Моя маленькая принцесса

Michael Schulte - You Said You'd Grow Old With Me

Все Серафимы и архангелы заняли свои места. На суд прибыло немного демонов, как и обычно. Рядом стоят Флеврети и Лилит. Она до сих пор дуется на меня, даже словом не обмолвилась, пока летели сюда. Я посчитал, что ей лучше присутствовать на такого рода мероприятии. Да и не будет потом еще бубнить, что я не взял ее с собой. А я знаю, что будет. Я пытаюсь загладить вину перед моей крошкой и не знаю, получится ли. Вперед выходит архангел Рагуил. В руках он держит свиток из пожелтевшего пергамента. Его лицо как никогда строго и серьезно. Как только он появляется на поле, все тут же замолкают. — Привести обвиняемых, — строго говорит он. Войны-демоны сопровождают всех убийц Вики. При их виде я невольно кривлю губы и щурюсь. Украдкой поглядываю на дочь. Она непоколебима, как никогда. Все обвиняемые были в цепях и в крови — тут постарался я. Только немного истерзал их. Несильно уж они и кричали. Только шипели и скалились. Сильных травм у них нет. Глазами начал исследовать трибуны. Взглядом встретился с Эрикой. Ее медовые волосы аккуратно уложены на прямой ряд. Белый брючный костюм обшит золотыми нитями. Встретившись со мной глазами, Рики только кивнула. Я ответил ей тем же. Дино рядом с ней не было. Похоже, сидит в школе, разбирается с документами. — Архидемон Радион, — громкий голос Рагуила. — Вы признаетесь в том, что незаконно умертвили адмирона Вики Уокер? Демон смотрит в мою сторону усталым взглядом. — Да, — отвечает он. — Вы знаете, что незаконное убийство жителей небес и ада карается смертной казнью? — спрашивает архангел. — Да. Рагуил кивает воинам, и те подходят к демону и хватают его под руки, уводят в сторону. Он еле как передвигает ногами от усталости и недосыпа. Дальше, архангел задает те же вопросы оставшимся восьми. Они все отвечают "да", ибо лгать бесполезно — было два свидетеля, мы с моей крошкой. — Совет удаляется на некоторое время, чтобы вынести вердикт, — наконец говорит Рагуил, и все высшие архангелы и Серафимы уходят прочь, в том числе и Эрика. На трибунах снова гул. Обвиняемые стоят и тупят взгляд в пол. Все уже знают, что вынесет суд. Тем временем, я решаю поговорить с моей малышкой. Она серьезно смотрит на преступников. Ни один мускул на ее лице во время суда не дрогнул. Вся в мать. Та так же безразлично наблюдала за действиями заседания. — Лилит, нам нужно поговорить, — поворачиваю голову к девушке. Она никак не реагирует. Я бы даже подумал, что она не услышала меня, если бы ее глаза на секунду бы метнули в мою сторону. — Я знаю, ты злишься. Но я думал, что так будет лучше. — Давай не сейчас, — говорит моя принцесса, даже не взглянув на меня. — Нет, давай сейчас, — с ноткой злости произношу я. Лилит вздыхает и поворачивается ко мне корпусом, сложив руки на груди и закусив щеку. — Я совершил ошибку, но кто их не совершает? Я не хотел оставлять тебя одну, просто... — Ты устал? — спрашивает она, отчего я просто теряю дар речи. Она смотрит на меня чуть сощуренным взглядом. Все неожиданно замолкают. Мы смотрим на Рагуила и Серафимов, входящих на поле. Архангел выходит вперед и твердым голосом начинает зачитывать пергамент: — Совет постановил, что Князь Грейс, архидемоны Радион, Ферденанто, Эгнас, Брук, Дрейк, Коул, Педро и адмирон Вернас приговариваются к смертной казни в аду, палачом которых будет Люцифер. Я непонимающе смотрю на Рагуила, а потом перевожу взгляд на Эрику, что будто бы и ждала от меня такой реакции. Я понимаю, что без нее этого решения могло бы и не быть. Мысленно поблагодарил ее и отвел взгляд к Радиону, который то ли от страха, то ли от удивления расширил зрачки. Ну все, паскуда. Тебя ждут пытки хлеще девяти кругов. — На этом заседание окончено. Просим освободить трибуны, — поднимает взгляд на всех присутствующих Рагуил. Все спешат удалиться. Мы тоже не медлим. — Видишь, ты получил то, что хотел. И не нужно было нарушать закон и бросать меня, чтобы убить их, — говорит Лилит, идущая впереди. Я закатываю глаза. — Может прекратишь дуться? Откуда я знал, что суд вынесет такое решение? — отвечаю я и смотрю через плечо на Флеврети в просьбе помочь мне. Он лишь пожимает плечами. Тоже мне помощник. К нам подходит Эрика. Мы тут же останавливаемся. — Рада видеть, Люцифер, — говорит она с улыбкой и переводит взгляд на Лилит. — И тебя, Лили. Ты так выросла с нашей последней встречи. — Я знаю, что без тебя здесь не обошлось, — говорю я. Серафим смотрит на меня с хитрой улыбкой. — Да, ты прав. Только не говори, что не желаешь сам убить их. Может ты хотя бы спасибо скажешь? — Не дождешься, — усмехаюсь я. Эрика цокает языком и закатывает аквамариновые глаза. — Ну конечно, кто бы догадался? — говорит она и вновь смотрит на Лилит. — Как Амелия? Все хорошо? — У нее все непросто, — отвечает моя принцесса. — Я думаю, вы уже знаете о проблеме. Эрика щурится и закусывает губу. На мгновение переводит взгляд на меня. — Да, знаю. Я надеюсь, ты посодействуешь на решение этой проблемы. — Я думаю, она сама рассосется. Мы с Флеврети непонимающе переглядываемся. Мне кажется, или они что-то скрывают? — Рада была видеть вас, — говорит Эрика мне и уходит. Мы не медлим и идем в противоположную сторону. — Лети в ад. Я провожу Лилит, — оборачиваюсь к Флеврети. Он кивает и вызывает водоворот. Я смотрю на свою малышку, в ожидании, что она скажет "не стоит", "не надо". Но она просто просто разворачивается, расправляет крылья и взлетает. Я за ней. Первые две минуты летим в тишине. — Теперь мы можем поговорить? — спрашиваю я. Лилит просто безразлично пожимает плечами. Я вздыхаю. — Я люблю тебя, малышка Ли. Но также я люблю и твою маму. Я не могу жить без нее. Она первая, кто заставила чувствовать те чувства, которые, я думал, не могу чувствовать. Когда она умерла, я был готов сдохнуть сам, перерезать сам себе горло. Но единственная причина чтобы жить была ты. Я должен был тебя воспитать, подготовить к становлению королевы. — А ты не забыл, что я еще не раскрыла свою вторую ипостась? — не сдерживается моя принцесса. Я вздыхаю. — Я вообще бы не хотел, чтобы это произошло с тобой, — тихо произношу я. — Прости меня, малышка. Я тысячу раз прошу у тебя прощения. Готов сделать все что угодно, чтобы ты простила меня. Она молчит. Обдумывает что-то, крутит одну мысль в голове. — А правда, что любимых людей терять труднее? — наконец спрашивает Лилит. — Да. Особенно, если у тебя не так уж и много близких людей. Вот уже виднеется школа. Мы приземляемся на задний двор. Я не теряю надежды, что она все-таки поймет и простит меня. — Говоришь, что угодно готов сделать за мое прощение? — переспрашивает Лилит, повернувшись ко мне. Лучик надежды мелькает у меня в голове. — Все что угодно, — говорю я. Моя малышка долго смотрит на меня, закусив щеку. — Ладно. Так уж и быть. Но с тебя одно мое желание, — с хитрой ухмылкой говорит Лилит. Я щурюсь и протягиваю руку. — Так уж и быть. Мир? Она еще долго смотрит на мою ладонь, а потом протягивает свою и пожимает мою руку. — Мир. Только больше не натвори глупостей. Мы улыбаемся друг другу, а потом я притягиваю ее к себе в объятья. Она обхватывает мои ребра руками. Я глажу ее по волосам. Моя девочка еще больше начинает напоминать мне ее мать. Она хлопает меня по спине, а потом отстраняется. — Ладно. Мне пора, — говорит Лилит и пятится назад. — Увидимся. — Увидимся. Она разворачивается и, подпрыгивая, уходит в школу. Я провожу ее взглядом, пока она не скрывается за колоннами. Иду к трещине в ад. И вот на пути вижу сыночка Триофана в одиночестве. При виде меня, он непроизвольно останавливается. Я втягиваю воздух сквозь сомкнутые губы и прохожу мимо, намеренно толкая его плечом. Много времени уже прошло. Я не буду истязать его, ибо он сам, наверное, осознал свою ошибку. Но ненависть к нему как и у меня, так и у моей принцессы останется навсегда. Вот такие уж мы, демоны, сущие дьяволы во плоти. В этом уж, я точно уверен, Лилит согласится со мной.