Замки изо льда.

За день до испытания я наконец смог расслабиться и перестать бежать тренироваться, ведь понимал, что больше ничего не успею, только утомлюсь и не смогу выступить правильно. Отец отпустил меня повидаться со всеми, с кем я хотел на всякий случай попрощаться, и я побежал на поиски. Сперва я столкнулся с уставшим Шикамару, и эта неожиданная для нас обоих встреча очень нас обрадовала. — Мать заставила тренироваться весь месяц, — пожаловался он, и я с сочувствием похлопал его по плечу. — Мне даже не нужен этот жилет, понимаешь? — Понимаю. Я тоже считаю, что нас рано выпустили на экзамен, — кивнул я, и Шикамару расслабился. — Я так скучал по адекватному человеку, Тоши, почему ты меня оставил? — Потому что в моей команде Наруто и Саске. Я немного помрачнел, и теперь уже меня утешал Шикамару. Мы не хотели расставаться, жалуясь друг другу на то, какие жестокие люди нас окружают, заставляя тренироваться и повышать ранг, хотя нас вполне устраивал статус генина: мало ответственности, ещё меньше убийств и есть свободное время. О чём ещё можно мечтать? Но, к сожалению, нашу идиллию разрушила Ино, сказав, что её послали за Шикамару: ему следовало потренироваться перед экзаменом. Мы расставались почти со слезами на глазах, но за мной тоже пришли: Хаку пришёл и утащил меня в кафе Асэми. Мы не виделись с ним неделю, и он словно пытался наверстать упущенное время: постоянно касался меня, ненавязчиво опекал и интересовался, хочу ли я чего по дороге к кафе. Мне была непривычна такая забота, и я чувствовал странную щекотку где-то внутри. Возможно…это счастье? Я не понимал, с чего бы вдруг Хаку относиться ко мне с подобной близостью, но не мог не признать, что неожиданно даже для меня самого он стал ещё одним близким человеком. Конечно, ему всё равно не сравниться с Какаши, Шикамару или Асэми, но он уже не мог остаться на позиции чужака. Это было странно: обычно я с трудом подпускал к себе новых людей, но у меня почему-то не было проблем с принятием Хаку. Возможно, всё дело в том, что он мог меня понять: мы были из одного клана. У нас были примерно одни проблемы и ощущения, просто у меня, человека из главной ветки, они были сильнее. Несколько часов я провёл в компании Хаку и Асэми и чувствовал себя так, словно действительно оказался в гостях у родственников: мне было уютно и комфортно, и я чувствовал себя дома. И дело было не в кафе, которое принадлежало в том числе моей матери, а в людях, которые заставляли меня чувствовать себя нормальным: не гением, не убийцей, а обычным человеком. Это было необычно, но мне нравилось. После кафе мы с Хаку отправились ко мне домой: ему нужно было занести бумаги Норико-сан, под присмотром которой он стажировался, а я просто возвращался, чтобы провести последний вечер с Хоши, которая по мне соскучилась, и получить совет от матери, которая являлась одним из моих наставников. В итоге, к моему удивлению, мать обняла нас с Хаку и расплакалась. — Теперь вас, членов клана Юки, двое, вы сможете поддержать друг друга в случае чего, — шепнула она. — Я верю, Тоши-кун, ты справишься и сможешь показать всё. Наш клан здраво опасаются, и ты готов к тому, чтобы принять эту ужасающую славу. Возможно, слухи о возможностях клана защитят тебя. Это было неожиданно, и я почувствовал тепло в сердце. Мать верила в меня и наконец позволила мне выйти из тени, показать всей верхушке одну из тайн моей семьи – геном. Я знал, что после этого ко мне и моей родне будет повышенное внимание, но за эти годы тишины мать явно успела ко всему подготовиться и продумать легенду. Она явно не просто так позволила именно Асэми забрать под свою опеку Хаку. Я уверен, она уже давно всё продумала и придумала, а также разработала несколько запасных планов и способов сбежать. Её явно никогда не опознают как наследницу знаний Юки: она уничтожила свою суть куноичи и уже давно проживает в деревне, обзаведясь положительной репутацией и приютив в своём доме постороннего – Норико-сан, которая тоже может свидетельствовать о том, что моя мать – обычная гражданская. Наконец наступил день третьего этапа. В качестве моих гостей пришли мои родители и сестра, Асэми-сан по блату не проходила, как и Хаку, поэтому они решили остаться в кафе. Норико-сан участвовала в экзамене как штатный ирьенин, и в такие моменты я жалел, что у Хаку ещё нет разрешения на полноценную работу: я бы предпочёл, чтобы меня лечил он. Тензо-сан должен был находиться в охране, поэтому я даже не смог с ним поздороваться, а Какаши обещал явиться вместе с Саске, пытаясь вбить в него побольше разумности и знаний в последние мгновения. Я искренне сочувствовал Какаши, прекрасно понимая упёртость своего сокомандника и нежелание признавать поражение. — Тоши-кун! — Наруто радостно подлетает ко мне, когда я появляюсь в зоне ожидания боёв. Он явно настроен на победу, и его оптимизм, как обычно, слишком обширен и почти оглушает. — Йо, Наруто, Саске ещё не пришёл? — нам, как членам одной команды, логично держаться вместе, но я, мельком осмотрев зону ожидания, не заметил ни Какаши, ни Саске, зато увидел взволнованную Сакуру, которая пришла поболеть. — Нет, как и Какаши-сенсей. Я волнуюсь, что его могут дисквалифицировать, — Наруто ненадолго стал серьёзным, а потом опять начал глумиться над Саске, которого тут не было, говоря, что такой глупый идиот, как он, никогда не сможет сдать экзамен. В отличие от главного гения – Наруто. Я привычно пропускал болтовню Наруто мимо ушей, пристально вглядываясь в возможных противников. Мне было интересно, что случится с жуками Абураме, если они столкнутся с моей чакрой: умрут ли они от переохлаждения или же смогут её переработать и усвоить? Впадут ли в спячку? Возможно, Шино был для меня самым неудобным противником: марионетчика можно было лишить его кукол, девочке с веерами – сломать веера или устроить обстрел льдом, Наруто слишком импульсивный, его можно одолеть простым давлением, заставив совершать ошибки, Саске едва ли способен у меня выиграть при своём нынешнем положении, Неджи? Этот Хьюга слишком высокомерен и уверен, что, если убрать у шиноби возможность пользоваться чакрой, тот ничего не сможет. Что ж, у меня по-прежнему была леска, сенбоны и танто. В игру с точками можно играть и вдвоём, вот только, помимо этого, у меня была практически абсолютная защита – Демонические Зеркала. Сомнения у меня были по поводу этого жестокого красноволосого: кажется, у него тоже есть какая-то защитная техника, которая, в отличие от моей, никогда не перестаёт работать. Возможно, я не смогу его даже задеть, поэтому мне бы не хотелось оказываться в его противниках. Самый оптимальный для меня вариант – Шикамару. Мы бы устроили с ним настоящее представление, как того требуют зрители, и это было бы безопасно для наших жизней. Вскоре вышел новый экзаменатор (возможно, прошлый всё же оказался в больнице, слишком уж он сильно кашлял) и объявил о начале боёв. Электронный экран показал нашу очередность, и именно я оказался тем счастливчиком, у которого боя не было. Если никто не откажется сражаться в своём бою, мне придётся ждать второго тура, чтобы подраться. Первым был бой между Наруто и Хьюгой. Я искренне надеялся, что именно меня поставят против Неджи, но именно я оказался «лишним» в турнирной сетке. Возможно, меня посчитали тёмной лошадкой или же решили, что я, неклановый, не смогу показать ничего достойного для уважаемых гостей. Я пожелал Наруто удачи и попросил вбить гордость этого высокомерного упыря поглубже в землю. Наруто разделял мою нелюбовь к напыщенным уб…нехорошим персонам, а ещё не любил издевательств над слабыми. Хината была слабой, и сейчас она находилась на зрительной трибуне как член главной ветки Хьюга. Она явно ещё не полностью восстановилась, и я видел её сжатость даже с большого расстояния. У неё явно непростые семейные отношения, и я задумался, не было ли нормой среди кланов угнетение своего потомства? Во время боя, естественно, я болел за Наруто. Они явно болтали во время сражения, но мне не было слышно, о чём шла речь: возможно, Наруто просто обвинял Хьюгу в избиении своей кузины? Или опять зачитывал нравоучения о том, как поступать не нужно. Наруто был слишком наивным и светлым для пути шиноби, и я надеялся, что он не сломается из-за жестокости нашего мира: возможно, если Наруто действительно сможет стать Хокаге, наша деревня получит шанс. Четвёртый Хокаге начал проводить реформы, но погиб. Возможно, погиб не без помощи Третьего, который в итоге вернулся к власти. Неужели у нас не было других вариантов? Неожиданно или нет, но Наруто победил. Я вообще замечал, что серьёзный Наруто рушит все правила мира и ожидания других, но серьёзным он бывал слишком редко. Ему явно не дадут повышение ранга в ближайшее время: Наруто не готов к ответственности, он просто ищет силу, чтобы творить справедливость и наносить добро, веря, что, как только он станет самым сильным, его признают. Он сам признавался в этом: ему нужна сила, чтобы защищать других, даже если его продолжат ненавидеть, ведь однажды они осознают, какой он был хороший, и перестанут. Наивно ли это? Очень. Следующий бой не состоялся, поскольку Саске ещё не появился, однако организаторы, посовещавшись, просто перенесли бой. Почему? Потому что Саске – последний Учиха (хотя есть ещё Итачи, но почему-то его не учитывали), и из-за него было продано множество билетов: людям было интересно посмотреть на знаменитый клан и его последнего представителя. Третий бой также не состоялся: кукольщик отказался сражаться. Может быть, он опасался жуков Шино, которые могли испортить дорогие механизмы внутри марионетки? Я слышал, что экономическое состояние Суны не слишком хорошее, так что, если это было причиной, я прекрасно всё понимал. Марионетки вообще были дорогим удовольствием, а замена деталей могла обойтись дороже создания новой куклы. В итоге Шино поставили против меня шестым боем, а пятым должен был сражаться Саске, которого всё ещё не было. Вернувшийся Шино посмотрел на меня и кивнул, и я кивнул в ответ. Мы оба были не самыми разговорчивыми шиноби и таким образом обозначили своё понимание изменившейся сетки и готовность сражаться друг с другом. Четвёртый бой всё же состоялся: Шикамару сражался с девочкой с веерами и искусно поиздевался над ней. Он поставил её перед фактом проигрыша и… сдался. Естественно, этим он оскорбил куноичи, которая начала что-то кричать и отказывалась признать такую нечестную победу, но Шикамару на самом деле проиграл. У него было не самое большое количество чакры, и я видел по его позе, что он из последних сил удерживает лидерство. Он предпочёл уйти сдавшимся, а не проигравшим. Была большая разница между этими двумя категориями, особенно во время боя. Шикамару показал свои навыки и свою гениальность, а также понимание своих возможностей. Это куноичи, возможно, могла не заметить едва заметную дрожь в руках, но опытные шиноби-экзаменаторы явно понимали истинное положение дел. Саске пока ещё не было, и его бой снова хотели перенести, дав сперва возможность нам с Шино, двум тёмным лошадкам потешить толпу, но в последний момент Какаши шуншином появился вместе с Учихой в зоне ожидания. Естественно, его бой поставили первей, ведь зрители жаждали видеть именно Учиху. Я смотрел на бой Саске и этого Гаары и понимал, что не хочу попадать против этого красноволосого во втором туре: у него была абсолютная защита, и это действительно пугало. Ни одна атака Саске не проходила, и ему приходилось бегать и уклоняться от песка, из-за чего арена в итоге оказалась чужим полем сражения: песок был везде, и попасть в ловушку стало гораздо проще, в то время как по Гааре ничего не могло попасть. Даже додзюцу Саске не могло вычислить слабость, иначе бы он давно сделал бы что-то, а не просто бы уклонялся. Я не слышал название техники, но увидел всполохи молний и гордость у стоящего рядом со мной Какаши. Это явно что-то из его репертуара, но я сомневался, что генин сможет в полной мере овладеть чем-то могущественным. Себя я в расчёт не брал: клановые техники отличались от обычных тем, что члены клана рождались уже немного к ним подготовленными. Например, моя чакра не нуждалась в дополнительных преобразованиях, чтобы я мог использовать стихию льда. У Учиха такое было с додзюцу: у них было интуитивное понимание шарингана, когда он появлялся, в то время как Какаши должен был учиться с нуля. К моему удивлению, техника Саске пробила защиту Гаары, но... произошло что-то странное. Этот красноволосый вдруг словно сошёл с ума и покрылся песком, словно бронёй, принимая форму какого-то чудовища. Тут же с неба посыпались белые перья, и я услышал паническое: — Гендзюцу! — где-то рядом. Оно было рассчитано на усыпление из-за неожиданности, но... Я же говорил, что на меня не действуют обычные иллюзии? Моя чакра слишком замедлена, а для разрушения простых иллюзий используют временную остановку тока чакры, то есть её замедление. Моя чакра и так такой была, поэтому для моего одурманивания нужны были иллюзии посильнее. Я обморозил некоторых своих бывших однокурсников своей чакрой по приказу Какаши и вместе с Шикамару, Наруто, Сакурой и Шино кинулся в погоню за Саске, чудовищем и его родственниками – девочки с веером и мальчика с куклами. В итоге нас вёл Шино, у которого были жуки-сенсоры, и я краем глаза видел сражения и разрушения. Мне пришлось распространить чакру по телу, чтобы не думать о чём-то, не относящемуся к нынешней миссии. Я уверен, что Хаку защитит Асэми, а отец – сильный шиноби, он справится и сможет защитить мать и Хоши. К тому же, они на трибунах, которые охраняют АНБУ-боевики. Ничего не произойдёт. Сейчас мне нельзя отвлекаться: я должен найти и остановить урода, который помешал ходу экзамена. Возможно, это спланированная операция, но... разве это важно? Влияет ли это на что-то? Скорее всего, опять всё было связано с политикой, но огромные змеи, мельком увиденные мною, напомнили мне о вмешательстве во второй этап. Возможно, тогда мы действительно столкнулись не с генином. Вскоре мы догнали родственников этого Гаары, и они попытались нас остановить, но Шино, Шикамару и присоединившиеся к нам в процессе бега Хината с Кибой решили выиграть время и позволить нам с Наруто догнать Саске, чтобы тот не убился об монстра. Возможно, Наруто был немного похож на Гаару: его оранжевая аура могла быть чем-то вроде песчаной оболочки, но обвинять сокомандника в том, о чём он явно не знал, было глупо. Я слышал о главном оружии деревни – джинчурики, но только теперь мог соотнести прозвище «демон» с той ненавистью, что испытывали к Наруто. Раньше я считал, что его не любят за вандализм, но теперь пазл сложился. Правда, для меня ничего не поменялось: Наруто был и остаётся моим товарищем, даже если внутри него источник бед и разрушений. Тюремщик не виноват в преступлениях заключённого, и эта людская ненависть мне была непонятна. Мы с Наруто добежали вовремя: Саске на наших глазах отлетел в дерево, а Гаара стал огроменным монстром. Значил ли размер хоть что-то? Едва ли. — У меня есть план, — крикнул мне Наруто. Из-за рёва чудовища ничего не было слышно. — Выиграй мне время! Сакура тем временем пыталась привести в порядок Саске, а также заставить его очнуться, думая, что нам нужна его помощь. Я знаком дал ей понять, что спешить не нужно. У меня тоже был план. — Я отвлеку его, — кивнул я. — Ледяные Цепи. Я впервые открыто показывал свой геном и понимал, что потом мне предстоит много объясняться, особенно с командой, но сейчас у них не было времени на вопросы. Я использовал цепи, чтобы замедлить монстра и обратить его внимание на себя. Теперь, когда деревне не угрожает нашествие чудовища, можно было проверить свои силы. Я использовал цепи, чтобы отвлечь монстра, и теперь мне нужно было добраться до его головы. Я не был уверен, что смогу применить фирменную клановую технику на всём монстре, слишком уж он был большой. Я бежал по телу чудовища, отбивая цепями атаки и замедляя их: из-за моей чакры температура вокруг меня уменьшилась, а песок потяжелел от повысившейся влажности. Я не следил за тем, что делают остальные, ведь моя задача – задержать и дать возможность для атаки Наруто, который, возможно, сможет при помощи своего чудовища одолеть это. Я не знал, сколько прошло времени: для меня оно шло совсем по-другому. — Демонические Ледяные Зеркала, — шепнул я, добравшись наконец до головы, вокруг которой выстроился купол из Зеркал. — Демонический Ледяной Дождь. Я нырял из зеркала в зеркало и обстреливал голову и находившегося в ней человека, которого песок почти поглотил, ледяными иглами, перемещаясь быстро, поскольку песок пытался атаковать мои зеркала, но не мог их задеть. Атаки были бездумными, но сильными: вряд ли это чудовище было разумным. Возможно, этот Гаара всё же пытался бороться и отвлекал разум чудовища на себя? Если так, я точно не должен его убивать: кто знает, вдруг его смерть высвободит чудовище? Вряд ли с древним монстром легко справиться, раз Четвёртый Хокаге и его жена пожертвовали собой ради возвращения Девятихвостого в печать. — ХИТОШИ! — я услышал крик Наруто. Вероятно, он закончил подготовку и теперь просил дать возможность исполнить свой план. Я усилием воли убрал нижний ряд зеркал, чтобы дать Наруто возможность запрыгнуть ко мне. Естественно, мне пришлось прекратить обстрел, результатом которого стал намокший песок. Я бдительно следил из девяти зеркал за обстановкой внизу, чтобы, в случае чего, выручить товарища, который использовал своих клонов, чтобы сугубо физической силой вытянуть тело Гаары, из-за чего песочный монстр начал разрушаться. Я отменил свою технику и приготовился к ужасному падению, но нас троих поймала огромная жаба и плавно опустила на землю, после чего исчезла. — Тоши-кун, ты в порядке? — загнанно дыша, спросил Наруто. Я хотел ему ответить, но потерял сознание.