Любая стена - это дверь

Пока Джим ехал, он думал о том, что почему-то сказанная чисто машинально фраза «Делаю грязную работу за других» зацепила Тома. Мориарти ее произнес скорее по инерции, просто оценив Тома и его бизнес. Том был явно отличным управленцем, при другом раскладе он не смог бы удерживать на плаву такую империю, а раз так, значит, прошел уже сквозь «пекло» бизнеса, сталкивался со всем на легальном уровне и умеет решать в этой плоскости любую проблему. Джим увидел в конце действительно сильного человека, пусть и со своими странностями, но никто не совершенен. Оставалась лишь сфера криминала, с которой Том мог и не сталкиваться, поэтому она, возможно, могла быть его слабым местом, а значит на этом Джим мог заработать и ввести Тома в круг своих клиентов. Машинально проведя быстрый анализ, он и показал свою работу с выгодной стороны, и попал в точку. Теперь же еще и любопытство вело криминального консультанта в офис фармацевтической компании: с чем же не смог справиться такой человек, как Том? Фирма Тома занимала все офисное здание, что, впрочем, было ожидаемо. На входе ему сообщили этаж и номер нужного офиса. Прямо перед кабинетом была еще одна линия обороны в виде секретарши. Джим назвал свое имя и получил вежливый ответ: — Вас ожидают. Пара человек, стоящих перед закрытыми дверями офиса Тома, явно подчиненные, бросили на него взгляды полные тоски и ненависти. Джим уже сделал шаг к дверям, когда из них пулей вылетел бледный человек, скорее всего, получивший разнос от начальства. Как Джим и подозревал, он видел вчера вечером совершенно другого Тома, а то, что он увидит сейчас — это каждодневное поведение Бэрера. В белоснежном большом офисном кресле за столом из темного дерева сидел Том. Одет он был в классический черный костюм и белую рубашку, на шее был туго затянут темно-синий галстук — сама строгость и неприступность. Позади Тома в огромных витражных окнах открывался прекрасный вид на небоскребы, пожалуй, единственное, что вносило хоть какое-то разнообразие в совсем уж суровый вид офиса. — Садись, — кивнул Том на кресло напротив, не глядя, и продолжил сосредоточенно четкими быстрыми движениями подписывать какие-то бумаги. На столе все лежало в идеальном порядке: белые папки аккуратной стопкой в углу, ноутбук ровно под сорок пять градусов развернут в сторону, чтобы сейчас не мешать писать. Джим вальяжно развалился в офисном кресле, откинувшись и положив ногу на ногу, потом небрежно кинул солнечные очки на стол хозяина офиса. Он откровенно скучающим взглядом обвел стандартный кабинет, где все было из железа, стекла и дерева в черно-белых тонах. Стерильная операционная — окрестил про себя Джим это помещение. Том, наконец, поднял глаза и посмотрел на него так, будто видел в первый раз, и тот пришел к нему на собеседование, и не было никакого секса вчера. Быстрый оценивающий взгляд мазнул по лицу Джима, скользнул по одежде. — Красный галстук, — внезапно сказал Том. — И что? — спросил Джим. — Он отлично сочетается с моим костюмом цвета портвейна «Роял». А ты ожидал, что я приеду одетый так же уныло, как выглядит твой кабинет? — Ты всегда так с клиентами разговариваешь? — недовольство промелькнуло в голосе будущего хозяина империи, и Джим всей кожей ощутил раздражение Тома. Перед этим человеком пресмыкались многие, и он привык, что все его требования выполняются быстро и без препирательств, но Мориарти это не волновало. — Ты им еще не стал, — ответил Джим, зная, что не потеряет Тома, как клиента, как бы ни разговаривал с ним сейчас и что бы ни делал, потому что Бэрер явно не собирался с ним встречаться после вчерашнего вечера. Случайный любовник в его офисе — это то, что Том точно не мог себе позволить. Однако, Джим сейчас перед ним, значит, Тому что-то от него нужно, и это не сможет сделать никто другой. Джим с ухмылкой, нарочито медленно расстегнул пуговицы на темно-бордовом пиджаке: — Жарко здесь, — сказал он, намеренно провоцируя Тома, демонстрацией галстука во всей красе. И сразу продолжил: — Готов выслушать твою проблему. И еще более вальяжно развалился в кресле, давая понять, кто здесь на самом деле от кого зависит. Том молчал, одновременно пытаясь переварить нахальство посетителя и правильно обтекаемо сформулировать мысль. Джим ждал, хотя уже все понял. Ему было интересно, как выкрутится Том на этот раз. Он не собирался сам рассказывать все за Бэрера, как было в первый раз в доме. — Насколько грязную работу ты делаешь за других? — голос Тома прозвучал неуверенно, будто он и сам не знал, что точно хочет от человека напротив. — Очень грязную, — протянул Мориарти, беря листок и ручку со стола Тома, за что тот опять с неудовольствием посмотрел на него. Джим быстро написал сумму и положил перед Томом. — За одного? — спросил тот деловым тоном. В этот момент Джим удивился: — Оптом будет скидка, — с иронией ответил он. — Одно условие, — сказал Том. — Я хочу присутствовать в конечной стадии. Так Том обтекаемо назвал убийство. — Зачем? — снова удивился Джим. — Никогда не решал проблемы таким образом, хочу понять: стоит ли и в будущем рассматривать такой вариант решения, — пояснил Том, но Джим понял: Том хотел контролировать процесс. Он привык все держать под контролем. Том продолжил, по-своему расценив молчание Джима:  — Я заплачу больше за неудобства… — Договорились. — И ты можешь это больше не надевать? — спросил Том, кивнув на галстук. Джиму показался даже в какой-то мере забавным тот факт, что Том пытался диктовать ему условия и сделать удобнее для себя. — Нет. Ты покупаешь мои услуги, а не меня, — прояснил Джим положение вещей. — Итак, что нужно и кто цель? Джим подался чуть вперед, он хотел лучше слышать Тома, и полы пиджака разошлись. Том скользнул взглядом по его теперь уже ничем не прикрытому ремню и ширинке. — Сегодня вечером в том же доме поговорим, — коротко сказал Том, отводя взгляд куда-то в сторону. Ручка Паркер в его руке, стала напоминать работу лопастей ветряной мельницы, настолько быстро и нервно он крутил ее между тонких пальцев. — Только разговор? — ехидно спросил Джим, уже понимая, почему Том решил пообщаться в другом месте. — И другое… — обтекаемо ответил Том, демонстративно утыкаясь в бумаги, потом не глядя махнул рукой. — Иди… Джим, не скрывая насмешливой улыбки, вышел. В восемь вечера Джим был у Тома, в том же доме для случайных любовников. Они устроились в гостиной на этот раз: Джим — расслабленно откинувшись на удобном диване, а Том — стоя у окна. Сначала Том долго смотрел на темный сад и голубую подсвеченную воду уличного бассейна, потом бросил пару взглядов на Джима, видимо, на этот раз его смущал галстук от Версаче: красно-черный с золотым растительным узором, хотя черный костюм Мориарти успокаивал и не действовал так же раздражающе, как бордовый днем. Что хорошо было для любовника, не подходило для делового партнера. Слишком уж фривольным ему казался образ Джима, чтобы довериться ему. — Решайся уже, — с раздражением сказал Джим, устав смотреть на его терзания. — Ломаешься как девственник: надо — не надо. Можно подумать, что твой бизнес до этого был чист, как слеза, и ты никого не нанимал, чтобы справиться с конкурентами. — Нет, — жестко ответил Том, поворачиваясь к нему. — Со стороны — никогда. Всегда справлялся силами компании. Джим оценил его слова, как правду, вспомнив, как быстро нашли его сотрудники Тома. — Что изменилось на этот раз? — Мне нужны не тупые исполнители. Мне нужны еще одни мозги кроме своих собственных и дополнительная информация. Кроме того, убийство — это то, на что я никогда не был готов пойти. Но сейчас я вижу, что обстоятельства могут повернутся так, что могут потребоваться радикальные меры, и мне нужен тот, кто может их организовать. Том снова уставился в окно. Видимо, это реально было для него за гранью. — Приятно, что ты оценил не только мой член, но и голову, — съязвил Мориарти, понимая, что Том уже успел что-то разузнать о нем. На пустом месте такой человек не стал бы делать выводы. — Но ты так и не сказал, что изменилось на этот раз? Том снова повернулся к нему, и Джим заметил, что тот стал чуть бледнее. — Что-то происходит, Джим, на мою компанию идет полномасштабная атака. Ощущение, что ее хочет у меня отобрать весь мир: хакерские атаки, юридические компании, даже бандитские группировки! — акцент Том сделал на последнем словосочетании. Для себя Джим тут же отмел две первые проблемы. Хакеры были не его профиль, хотя и к их услугам он прибегал. С легальными способами давления на бизнес Мориарти тоже не связывался — это могло вывести его из тени, в которой он предпочитал существовать. Хотя и прошли годы, перед ним отчётливо всплывало видео, которое ему показал Майкрофт Холмс. На нем его сумасшедший двойник, по счастливой для Джима случайности, выстрелил себе в голову на крыше: то ли из-за неумения обращаться с оружием, то ли из-за испытываемого стресса. Это и спасло Джиму жизнь. Мориарти знал, что он до сих пор под присмотром, и рисковать не стоит. — Давно началось? — спросил Джим. — Десять дней назад, и сейчас вышло на свой пик. Джим задумался. У него была обширная сеть информаторов, но ни о чем таком он не знал. Его очень порадовало словосочетание «бандитские группировки», которое явно напрягало Тома. Оно для Джима прозвучало как «уже почти решенная проблема», хотя, возможно, дело будет более кровавым, чем он думал. — Я так понимаю, что основная беда для тебя только в том, что вмешались различные преступные элементы? Разобраться с ними будет стоить дороже, — пришел он к выводу, обдумав все источники, откуда можно получить информацию, и что можно сделать. — Мне не важна цена. Я хочу сохранить компанию любыми способами. Слышишь, Джим, любыми! На легальном уровне я готов выдержать любые атаки, но вот с нелегальной стороной не имел дело никогда. Джим изначально правильно оценил проблему, поэтому просто кивнул. В голове уже прокручивались варианты, как все устроить, когда на плечи легли чужие руки, а прохладные губы коснулись шеи. Он обернулся. Перед ним уже не было того жесткого бизнесмена, что еще минуту назад готов был воевать со всем миром за свою компанию, а часы назад отчитывал подчиненных и бесился от одного вида костюма Джима. Сейчас Том хотел получить еще то, зачем позвал Мориарти. — Трахни меня, Джим, — прошептал он едва слышно и впился жадным поцелуем в губы Мориарти. Вчерашнего вечера Тому явно было мало. Джим насмешливо спросил, едва отстранился Том: — Никто тебе не задавал неудобных вопросов насчет твоей изменившейся походки? — Никто не смеет мне задавать вопросы касаемо моей жизни и меня. Том повалил Джима на диван и снова впился в его губы поцелуем, попутно сдавливая член Джима, сквозь тонкую ткань брюк, теперь уже как свою собственность, как что-то очень желанное и необходимое. Джим чуть отодвинул его от себя и заглянул в почти безумные от желания голубые глаза: — Раз он тебе так нужен, сделай же ему хорошо, Том, — засмеялся Джим. Еще никто так не нуждался в его органе, как Бэрер. — Ты знаешь, что просто невыносим? — спросил Том, быстро расстегивая его ширинку одним нервным, рваным движением. — Я в курсе, — ответил Мориарти, надавливая на его шею и заставляя склонится вниз. Том стянул с него брюки с бельем, отбросил в сторону и судорожно выдохнул, увидев чужой член. Фетиш Бэрера был очевиден. Он коснулся пальцами основания и слегка сдавил, будто снова убеждаясь, что тот настоящий, потом вобрал в рот, посасывая, пока орган любовника не окреп. Дальше началась для Джима просто феерия. Том облизывал, проходился по его члену бесстыдно-жадными губами от основания до головки, пропускал в глотку. При этом слегка сжимал в ладони мошонку и надавливал на анус пальцами. Мир разлетался на куски для Джима несколько раз, тело горело от удовольствия, он забылся и чуть не подошел к финалу, потеряв контроль над собой, но Том чутко уловил этот момент и тут же остановился. Теперь уже его брюки полетели вслед за брюками Джима на пол, а за ними пиджак и рубашка. Презерватив был раскатан за доли секунды по члену Джима, и смазка в огромном количестве потекла по латексу. Том навис над ним, прижимая его плечи к дивану, и медленно насадился на член любовника. Джим мог видеть, как он кусает собственные губы, как дрожат прикрытые ресницы. Мориарти провел тыльной стороной руки по гладко выбритой щеке, поглаживая и успокаивая партнера. Том оценил это, поймал его пальцы и на секунду прижал к своим губам, показывая, что все хорошо. Наконец, когда член уже был полностью в нем, Том, казалось, едва заметно выдохнул. Он начал медленно двигаться, и рот приоткрылся в немом крике боли и удовольствия, но несмотря на это, Том тут же увеличил темп, загоняя в себя член до основания с каждым ударом о бедра Джима. Его тело изгибалось дугой, а голова запрокидывалась каждый раз назад, будто он благодарил небо за то, что мог это иметь здесь и сейчас. Собственная рука ласкала свой член в том же темпе. Он полностью контролировал ситуацию и делал то, что хотел. Не сказать, чтобы Джиму это не нравилось: узкие стенки сдавливали его член, а бешеный темп не оставлял шансов долго продержаться. Тело пронзил ток оргазма, и Том тут же выплеснулся следом, запачкав кисть и живот. Он устало оперся на руку, чтобы не упасть на любовника. — Останешься? — невнятно произнес Том, едва восстановив дыхание. Его глаза были все еще мутными и шальными, будто он был под дозой. Джим выскользнул из-под него. — Не будь идиотом. Ты так потеряешь все раньше времени. Возвращайся домой, чтобы никому даже в голову не пришло, что ты был здесь со мной. Потом не удержался и, всё-таки, провел ладонью по темным волосам, ощущая под ней приятную мягкость, а рука все еще помнила жесткие кудри Шерлока. Том обессиленный упал на диван. — Подожди, — Том вяло взмахнул рукой, попытавшись остановить Джима. — Я сейчас оденусь и провожу тебя. — Не стоит. Джим оделся, вышел на улицу и позвонил Себастьяну. Тот отлучался по паре дел. Машина с визгом развернулась на асфальте, и в этот момент Том вышел из дома. Он посмотрел, как грациозно двигается автомобиль, и улыбнулся. — Я рассчитываю на тебя, Джим. — Я постараюсь что-то узнать, — шагнул Джим к машине.