Закат на рассвете

Телефонный звонок вырвал его из сна. Энджи и сам не заметил, как они задремали, сидя на полу у дивана. — Да, — хриплым ото сна голосом, поднял он трубку. — Старатель, ты не мог бы сегодня подменить меня на дежурстве? По одному выходить нельзя, а у меня зуб разболелся — сил нет, — затараторила Мируко. Два золотистых глаза встревоженно уставились на него. Таками чуть сполз с его плеча. Растрепанные пряди спадали на лоб. Синяк, еще не сошедший до конца, красовался на правой скуле. Залегшие под глазами тени вместе с узором причуды придавали его виду скорее болезненность, чем усталость. — Попроси Горную Леди, — ответил он. — Но при ее обстоятельствах она должна больше отдыхать! — возмутилась Мируко. — У меня тоже есть обстоятельства, — отрезал Энджи и сбросил вызов. Обстоятельства еще некоторое время пристально вглядывались в его лицо, но поняв, что тот никуда не собирается, снова уткнулись ему в плечо. Теплая рука легла на голову Кейго, мягко поглаживая по волосам. Жар, исходящий от Старателя, успокаивал и дарил ощущение защиты. Казалось, весь мир может рухнуть, а с ним все будет в порядке, пока этот огромный теплый человек рядом. Ночной кошмар начал медленно ускользать, превращаясь в тяжелую мешанину из обрывков. Он уже не мог точно сказать, что именно он видел. Что-то ужасное, но теперь все хорошо. Первые лучи солнца осветили комнату. Кейго поднял крыло и уложил сверху, отгораживая их от надоедливого света. Еще слишком рано, чтобы расставаться с этим теплом. Может, позже он пожалеет о своей слабости, но сейчас ему было все равно, что о нем может подумать Старатель. Главное — он в безопасности и больше не один. Кейго провалился в сон.

***

Кейго не сразу понял, где он, и почему спал в такой странной позе. Обрывки кошмара кровавыми всполохами проносились перед глазами. Он ненадолго зажмурился и снова прильнул к спасительному теплу. Старатель вздохнул во сне, чуть повернув голову. «Блять… Такой концерт ночью устроил», — вспомнил Таками. Он очень медленно убрал крыло и осторожно поднялся. Без своего пламени Старатель выглядел вовсе не так устрашающе, а сидя на полу с запрокинутой на диван головой, и вовсе казался обычным человеком. В квартире он избавился от железок с костюма и накинул поверх рубашку, но остался в нем же. Может, дело в самой ткани из которой он сделан? С огнем, все же, стоит быть осторожнее. А, может, он в самом деле в круглосуточной готовности. Кто ж его разберет, этого героя номер один. Тодороки чуть поморщился от света и снова повернул голову. Теперь Кейго жалел, что отказался от занавесок за их ненадобностью лично ему — сейчас они были бы кстати. Сэми тихо плеснул водой, словно приветствуя хозяина. «Надо бы привести себя в порядок и заказать завтрак». Он взглянул в окно, за которым мирно суетился город, и вдруг его резко схватили за кисть. Едва не вскрикнув от неожиданности, Таками быстро обернулся, инстинктивно сделав шаг назад. — Куда?! — чуть ли не рявкнул Старатель, уже во всю полыхая усами. «Так злится?» — На… на кухню, — севшим голосом ответил Кейго. — Чтобы я тебя у балкона больше вообще не видел! Спишь на кухне! Ты слышишь меня?! — резко поднимаясь, закричал Старатель. — Да, — совсем шепотом ответил Таками. Тодороки отпустил его руку и протер глаза пальцами, сводя их к переносице. — Ты меня в могилу сведешь, — тяжело вздохнул он. — Что за суицидальные наклонности? Тебя надо от самого себя спасать. — Прости, Старатель. Обычно я не такая истеричка, — попытался выдавить виноватую улыбку Ястреб, отводя взгляд. Получилось плохо. На секунду перед глазами снова мелькнул острый язык, и он зажмурился. Горячая рука сжавшая плечо заставила вздрогнуть и снова поднять голову. — Ты в порядке? — серьезно спросил Тодороки, внимательно всматриваясь в Таками. — Да, — как можно правдоподобнее ответил он. — Ну врешь же! — возмутился Старатель. На несколько секунд в комнате повисла тишина. Золотистые глаза удивленно смотрели в бирюзовые. Те в свою очередь строго вглядывались в золотистые. Сэми снова плеснул водой. Где-то внизу прогудел клаксон. — У тебя детектор лжи встроен? — рассмеялся Кейго. — Тебе надо лично допросить всех демонстрантов, сразу выловишь нашего зачинщика и цепочку посредников. «Раз пытается веселиться, значит в норме», — выдохнул Старатель и убрал руку с плеча пернатого. — Слушай, Тодороки, — замялся Таками. — Ночью… мне жаль, что… — Забудь об этом, — сразу же прервал его Энджи. — Если ты собирался в ванну, то уже опоздал, — направился он в коридор, но в дверном проеме обернулся, смерив Таками пристальным взглядом. — Что? — поежился Кейго. — Иди-ка ты на кухню. Лучше закажи что-нибудь. Даже по твоим меркам пора бы позавтракать, — хмуро сказал Старатель. Не нравилось ему прибалконное месторасположение пернатого. — Окей, босс, — отсалютовав двумя пальцами от виска, бодро отозвался Кейго, потянувшись за своим телефоном. Старатель закатил глаза и скрылся за поворотом. Беззаботная улыбка спала с губ Ястреба. Он снова обернулся к окну. Вдалеке виднелась грозовая туча. Парк медленно пустел, но большинство людей продолжали спешить по своим делам. Первый раскат грома глухо разнесся над улицами. Еще немного помедлив, Кейго все же двинулся на кухню. Стоило ему переступить порог, и обрывки сна снова болезненно хлестнули по разуму. «Да сколько можно? Возьми себя уже в руки!» — разозлился Таками. Он мотнул головой и двинулся за утренней чашкой кофе. — Азума, включи музыку группы Panic at the disco, — велел он. — Пойдет, — констатировал он, всеми силами старясь отвлечься. «Просто кошмар». Через пару минут ему удалось переключиться на настоящее. Покачивая головой и периодически убирая мешающие пряди, он принялся за ароматный напиток. Перья принесли ему рубашку, которую он не потрудился застегнуть в этот раз. «Какой смысл, если сейчас все равно сниму?» Поэтому она нелепо болталась на одном плече. Покачивая крылом в такт, он включил ноутбук на высоком столе. — They were the best of times, they were the best of times, — увлеченно просматривая почту и последние новости, подпел он. — Надеюсь, ты не о статье, — кинул ему Старатель, проходя за его спиной. — Твою мать! — прошипел Таками, переворачивая залитый кофе ноутбук. — Ходи что ли громче… ну тебя вообще не слышно, Старатель! — озадаченно почесав затылок, возмутился он. Энджи лишь задумчиво окинул того взглядом, располагаясь на диване. — Азума, выключи музыку. Еду скоро привезут, а я в душ, — оставляя ноутбук в перевернутом состоянии стекать на стол и дальше, бодро сказал Таками и скрылся в коридоре. Старатель взялся за планшет, намереваясь просмотреть сводку новостей.

***

Ястреб протяжно простонал и, отведя крыло в сторону, рухнул на диван, закидывая ноги. — Это бесполезно. Мы в пустую тратим время. Так мы никогда не найдем этих посредников. И полиция с этими протоколами… От них никакого толку. Все допросы такие бестолковые. Ребенок справился бы лучше, — констатировал Таками, подкидывая вверх палочку и ловко перехватывая каждым отдельным пальцем руки по очереди. «Тренировка моторики или просто развлекается?» — наблюдая за напарником, задался вопросом Энджи. По сути он был согласен с пернатым. Толку от всего этого бесконечного вчитывания в протоколы, сверки с доступными базами, и перерыванию соцсетей было ноль. Но не сидеть же сложа руки? Пропало двадцать героев. Полиция, про с подходящей причудой, несколько спецотделов, подчиняющихся напрямую правительству с ног сбились в попытке отыскать хоть какие-то следы. Он просто не мог оставаться в стороне. Пусть шанс найти хоть что-то таким образом и крайне мал, главное, что он был. — Нам нужно больше данных. Стоит попросить Лилиан о содействии, — потянулся к телефону Таками. — Лилиан из IT? — уточнил Старатель. — Да. У нее есть способы обойти некоторые запреты и облегчить нам жизнь. Она, кстати, крайне сообразительная. Может, если старикан ввел бы ее в курс дел, она даже чего толковое сказала. А то так и топчемся на месте, — разблокировав экран, сказал Кейго. — Что значит обойти некоторые запреты? Если они есть, значит, не просто так, — выпрямился Старатель, отвлекаясь от планшета. — Мы же не базу адресов про скачиваем. Глянем камеры, копнем базы работодателей этих умников, поднимем парочку школьных архивов безо всяких запросов с многолетним ожиданием. Что такого-то? — снова подкинул палочку Ястреб. — А если твой ноутбук взломают? Предоставишь шайке Рассвета глаза всего города? — сложил руки Энджи. — Если бы они могли добраться до моего ноута, — постучал палочкой по краю техники Таками, — я был бы уже мертв. — Ястреб! — повысил голос Старатель. — Герои поддерживают порядок, а не нарушают! Отчасти пернатый был прав, но лишние риски были ни к чему, да и что за странная идея вообще? Он всегда так работает, игнорируя половину указов? А потом Такахаси удивляется, что герои с патрулей исчезают. — Да все-все. Ты прав, Старатель, не горячись, — поймав палочку всей ладонью, отозвался Кейго и сел. — В любом случае, пора сделать перерыв. Как насчет приставки? Ты когда-нибудь играл? Старатель ответил взглядом человека, уставшего от этой жизни. — Ладно, я тебя понял, — засмеялся Кейго. — Спустись в зале на нижний уровень. В дальнем конце есть бильярд и… — он задумался, припоминая, что из находящегося внизу может привлечь внимание Старателя. — Вообще, там полно всякой ерунды и тренажеров. Думаю, ты найдешь чем себя занять. Энджи снова потянулся к планшету. — Нет, ну тебя точно родители в детстве били, — покачал головой Ястреб. — Ни за что не поверю, что ты сейчас ляжешь фильм смотреть. — Еще одна шутка про моих родителей… — поднял грозный взгляд над планшетом Старатель. — Ты ко всему относишься серьезно на все сто двадцать процентов? — перебил Кейго. — Да, — немного помолчав, ответил Энджи. — Оно и видно, — улыбнулся Таками. — Если переутомляться, то даже попадись тебе зацепка, ты можешь ее упустить. Какой же ты упрямый. Ладно, пока ты работаешь, пойду прогуляюсь на крышу. Старатель, не отрываясь от планшета, кивнул и промычал что-то вроде согласия. Кейго встал и направился к выходу. — Куда? — осмыслив сказанное, поднял голову Энджи. — На крышу, — обернулся Таками. — На какую крышу? — растерялся Старатель. Кейго молча поднял указательный палец кверху, внимательно изучая реакцию Тодороки. — Я тебе к балкону сказал не приближаться, так ты на крышу собрался? — возмутился тот. — Ну-у, я давно не гулял. Нужен свежий воздух. — Там дождь весь день! — Тем веселее, — заулыбался во все тридцать два зуба Таками. — Я, конечно, могу передумать, если найду, чем бы таким интересным заняться внутри. — Что еще за бред! Я не нанимался тебе нянькой! — пламя заметно усилилось. — Конечно, нет. Работай себе спокойно, а я пока прогуляюсь, — спокойно ответил пернатый. — Да ты издеваешься надо мной! — со злостью швырнув планшет на диван, рявкнул Старатель. — Вовсе нет. Лишь забочусь о твоем здоровье, — невинно ответил Кейго. — Твоя забота совершенно ему не способствует, — заскрипел зубами Тодороки. Языки пламени рвались к потолку. — Это топорная манипуляция! — прорычал он. — Главное, что с тобой работает, — еще шире заулыбался Кейго. — Ублюдок! Да я тебя… — вскочил Старатель с дивана. — Ну, не ударишь же, — немного напрягся Таками, непроизвольно отступая назад. — Детей не бью, — скрестив руки на груди и плюхнувшись обратно на диван, выдохнул Старатель. На секунду ему вспомнились тренировки с Шото. Кажется, сын сейчас бы с ним поспорил. — Хей, я может и молод, но не ребенок! — насмешливо возмутился Кейго. — Неужели, — саркастично ответил Энджи. — Двадцать минут перерыв, — взглянув на часы, вздохнул он. Кейго хлопнул себя по лбу ладонью, спуская ее на глаза. — Ты неисправим.

***

— Ты уже встал? — сонно пробормотал Таками, высовываясь из-под крыла. — У меня сегодня смена, — кинул через плечо Старатель. Они засиделись допоздна, и он умудрился проспать будильник на сорок минут, что ужасно раздражало. — Точно, понедельник же, — зевнул Кейго и скрылся под перьями. — Ястреб, поднимайся. Смысл моего пребывания здесь — чтобы ты не оставался сам по себе, пока твое крыло не заживет, — поспешно заглатывая кофе, потребовал Старатель. — Я никуда не пойду, — отмахнулся тот. — Ястреб! У меня нет времени тебя уговаривать! — Хорошей смены, — махнул кончиком крыла Кейго, даже не соизволив повернуться. — Не вынуждай меня тащить тебя за шкирку! — рявкнул Энджи, приближаясь к дивану. — Хей, спокойнее! — вскинув руку, пополз к другому концу дивана Таками. — Если я сейчас начну собираться, ты опоздаешь и стари… шеф! — спохватился Кейго, еще дальше отползая от полыхнувшего Старателя. — Шеф, тебя будет отчитывать, как мальчика. Тебе же этого не хочется, верно? Проще оставить меня здесь. — Таками… — недобро сверкнул глазами Тодороки, опускаясь до рычания. — Я с этого дивана до твоего прихода не сдвинусь. Даже к окнам не подойду. Старатель, ну серьезно. Я лег два часа назад. Сшибу все косяки, второе крыло погну, отстань, ради всего святого, — запустив руку в растрепанные волосы, зевнул он. — Ты… ты… если тебя не убьют до моего прихода, я сам тебя убью, — прошипел Энджи, едва не потеряв дар речи с такой наглости. Если бы не убегающее время, он бы задал ему хорошую трепку. «И как этот сопляк стал номером два? Никакой ответственности! Черт с ним. Столько времени сидел тут и еще день просидит. У меня в самом деле нет времени возиться с этим ребенком». Все утро Мируко смотрела на него волком, чем раздражала еще больше. Горная Леди опять принялась за свои причитания на обходе. Энджи начало казаться, что еще немного и он приобретет способность самоиспепеляться. — Мы закончили, — мрачно сказал Старатель, разворачиваясь к штабу. Как и ожидалось, на улицах было настолько спокойно, насколько только вообще могло быть. Люди спешили по своим делам, кидая недовольные взгляды на героев. Ни одного, пусть самого небольшого, но происшествия. Словно все злодеи, да даже мелкие злоумышленники и те покинули город. — Но мы обошли участок всего-то два раза, — удивленно всплеснула руками Горная Леди. — Мы закончили, — разделяя слова значительными паузами, рыкнул Старатель, и напарнице не оставалось ничего иного, как последовать за ним в штаб.

***

Такахаси поднял на них усталый взгляд. Под серыми глазами залегли черные тени. Трехдневная щетина была выбрита клоками, словно он делал это вслепую. Резинка болталась на одной из спутанных прядей, которые давно выбились из небольшого хвоста. — Что значит доступ закрыт? — навис над ним Тодороки. — У нас больше нет доступа к базам из-за утечки данных. Все материалы переданы спецотделу, — потянулся к стаканчику с кофе начальник. — А мы тогда кто? — Клоуны, — устало вздохнул Такахаси. Энджи замер. — Старатель, извини. Я очень уважаю твой труд. Возможно, ты один из немногих, кто действительно следует всем правилам и старается что-то прояснить в сложившейся ситуации. Вы с Ястребом самая эффективная группа, которой я располагаю. Даже несмотря на то, что вы упустили Рассвета, вы — единственные, кто вообще к нему подобрались, да еще и узнали о его союзниках чуть больше, чем ничего, — глядя куда-то сквозь Тодороки, продолжил он. — И все же, случилось то, что случилось. Доступа больше нет. Это даст возможность нам вычислить информатора, а до тех пор, вам остаются лишь бесполезные патрули. — Это каким образом должно помочь? — свел брови Энджи. — Ступайте домой. Сегодня ваша смена окончена, — разглядывая пустым взглядом такой же пустой стаканчик из-под кофе, велел Такахаси.

***

В душе шумела вода. «Понятно, значит только встал». Энджи прошел на кухню. «Лучше бы он подольше там оставался». Утреннее раздражение так и не покидало его. И слова Такахаси снова и снова разлетались в голове. Вот кем теперь в глазах всего общества являются герои. Не более, чем клоунами. Взгляд зацепился за включенный на высоком столе ноутбук. На мониторе была открыта фотография Фуюми. Энджи запнулся о собственную ногу. Будь там что угодно, он бы прошел мимо, но это была его дочь. Он подошел и свернул фотографию. К ней прилагалась целая статья. Краткая биография, параметры, предпочтения. Последней строкой была вписана ее главная любимица Полночь. Он ошарашено листнул страницу. На Нацуо была собрана такая же подробная информация. Под ложечкой засосало. Шото, Рей, он сам. Последней страницей шел Тойя. Прилагалась его последняя фотография, которую, Энджи был уверен, нигде, кроме как в его доме, нельзя было достать. «Успел сфотографировать ее? Зачем ему все это?» Следующее фото он уже видел. Ему пришлось перечитать строки трижды, прежде чем удалось осмыслить написанное. «Тойя Тодороки. В настоящее время состоит в Лиге Злодеев под именем Даби. Причуда: Кремация». — Старатель? Ты уже вернулся? Всего лишь час д… — взгляд Ястреба замер на открытом ноутбуке. — Черт… Он зажмурился и резко опустил голову. Вдох. Ладонь судорожно сжималась и разжималась. Выдох. Крыло сделало несколько рваных взмахов. — Я все могу объяснить, — резко вскинув голову, он смотрел прямо в глаза Старателю. — Это что? — осипшим голосом, потребовал ответа Тодороки. — Это данные, что я собрал на прошлой миссии. Я работал на Геройскую Комиссию Общественной Безопасности — шпионил. Лига Злодеев мое последнее место внедрения. Даби… — Причем здесь моя семья? — клокотание, которое вырвалось из груди Старателя при этих словах, заставило Кейго отступить в коридор. — Я искал информацию на злодея Даби и нашел, — облизал пересохшие губы Ястреб. — Старатель, я не хотел, чтобы ты знал. Я не обнародовал эти данные. Все по-прежнему остаются в неведении. Я больше не работаю на… — Как ты смеешь писать эту ложь? — прошипел Энджи. Он коснулся рукой ноутбука. Запах жженого пластика заполнил комнату. Кейго сглотнул. — Старатель, я не представляю, как тяжело принять, что… — Принять?! — рявкнул Энджи так, что стекла зазвенели. Ноутбук отлетел в кухонную тумбу, разлетевшись на две части. — Ты не в себе, — вздрогнув, прошептал Кейго, отступая все дальше. — Мой сын умер! Не справился с собственной причудой и погиб! Я сам видел то пламя и ничего не смог сделать. При таком жаре никто бы не выжил. Никто. Я почти убил его собственными руками, а ты заявляешь, что мой мальчик стал злодеем? — этот рев все меньше походил на человеческую речь. Казалось внутри Энджи тоже полыхало пламя, и это его гул вырывался вместе со словами. — Старатель, — отступая все дальше, попытался позвать Кейго. — Как ты смеешь клеветать на него? — надвигаясь огненной скалой на Ястреба, прошипел Тодороки. — Тойя полу… — Не смей называть его имя! — сорвавшись с места и прибив Таками за шею и левую руку к стене, взревел он. Из Кейго выбили весь воздух. Правое плечо выгнулось в попытке отстранится от стены. — Старатель, клянусь, я не обнародовал эти данные! Отпусти! — прохрипел он, пытаясь дотянуться до него прижатой корсетом рукой. — Больше никогда не приближайся ко мне или моей семье. Чтобы я никогда тебя больше не видел, — поднимая Таками на один уровень с собой, прорычал Тодороки. — Или я испепелю тебя! Кейго закричал. Крыло несколько раз судорожно ударило о стену. Несколько перьев вырвалось для атаки, но не посмело спикировать на Старателя. Болтающиеся в воздухе ноги, пытались найти хоть какую-то опору. Правая рука с отчаяньем хватала воздух перед собой. — Энджи, не надо! — в уголках золотистых глаз проступили слезы. Старатель разжал руки, и Кейго рухнул у его ног, закашлявшись. — Никогда, — рыкнул напоследок Тодороки и развернулся, чтобы забрать свою сумку. «Как этот щенок только посмел! Это невозможно. Это просто не может быть правдой!» Тойя умер на его глазах, но фотография с бирюзовыми глазами и ужасными шрамами так и возникала в голове снова и снова. Под ногами хрустнули остатки ноутбука. Как бы ему хотелось сжечь тут все дотла. При выходе он кинул на Ястреба взгляд. Тот сидел у стены и водил кончиками пальцев по обожженной шее. На руке виднелся такой же след, занимающий половину предплечья. Золотистые глаза смотрели куда-то сквозь пол. Крыло изогнулось над его головой, словно закрывая от дождя. «Я не мог обжечь его. Я контролировал пламя». Пальцы продолжали скользить по красной коже. «Прекрати. Это больно. Перестань». Старатель продолжал неподвижно стоять в дверном проеме, молча наблюдая за действиями Таками. В кармане пропищал телефон. Кейго поднял голову на звук. Золотистые глаза впились в него. «Непонимание? Сожаление? Обида? Что это?» Старатель молча развернулся к выходу. «Я не мог обжечь его». Но следы были четким отпечатком его ладоней. «Я не мог…» Шаг. Синее пламя рвется сквозь крышу. Жар столь сильный, что даже он не может пройти внутрь. Шаг. Крики Фуюми тщетно пытающейся остановить огонь. Ненависть во взгляде Нацуо. Шаг. Ад, от которого он столько лет бежал, чтобы вернуться к восставшему из пепла кошмару. Он запнулся о ковер в прихожей. Красные отметины ладоней на шее и руке в разы меньше его собственных. Шаг. — Энджи, не надо! — разлетелось эхом в его голове. «Как я мог?» Старатель попытался открыть дверь, но рука соскользнула с ручки. Потеряв опору, он пошатнулся и прислонился к двери плечом. Разномастные глаза Шото обжигают холодом. Сын снова откидывает его руку от головы. «Я отправил Рей на многолетнее лечение, что же я должен сделать с собой?» Жар слишком удушлив, и Энджи позволяет себе сползти по двери. — Это все из-за тебя. Это ты ее довел до такого состояния! — ненависть серого глаза обжигает почти физически. — Старатель, — тихо позвали его, вырывая из вороха болезненных воспоминаний. В руку вложили стакан с холодной водой. — Наверно, такое невозможно принять. Два золотистых глаза всматривались в его лицо без тени злобы. — Мне следовало удалить всю информацию сразу, как я закончил работу. Мне правда очень жаль. Ястреб говорил очень тихо. На руке, которую он поставил ладонью на пол, появилось несколько волдырей. Энджи опустил веки. Он не заметил, в какой момент его пламя полностью погасло. Перед глазами снова встал снимок Даби. Как бы он не хотел, но ни шрамы, ни перекрашенные волосы не могли скрыть знакомых черт. Все это время ему было просто удобно не замечать сходства. «Кейго пострадал не за свои грехи». Мягкое перо едва уловимо задело щеку, смахивая прозрачную каплю. Стоило Энджи открыть глаза, как Таками испуганно отдернул крыло и отстранился. — Прости, — прошептал Энджи. — Думаю, тебе куда больнее, так что не стоит, — виновато улыбнулся Кейго.

***

Старатель поставил его на колени у душа, чтобы струя холодной воды попадала на руку и шею. Так стало в самом деле легче. «Почти убил его собственными руками? Что же там произошло?» В любом случае это не его дело, но Старателя информация о Даби сильно подкосила. И это в разгар борьбы с Рассветом. «Отлично, Кейго. Знал же, что он может прийти, так сложно было перестраховаться?» Он склонился еще ниже. Растрепанные пряди коснулись поддона. Струи холодной воды заскользили по затылку, нырнули в волосы, закапали с кончиков ушей. «За такие вспышки гнева Нацуо столь ненавидит Старателя или все же есть еще причины? Мог ли тот поднимать руку на свою семью?» Он почти всю жизнь наблюдал за Старателем и никогда не считал его святым, но это предположение претило ему. Кейго закрыл глаза. Вода не могла полностью заглушить жжения, но пульсация в крыле беспокоила его куда больше. Боль снова выкручивала лопатку, резала ребра, простреливала легкие. Каждый вдох становился мучением. Он не раз задевал больное крыло, случайно облокачивался и даже падал на него, но этот удар был сильнее. Намного сильнее. Не хотел бы он еще раз попасться Старателю под горячую руку. Но винить героя номер один, только что узнавшего о том, что его первенец стал злодеем, он не смел. «Сейчас нельзя давать слабину. Что бы не произошло, герой номер один должен оставаться непогрешимым. Стоит удалить все данные и с резервного диска. Но лучше не в присутствии Тодороки». Входная дверь тихо лязгнула язычком. Как раз вовремя. Кейго уже начинало потряхивать от холода. — Уверен, что хочешь обойтись без врачей? — хмуро спросил Старатель, поливая его руку каким-то антисептиком. — Они же не идиоты, сразу поймут, что к чему, а об этом никто не должен… — Подними, — осторожно запрокидывая его голову за подбородок, пробормотал Энджи. — Узнать. Старатель, я серьезно. Не вздумай никому сказать, — схватившись за его руку, чтобы не потерять равновесия, сказал Кейго. — О репутации героя номер один думаешь, что ли? — свел брови Тодороки. — Само собой. Сейчас совсем не время подсчитывать грехи героев. Тем более, номера один. К тому же… — Ну не двигайся же ты, — перебил его Старатель. Он пытался наложить пропитанную мазью повязку на его шею. «Удивительно как осторожны могут быть эти руки». Всего двадцать минут назад они могли убить Кейго, даже не прикладывая особых усилий, а сейчас едва натягивали бинт, опасаясь причинить лишнюю боль. Старатель затушил свое пламя, от чего шрам на его лице особо бросался в глаза. Он перешел к бинтованию руки и, поморщившись, цокнул, чуть мотнув головой. — Тут может остаться шрам, — тяжело вздохнул он. — Нам стоит обратиться к медикам, Ястреб. — Татушку набью наконец. Заматывай уже, — закатил глаза Кейго. — Будет болеть несколько дней, потом… — Ерунда, по сравнению с крылом едва ощущается, — отмахнулся Таками и поднялся. Тодороки ошарашено уставился на него. «Это как же оно должно болеть, что ожог второй, а местами и третьей, степени едва ощущается?» — Ты не захватил обез… Старатель сразу протянул упаковку таблеток. — Отлично, эти подойдут, — обрадовался Кейго. — Пошли. Пора позавтракать. Ну, тебе пообедать, а мне позавтракать. Пернатый бодро проследовал на кухню. Энджи прикрыл глаза. Ему была нужна минута, чтобы собраться. Мысли лихорадочно прыгали в голове. «Тойя. Даби. Кейго… готов на все, чтобы скорее забыть о случившемся». Неважно, что он сам думает и чувствует. Он должен подыграть. Ястреб уже включил вытяжку и выкидывал обломки ноутбука — очевидно, что восстановлению тот уже не подлежал. — Много данных на нем было? — чуть поджав губы, спросил Старатель. — Это не имеет значения. Сейчас мое единственное дело — Рассвет, а по нему наработок считай и не было. Я уже заказал еду, так что тебе придется выбрать фильм. Даже слышать не хочу про работу. Тебе надо отвлечься, а я не в состоянии, — трещал Кейго. — Думаю, зеленый чай подойдет. Какие жанры ты предпочитаешь? Боевики? Триллеры? Ужасы? Приключения? А может драмы? Как насчет комедий? Ты когда-нибудь… Чайник, который несли перья разлетелся осколками по полу. Таками судорожно вцепился в столешницу с трудом делая вдох. — Кейго, — шагнул к нему Старатель. — Порядок, — выдавил он и потянулся к таблеткам. — Определись с фильмом сам. Я пойду, присяду, — заглатывая еще две капсулы, сказал он. Энджи проводил его встревоженным взглядом и принялся убирать осколки.

***

— Ты уверен, что в порядке? — насторожено провожая взглядом пернатого, уточнил Старатель. Кейго шел не как обычно. Все движения были скованными. Левое крыло прижалось к телу, словно боясь шелохнуться. Он сильно взмок, хотя кондиционер работал на полную. Но больше всего в глаза бросалось прерывистое дыхание. Упрямец наотрез отказался ехать в больницу. Ну не может же он теперь тащить его силой, черт возьми. — Просто устал. Высплюсь и пройдет, — сдавленно ответил тот, натянуто улыбаясь. «Он сейчас меня или себя пытается убедить?» Энджи поднялся с дивана, на котором они полтора часа молча пялились в экран. Он не знал даже название фильма, что они смотрели, не говоря уже про сюжет или имена главных персонажей. Все его мысли были заняты Тойей и ожогами Таками. Внезапный сдавленный хрип, вырвал его из размышлений. Кейго пошатнулся. — Ястреб? — встревоженно позвал Старатель. Тот проигнорировал его. Сделал еще шаг. Качнулся вперед, откинулся назад и начал падать. Энджи в один прыжок оказался рядом, подхватывая пернатого. — Кейго! Забинтованная рука вцепилась ему в плечо. Таками ловил ртом воздух как рыба. Золотистые глаза, вытаращенные в потолок, застилали слезы. Крыло неестественно выгибалось. Перья топорщились. — Что с тобой? Ястреб снова попытался вдохнуть. Глаза закатились. Из-под закрытого века скользнула слеза. Голова запрокинулась. Рука на плече дрогнула и сорвалась вниз. Крыло безвольно упало. — Кейго! — Старатель провел ладонью по его щеке, смахивая влажную дорожку и убирая несколько прядей назад. Приподняв голову Ястреба, он склонился над ним, проверяя дыхание. — Кейго? Мальчик, очнись, — взмолился он, бережно поднимая на руки обмякшее тело. Но Таками не реагировал.

***

— Небольшое смещение при давлении корсетом вызвало защемление нервов, в том числе межреберных, затрудняя дыхание. Потеря сознания произошло от нехватки кислорода. Сустав не пострадал. Отлежится пару дней, и все будет в порядке, но возможно замедление восстановительного процесса, — отрапортовал врач. — Когда его можно будет увидеть? — сдавленно спросил Старатель, не отнимая рук от лица. — Мы дали ему трамадол, так что сейчас он спит. Приходите с утра в приемные часы. Позвольте поинтересоваться, а что, собственно, произошло? У пациента так же имеются свежие ожоги, — с интересом оглядывая Старателя с головы до ног, поинтересовался врач. Энджи поднял голову и посмотрел куда-то сквозь мужчину. — Подрался. Со злодеем, — бесцветно ответил он.