Штрихи

Лена худая, плоскогрудая, бледная. По фигуре ей можно дать лет четырнадцать. По лицу — изможденному, морщинистому, с запавшими глазами — лет пятьдесят. На самом деле ей тридцать. У нее трое детей, которых растит ее мать — сама Лена лишена родительских прав. А ещё у нее героиновая наркомания, подострый септический эндокардит и двусторонняя пневмония. Лена умирает долго и мучительно. За последние полгода она три раза попадала к нам с этим диагнозом и все три раза уходила самовольно, едва почувствовав улучшение. Наркоманы часто уходят из больницы самовольно — потому что перед «официальной» выпиской у них удалят подключичный катетер, а в него так удобно вводить наркотики! В этот раз Лена уже не уйдет. Она уже и по палате не ходит — сил едва хватает присесть на кровати. Жар сменяется ознобом, и снова жар, который уже не удается сбить. Она хрипит, задыхается и кашляет, отплевывая кровь со сгустками. Врач, описывавший ее компьютерную томографию, выразился скорее поэтично, чем научно — «в лёгких бесчисленные очаги распада…» В одной палате с Леной лежит Надя. Ей тридцать два. Хронический алкоголизм, цирроз печени. Двое детей, которых воспитывает ее мать — сама Надя лишена родительских прав. Надя жалеет Лену, суетится вокруг нее во время приступов кашля, кладет ей холодный компресс на лоб, когда она горит в жару… Мать Лену не навещает. Ни разу. Даже после того, как я ей позвонила и сообщила, что Лена не выживет. Я так понимаю, что для матери она умерла давным-давно. Смерть Лены оставляет тягостное впечатление. Всегда жалко, когда умирают молодые, тем более так тяжело. Потом, в ординаторской, я говорю: — А самое страшное, что у нее есть и мать, и дети — а оплакивает ее только соседка по палате. — Нет, — возражает мой коллега, — ее вообще никто не оплакивает. Я смотрю на него с недоумением. Мы вместе видели, как рыдает Надя над опустевшей койкой. — Надюха не Лену оплакивает, — поясняет коллега. — Она оплакивает себя. Надя умерла через полгода. Умерла от цирроза печени, страшно, мучительно, захлебываясь кровавой рвотой. Мать ни разу не навестила ее…