Sentiment

Цинь Су не уверена, что она думает о своем спутнике в последние пару дней. Призрачный генерал вежлив и робок, и заботлив настолько, что даже предлагает ей нести ее на руках, когда она натирает ноги в пути. - Нет, спасибо, со мной всё в порядке, - улыбаясь, уверяет она. В прошлый вечер она осторожно спросила, помнит ли он ее – но он не помнил. Может, это к лучшему. Но она немного чувствует себя виноватой. Вэнь Нин, кажется, польщен, что сопровождает жену Верховного заклинателя. Хотя ей было неприятно, когда он называл ее «госпожа Цзинь», она попросила его говорить «госпожа Цинь», должно быть, ей в тягость ее статус. Но он считает, что не должен интересоваться, почему. Когда они приближаются к Лелину, Цинь Су идет медленнее. - Госпожа, вы уверены, что вам не нужна помощь? – вновь спрашивает он. Но, присмотревшись, Вэнь Нин понимает, что ей не то чтобы больно, она просто боится. - Я не рассказывала тебе, какую тайну открыла мне Бицао, - говорит она, глядя ему в глаза. – Удивляюсь, что ты до сих пор не спросил. - Господин Вэй сказал, это знание причиняет вам слишком сильную боль, и посоветовал не спрашивать вас, - отвечает Вэнь Нин. - Понятно, - хмыкает Цинь Су. - Может, вам поможет проговорить заранее, что вы хотели бы ей сказать? – предлагает Вэнь Нин. – Я… я всегда боялся говорить с людьми, и сестра помогала мне заранее продумать речь. Цинь Су удивленно смотрит на него. - Но… это будет очень неприятный разговор. Вэнь Нину становится теплее на душе, по крайней мере, ему кажется, что он чувствует себя именно так. Она смотрит на него как на равного, видит в нем человека. Госпожа Цинь не решается лишь потому, что ее беспокоит то, что с ней случилось. - Я выслушаю вас, если вы захотите рассказать – если это будет ваше искреннее желание. У Цинь Су будто застревает ком внутри. Вэнь Нин такой добрый, так ей сочувствует… а она вместе с А-Яо были среди тех, из-за кого он столько времени провел в темнице! - Думаю, будет лучше, если я сначала поговорю с Бицао. - Понимаю. Тогда поспешим, чтобы справиться с этим быстрее, - Вэнь Нин быстро идет вперед, и она неохотно следует за ним. Чтобы спасти А-Яо, ей придется признаться в собственном позоре, и она не обидится на Бицао, если та ее осудит, и на этого милого лютого мертвеца, если ее осудит он. * *Двенадцать лет назад* - Он поговорил с твоим названым братом, - говорит Цинь Су. Она болтает ногами, сидя на мостике над прудом с карпами в Лелине. – Вот что изменилось. - С эргэ? – Цзинь Гуанъяо широко открывает глаза от удивления. Он сидит рядом с ней и держит ее за руку. Свою невесту. Это слово кажется ему таким сладким. Эта удивительная, милая, добрая девушка – его невеста! Он будет ее мужем. Он никогда ее не обидит. Цинь Су – сокровище. - Нет, - к его удивлению, отвечает она. – С твоим дагэ. Лелин ведь ближе к Цинхе. Чифэн-цзунь убедил моего отца, что ты добродетельный человек. - Чифэн… д-дагэ? – запинается Цзинь Гуанъяо. В сердце вспыхивает надежда: дагэ его простил? Дагэ верит, что он будет хорошим мужем для Цинь Су? - Да, - свободной рукой Цинь Су касается ямочки на его щеке. Она знает, что для него значит одобрение Не Минцзюэ. - Кажется, что всё идеально складывается, - признается Цзинь Гуанъяо, склоняясь к ней, любуясь тем, как луч света падает на ее длинные ресницы. – Мне даже немного страшно. Услышав, что Цзинь Гуанъяо намерен ухаживать за его дочерью, поначалу Цинь Цанъе даже видеть его не хотел. Он всегда говорил с Цзинь Гуанъяо неохотно, и даже после объявления о помолвке прохладно относился к будущему зятю. - Надеюсь, дагэ убедит его больше не откладывать свадьбу. Я… я очень хочу стать твоим супругом. - Можем немного поспособствовать тому, чтобы откладывать церемонию не пришлось, - с намеком усмехается Цинь Су. - А-Су? Цинь Су удивленно приподнимает бровь, заметив, как он краснеет. - А-Яо, ты удивительно невинен. - Ох… я… - не то чтобы он не знал, просто он даже не мог себе представить, что может так поступить. - Девушки часто так делают, когда отцы не одобряют их женихов. А так у отца остается всего девять месяцев на раздумья, - Цинь Су подмигивает. – Знаешь, я уже была готова этим пригрозить, когда папа заупрямился. - Вот как, - смущенно говорит Цзинь Гуанъяо. - Я слишком настойчива? – спрашивает она, опустив взгляд. - Нет, - он качает головой. – Мы ведь скоро поженимся. Так что мы можем обсудить такие вещи. - Например, какая большая у нас будет семья? – Цинь Су обнимает его, и он касается губами ее губ. В последнее время они стали целоваться глубже, соприкасаясь языками. Поначалу Цзинь Гуанъяо боялся собственных ощущений, того, как отзывалось тело. Но теперь ему приятно. Цинь Су подвигается ближе, и теряет равновесие. Он инстинктивно притягивает ее к себе на колени, чтобы не дать ей упасть, и она случайно дотрагивается ладонью до чего-то твердого под его одеяниями. Цзинь Гуанъяо резко выдыхает и отстраняется. Цинь Су широко открывает глаза и бледнеет. - Я н-не… - Прости, - быстро говорит Цзинь Гуанъяо. Неужели он ей отвратителен? Неужели ее чувства к нему изменились? Он ведь просто не хотел, чтобы она упала! Он потрясен, когда Цинь Су прижимается к нему и игриво улыбается: - Вижу, мой будущий муж полон желания! Цзинь Гуанъяо склоняет голову, стиснув руки. - А-Яо, что с тобой? – она смотрит ему в глаза. - Я бы никогда не обесчестил тебя, А-Су. Я уважаю тебя, люблю, хочу заботиться о тебе, - умоляет он. - Знаю, - спокойно говорит она и переводит взгляд на рыбок внизу. – А-Яо, ты… ты боишься этой стороны жизни? Подумав, он кивает. - Неудивительно. Ты вырос в публичном доме, представляю, сколько ужасного ты увидел в близости, - с сочувствием говорит она. – Для меня же всё это – тайна за семью замками. Выходит, у нас разный жизненный опыт. - Наверное, - он через силу усмехается. Через занятия любовью мужчины унижали его мать. Он видел в весенних играх только грязь. Он не хочет запятнать Цинь Су. А-Су без страха, с нежностью смотрит на него. - Мы можем научиться вместе. Должна же найтись золотая середина между двумя крайностями. Цзинь Гуаньяо удивляется, когда она снова теряет равновесие, увлекая его за собой соскочить с мостика. Они оказываются по колено в воде. Цинь Су хихикает, и он понимает, что она нарочно так сделала. - А-Су, хорошо, что мы не утонули! Она безжалостно отвечает: - Да не волнуйся ты из-за мелочей! Во-первых, ты умеешь плавать, а во вторых, в детстве я не раз здесь плескалась. Я знаю, что здесь неглубоко. - Правда? - Ага! А еще я таскала с кухни яблоки, запеченные в тесте, и прятала в тайнике под мостом, - она качает головой, признаваясь в детских шалостях. – Видишь? Цинь Су показывает ему насыпь под мостом, и вскоре выкапывает из песка затейливо украшенную шкатулку. - Вот, она всё еще здесь! Мы с Мянь-Мянь прятали здесь письма, которые писали будущим мужьям. Год назад она забрала свои письма. - А ты… - Цзинь Гуанъяо прикусывает губу, убеждаясь, что всё происходит на самом деле и эта милая девушка правда существует и любит его. - Они странные и глупые, но ты можешь прочесть. И даже дразнить меня за них. Только никому больше не говори, даже Цзэу-цзюню, иначе я умру от стыда, - говорит Цинь Су, отдавая ему шкатулку. Прочитав несколько забавных писем – еще более странных, чем письма Цзинь Цзысюаня к Цзян Яньли, хоть и более скромных – Цзинь Гуанъяо не может не смеяться. К счастью, Цинь Су смеется вместе с ним. - Только пообещай, что не научишь такому наших дочерей, - весело говорит он. И тут же со страхом оглядывается. Всё ведь в порядке? Ничего, если он заговорит о детях? Цинь Су нежно смотрит на него. Ей нравится думать о будущем. - Но тогда чем они будут развлекать своих женихов в вот такие погожие весенние деньки? Они переглядываются и смеются. Цзинь Гуанъяо обнимает ее. Удивительно – Цинь Су поворачивается в его объятиях так, чтобы смотреть ему в глаза. - Х-хочешь прикоснуться ко мне так же смело, как я к тебе? – спрашивает Цинь Су, краснея, как маков цвет. - Я… - у Цзинь Гуанъяо сердце бьется сильнее, когда он видит, что она распахивает верх платья. Умом он понимает, что должен был бы ее остановить – но так не хочет, чтобы она останавливалась. - Думаю, так будет честно. Цзинь Гуанъяо не останавливает ее. Он кивает, в горле у него пересыхает, сердце бьется от предвкушения и страха. Цинь Су опускает руки, и лиф спадает. Она ждет, широко открыв глаза и дрожа – тоже немного боится. Цзинь Гуанъяо тянется к ней, вопреки тому, что в его мыслях голос дагэ велит остановиться. Он подставляется под ее прикосновения, и они раздевают друг друга, ласкают, с наслаждением любуются друг другом. Цзинь Гуанъяо ласкает Цинь Су пальцами и сам испытывает восторг от того, что ей так хорошо, и она просит его не останавливаться. И, хоть для обоих это первый раз, он не спешит, он так осторожен, что у нее даже кровь не идет. - Тебе было хорошо? – взволнованно спрашивает она, когда он дрожит, все еще лежа на ней, и тяжело дышит. Он кивает. Хотя, по правде говоря, ему показалось, что всё вышло слишком по-животному, он не смог сдержать себя и стонал, и это семя… Он чувствует, будто низко пал. Зато ей хорошо, как в раю. - Мне так понравилось, А-Яо, - смущенно признается она. Цзинь Гуанъяо скатывается на мягкий, прохладный песок, и обнимает ее. Нет, оба его брата не одобрили бы то, что он совершил сегодня. Но ему лучше – он счастлив – он чувствует себя свободным. Наконец-то он сделал что-то не ради чужого одобрения. Он просто любит А-Су. Цинь Су его жена, он ее муж, и раз они заклинатели, они будут жить счастливо еще много лет. *