Это точно любовь?

      За окном постукивал моросящий дождь, который легонько касался стёкол окна. Солнце спряталось за огромными великими тучами, безуспешно пытаясь выглянуть. Несмотря на то, что на улице дождь, было тепло, а дождь только освежал после вчерашней духоты. На земле появлялись неглубокие лужи, в которых оживлённо плескались городские голуби. На вид это выглядело забавно, как их прекрасные перья пушились от прикосновения с водой. Некоторые птицы просто пили воду, что для них казалась сказкой. Улица заполнилась людьми, которые торопились на транспорт, в школу или детские сады, а кто-то просто по своим личным делам. Дождь не давал напряжение с утра, а наоборот облегчал от духоты, добавляя свежий воздух, который заполнял лёгкие.       На часах было 8:34. Ди уже давно проснулся, собираясь в школу. Приведя внешний вид в порядок, подросток в очередной раз взглянул на себя в зеркало, под разными углами проверяя, не заметят ли следы после вчерашней весёлой ночи. Проверка прошла успешно, все следы были скрыты, словно ничего не было. Рюкзак был почти собран, несколько тетрадок и учебников были разбросаны на письменном столе, но сейчас уже складно лежали в портфеле. Сам рюкзак был окрашен в сплошной черный цвет, на котором висели несколько значков любимых метал групп блондина. Одежда Ди была как всегда: голубые джинсы, чёрная футболка и белая рубашка сверху. Сборы прошли успешно, а снизу послышался знакомый отцовский голос, который ласкал слух. К сожалению, парочка не проснулась вместе утром. Глэму пришлось покинуть комнату старшего сына, чтобы никто не смог ничего заподозрить. Виктория вернулась домой поздно, так что она не заметила ничего не обычного.       Ди спускался по лестнице, смотря на семейные снимки, вспоминая старые времена, которые, на данный момент, согревали душу. Пройдя гостиную комнату, блондин зашёл на кухню, окидывая взглядом её пространство. В первый рабочий день семья сидела вся в сборе. Хэви уже приступил к поеданию завтрака, ворча себе под нос. На завтрак была рисовая каша, которую рыжеволосый не очень любил. Вики села рядом с Хэви, говоря ему речи насчёт каши, после чего младший сын начал поедать кашу быстрее. Ди сел на свое привычное место и взглянул на тарелку, после перевел взгляд на Глэма, который уже наблюдал за реакцией старшего сына, но убрал долгий взгляд, садясь рядом. За столом стояла привычная для семьи обстановка, болтовня, ругань Вики и спокойствие блондинов. Утро началось хорошо, значит остаток дня пройдёт не так паршиво. Подросток скоро доел завтрак и положил посуду в мойку, где уже начинал мыть отец. Старший сын захотел немножко подразнить мужчину и легонько провёл рукой по длинной спине Глэма, спускаясь ниже. Глава семейства взял руку, которая нежно провела линию и поцеловал. Ди облился краской, а отец продолжил затеянное, беря в рот тонкие пальцы подростка и облизывая языком. Глэм взглянул на старшего сына, который пытался выдернуть руку, что происходило безуспешно, а глаза Ди метались из стороны в сторону. Из коридора послышался голос младшего брата, который спас подростка от мучений.       — Ди, давай быстрей, блин! — раздражённо произнёс рыжеволосый, бросая злобный взгляд в сторону старшего брата, который был покрыт румянцем. Хэви не успел ничего произнести насчёт произошедшего, Ди быстро захватил свой черный рюкзак и выбежал из квартиры, прикрывая свое лицо рукой. Выглядело это странно со стороны для младшего брата. Рыжеволосый взглянул вопросительно на отца, но услышал голос брата с улицы, который звал Хэви, и тут же побежал к нему. Братья шли уже в умеренном шаге, рыжеволосый все пытался выяснить причину состояния брата, но Ди умело перевёл тему и поход к школе прошёл в спокойствие.       День в школе проходил как обычно: скучные уроки, проверочные работы и хулиганы. Кучка подростков снова донимала блондина, но от них удалось улизнуть. Последний скучный урок истории, где снова происходил разбор войны. А под конец, конечно, проверочная работа по уроку. Одноклассники возмущённо вздыхали, пытаясь уговорить учительницу не проводить, но женщину было не сломить, она была настроена решительно. Ди, который сохранял полное спокойствие, глядел в окно, замечтавшись в своих мыслях. Но вывел его из раздумий громкий вопрос на весь класс. Цокнув, блондин приступил к проверочной. Оставалось всего несколько минут до звонка, класс сидел поникший и рассерженный на проверочную работу, которая испортит некоторым ученикам оценки.        Звонок прозвенел на всю школу и, облегчённо выдохнув, ученики начали собирать вещи со стола, а учительница собирала листочки с работой. Ди, как всегда первый покинул класс, направляясь вниз к выходу из школы. Толпа учеников уже находилась у входа, которые хотели поскорее сбежать из ада и на всех парах бежать домой, чувствовать облегчение и свободу. Блондин увидел младшего брата в толпе и хлопнул того по плечу. Рыжеволосый обернулся и взглянул на Ди, глаза младшего заблестели в надежде, наконец, пойти домой вместе. Блондин кивнул и они покинули школу. Братья, проходя мимо магазина с продуктами, заглянули туда и купили парочку охлаждённых напитков. Поход домой прошёл весело, подростки обсуждали смешные ситуации, а охлаждённые напитки были быстро выпиты. До дома, который заливался лучами солнца, осталось пара метров. Да, погода на улице стояла хорошая, дождь закончился, а солнце выглянуло из тёмных туч.       На часах было 14:35, двигалось время обеда, а мальчики только сейчас входят в свой родной дом. Атмосфера в пустом помещении была спокойной и тихой, были слышны разговоры Вики из гаража, похоже, очередной детали не хватало для мотоцикла. Главы семейства не было видно, наверное, снова сидел весь день в своём кабинете, разбирая гору бумаг. Ди грустно вздохнул и направился на кухню в поисках еды. Открыв холодильник, блондин осмотрел его сверху до низу и нашёл кастрюлю с фасолевым супом. Подростку очень нравился этот аппетитный суп, аромат которого так и витал в воздухе. Братья быстро съели его, уплетая все с тарелки, не оставляя ни единой крошки. Тишина нагнетала, но после ухода младшего брата стало спокойнее, можно было задуматься над всем, что случилось за последнее время. В животе стали порхать бабочки, от переполнявших чувств подростка. Вот она какая первая любовь: интригующая, необычная и увлекательная. Ди залился краской, моя посуду после съеденного обеда, после чего направился в свою комнату.       В помещении было жарко, но свежий воздух шёл из окна. Бросив рюкзак в сторону, подросток упал в мягкую тёплую от солнца постель, слегка сжимая одеяло. Воспоминания о вчерашней ночи целый день не давали покоя блондину, сердце стало чаще биться, а волнение нарастало. Это было просто прекрасно, а покусанная рука лишь приятно болела. Взглянув на старую гитару, парень провёл рукой по грифу, после взял ее на руки и, сев в правильную позу, положил на коленку. Правая рука свободно поглаживала струны, а левая зажимала аккорд. Приятное звучание заполняло помещение, мягкая и лёгкая мелодия, которая создавалась пальцами подростка согревало душу, заполняя новыми эмоциями. Ди долго и упорно учился ради таких результатов, а давно появившиеся идеи ушли на второй план. Солнце, снова выглянув из туч, осветило помещение подростка, давая сказочную атмосферу. Последний раз проведя по струнам, которые раздали аккорд, блондин взглянул в окно, смотря на странную погоду на улицей. Неожиданное открытие двери вывело из раздумий, Хэви снова вошёл без стука, из-за чего на лице Ди появилась злость и раздражение.       — Хэви, блять, тебя учили стучать? — возмущённо спросил старший, смотря на брата. На коленке лежала гитара, которая принимала всю злость блондина.       — Блин, чёртов стук, — забывшись, вымолвил младший, оглядывая комнату старшего брата, — Ди, можно твою гитару? — почёсывая затылок, произнёс Хэви, бросая взгляд на желанную вещь. Ди продолжал делать дыру в младшем брате, который становился очередной причиной его головной боли.       — Ты не видишь, что я занят? — поднял одну бровь блондин, смотря на рыжеволосого после на гитару, которая лежала на его коленке, слегка качаясь из стороны в сторону. Хэви лишь опустил голову, все еще настаивая на своём.       — Ну, пожалуйста, ненадолго. Можно? — уже с надеждой в глаза сказал Хэви, глядя на старшего брата. Ди лишь завёл глаза и раздражённо вздохнул, после снова посмотрел холодным взглядом на брата.       — Нет, жди своей очереди, — нотками холода произнёс блондин и взглянул на гитару, крепко ее взяв, старший сын продолжил играть мелодию, предполагая, что Хэви покинет комнату. Но этого не происходило. Младший сын придвинулся к блондину, хитро смотря на старшего брата. Он уже был настолько близко, что Ди немного испугался, когда младший брат навис над ним. Хэви забросил одну ногу на край кровати и продолжал приближаться к брату, в то же время он взял руками гриф гитары. Блондин продолжал отодвигаться от рыжеволосого, прикрываясь старой гитарой. На ее месте не хотелось бы становится. Старший уже облокотился на локти, а младший продолжал гнуть свое, сильнее приближаясь к блондину.       — Хэви, твою мать, ты что делаешь? — с ноткой раздражения произнёс Ди, не отводя взгляда от младшего брата. Старший уже полностью лежал, держа крепче гитару, которая почти сваливалась с тела подростка. Хэви лишь ухмыльнулся и взял второй рукой корпус гитары, стараясь оттянуть от брата. Ди лишь цокнул, когда лицо младшего брата находилось слишком близко. Дверь всё это время была открыта, из-за чего весь разговор братьев был слышен из коридора. Высокая фигура стояла возле дверного проёма, которая наблюдала за действиями двух мальчиков. Блондин лишь округлил глаза, сразу поняв, что там стоял Глэм. Старший ослабил хватку гитары, чем воспользовался младший брат, который смог вырвать старую вещь из рук Ди. Но подростка уже не волновала гитара, он пристально смотрел на отцовскую фигуру. На лице Глэма как всегда была дежурная улыбка, было непонятно что чувствовал в этот момент сам мужчина.       — Пап?.. — вырвалось у блондина, он не отрывал обеспокоенный взгляд. Братья сели на диван, а Хэви, тоже обративший внимание на отца, пытался покинуть комнату старшего, хотя всей причиной этой надвигающейся бури являлся он сам. Дверь захлопнулась глухим звуком за спиной рыжеволосого. Ди пытался оставаться спокойным и не подавать ни капли страха, когда отец начал приближаться к нему.       — Чем вы здесь занимались? — спросил Глэм на ухо сыну шёпотом, проведя рукой по лицу подростка, спускаясь все ниже и ниже. Рука остановилась на талии, а затем ушла за спиной. Оттянув рубашку вниз, младший блондин снова лежал на кровати, а Глэм навис над сыном, смотря в серые глаза Ди, которые были наполненным страхом и беспокойством. Мужчина накрыл губы сына, впуская горячий язык в рот младшего блондина, сделал страстный поцелуй причмокивая. Старший сын пытался отстраниться, но ничего не выходило. Он чувствовал раздражение отца, который был наполнен ревностью. Чёрт это было так прекрасно, но страшно… Сильные руки мужчины взяли тонкие ладони подростка, крепко сжимая. Подросток ощутил страх в полной мере, он никак не хотел такого поворота событий, было очень страшно. Расцепив сладкий поцелуй, Глэм стал делать дорожку поцелуев на шее подростка, покусывая участки кожи и оставляя новые красные отметины. Ди лишь оставалось терпеть и предпринимать попытки выбраться из оков. Но ничего не получалось. Мужчина, сцепив обе руки подростка, завёл их над головой сына и придерживая левой рукой. Правая рука скользнула под футболку, жёстко массируя розовые соски, слегка надавливая, а после провёл языком, обжигая горячим дыханием.       — Остановись, прошу... мгрх, — жалобно произнёс старший сын, вздрагивая от грубого обращения, которое ему сейчас доставляло такое удовольствие. Подросток, конечно, задумывался об этом, но не с такими чувствами, которые были сейчас. Не с чувством ревности. Но Глэм уже не слышал просьбу любимого и продолжил начатое, резко убирая брюки с трусами. Себастьян так и кипел желанием затрахать сына. Чёрт, уже было невозможно остановится от столь страстной картины. Найдя на комоде скотч, мужчина замотал руки сына, не давая тому выбраться. Прохладная рука дотронулась до органа младшего блондина, от чего тот выгнулся и не сдержал стон. Проходя рукой по горячему члену и слегка надавливая на головку, Ди не сдерживал стоны, но тут его рот закрыли какой-то тряпкой. Холодный взгляд отца осматривал любовника и, надрачивая тому, получал некое чувство удовольствия. Этого было мало, хотелось большего. Щелчок ремня раздался в комнате, старшему сыну лишь приходилось сдержанно реветь, ведь сейчас будет очень больно. Намотав на одну руку ремень, мужчина грубо ударил сына по ногам, оставляя красные пятна, а после облизывал их, убирая жгучую боль. Жестокое страстное наказание, чего никак не мог представить себе Ди. Это было с одной стороны приятно, возбуждая еще сильнее, но и больно, до слёз. От чего в теле кипела ярость смешанная с блаженством. Очередной сильный удар, нежная покрасневшая кожа снова раздалась жгучей болью. Орудие пыток, наконец, ушло с отцовских рук. Старший сын лишь захлёбывался слезами, пытаясь их сдерживать, но боль жгла огнём, оставляя неприятное ощущение. Ди не нравилось подобное наказание из-за какого-то недопонимания. Оставалось пережить последнюю пытку Себастьяна. Мужчина резко вошёл в сына во всю длину, боль, которая прошлась по всему телу, было просто не описать. Подросток мычал в мокрую от слюней тряпку, а слезы полились с новой силой. Глэм подождал несколько минут, стараясь снять неприятные ощущения, которые доставлял сыну. Боль ушла, оставляя лишь остатки приятного внутри, Глэм, понимая ёрзанья подростка, начал набирать темп. После нескольких толчков, мужчина попадал по простате, а стоны Ди уходили в тряпку. Младший блондин уже представлял, как у него будут болеть бёдра после такого жестокого наказания.       Кончив прямо в старшего сына, Глэм стал своими холодными и тонкими пальцами поглаживать грудь подростка. Тяжело набирая воздух, сын просил снять этот дискомфорт с его рта и рук. Себастьян покорно выполнил просьбу, осматривая результат его усилий. Ди переполняла лишь ярость, а слезы, которые скатывались по его бледной коже, не прекращались. Это было жестоко, больно, возбуждающе и ревниво. В лицо отца полетела мягкая подушка, которую он словил рукой. Мужчина погрустнел, смотря эмоции на лице любовника.       — Ненавижу, — с яростью произнёс Ди, закрывая лицо руками и стараясь стереть засохшие слезы, — Больше не смей трогать меня, — с болью в глазах сказал сын, бросая взгляд на отца. Все тело болело от пыток и мучений, хотелось просто забыться от этой боли, но спрятаться было некуда. Глэм хотел обнять младшего блондина, но тот лишь отмахнул руки, прячась под тёплое одеяло, — Уйди, — злоба была отчётливо слышна в голосе, а также прежний холод.       — Ди, прости меня я не… — ответ Себастьяна резко прервал крик подростка, который яростно смотрел на него:       — Уйди! — Глэм вздрогнул. Это было ошибкой, самой большой ошибкой, эмоции взяли вверх, неконтролируемый поток ревности испортил все. Только недавно все было так хорошо, а сейчас вернулись к началу. Мужчина медленно оделся и покинул комнату подростка, осмотрев его в последний раз. Ди лишь сильнее закрылся одеялом, стараясь снять дрожь и боль в теле. Тихий стук двери заполнил тишину пространства комнаты.       — Хочу просто сдохнуть, — со слезами и дрожью в голосе произнёс подросток. Жестоко. Отвратительно. Жадно. Эгоистично. Больно. В горле появился ком, который уже не давал сказать ни слова. Боль в теле уже была не так ощутима, как душевная. И из-за какой-то нелепой ситуации, из-за жгучей в теле ревности, сорваться и потом чувствовать себя виноватым. Ди не мог понять чувства мужчины. Сейчас он сам не мог понять что чувствует, слишком много эмоций за небольшое количество времени. Чувствовать себя как затрахоной шлюхой ему доводилось впервые. Впервые подросток познает вкус ревности.