Скованные любовью

Pov Наруто Ах! Он так меня раздражает, стоит там и думает, что он такой крутой. Он всегда так делает. Но вчера что-то изменилось. Я заметил взгляд, который я никогда ранее не видел в его глазах. Он защитил меня от игл сенбона Хаку, взяв атаку на себя. Но потом он снова назвал меня бесполезным идиотом, так что я думаю, что он все тот же Саске. Я смогу убедить его принять меня. Я никогда не сдамся, потому что это мой путь ниндзя! — Наруто! Хватит мечтать и смотри за Тазуной и мостом, теперь твоя очередь! — восклицает Сакура-чан, сильно ударяя меня по голове. Я сутулюсь и растираю шишку, уставившись на неё щенячьими глазами. — Ой, Сакура-чан... Она поднимает голову и проходит мимо меня, чтобы присоединиться к сенсеям под деревом на краю моста. Она выглядит так мило... А вот он.. Я ворчу, когда Саске покидает затененное дерево и присоединяется ко мне на мостике. Это так забавно, что Саске и мне приходится делить нашу смену. Я даже не могу пожаловаться на это Аяме-сенсею или Какаши-сенсею, потому что Аяме-сенсей пообещала купить мне рамен, когда мы вернемся, если я буду слушаться... это отстой! Я сижу на перилах моста, наблюдая за скучнейшей картиной, как рабочие кладут кирпичи и дерево по частям. По крайней мере, они почти закончили, и скоро мы наконец-то сможем вернуться домой. Я снова смотрю в сторону дерева, надеясь увидеть Сакуру-чан, но замечаю, что она уже переместилась под другое. Но почему- — Какаши! Перестань, черт возьми, щекотать меня! — кричит Аяме-сенсей, переворачиваясь на траве, защищаясь. Она смеется, и они оба лежат на траве, удивительно близко друг к другу. Я думал, что Аяме-сенсей такое не интересует. Она всегда избегала Какаши-сенсея настолько, насколько могла. Что изменилось? Кроме того, фу! — Какаши, остановись! Не когда генины рядом! — тихо пробормотала она. Какаши что-то шепчет ей на ухо, и её лицо вмиг краснеет. Боже, меня сейчас стошнит. Это еще хуже, чем когда Сакура-чан падает в обморок при виде Саске! Саске хмыкает и также отворачивает голову. Наконец-то мы хоть в чём-то согласны. Pov Аяме Я расположилась в траве под тенью дерева, пока идёт очередь Наруто и Саске присматривать за постройкой моста. Сакура подходит, чтобы присоединиться ко мне и Какаши но секунду смотрит на нас и уходит в другое место. Я хихикаю, и Какаши прислоняется к стволу дерева с закрытым глазом. Нет ничего лучше, чем прикалываться над своими товарищами. Я все время делала так с Асумой, когда мы были детьми, но мне пришлось перестать, когда я вступила в Анбу, ведь от меня ожидали наилучшего поведения в миссиях, без всяких шуток. Но я больше не в Анбу... Не осознавая этого, я отстегиваю его сандалию и стаскиваю, подбрасывая вдаль. Его единственный глаз мгновенно открывается и смотрит, как сандалия летит в лес позади нас. — Вот так значит? — бормочет он тем же скучающим голосом. — Иди, принеси, — шучу я, сморщив нос и высунув язык. Он безразлично смотрит на меня на мгновение, прежде чем наброситься. У меня нет времени, чтобы успеть отреагировать. Он действительно быстр. Он наполовину на мне, щекочет меня, пока я закрываю свое тело руками, пытаясь защититься. — Какаши, остановись! — восклицаю я через смех. Он перестает и я быстро переворачиваюсь, держась за его тело руками. Какаши испускает смешок и тоже переворачивается, лежа на спине и глядя в листья, пока они тихо развеваются на ветру. Я отстраняюсь от него, прежде чем пробормотать: — Не когда генины смотрят... — Я смотрю на Сакуру, наблюдающую за нами с другого дерева, а Наруто и Саске пялятся с моста. Он поворачивается так, что его рот находится в нескольких дюймах от моего уха и шепчет то, что заставляет все мое лицо залиться краской. — Только представь, что я сделаю с тобой, когда мы будем одни... Мои глаза широко раскрываются, и я поворачиваю к нему голову с отвисшей челюстью. — Какаши! — визжу я. Он снова посмеивается, вытаскивая свою книгу. — Твой разум омрачен этой книгой, точно тебе говорю. Я закатываю глаза и сажусь, опираясь на ствол дерева, наблюдая, как птицы кружат в небе. Тогда это поражает меня. Он действительно имел это в виду. Это была не шутка. — Э-э, Какаши... — бормочу я. — Хм, — мычит он, все еще не сводя глаз с его книги. — Я… я думаю, нам стоит поговорить… — он поднимает на меня глаза из-за своей книги, нахмурив брови. — Я думаю, что мы должны обсудить это до ... — А? Обсудить что? Боже. Он совершенно невежественен. — Э-э, — неловко говорю я, почесывая затылок с улыбкой с закрытыми глазами. —Ну, мы не должны спешить с этим, — это все, что я могу придумать. Его глаза смягчаются, и он поднимается, прислонившись к дереву. — Конечно, — бормочет он. — Это было больше шутка, чем что-либо другое.. — Ах, да, — отвечаю я, чувствуя смущение, полагая, что он серьезен. Я хочу, чтобы этот разговор закончился. Прямо. Сейчас. — Хорошо, — говорит он с тоном понимания. — Хорошо. Он оглядывается на свою книгу и продолжает мирно читать. Я глубоко вздыхаю и закрываю глаза, наслаждаясь свежим воздухом, наполняющим мои легкие. Я хочу этого, правда хочу. Но я не хочу торопить события. Не так, как в прошлый раз. Я отгоняю мысль и пытаюсь сосредоточиться на птицах, которые поют свои песни и летают с дерева на дерево. Большая птица внезапно набрасывается на нас. Он приземляется рядом со мной, и Какаши хватает свернутый листок бумаги с её когтей, прежде чем она снова взлетает, а её большие крылья заставляют траву вокруг нас зашевелиться. С нахмурившимися бровями он читает сообщение. — Лорд Третий просит тебя вернуться в Коноху, — бормочет он, протягивая мне пергамент. Я поднимаю бровь, когда читаю сообщение. "Аяме должна вернуться в Деревню Скрытого Листа как можно скорее и немедленно отправиться к Лорду Третьему." — Зачем? — говорю я вслух, хотя, очевидно, Какаши не знает ответа. Он пожимает плечами, когда я поднимаюсь на ноги и смотрю на строителя моста, который работает под палящим солнцем. — Тогда мы останемся здесь и завершим миссию. — Я киваю, засунув бумагу в сумку и отряхивая траву с ног. Почему, черт возьми, Хирузен вызывает меня, пока я на миссии? Что может быть таким срочным? Я заметила, что Наруто приближается к нам. — Аяме-сенсей должна идти ?? — грустно скулит желтоволосый. Я рада слышать, что Наруто так высоко ценит меня. — Эй, Наруто, наша сделка все еще в силе. Веди себя хорошо до конца этой миссии, и тогда я угощу тебя раменом. Какаши скажет мне, если ты не будешь слушаться, поэтому не пытайся делать глупости, — замечаю я, потрепав его ярко-жёлтые волосы. — Урааааааа! — восклицает он, показывает мне большой палец и оскаливает улыбку во все тридцать два зуба. — Я буду слушаться, вам лучше в это поверить! Я ухмыляюсь, махая каждому генину: Наруто, который широко улыбается мне, Саске на мостике, который едва ли смотрит в мою сторону, и Сакура, которая направляется к нам от другого дерева. Перед тем, как уйти, я шепчу Какаши: — Не позволь ни одному из них пострадать. Веришь или нет, а я действительно начала любить их. — Он смеется, поднимаясь на ноги. Он говорит, достаточно громко, чтобы я услышала: — А как же я? — этим он заслуживает удар по плечу. — Идиот, я уже говорила тебе! Не здесь. Держись профессионализма перед генинами, Какаши, — шепчу я. Он раздраженно смотрит на генинов. Я вижу, что он ухмыляется. Внутри я кричу. Кто знает, как долго мне придется мириться с его постоянными выходками? Черт возьми, дети в конце концов поймают нас. Я возвращаюсь к дому, забираю свои вещи и непреклонно благодарю Цунами за её гостеприимство перед тем, как отправиться в путь. — Всегда к вашим услугам!! Пожалуйста, заходите в гости в любое время! Мы очень ценим все, что вы, ниндзя, сделали для моего отца и его работников! — говорит она, как будто вдруг осознавая что-то. Она быстро бежит на кухню и что-то хватает. — Вот! Возьми их с собой в дорогу! Это были лишние рисовые шарики, оставшиеся после обеда! — Она кладет коробку в мои руки и тепло улыбается, прежде чем я отправляюсь в путь домой. Обратный путь займет меньше времени, чем сюда. Одна из причин в том, что мы пошли сюда с Тазуной, который не может бежать со скоростью ниндзя, как я. Кроме того, генины не такие быстрые, как Какаши и я, и при этом они не могут сосредоточить чакру в своих ногах, чтобы бежать по воде. Эти простые вещи значительно сокращают путешествие, и я возвращаюсь в Коноху всего за несколько часов. Когда я уже почти дома, я понимаю, как быстро я так долго бежала и пытаюсь отдышаться у ворот деревни. Наверное, мне следовало умерить пыл, думаю я, подходя к башне Хокаге. Приятно снова вернуться в Коноху, но странное чувство внутри меня мешает мне полностью насладиться этим. Я смотрю вперед, мысленно блуждая в сознании, когда я иду по деревне. Зачем Хирузену нужно было вызывать меня из Страны Волн? Я не стучу, когда добираюсь до его офиса. Я немного вздрагиваю, когда распахиваю дверь, чтобы увидеть ещё троих Анбу, в дополнение к тем, которые обычно стоят на страже у его дверей. Они все смотрят на меня, когда я вхожу. — Какого черта ты заставил меня проделать путь обратно из Страны Волн, прямо по середине миссии? Надеюсь, это того стоит, — бормочу я, забывая об уважении и достоинстве, когда смотрю на моего дядю. Сердце всё ещё сильно бьется в моей груди от утомительного путешествия. Он кивает и хмыкает, как всегда, и кладет руки на стол перед собой. — Да, это того стоит... — говорит он, странно имитируя мои слова. — Твоё присутствие обязательно для допроса. — Я вытягиваю голову вперед, щурясь. — Допрос? — Что, за допрос требует моего присутствия, черт возьми? Хирузен выпускает пар из трубки, наполняя комнату знакомым запахом дыма. — Ммм, — снова хмыкает он. — Я не буду тратить своё время на объяснения. Ты все поймешь, когда доберешься туда, — говорит он, кивая в сторону Анбу, чтобы те проводили меня. Я узнаю одного из них - Тензо, и внимательно следую за ним, когда мы направляемся в место для допросов - в подвал здания полиции, рядом с башней Хокаге. — Ты знаешь, что за допрос? — тихо бормочу я Тензо, хотя не ожидаю особого отклика. Он дежурный и не должен сообщать мне информацию, только если ему этого не приказали. Но, будучи моим другом, он отвечает на мой вопрос отрицательным движением головы. Я вздыхаю и потираю свой висок. Мы проходим длинный тёмный коридор в подвале здания и входим в дверь с надписью «Комната допросов». Внутри даже темнее, в ней, кажется, есть несколько разбитых еле-еле мерцающих огней, и нет никаких окон на улицу. Это будто темница. В прошлом я была здесь, занимаясь различными обязанностями Анбу, но сегодня это место кажется особенно жутким. Я прижимаю руки к груди, когда чувствую, как холод подвала окутал меня. — Сарутоби Аяме... сколько времени прошло. Низкий, хриплый голос доносится из комнаты с открытой дверью, и я засовываю голову в проём, увидев Ибики, который стоит у тёмного окна. — Конечно, — пробормотала я. Последний раз, когда я разговаривала с Ибики, не из-за анонимной маски Анбу, был много лет назад, в связи с моим заявлением как свидетеля о нападении девятихвостого на деревню. Боже, это было целых двенадцать лет назад. Как быстро время летит. — Почему я здесь? Он щелкает выключателем, и один единственный фонарь в окне ярко светит на стол в центре. Моим глазам требуется время, чтобы привыкнуть и разглядеть фигуру человека, прикованного к стулу. — Я подумал, что это может тебя заинтересовать, — хмыкает Ибики, щелкая другим выключателем и освещая комнату. Фигура за столом становится отчетливее, когда мои глаза наконец приспосабливаются. — О, и он отказался говорить с кем-либо кроме тебя. Ни один из моих самых жестких методов допроса не сработал на него, так что это еще один фактор... — он продолжает говорить, но я уже не слышу его, глядя на мужчину, привязанного к стулу. У него чёрные волосы, и он сидит на стуле со скрещенными руками и закрытыми глазами. На его теле есть различные шрамы и следы, вероятно, от интенсивных методов допроса Ибики. — Ибики, — бормочу я, подходя ближе к стеклу. Я замечаю мерцание и понимаю, что это одностороннее стекло. — Кто это? — Он говорит, что его зовут Рейвен.

***

— Какого черта ты вызвал меня обратно в деревню?! Чтобы поговорить с этим злоумышленником? — говорю я, повышая голос и расхаживая в пустом кабинете Хирузена. Он приказал охранникам уйти некоторое время назад, когда начал видеть пар из моих ушей. — И что, черт возьми, он делает в Конохе?! Хирузен не теряет хладнокровия, как я. Он смотрит на меня из-за своего стола с надвигающейся уверенностью в своих старых глазах. — Это именно то, для чего ты мне здесь нужна, — спокойно отвечает он, просто повторяя то, что говорил последние несколько минут. — Он отказывается говорить с кем-либо кроме тебя. Ни один из методов допроса Ибики тоже не сработал. — Я знаю это! — кричу я в ответ, хлопая рукой по его столу и сжимая её в кулак. — Но зачем ему приходить в нашу деревню спустя все это время?! — Мне и нужно, чтобы ты спросила его, — снова возражает он. — Спустя все это время? — Чёрт возьми, я не позволю ему вернуться в свою жизнь. Я, наконец, забыла о нём много лет назад! И теперь, после всего, он имеет смелость вернуться в деревню и потребовать поговорить со мной. Кем он себя возомнил, черт возьми!? Я чувствую, как гнев увеличивается, пронзает мою кровь и заставляет мою голову чувствовать жар, как будто она скоро взорвётся. На моих ладонях остались следы от ногтей, потому что я сжала кулаки слишком сильно. Хирузен молчит несколько минут, пока я продолжаю расхаживать взад-вперёд по его кабинету. Я громко вздыхаю, ударяя кулаком по стене и закрывая глаза. Ничто никогда не заставляло меня так злиться раньше. Даже когда Хирузен заставлял меня мыть посуду в детстве, а Асума уходил на тренировки, потому что посуда была «женской работой», а Хирузен был занят глупыми обязанностями Хокаге. Хотя, это очень злило меня. Я помню, как пробила дыру прямо в кухонном окне дяди. Нет, даже не тогда. Ничто никогда не сводило меня с ума раньше, и я не знаю, почему я позволяю ему добраться до меня. Это то, чего он хочет - достучаться до меня. Но я не позволю ему. Не после того, что он сделал со мной. — Рейвен может идти к чёрту! — кричу я, прежде чем в гневе выскочить из кабинета Хирузена.