Проклятие Леоне

— Упал — отжался! — пробормотал Бруно, слегка приподнявшись на мате — точно астматик на физкультуре. Но Бруно имел право, он, как ни странно, пережил смерть. Во тьме за шторой волейбольной сетки гордо торчали козлы́, как палка колбасы в отделении для овощей, — не к месту, но раз уж так случилось, то нечего смущаться. Козлы́ оказались с сюрпризом в виде мёртвого тела. «Охранник? Леоне Аббаккио? Ну если у нас охранник умер, то школе пизда», — рассудил Бруно. Но Леоне Аббаккио оказался мальчиком с сюрпризом. Сюрприз топорщился прямо из штанов. Сомнений нет, это типичный утренний стояк. Леоне спал и снилось ему… Он стоит и кринжует. «В работе отказано по причине мрачного ебала заявителя. На кассе работать данному субъекту не представляется возможным. Соси член». — Соси член, — сладко повторил Леоне во сне и Бруно тоже начал кринжовать. Сон продолжается. Или же это воспоминание?.. Леоне находит цыганку, которая подозрительно похожа на Ризотто. Ну, итальянские металлисты и цыгане не больно отличаются и по прикиду и по уровню связи со всякой демонической хренью. — Что случилось, брат? — спросил Ризотто. — Я люблю её, брат. — Кто она? Леоне достал договор о приёме на работу в кафе «Шоколадница». — Береги её, брат. Таких больше нет. — Что мне сделать, чтобы вернуть её? — Соси член. — Заебали шутить про члены. Ризотто задумался. — Чтобы устроиться на работу, нужно сдать егэ. — А можно без егэ? — Ну не знаю, начни читать рэп или снимать тиктоки. С тех пор Леоне стал называть себя не иначе как Леоне Нойлз или Егор Аббаккио. Спустя время он попробовал читать рэп. Но и тут малину ему попортило мрачное ебло. А когда он начинал читать, ноги сами просились в пляс. Это очень мешало: будто Рамзан Кадыров бросил свои чеченские дела и твёркает под Моргенштерна. — Цыганские фокусы! — злобно говорил он в особенно трудные времена. Неудачи его преследовали. Шоколадница давала надежду и отнимала её. Ризотто нес чушь про ставки на спорт, веб-кам моделинг и эскорт. — Я не буду сосать член! — раз и навсегда постановил Леоне, достав Священное писание, избив им Ризотто. Так его единственный спутник жизни исчез навсегда, прямиком в ад, где ему и место. Позже его выселили из квартиры. «Мы сдаём комнаты только людям славянской внешности, а ты выглядишь, как говноед». «На фото другой человек. Мы знаем, что это Андрей Нойлз», — писали ему другие хозяева квартир. Это добило Леоне. — Господи, ну или хотя бы цыгане, скажите мне, почему жизнь такое говно?! На этих вскриках Бруно растолкал Леоне, у которого от тяжких воспоминаний упал член. — А-а-а бля, с добрым утром! — на автомате сказал Леоне. Он посмотрел на Бруно и засмущался. — Pardon, mon сher… Bonjour. Je suis désolé d'être impoli. — Tout est bon.* Что тебе снилось? — Ты не поймёшь… Ты директор школы, так дано ли тебе понять, что значит не сдать егэ и провалить собеседование в Шоколаднице? — Нет. — Ну и пошёл в пизду. Oh, shit, i'm sorry. — Sorry for what? — Я не могу перестать вести себя как мудак. — Ничего страшного. Я как-то преподавал в вечерней школе на Красной горке, это рядом с городским кладбищем. Там был один цыганёнок, который предлагал мне стать эскортницей. Ничего хуже одиннадцатого «А» в моей жизни не было. — Мы так похожи, Бруно, — Леоне плакал.— У меня на Красной горке кстати друг похоронен. Он тоже хотел устроиться в Шоколадницу, но я случайно убил его. — В тему смерти… — Бруно замялся. — Почему ты выжил? — А, ну так я проклят. Леоне пожал плечами, будто это было самое обыкновенное дело, вроде признания того, что девочки пукают. — Я транс-гот. Леоне сказал это ещё более будничным тоном. Таким тоном говорят школьники, когда несут херню на геометрии. — Ты… Транс кто? И почему это даёт тебе право на бессмертие? И почему ты решил спасти меня? О боги, Леоне, что за ху-у-у… Что за нелепица?! — Нелепица это говорить вместо мата слово «нелепица». А я… Бруно, всё это произошло по одной причине. Я давно хотел тебе сказать… Бруно… MAKE A DIP, MAKE A DIP, YEAH, BABY, TAKE A SIP… Леоне покраснел. В сущности, что-то вроде этого он и хотел сказать, но Бруно сидел и смотрел на него чистыми глазами единственного на свете директора в России, который не берёт взятки. Леоне встал и ебанул батарею. — Хуле за батыйское нашествие?!