Из грязи в князи.

Тэхён распахнул сонные глаза и от души потянулся, чувствуя ломоту во всем теле. Он был по пояс накрыт одеялом, а на его боку лежала смуглая тяжёлая ладонь. Тэхён не заметил даже, как щеки вспыхнули стыдом, потому что повернул голову, нос к носу сталкиваясь со спящим Чонгуком. Тэхён осторожно развернулся в чужих руках, боясь разбудить альфу, и принялся разглядывать его, подложив ладони под щеку. Он был таким красивым... Тэхён не знал, может, это с ним было что-то не так, но Чонгук действительно был для него очень красив. Он в принципе считал, что все люди очень красивые, просто некоторые своими плохими поступками заставляли позабыть о красивой внешности. Чонгук же и внешне был статным и харизматичным и по характеру был тихим, молчаливым и мрачным. Тэхёна это странно привлекало. Он правда понимал, что боятся Чонгука не за хмурые брови и не за шрам на лице (хотя он придавал устрашения, да-а-а), а за поступки и впереди идущую славу (которая также под сомнением, ведь не все из слухов - правда). Но ведь они не знали настоящего Чонгука, да даже Тэхён не полностью узнал Чонгука, ведь много не знал о его прошлом и детстве. Не знал, за что он получил этот шрам, что произошло в его семье, его проблемы и... – Дырку прожжешь своим взглядом, – хрипло заметил альфа, и Тэ очнулся, глядя на Чона, сонно смотрящего на омегу. Тэхён смутился и опустил глаза, желая отодвинуться, но Чонгук сжал ладонь на его обнажённом боку и притянул ближе к себе. – Что я тебе вчера говорил, Тэ? – шепнул тихо Чон, и омега смущённо пробубнил: – Не смущаться тебя. – Правильно, – одобрительно кинул старший, поглаживая кончиками пальцев обнаженную кожу. – Ничего не болит? – Нет, просто немного ломит тело, – произнес Тэхён, стыдясь смотреть на альфу. Каким же развратным и грешным он вчера был... Тэхёну правда было стыдно. Он не жалел и никогда не пожалеет, но... Он хотел бы быть скромнее, но со всеми этими чувствами вчера сложно было справиться, и Тэхён просто делал то, что ему хотелось. – Чонгук, а здесь есть церковь? – спросил Тэхён, и альфа задумчиво кивнул. – Да, она есть на территории замка. Хочешь сходить? Тогда я выделю тебе человека... – Можно я один? Ты со мной не можешь пойти, а с другими не хочу я, – помотал головой Тэхён, и Чонгук задумчиво нахмурил брови, кажется, не считая это хорошей идеей. – Пожалуйста, Чонгук-и, я правда хочу один. – С каких пор ты начал мной манипулировать, маленькая зараза? – хмыкнул Чонгук, игриво вскинув бровь, и Тэхён вспыхнул, однако ответил язвительно: – Уже не маленькая, если ты успел заметить. – Не только заметить, но и почувствовать, – ухмыльнулся альфа, а атмосфера будто сгустилась между ними. Тэхён тут же вспыхнул и отодвинулся от мужа, но тот притянул его обратно и навис сверху, оглаживая ладонями обнаженную кожу. – Чонгук, нельзя! Мне же в церковь нужно, ну Чонгук... Все возражения потонули в поцелуе, а после омега и сам притянул мужчину ближе, расслабляясь и посылая все к черту.

*

Тэхён осторожно сел на деревянную скамью, пока священник готовился к службе, разговаривая с кем-то в стороне. В церковь стекалась знать, тихо переговариваясь, и Тэхён почти чувствовал спиной чужие взгляды. Рядом с ним никто не садился, но Тэхён все равно чувствовал себя неуютно. Он был в незнакомом месте, с незнакомыми людьми, тем более с теми, кого Чонгук сказал опасаться и обходить стороной. Тэхён понимал, что альфа очень нервничал, когда Тэ находился где-то один, особенно в королевском замке, и это грело душу. – Могу я здесь сесть? Тэхён вздрогнул и поднял глаза, замечая рядом с собой уже знакомого с приема альфу. – Да, конечно, – кивнул Тэ, двигаясь, и Хван Хёнджин сел, тут же обращаясь к омеге: – Как вам вчерашний прием? – Ну... Он... Хорош, – замявшись, произнес Тэхён, и альфа улыбнулся. – Понимаю, мне он тоже не особо понравился. Не в обиду вам, конечно, в честь кого он устраивался, но все эти фальшивые улыбки и сплетни за спиной утомляют. Тэхён удивлённо глянул на альфу и спросил: – Вас тоже это напрягло? Я постоянно был словно на иголках. – Вам просто непривычно, граф, – пожал плечами Хван. – Если вы подольше пробудете в этих кругах - вас будет не отличить от той знати, что наверняка сейчас смотрит на нас и обсуждает. Тэ тут же бросил взгляд в сторону, и альфа оказался прав: напротив них была кучка аристократов, которые шептались о чем-то, иногда поглядывая на них. – Поэтому я и не задержусь здесь, – тяжело вздохнул омега, уже не замечая, как Хван кинул на него задумчивый взгляд. – Не задержитесь? На сколько дней вы здесь? – Послезавтра я уезжаю, – пояснил омега, крутя обручальное кольцо на пальце. Хёнджин оглядел омегу, пока тот не смотрел на него, и поджал губы. Два дня? Этого мало... – Почему же... Так мало? – совладав с собой, спросил альфа. – Я не могу долго находиться здесь, мне не нравится. В моем поместье мне спокойнее, – пояснил Тэхён. – Я уже заметил, что вы очень неуверены. Почему так? – поинтересовался Хёнджин, и Тэхён неловко поднял глаза. – Разве вы не знаете... Кто я? – спросил негромко омега, глядя этими своими прекрасными глазами, и Хёнджин недоуменно нахмурился: – Слышал, но какое это имеет значение? Сейчас вы - младший принц, вы входите в королевскую семью. И все, кто мог издеваться над вами из-за положения раньше сейчас могут лишь хватать ртом воздух и находиться в вашей тени. Тэхён удивлённо смотрел на альфу, а после смутился, опустив голову, и пробормотал: – С-спасибо, до вас мне об этом говорил лишь один человек. – И кто же это? – хмыкнул любопытно альфа, и Тэхён ответил ласково: – Мой муж. Хёнджин тут же помрачнел, стоило увидеть, как вспыхнули глаза омеги. Неужели он действительно любил этого мужчину? Что же в нем такого, чего нет в Хёнджине? Хёнджин ведь моложе его, красивее, его положение в обществе не хуже, он богат. Так почему омега ни разу не взглянул на него, хотя сегодня он час выбирал себе наряд, пытался сделать себя ещё более красивым. Почему на него уже не раз кидали взгляды незамужние омеги, пришедшие с родителями, и даже занятые иногда бросали взгляд украдкой, но он не взглянул ни разу? Наконец, священник заговорил, начиная службу, и омега весь обратился в слух, а Хван полностью ушел в свои мысли. Если не красота и положение в обществе, то что тогда может привлечь омегу? Тэхён вышел из церкви и охнул, когда заметил знакомую фигуру, стоящую в отдалении. Он тут же поспешил туда, ярко улыбаясь. Чонгук был прямо при параде: во фраке, с оружием. Дома он обычно ходил в просторных рубашках и уж точно не носил меч, но тут его обязывала работа, и ему приходилось соответствовать. – Как служба? – спросил Чонгук, когда омега подошел ближе. Из церкви уже выходила знать, кидающая на стоящего Чонгука укоризненные и неодобрительные взгляды, поэтому Тэхён не мог на виду у всех ни обнять, ни поцеловать альфу, чтобы не вызвать ещё больше слухов и недовольства, но Чонгуку было глубоко плевать, и он притянул Тэ ближе, прижимаясь ко лбу секундным поцелуем. Тэхён тут же смутился, но не сдержал улыбки. – Идем, Намджун хочет увидеться с тобой, – произнес Чонгук, положив ладонь на спину омеги. Тот кивнул, следуя рядом с альфой и рассказывая о службе и о том, что этот священник намного спокойнее, чем тот, что находится в их владениях. Хёнджин провожал их взглядом, глядя исключительно на Тэхёна. Он понимал, что если сейчас полезет к омеге, то испугает его. Поэтому тут нужен был другой подход. Альфа собирался подружиться с ним.

*

Притихший омега лежал в руках Чонгука, задумчиво поглаживая чужой шрам возле плеча. – Уже завтра мы уезжаем. Ты рад? – спросил Чонгук, и Тэ поднял голову, пожав плечами. – Ну... Наверное? За это время ты постоянно был рядом, потому я и не успел толком устать от светской жизни. Да, пару раз ко мне подходили, но либо ты был рядом, либо стражники, которые мне помогали. Не знаю, правда, почему... – Потому что ты теперь принц, Тэ, – хмыкнул Чонгук, и омега нахмурился. – Ах, да... Я и забыл. Мне в роли твоего мужа нравится намного больше. Чонгук улыбнулся и повернулся боком, чтобы видеть омегу. – Да, примерно пять минут назад ты это и стонал. Тэхён вспыхнул и шлепнул мужчину по груди, а после, когда заметил чужую ухмылку, буркнул: – Пошляк. – Не обижайся, я же любя, – хмыкнул альфа, прижимая Тэ к себе, и тот принялся вырываться, надувшись. – Ну уж нет, нет тебе прощения, ирод! Отодвинься... Ауч, ты чего кусаешься?! Тэхён вспыхнул ещё больше, когда чужие зубы сжались на соске. – Чонгук-а, перестань... Как можно быть таким ненасытным? Постой же... Больше они этой ночью не говорили.

*

– Я сейчас поговорю с Намджуном, и мы поедем, хорошо? – Тэхён кивнул, и Чонгук коротко поцеловал его в щеку, тут же выходя из спальни. Тэхён же решил не сидеть в спальне и вышел. Их пребывание в замке подошло к концу, и хоть Тэхён нисколько не будет скучать по этому месту, он будет скучать по Намджуну. Все же с тех пор, как Намджун и Тэхён узнали о том, что являются родственниками, они заметно сблизились. Что Тэхён, что Намджун постоянно шли на контакт. Намджун в силу занятости (король, всё-таки) постоянно старался выделить для омеги время, чтобы поговорить о чем-нибудь или просто посидеть. Тэхён же с нетерпением ждал этих встреч, так как они действительно сильно сблизились. Поэтому сейчас он чувствовал лёгкую тоску. Но, как сказал Чонгук, они всегда могут приехать и навестить короля, так что это не такая уж и проблема. Тэхён даже приободрился, улыбаясь и медленным шагом идя по коридору, но тут ему перегородили дорогу трое молодых людей. Тэ растерянно поднял голову, замечая среди них Лиёна, омегу, в чьем доме Тэ раньше работал. Рядом с ним стояла невысокая девушка, ниже Лиёна на полголовы (если учесть, что сам Лиён был ниже Тэхёна на голову, то девушка вообще была ему по грудь), а рядом с ней стоял тощий длинный альфа с веснушками, который явно был не шибко умен, если посмотреть на его лицо. – Так-так, кто тут у нас, – ехидно начал Лиён, и Тэ понял, что сейчас ему будет не очень приятно. – Неужели мой слуга? – Могу я пройти, юные господа, леди? – негромко спросил Тэхён, но они остались стоять на месте, вынуждая и Тэхёна остановиться. – Пройдешь. Когда мы скажем, – хмуро кинула девушка. – Тебе ведь не привыкать подчиняться, так? Тэхён вскинул брови, не понимая, откуда в маленьких детях столько злобы. Лиён был примерно возраста Тэхёна, но вот остальные выглядели на пятнадцать лет, и омеге просто стало жаль их, потому что вырастут они однозначно высокомерными свиньями. – Прошу прощения? – произнес Тэхён, проглотив колкость девушки. – Что, плохо со слухом? Я говорю, что слуге место возле ноги его хозяина, а не в замке короля, – продолжила она, начав шипеть. Тэхён стал волноваться о ее связках. – К чему вы клоните, мисс? Или пытаетесь кичиться своим положением? Я расскажу вам, какое у вас положение, – любезно начал омега. – Если бы не ваши родители, у вас бы не было дорогих платьев, косметики и украшений. Вы бы жили на улице и глотали пыль от карет аристократов, проезжающих мимо. Как вам такая жизнь? Девушка уже побагровела, с ненавистью глядя на омегу, а тот продолжил: – Не нравится? Тогда не стоит говорить о том, чего вы не понимаете. Обесценивать чужой труд и жизнь - самое низкое, что вы можете сделать. Почему бы вместо этого не извиниться сейчас? И тогда мы разойдемся мирно. – Да как ты смеешь?! – взвизгнула она, тяжело дыша и покрываясь пятым слоем румянца. – Донхёк, ударь его! Долговязый альфа, что до этого плевал в потолок, явно незаинтересованный в беседе, ухмыльнулся и двинулся на омегу. Тэхён был далеко не низкий - он иногда был выше некоторых альф, но этот щуплый подросток уже вымахал до метра девяноста точно и явно не планировал останавливаться. Тэхён напряжённо следил за ним и произнес: – Если вы ударите омегу, юный господин, можно считать, что ваше место в обществе исчезло. – Не исчезнет, если никто не узнает, – ухмыльнулся Лиён. Тэхён осторожно сделал шаг назад, впившись глазами в альфу, но тот, будто почувствовав, схватил омегу за руку, притягивая ближе, и замахнулся свободной рукой. Тэхёну было не привыкать к побоям. Все его детство и юность, сколько он себя помнил, ему постоянно доставалось. Его мог ударить Лиён, мог вцепиться в его волосы и расцарапать лицо, могла отвесить пощечину госпожа, мог избить Минхёк, если Тэхён отказывался что-то делать для него. Но он так от этого отвык, потому что Чонгук никогда не поднимал на него руки. Даже если они ругались, Чон всегда охлаждал омегу словами, взглядом, иногда даже затыкал поцелуем, но никогда не позволял себе даже замахнуться на него. Тэхён вообще не помнил, чтобы альфа бил хоть кого-то, даже слуг, если те в чем-то провинились. Поэтому сейчас это для него стало настоящим шоком. Удар прилетел по скуле, отбросив голову омеги назад. Он тут же чуть не задохнулся, распахнув глаза, сердце болезненно сжалось, воздуха перестало хватать, будто его выкачали в одночасье. – С ним что-то не так, – вдруг напряжённо выдал Лиён, глядя на посеревшего Тэхёна, который буквально задыхался, повиснув на руке Донхёка, пока последний смотрел на него растерянно. – Брось его и уходим. – Далеко собрались? – спросил голос, наполненный яростью. Они резко развернулись. За ними стоял Хёнджин, пыша таким гневом, что дети невольно побледнели. Хёнджин резко подошел к Донхёку и притянул почти бессознательного Тэхёна к себе. Он бережно держал омегу за спину, боясь сделать больно, и ядовито выплюнул: – Будьте уверены, вам это бесследно не пройдет. Вы угрожали жизни принца, и я посчитаю это покушением. Я расскажу обо всем королю, а тебе, – Хван кинул острый взгляд на Донхёка. – А тебе я советую бежать из страны, хотя... Его муж найдет тебя где угодно. Альфа побледнел, только сейчас осознав масштаб трагедии, и они рванули с места, удирая. Хёнджин же осторожно подхватил омегу под коленями, поднимая на руки, и двинулся в сторону, где находился кабинет Его Величества. Когда его увидели стражники, стоящие у дверей, они тут же переполошились и моментально побежали докладывать королю. Но, разумеется, первым из кабинета буквально вылетел побледневший Чонгук, забирая омегу к себе на руки и залетая обратно в кабинет. Стражники тут же встали на место, ясно дав понять, что больше никто не пройдет, и Хёнджин молча встал в сторонке. Он не уйдет отсюда, пока не узнает, что с его возлюбленным все в порядке.