Любая стена - это дверь

Джим не поехал к Тому ни через два дня, ни через три. И он просто физически ощущал, как у Тома сводит руки от желания написать или позвонить, как тот не спит по ночам, а смотрит на город, в котором где-то спит Джим. Но ему было не до Тома, он ловил кайф от собственной власти над этим городом и собственного ума. Прошло уже много лет с последнего момента, как он испытывал нечто подобное. Все эти главари преступных группировок были такими предсказуемыми и скучными, заурядными, заказы — мелкими и похожими друг на друга: все хотели удержать власть и не попасть в руки полиции. Том поставил ему амбициозную цель, и только одна мысль, как он сейчас развернется, заставляла его улыбаться. Том никогда не сможет осознать, что задача за гранью разумного — это не только проблема, но и то, что может приносить наслаждение. Разум Тома был слишком скован повседневностью, страхом, рутиной каждого дня, чтобы он мог начать мыслить более широко и применить то, что ему дано природой изначально. Джим не сомневался, что Том умен, но рамки, за которые тот боялся выйти, были слишком узкими. Даже самый гениальный ум может оказаться запертым в собственной клетке. А вот тот, кто придумал такую атаку на фирму Тома, явно не страдал от скованности ума. Дальше ассоциативный ряд увел Джима в прошлое. — Шерлок совершенно не видит границ. Это у нас семейное. Вы же в курсе, Джим, — зазвучал в голове голос Майкрофта. Конечно, Джим был в курсе. Он встречался с сестрой Холмсов. Шерлок на тот момент оставался в счастливом неведении насчет ее существования. Джим не хотел влезать в их семейные тайны, поэтому ничего и не сказал детективу о сестре. Тогда его в ту крепость привело, по большей части любопытство, а не просьба Майкрофта, хотя… Сам Майкрофт и что-то у него попросил. Только из-за этого стоило приехать. Старший Холмс предупредил его о способностях своей сестрички. Джим действительно ничего не почувствовал и, возможно, встрял бы в неприятную историю, если бы потом не нашел того, кто отлично владел гипнозом. Он не без труда, но вытащил то, что наговорила ему сумасшедшая женщина, и отменил все ее установки. — Так вот, — продолжил Майкрофт, — я ведь могу не только вас устранить во всех смыслах этого слова, но и Шерлока отправить подлечить голову. Англия и весь мир — это не полигон для ваших с ним развлечений. Ваш гигантский блеф с ключом я оценил, но это всколыхнуло все страны и испортило политическую обстановку. Вы зашли слишком далеко, а с Шерлоком я просто устал нянчиться, и на этот раз он слишком заигрался. Он выбрал для себя не того человека, что еще раз меня убеждает в том, что Шерлок не может самостоятельно принимать ответственные решения. Джим понимал, что Майкрофт сейчас не пытается его запугать или надавить для видимости. Он может реально поступить с Шерлоком, как со своей сестрой, а уж Джимом точно может распорядится, как угодно, раз раскрыл тайну ключа. — Вам повезло. Вы же это понимаете, Джим? Уезжайте, но если когда-нибудь надумаете вернуться — вас и Шерлока ждут большие неприятности. Изначально у Джима, все же, была пара козырей в рукаве против Майкрофта, но тот оказался умным противником и предусмотрел все возможные ходы. Быть запертым на острове в четырех стенах — вот такой участи Джим для Шерлока точно не хотел. Это было равносильно тому, что Шерлок сойдет с ума, поэтому Джим смирился с решением Майкрофта и покинул Лондон. И умереть дважды в ближайшее время тоже не входило в планы Джима. Где-то в глубине души он все еще хотел отыграться. Ему хотелось победить только одного человека в этом мире — Майкрофта Холмса. — Нет, Шерлок, ты никуда не пойдешь, а останешься с ребенком! — злился Джон. — Мне нужно на работу, а ты всего лишь развлекаешься! — Раскрывать преступления — это всего лишь развлечение теперь? Вот как ты заговорил, Джон? — Для тебя да! Джон уже двинулся к дверям, как Шерлоку на телефон пришла СМС: «Надо срочно съездить в Швейцарию и забрать документы из ВОЗ» МХ — Дело государственной важности! — Шерлок ткнул в лицо Джону свой телефон и быстро вышел из комнаты. Чего Майкрофт ожидал меньше всего, так это увидеть брата уже через полчаса после отправки СМС. Шерлок влетел в кабинет и протянул руку: — Давай. — А поздороваться не хочешь? Майкрофту не понравились манеры брата. — Не хочу! Давай! Что там нужно, чтобы получить документы? Пропуск? Доверенность? Майкрофт, недовольно поморщившись, выразил свое неодобрение поведением брата, но больше ничего говорить не стал. Его устраивало, что в кои-то веки Шерлок выполнил его просьбу без препирательств. — Здесь все. Он протянул тонкую папку Шерлоку и тот вырвал ее у него из рук, резко развернулся и выбежал, громко хлопнув дверью. Майкрофт бросил укоризненный взгляд ему вслед и вернулся к работе. В самолете голову было занять абсолютно нечем и, считав информацию со всех пассажиров, которые попали в поле зрения, Шерлок уставился в окно, облокотившись лбом о прохладное стекло. Воспоминания будто только этого и ждали, тут же заполнив пустоту. Шерлок шел по событиям прошлого, точно это было вчера. Он слышал голос Джона, когда тот говорил, что Шерлок помешался на этом преступнике. В тот момент Холмс был с ним даже не знаком лично, но каждое преступление Мистера М., приводило его в восторг. Хотя не только. Шерлок всегда удачно подавлял желания своего тела: либо отвлекаясь и загружая мозг, либо простым и примитивным способом сбрасывал напряжение, что случалось крайне редко. Джон был прав куда больше, чем сам думал. Шерлок даже не сразу осознал, что слишком часто стал пользоваться рукой, чтобы получить разрядку. Неведомый преступник полностью завладел им. Фраза «Ум — это сексуально» для Холмса являлась истинной, как ни для кого другого. Сказать, что это любовь, Холмс не мог — слишком банально, прозаично, примитивно — слово, затасканное до дыр. Куда вернее описал это Джон: одержимость, помешательство, азарт. У Холмса оставалась только одна надежда, что Мистер М. окажется не привлекательным, и тело просто физически его отвергнет, и он сможет соскочить с этой иглы. Но его надежды не оправдались. Если Джим думал произвести фурор своим появлением в бассейне, то ему это удалось. В момент, когда он расслабленной походкой вошёл, Шерлок вдруг ясно осознал, что Джим просто развлекался все это время. Какие-то мелкие игрушки — это не его уровень. То есть этот умный и красивый преступник не ставил его ни в грош. Именно красивый — Холмс не обманул Джима, когда сказал, что у него и пистолет в кармане, и он рад его видеть. Шерлок должен был испытать триумф своего ума, но испытал совершенно другое. Они обменивались глупыми, ничего незначащими фразами, будто проверяя почву, будто присматриваясь друг к другу, как два кота кружат вокруг друг друга, оценивая противника, и это «увидимся», ясно дало понять Шерлоку, что Джима все устроило. Шерлок срывал с Ватсона взрывчатку, а сам все думал о том, почему на телефон не приходит СМС. Джон еще как всегда что-то говорил о том, что подумают люди, но Холмс его даже не сразу услышал. Какие люди? Кому может такое в голову прийти, что Джон и Шерлок могут быть парой? Шерлок даже воспринять такое не мог. СМС пришло только на следующий день, когда Шерлок уже извелся от ожидания и постоянно срывался на Джона. Джим явно был садистом. Холмс точно знал, что тот понимал, что сейчас происходит с детективом на Бейкер-стрит, и сознательно тянул время. Шерлок влетел в гостиницу, которая значилась в СМС, а в номер практически вломился со словами: — Ты ведь обманул меня! — Возможно… — усмехнулся Джим. У Шерлока раньше никогда не появлялось желание кого-то задушить, но сейчас, глядя на расслабленно развалившегося на кровати Джима, который делал вид, что ему абсолютно все равно: есть детектив в этой комнате или нет, — оно застилало ему глаза. Джим манипулировал им все это время, но делал это легко и умело и, как ни странно, Шерлок был не против попасть в расставленные сети. Он уже понял, что Мистер М. его просто провел, заставив раскрывать мелкие преступления, что он был лишь марионеткой в чужой игре. — А как мне было по-другому привести тебя в эту комнату? — продолжил Джим. — Не слишком ли сложно ты все устроил? — спросил Шерлок, хотя ему и польстило, что Джим так расстарался ради него. Джим встал, подошел вплотную и прошептал едва слышно: — Тебя же заводит ум и азарт, как и меня. Не будь этой всей предыстории, ты ведь и не взглянул бы в мою сторону, как ты это сделал с «другом» Молли: абсолютно заурядный парень, и ты даже от микроскопа не оторвался ради него. А сейчас ты сюда не пришел, Шерлок — ты сюда прибежал. Ты ведь подавлял желание лишь потому, что не видел объект, на который можно его направить. Не так ли? Холмс мгновенно провел анализ всех ситуаций из прошлого и пришел к выводу, что Джим прав. Потрясающая проницательность — Холмс добавил еще одну строчку к длинному списку плюсов Джима. А тот специально встал так близко, что его сладко-терпкая туалетная вода кружила голову. Взгляд помимо воли скользнул по шее, по тонкой белой коже: верхние пуговицы рубашки Джима были сознательно расстегнуты. Вывод напрашивался сам собой: раз Джим его позвал, значит согласен, и Шерлок прижался поцелуем к мягким губам, при этом стискивая Джима в жестких объятиях. Через секунду тот отстранился, переводя дыхание: — Я еще не сказал, что хочу этого. — Мне плевать, — Шерлок снова его поцеловал, понимая, что уже сгорает от желания заполучить этого человека. Такого с ним еще не было. Джим был прав — он тот объект, которого Шерлоку не хватало, чтобы осознать, наконец, что пора попробовать и эту сторону жизни. Но Джим внезапно выскользнул из его рук. Шерлок чуть не застонал от злости. — Скажи, что ты хочешь, Шерлок? За правильный ответ — получишь желанный приз, а если ответишь неправильно, то немедленно уберешься отсюда. Условия не обсуждаются, — жестко закончил Джим. Он сделал шаг назад и упал на кровать. Его пальцы сжали «язычок» молнии собственной ширинки. Холмс заметил, что тот не сильно возбужден его напором. — Я хочу тебя, — быстро сказал Шерлок, окинув его взглядом. Джим выглядел довольно развратно, даже пошло: пухлые губы, огромные черные глаза обрамленные по-девичьи длинными, изогнутыми ресницами, и эта рука с идеальными ногтями, как-то слишком уж изящно удерживающая кусочек металла на ширинке брюк от Вествуд. Он казался обманчиво доступным. Так что еще можно было сказать, глядя на него? Но тут Шерлок вспомнил стальные нотки в голосе Мориарти, прозвучавшие только что. Джим на деле был красивой, но ядовитой и опасной змеей. Любой, кто попытается воспользоваться этой самой «видимой доступностью», будет лежать в канаве с проломленной головой. Холмс осознал, насколько же банален его ответ, и сколько он очков только что потерял в глазах Джима. Это было ровно столько, сколько терял любой другой, когда Шерлок слышал из его уст очевидность. Это Джиму говорили, наверняка, тысячи раз. Красивое лицо, «глянцевая обложка» приводили к очевидным желаниям и словам. Холмс позволил телу полностью доминировать над головой, и это тут же привело, по его мнению, к деградации ума. Его собственный вывод относительно того, что тело мешает разуму, только что подтвердился на практике. В глазах Джима он тут же стал рядовым обывателем, который, как и большинство, просто повелся на красивую обертку. Джим уже почти разжал пальцы, разочарованный клишированным ответом. — Нет! — Холмс шагнул к нему и накрыл его пальцы своими, останавливая. — Я хочу твой ум. Твою голову. Мне нужны твои мозги. Я хочу иметь такого противника, как ты. Джим на секунду замер, вглядываясь в его лицо, будто не совсем верил, что Шерлок мог такое произнести, а потом сам дернул детектива на себя. — Это правильный ответ. Поцелуи, последовавшие за этим признанием, вышли жёсткими и были больше похожи на укусы. Шерлок в пылу неожиданной для самого себя страсти, расстегнул ширинку Джима, запустив в нее руку. На Джиме не было нижнего белья, поэтому Шерлок почти восхищённо застонал в поцелуй, и тут же член Джима был обласкан его чуть подрагивающей от возбуждения рукой. Как они оба оказались обнаженными, Шерлок бы не вспомнил даже под пытками. Его жёсткий диск не записал эту информацию, посчитав ее ненужной, но вот то, как Джим стонет под ним, отдаётся его грубым ласкам, как подрагивают его ресницы, когда он чуть прикрывает глаза от удовольствия, Шерлок мог описать с необычайной точностью. Джим резко просунул руку под подушку, лежавшую на кровати. И Шерлок почему-то подумал, что сейчас увидит дуло пистолета, направленное ему в голову, но Джим только протянул ему серебристый квадратик упаковки презерватива и бутылочку с лубрикантом. Все это время Джим едва уловимо вел в их паре, и Шерлок чувствовал это, ощущал всей кожей. А потому этот прозрачный намек, что он будет сверху, несколько ошарашил его, но возбуждение взяло свое. Не заставляя Джима просить дважды, Шерлок взял упаковку презерватива и, смотря тому прямо в глаза, разорвал ее зубами. Затем быстро раскатал презерватив по собственному члену и обильно смазал лубрикантом. — Бери меня без подготовки, — прошептал Джим, раздвигая ноги с пошлой улыбкой на губах, напоминая развратную девицу. Голос его показался в этот момент Шерлоку таким сексуально-порочным, что он и не подумал сопротивляться. Только кивнул и, выдавив немного смазки на пальцы, коснулся ануса Джима. И тут сразу стало очевидно, что партнёр подготовил себя сам. Это немного польстило самолюбию Шерлока. Ведь если Джим готовился к сексу, значит, был уверен, что Шерлок ответит верно. Мягкие стеночки ануса легко поддались напору длинных тонких пальцев, раздвигаясь. Шерлок тут же вынул пальцы и приставил к анусу головку члена. Часто дыша, Шерлок толкнулся в горячее тело Джима, встречаясь с ним взглядом. Страсть, горевшая в темных глазах, сводила с ума и заводила не хуже обнаженного гибкого тела под ним. Шерлок медленно вошёл сразу на всю длину, закинув одну ногу Джима себе на плечо, а вторую чуть придерживая под коленом. Едва он погрузился полностью, как Джим слегка сжал его внутри себя, заставив вскрикнуть. Дав любовнику всего секунду, чтобы отдышаться, Джим требовательно двинул бедрами: — Напомни мне, зачем я связался с девственником, который и не знает, что надо делать в постели? Шерлок в ответ на этот выпад перехватил Джима под коленями, сильнее раздвигая ему ноги, и нарочито медленно почти вышел из влажной от смазки глубины. Джим недовольно застонал и в тот же момент выгнулся от удовольствия, когда Шерлок, резко войдя вновь на всю длину, безошибочно попал по простате. Джим вцепился в плечи Шерлока, чуть прикрыв глаза и облизнув опухшие от жестких поцелуев губы. Длинные ресницы затрепетали, отбрасывая тень на белую кожу. Взгляд темных глаз чуть замутился, выдавая истинные эмоции. Впрочем, Шерлоку и не нужны были слова, чтобы понять, что он все делает верно: именно так, как нравится Джиму. Поэтому спустя мгновение движение повторилось, а затем вновь… рывок, вскрик, стон и пара новых царапин на бледной коже плеч. Шерлоку казалось, что он может делать это с Джимом вечно. Но тело всего лишь тело. И оно требовало разрядки. Вскоре толчки из ритмичных и выверенных превратились в быстрые и хаотичные. Стоны обоих стали громче и жарче, а время потеряло всякий смысл, когда оба любовника, вцепившись друг в друга всеми конечностями, катались по кровати, яростно двигая бедрами навстречу и награждая партнёра поцелуями-укусами. Оргазм накрыл Шерлока, как океанская волна во время прилива, когда долго сдерживаемое желание нашло, наконец, выход и устремилось к его члену. Громко застонав, Шерлок схватил Джима за бедра, натягивая на себя и ещё сильнее ускоряясь. Джим почувствовал, как распирающий его анус член выстреливает внутри него спермой, и специально несколько раз сжал Шерлока внутри себя, доставляя дополнительное удовольствие. Стараясь не поддаваться накатившей вслед за оглушительным оргазмом слабости, Шерлок, тяжело дыша, выскользнул из Джима, проводя ладонями по его торсу и чуть прищипывая напрягшиеся соски. Глаза Джима удивлённо распахнулись, когда он почувствовал дыхание Шерлока на своей мошонке. Губы Холмса сначала поцеловали его уже поджавшиеся яички, затем в ход пошел язык. Он очертил чуть припухший анус Джима, потом снова мошонку и, наконец, пройдясь снизу до самой головки, почти шаловливо коснулся ее. Слегка помогая себе рукой, Шерлок взял член Джима в рот и, влажно причмокивая, стал интенсивно сосать. Не ожидавший, все же, такого поворота событий, Джим продержался недолго. Опустив руку на затылок Шерлока и удерживая его, он кончил ему в рот, заставив все проглотить. Холмс поднял голову, как только Джим позволил ему отстраниться, и тут же встретился с шальным, самоуверенным взглядом любовника: — Понравилось? Скажи, я и в этом бесподобен? Шерлок моргнул, будто отгоняя желание сказать что-то едкое, и ответил: — Да. Они встречались после каждого дела, которое подкидывал Джим. Рассказывая Джону подробности расследования, Шерлок уже чувствовал, как возбуждение захлестывает его. Джон все списывал на собственную привлекательность и все больше переживал, что окружающие подумают о них, будто они пара. А Шерлок все больше злился на это, ожидая заветного СМС. Сообщить Джону об отношениях с Джимом он не посчитал нужным. Джим не говорил, какие преступления его, а какие нет, запутывая детектива, а Шерлок, в свою очередь, требовал повышать планку, понимая, что Джим идет ради него на более мелкие преступления, хотя способен на большее. Никто не поддавался друг другу, поэтому иногда Шерлок просто переставал понимать, где та грань, за которую не переступит Джим в своем желании создать идеальное преступление. Ирен была настоящим подарком, и Шерлок заигрался. Он почти проиграл, но когда услышал от нее имя Джима, мгновенно понял какой пароль. Джим оставил ему эту подсказку. Такой, как Джим, не мог отправить Ирен, не просчитав все ходы, даже денег с нее не взял: просто презент для любовника. Паролем могло быть только одно единственное слово. И после того, как Шерлок выполнил свой долг перед Майкрофтом, разблокировав телефон, он поторопился покинуть кабинет брата. Тут же в коридоре Шерлок сразу стал быстро и нервно жать на кнопки своего телефона, набирая сообщение: «Не надо было этого делать» ШХ Ответ пришел незамедлительно: «Ты ведь почти проиграл. Ум — это сексуально: красивая, умная женщина, и ты потерял голову» ДМ У Шерлока не было никакого желания обсуждать Ирен с Джимом. Кроме того, он понял, что, дополнительно, это была еще и проверка их отношений. «Она красивая, но не настолько умная, как ты. Весь ее план — это твой план» ШХ И сразу получил СМС со временем и местом встречи. Никто и никогда не сводил Шерлока с ума, как Джим. Он даже больше получал моральное удовлетворение, вбиваясь в тело любовника, чем физическое. Ни нежности, ни мягкости, только страсть, похоть и желание безраздельно владеть этим человеком. Было в этом еще что-то от самолюбования. Холмс понимал, что Джим мало с кем заводил долгие отношения, а, возможно, до встречи с Шерлоком и ни с кем: тяжело найти умного и достойного партнера, а еще лучше — врага. Само противостояние объединяло обоих, будоражило кровь, заставляло работать мозги. Они будто были частями целого: инь и ян. Холмс впервые за много лет почувствовал себя счастливым. Он уже стал путаться: он раскрывает преступления, просто чтобы занять голову и покрасоваться перед полицией, или чтобы увидеть на дисплее заветное СМС. Снова почувствовать под пальцами теплую, гладкую кожу, впиться поцелуем в пухлые губы, оттянуть назад чужую голову и заглянуть в черные бездонные глаза, будто проникая в чужие мозги с желанием понять, как они устроены. На суде Шерлок открыто сказал, что между ними особая связь, но никто, конечно же, не понял, о чем он. Джим закатил глаза и изобразил удивленную мину. Джон бежал по улице и звонил ему, чтобы сказать, что Джима отпустили, но Шерлок в этот момент уже ставил чашки на поднос. Джим мог сейчас прийти только в одно место, и это место Бейкер-стрит, и это был их последний секс. После Джим пропал. От него пришла только пара СМС, в которых он внезапно написал, что все кончено, и теперь игра будет идти по-серьезному, и он хочет убрать Шерлока со своего пути. Холмс сначала не поверил и метался по городу в поисках Джима, но потом уже стало не до прояснения ситуации. События стремительно понеслись друг за другом, уничтожая его. Увидев Джима в образе Брука, Шерлок хотел бежать за ним не столько из желания раскрыть его настоящую личность, сколько из желания все прояснить. Но Джим успел скрыться. Холмс уже понял, что ему придется играть в игру Мориарти, и она приведет его к смерти: Шерлок давно осознал, что в масштабных играх Джим умнее его. Криминальный гений всегда был со своими странностями: порой одеваясь, чтобы уйти, Шерлок ловил на себе плывущий, безумный взгляд. Да и кто бы в здравом уме почти разрушил Лондон, просто чтобы поиграть с любовником? Особой моралью Джим, как и Шерлок, никогда не отличался. То что, увидел Холмс на крыше, убедило его окончательно, что Джим сошел с ума. А то, что тот застрелился у него на глазах, стало казаться логичным концом. Но Шерлок не хотел верить, что все так глупо закончилось. Он согласился поехать разрушать сеть Джима только потому, что внутри еще жила надежда, что все окажется ложью, планом Джима, и тот воскреснет и остановит его, но Джим не воскрес, и Холмс остался ни с чем. Самолет приземлился, и Шерлок поспешил выполнить поручение Майкрофта. Перед нужным кабинетом его попросили подождать. Холмс маялся в ожидании, когда краем уха уловил разговор по телефону где-то за углом: — Сын, любая стена — это дверь! Ты должен был сам научиться решать подобные проблемы, а не нанимать какого-то Джима. Что-то екнуло внутри у Шерлока при упоминании этого имени, но на земном шаре миллионы Джимов. Голос продолжил, удаляясь: — Почему во всем Лос-Анджелесе ты выбрал именно его, чтобы спасти компанию? У него, наверняка, не слишком легальные способы решения проблем, ты попадешь в ещё большие неприятности, сын. Джим, который решает проблемы криминальными методами — вот это уже было больше похоже на Мориарти. — Стойте! Кто такой Джим? Как его фамилия? Мне надо знать всё, — закричал Шерлок, нарушая тишину коридоров, и устремился за поворот, но только увидел, как пожилой мужчина бросил на него удивлённый взгляд, и двери лифта закрылись. Холмс отдал одни бумаги и получил другие, вот только в Лондон теперь ему совершенно не хотелось возвращаться. И, постояв некоторое время в центре зала в аэропорту, он решительно двинулся к кассе: — Билет до Лос-Анджелеса, пожалуйста. Искать мертвого любимого врага — это задача как раз для его ума, решил он в конце концов.