Скованные любовью

Она не хотела меня. Она сбежала, как только я родилась. Даже он не хотел меня. Он хотел, чтобы она сделала аборт. Удары мониторов больницы - единственная вещь, которую я сейчас воспринимаю. Мысли кружатся в моей голове, пока я лежу в кровати с закрытыми глазами. Я даже не могу больше плакать. Все мое тело чувствует онемение. Я лежу в той же позиции в этой больничной койке, так, как он положил меня на нее несколько часов назад. Я не могу двигаться. Все, что я могу делать - это лежать здесь, пока мой разум безудержно кричит мне ужасные вещи. Тебя никогда не хотели. — Ты должна что-нибудь съесть, — слышу я голос Какаши рядом со мной, но он сливается со всеми другими мыслями, бушующими в моей голове. Тебя никогда не любили. Бип. Бип. Бип. Я сосредотачиваюсь на мониторе, чтобы попытаться отвлечься. Бип. Бип. Бип... — Аяме, — снова его голос, мягкий и обеспокоенный, но это просто еще одна мысль, как и все остальные. Бип. Бип. Твой отец пьяница. Я чувствую руку на своем плече, но игнорирую это ощущение так же, как игнорирую боль в шее и слабую боль в голове. Ты вышла из ничего. — Проснись, пожалуйста. Ты не можешь лежать так вечно... Ты никто. Бип, бип, бип. Бип, бип... Твоя мать должна была сделать аборт. БИП, БИП... БИП, БИП... Шум увеличивается, принимая неуверенный ритм. Я чувствую, что мое дыхание усиливается, но мое тело все еще не двигается. Все, что я могу делать, - это чувствовать и думать. Всю свою жизнь я интересовалась своим отцом. Даже Хирузен не знал, кем он был. Моя мама отказалась сказать ему. Теперь, после долгих лет размышлений, я желаю забыть это больше, чем что-либо. Новое ощущение внезапно вступает в силу. Знакомый запах сигаретного дыхания успокаивает мое сердцебиение, и я наконец открываю глаза. Его глаза находятся на моем уровне и наполнены беспокойством. Я медленно моргаю, узнавая знакомые черты. Он нахмурил темные брови и откинул волосы с моего лица, глядя на меня своими золотисто-карими глазами. — Сестренка, — бормочет он. Мне нравится, когда он так меня называет. В любом случае, мы практически брат и сестра. — Тебе нужно выйти из этого состояния. Я делаю медленные, глубокие вдохи, наслаждаясь его утешительным присутствием. Он всегда был самым близким из всей моей семьи. Дядя Хирузен всегда был очень занят работой Хокаге, поэтому я проводила много времени со своим кузеном. Он мне как брат. — Давай, — говорит он. Я чувствую его руки на моих плечах, подталкивающие меня вверх. Он подкладывает несколько подушек мне за спину, пока я наконец не сажусь. — Съешь что-нибудь. Это заставит тебя почувствовать себя чуть лучше. Наконец, слова проникают сквозь мои губы. Они тихие и едва понятные, но Асума, тем не менее, понимает их. — Мой отец... Асума кивает и кладет теплую руку мне на плечо. — Не беспокойся об этом. Хирузен приказал допросить его. Они узнают, кем был этот человек и откуда он. — Он мой отец. — шепчу я. — Мы этого не знаем. Он был ужасно пьян. Тебе не стоит сейчас об этом беспокоиться. Держи, — говорит он, поднося ложку желе к моему рту. Я неохотно проглотила его. Я вижу, как Какаши откинулся на спинку стула в углу комнаты и глубоко спит. Асума бросает на меня взгляд. — Он не спал всю ночь, присматривая за тобой. Не ушёл, даже когда медсестры сказали ему уйти. Я беру еще одну ложку желе и пытаюсь отклонить рвотный рефлекс, пока дрожащее вещество скользит по моему горлу. Я никогда не любила желе, оно слишком ужасное на вкус. Асума видит мое отвращение и ставит чашку на поднос. — Больничное желе худшее, да? — Я киваю и опираюсь на подушки за спиной, глядя на ослепительно белый потолок. — Хокаге-Сама говорит, что у него есть задание для вашей команды, как только ты выйдешь из больницы, — говорит Асума, явно пытаясь заставить меня встать с постели. Я пожимаю плечами. — В любом случае, это, наверное, глупая миссия ранга Д. Хотела бы я сейчас отправиться на миссию в Анбу. Асума хмурится и вздыхает. — Всегда спешишь куда-то, да? — Я полуулыбаюсь и пожимаю плечами, смотря на Асуму, который качает головой с ухмылкой. — Это когда я ощущаю лучшую версию себя, — бормочу я, чувствуя боль грусти о жизни, по которой я скучаю. — Я не понимаю, почему дядя Хирузен понизил меня. Я была одним из его лучших Анбу. Асума вытаскивает сигарету и улыбается. — Знаешь, я тоже сенсей. Ты говоришь об этой работе так, будто она настолько плохая. Я нахмурилась и наклонилась к подушкам, пробормотав: — Я просто скучаю по своей старой жизни, вот и все. — Я думаю, тебе действительно понравится быть сенсеем, если ты позволишь себе. — Да, может быть. Но я не думаю, что когда-нибудь позволю себе, — говорю я, поднимая руки вверх, кладя их за голову и вздыхая. Асума посмеивается и качает головой. — Ты всегда была упрямой. Какаши ёрзает в своем кресле, и когда он открывает глаза, чтобы увидеть, что Асума здесь, предлагает уйти. — Все в порядке, — говорю я. Я упрямый, но не ужасный человек. — Ты можешь остаться, учитывая, что ты был здесь всю ночь в ожидании моего пробуждения. Какаши подходит к краю моей кровати, положив руки в карманы. — У Хокаге-Самы есть миссия для нас, — говорит он, пробуя ту же тактику, что и Асума. Когда мои глаза ловят взгляд Асумы, он произносит слово «иди», и я вздыхаю. — Хорошо, я пойду. Оба мужчины у моей постели улыбаются, и я улыбаюсь в ответ. Это неудачное и скучное задание ранга Д, но ради Асумы я пойду на него. Я знаю, как сильно он хочет, чтобы я дала этой работе шанс. И я сделаю все ради моего брата. Так что, я думаю, пришло время самых обычных миссий. Мы прибываем с тремя генинами в комнату с длинным столом и различными людьми за ним. Хокаге находится посередине в окружении старейшин и преподавателей Академии. — Команда 7, ваша следующая миссия - спасти кошку от… Хокаге тут же прерван Наруто, который щурится и скрещивает руки, готовящийся закатить истерику. Я зло шепчу ему, чтобы он заткнулся и повиновался, но он лишь выразительно смотрит на меня. — Нет! Я не пойду на спасение кошки или уборку мусора, глупую миссию ранга Д! Я Узумаки Наруто, будущий Хокаге! Дайте нам что-нибудь сложное! — Наруто! — кричит Ирука из-за стола, смущённый своим бывшим учеником. Какаши вздыхает и странно смотрит на Наруто. Мы все чувствуем раздражение из-за него. Этот малыш никогда не знает, как держать рот на замке. — Хорошо, — говорит Хокаге-Сама, шокируя всех нас. Наруто вскакивает, широко раскрыв глаза. — Правда? Правда? Какую миссию вы нам дадите? Какая-то миссия по захвату сумасшедшего преступника, верно, старик? Верно?! Я нахмурилась, глядя на Хирузена, который спокойно сидел за столом. — Вы будете сопровождать Тазуну, строителя моста, обратно в Страну Волн и проследите, чтобы мост был достроен до конца, — проворчал лорд Третий, когда за нами вдруг открывается дверь. Мужчина, весь покрывшийся морщинами, вваливается в комнату, икает, небрежно разворачивая свою руку. Он держит бутылку сакэ неуклюжей хваткой. Должно быть, это Тазуна. Он говорит, что мы - лишь жалкие козлы, которые будут сопровождать его. Я чувствую нервный возглас, начинающий срываться с моих губ, но быстро подавляю его. На этот раз я действительно согласна с Наруто, который снова начинает жаловаться на миссию. — Ты бы предпочёл собирать мусор, Наруто? — осаждает его Какаши. Наруто передергивается и падает на землю. — Нет, — бормочет он, полностью побежденный. — Тогда все решено. Команда семь. Это ваша первая миссия ранга С. — Ранг с это круто, да? — бормочу я с ухмылкой. Он хмурится, и глаза его выглядят совершенно мертвыми. Все хорошо, Наруто. Вот как я сейчас чувствую себя внутри.

***

На небе ни единого облачка, и солнце ярко светит. Я вытираю пот со лба рукой несколько раз, желая сейчас иметь уродливую заостренную шляпу, как у строителя моста. Он постоянно ворчит, жалуясь на отсутствие опыта у нашей команды. — Аяме и я опытные джонины, — говорит Какаши с улыбкой и закрытыми глазами. — Когда мы рядом, вам не о чем беспокоиться. Но в любом случае, нет ничего, о чем нам бы стоило беспокоиться, верно? — Тазуна отворачивается и хмыкает. — И этот желтоволосый парень раздражает меня. Он нервный и громкий. Он ни в коем случае не может быть квалифицированным ниндзя, — замечает Тазуна, из-за чего Наруто смотрит на него широко раскрытыми глазами. — Смотри, старик! Видишь эту повязку? Она показывает, что я - полноценный ниндзя! —восклицает он, указывая пальцем на свою хитайате. — Ты лучше запомни меня, старик, потому что я, Наруто Узумаки, когда-нибудь стану Хокаге, даттебаё! — Когда рак на горе свистнет, — замечает Тазуна. Я хихикаю, на что получаю злобный взгляд от Наруто. Саске хмыкает и скрещивает руки, как и всегда. На самом деле он никогда ничего не говорит. Просто "хм, хм, хм, хм ,хм". Это как его собственный язык. Интересно, есть ли другие люди, которые понимают разницу между всеми его хмыканьями? Краем глаза я замечаю мерцание водяного клона, который сделал себя невидимым, и все, что нужно, это один обмен взглядами с Какаши, и я вытаскиваю свои лезвия. Но когда я снова ловлю взгляд капитана, он качает головой. У меня нет времени, чтобы выразить свою растерянность, как вдруг Какаши схвачен цепями противника, а генины визжат от страха. Я чувствую руку на своем запястье, прежде чем я оказываюсь высоко на ветке дерева. — Что... — но Какаши перебивает меня. Но как он так быстро выбрался? — Смотри. Нам нужно увидеть, за кем они охотятся. — шепчет он, указывая на врага. Я пристально наблюдаю, как два ниндзя пытаются атаковать Наруто, но Саске останавливает их атакой сюрикена. Пока Саске защищает Наруто, они обходят вокруг него и направляются к Тазуне, которого охраняет дрожащая Сакура. — Какаши... — бормочу я, широко раскрыв глаза, когда противник приближается к ним. — Кака… — Просто подожди. — говорит он, не отрывая взгляда от событий внизу. Саске метает цепи противников на деревья, с помощью куная, останавливая их, прежде чем они смогут добраться до Сакуры и Тазуны, но их механические руки вытягиваются, снова направляясь к ним. Я собираюсь проигнорировать приказ Какаши и спрыгнуть к генинам, когда Саске прыгает перед Сакурой и Тазуной, и Какаши говорит достаточно громко: — Сейчас. А потом мы прыгаем, появляясь позади каждого врага в одно мгновение. Я приставляю лезвие к горлу врага, в то время как Какаши блокирует атаку своего. Наруто и Сакура смотрят на нас, все еще дрожа от страха. Тазуна тяжело вздохнул с облегчением. — Что! Какаши-сенсей! Но я думал, что ты… но… — начинает Наруто, но поворачивается туда, где находился Какаши, и видит лишь бревно на том месте. — Нам нужно было узнать, кем были эти парни, — бормочет он, глядя на парня, которого он держит за голову. — Извини, если тебе больно. Я не думал, что ты так испугаешься, Наруто. Наруто вздыхает, когда Какаши хвалит Саске: — Молодец, Саске. И ты, Сакура. Вы оба очень хорошо держались и защищали Тазуну. — Я смотрю на Наруто, который явно недоволен. Я вижу смесь грусти, гнева и ревности в его глазах, когда он смотрит, как Какаши хвалит других. Я подхожу к нему, кладя руку на желтую шевелюру. — Все в порядке, Наруто, — говорю я так, что только он слышит. — Это было совершенно неожиданно. Это нормально - бояться в первый раз, когда ты сталкиваешься с врагом. Наруто смотрит на меня своими большими голубыми глазами и улыбается, и я чувствую тепло, проникающее в мое сердце. Черт, я никогда не думала, что буду защитницей этого надоедливого маленького парня. Может быть, это потому, что я вижу немного себя в нём - ребенка, который никогда не знал своих родителей и борется со своей индивидуальностью и пытается выстроить хорошие отношения с другими. Деревня видит его как монстра с девятью хвостами, а не как простого ребёнка. Точно так же люди часто видели меня как никому ненужную сироту, которую принял Хокаге. Люди знают, что я не ребенок Хирузена, хотя он меня воспитывал, и в деревне ходили слухи о том, что моя мама родила меня в семнадцать лет. Я была самым обсуждаемым человеком в деревне, пока не родился Наруто, и слухи не перешли на него. Я чувствую небольшое чувство вины, за то, что этот бедный ребёнок принял эту ношу на себя. Это должна быть я, а не он. Он этого не заслуживает. Точно так же Саске тоже не заслуживает своей репутации. Хотя его не высмеивает вся деревня, как Наруто, Саске испытывает ту же боль и борьбу, что и его товарищ. Они похожи гораздо больше, чем думают. Обидно, что они так часто соперничают. Я вижу его брата Итачи в нём. Вступив в Анбу, я работала в Команде Ро с Итачи почти два года, прежде чем он стал капитаном, как раз перед тем, как уничтожить его клан и стать изгоем. Мы мало общались. Итачи был для меня не больше чем товарищ по команде, но я видела его уровень мастерства. Любой, у кого есть глаза, мог сказать, что Итачи продвинулся дальше времени. Мало того, что он был мощным ниндзя, но и его использование шарингана было безупречным. Я знаю, как трудно было Саске, живущему в тени своего старшего брата, оправдать ожидания других. Я чувствовала это долгое время, свыкаясь со своей фамилией - Сарутоби. Поскольку мой дядя был Третьим Хокаге и таким могущественным шиноби, я чувствовала давление, также пытаясь оправдать ожидания других людей. Это и есть часть того, что заставило меня так усердно тренироваться и присоединиться к Анбу. И Анбу было отличным местом для меня, чтобы скрыть свою личность. Мне не нравилось, когда меня видели - мое лицо, на которое люди смотрят - напоминание о моей матери. Видимо, мы так похожи, что мой пьяный отец принял меня за нее почти тридцать лет спустя. Интересно, была ли моя мама могущественным ниндзя, как ее брат Хирузен? Он не любит говорить о ней. Кажется, упоминание обоих моих родителей является табу. Мы продолжаем идти. Наруто изредка сжимает руку, которую он порезал своим кунаем. Я впечатлена. Он действительно вырос в тот момент, доказывая свою преданность миссии. Но давай, малыш. Ты был отравлен и получил ужасную рану на руке. Разве не было бы проще сказать это вслух? Я предполагаю, что способ делать вещи менее драматическими - это не путь Наруто. Какой странный ребенок. Я начинаю чувствовать этот знакомый порыв, зная, что такой обычно бывает на миссиях в Анбу.. Генины на грани, и Какаши все еще ворчит о том, что Тазуна солгал, чтобы получить более дешевую цену на сопровождение ниндзя, но я счастлива. Я живу для такого рода вещей. Может быть, все это станет очень серьезным, и кто-то опасный, как преступник ранга эс, появится. Разве не было бы это круто? Я не обращаю внимания на споры Наруто и Сакуры, нацелив лицо в небо и купаясь под палящим солнцем. Улыбка играет на моих губах. Я думаю, ты был прав, как и всегда, Асума. Это не так плохо, как я думала. На самом деле, это здорово. Когда я снова открываю глаза, Какаши краем глаза смотрит на меня. — Что? — спрашиваю я, и он быстро отводит взгляд. — Ничего. — говорит он. Но, клянусь, под этой маской он ухмыляется. Все отлично, кроме Какаши. Я хотела бы, чтобы он перестал пялиться на меня все время. Это заставляет меня чувствовать себя так странно. В последний раз кто-то смотрел на меня так... Я качаю головой, пытаясь уклониться от мысли, прежде чем она дойдет до меня. К моему большому счастью, мы достигли небольшого мостика, который позволяет мне сосредоточиться на чем-то другом. — Мы поплывём на лодке? — озадаченно спрашивает Сакура. Она смотрит на озеро, щурясь, пытаясь увидеть сквозь туман. — Это единственный способ попасть в страну Волн, — говорит Тазуна, забираясь в лодку. Мы все аккуратно залезаем, по одному. Я последняя. Когда я собираюсь ступить, Какаши предлагает мне руку. Я смеряю его смертельным взглядом, но он все еще упорствует, не отступая. Я неохотно беру его за руку и забираюсь в лодку. — Юхууу! Мы отплываем! — кричит Наруто и прыгает, заставляя лодку качаться. Я почти падаю через край, но рука Какаши спасает меня. — Идиот, — бормочет Саске, отворачивая голову от Наруто. Желтоволосый отвечает ему своей лучшей попыткой угрожающего взгляда. Два мальчика смотрят друг на друга в напряженном состязании. Я чувствую, как теплые пальцы Какаши сжимают мои, прежде чем он отпускает меня. В то же время в моем животе появляется странное чувство. Я обвиняю в этом качающуюся лодку, замедленная реакция от того, что я чуть не упала. Когда он предлагает сесть на скамейке рядом с ним, я поворачиваю голову, как Саске сделал это с Наруто, и неуверенно иду к самой задней части лодки, сажусь, скрестив ноги на полу и глядя на покрытую туманом воду. Я не поддамся глупым реакциям моего тела на его попытки установить связь со мной. Я знаю, что мы оба согласились, что поцелуй ничего не значит, и он утверждал, что "не знал", почему он это сделал, но я также знаю, что тело и разум часто действуют отдельно друг от друга. Это один из многих недостатков человеческих существ, рассинхронизация между телом и разумом. Недостаток. Несовершенство. То, что приводит только к боли и разбитому сердцу. Так что, я прекрасно понимаю, что он сказал одно, а почувствовал другое. И я не собираюсь позволять себе поддаваться этим чувствам. Я не собираюсь так легко отказываться от своего синхрона.