Штрихи

Девушке двадцать один год. Бледное лицо, потухший взгляд, круги под глазами. — На что жалуетесь? Перечисляет равнодушно, словно это ее и не тревожит: голова кружится, сердце ноет, бьётся с перебоями… Поступила по «Скорой». Входной диагноз — «состояние после обморока». Гемоглобин нормальный, несмотря на бледность. Перебои? Ну да, на ЭКГ единичные синусовые экстрасистолы — вариант нормы, они обычно и не ощущаются. И ещё боли… Миокардит? Непохоже. — А работаете вы кем? — Я не работаю, я в декрете сижу. Полтора месяца как родила. — А сейчас с кем ребенок? — невольно интересуюсь я. — С мужем, то есть со свекровью. — А она справится? — меня это не касается, но для таких вопросов есть причина. — Да она лучше меня справляется, — голос у девушки такой же невыразительный, тусклый, как и взгляд. — Это я все неправильно делаю. — А кормить она его чем будет? — а вот этот вопрос как раз не праздный. — Молоко у тебя не перегорит? Ты сцеживаться умеешь? — Молоко у меня уже две недели как совсем пропало… И все-таки — миокардит? Кровь без воспалительных изменений… Ладно, послезавтра ЭхоКГ будет, оно покажет. А пока — витамины, немного успокоительных… Это в любом случае будет полезно. Через час в ординаторскую заходит медсестра: — Я принесла больной таблетки, а она спит. Будить? — Не надо! Здоровый сон — это всегда хорошо. А особенно для женщины с полуторамесячным ребенком. Идет время. Дневные врачи разошлись, я остаюсь на дежурство. Наступает время ужина. В ординаторскую заглядывают две женщины — соседки по палате с этой новенькой. — Доктор, мы хотели ее на ужин позвать, а она спит, это нормально? — Эээ… А на обед она ходила? — Нет, тоже спала! Иду в палату. Пытаюсь растолкать больную. Одновременно присматриваюсь к реакции зрачков, оцениваю связность речи. — Эй, с вами все в порядке? — Да, спасибо… Я спать хочу… Проходит ночь, наступает время завтрака, она спит. И просыпается наконец вскоре после того, как прошел обед. — Как ты себя чувствуешь? — Прекрасно! На порозовевшем лице отпечаток складки наволочки, но это неважно. Зато круги из-под глаз пропали. И голова не кружится. И сердце не ноет, и перебои не беспокоят… — Сколько же я проспала, доктор? — Больше суток. Вы лучше скажите, сколько вы не спали! — Ну… Я же говорила, полтора месяца. Доктор, а мне пообедать дадут? Я кушать хочу. — Найдем чего-нибудь, — улыбаюсь я. — Подожди, я сейчас поговорю с буфетчицей. Мой рабочий день закончен, но я не ухожу. Еще час, и начнется время посещений, к этой девушке наверняка придет муж. И мне очень надо с ним поговорить. Объяснить ему, до какого состояния дошла за это время мать его ребенка. Объяснить, что свекровь, конечно, вправе не помогать с ребенком, но уж попрекать молодую мать тем, что она все делает неправильно, точно не должна. — Ну как ты, покушала? Как себя чувствуешь, сердце не беспокоит? — Нет, все хорошо… Только спать хочется, можно, я еще немного посплю? Она вдруг замирает, словно прислушивается к себе. Дотрагивается рукой до футболки на груди. — Доктор, а у меня, кажется, молоко пришло! По иронии судьбы, это был мой последний рабочий день перед декретным отпуском…