать свои занятия стрельбой из лука. Хотя, мне трудно представить себя в настолько примитивной ситуации. ) По телевизору Ген, проигравший в этой игре, проходил через своё наказание. Укё искоса взглянул на старшину с короткой стрижкой, который восторженно наблюдал за происходящим, прежде чем он снова должен будет вернуть себя к настороженности.