Excelsior

В одно тягучее мгновение разнообразные шорохи наполнили вязкую мглу внутри черепа, но Вилл определенно не могла понять их происхождения. Кажется, пела птица, однако в меридианском подвале их быть не может по определению. Вилл попыталась прислушаться к другим ощущениям — нечто мягкое обволакивало ее плотным коконом, лаская рецепторы тонким цветочным запахом. Одеяло, должно быть. Так, значит все закончилось, и Элион вытащила ее наверх. Она потеряла сознание? Вилл не смогла вспомнить, в какой момент это случилось. И если все так, то что с тем стражем? Не то, чтобы Вандом слишком волновалась, но не хотелось бы, чтобы Цербер потрепал его. Сквозь полотно мыслей вдруг пробился новый звук — шаги. Легкие, тихие, как будто боялись потревожить ее сон. Это точно Элион! — О! Элион… Вилл резко села на кровати, тут же зажмурившись, когда голова закружилась, и картинки перед глазами замелькали, как мазки неопытного художника. Выдохнув сквозь зубы, Вандом дотронулась ладонью до лба, нащупав повязку, опоясывающую голову обручем. Взгляд прояснился, и Вилл замерла в изумлении, когда увидела перед собой отнюдь не Элион — девушка, таким же ошарашенным взглядом взирающая в ответ, ни единой чертой не походила на Королеву. Она была куда выше, и пропорции значительно разнились. К тому же, кожа незнакомки отливала морской синевой, что будто просачивалась сквозь привычный для землян оттенок кожи, отчего девушка переливалась, как чистейшее стеклышко под солнечными лучами, что в тандеме с рыжими волосами делало ее похожей больше на мираж, чем на материальное существо. На Меридиане таких не встречалось. Значит, Вилл не на Меридиане. — Прошу прощения, я не знаю, кто такая Элион, но я — не она. Незнакомка неловко переступила с ноги на ногу и нервно поправила передник. Ее взгляд бегал из стороны в сторону, не останавливаясь ни на чем дольше секунды, и Вилл была уверена, что той почему-то очень неудобно в ее присутствии. — О! — Девушка что-то вспомнила, отчего засуетилась еще сильнее. — Я должна сообщить Князю о вашем пробуждении. И тут мозг Вилл щелкнул, загружая из памяти самые последние воспоминания. Точно ведь — она открыла портал на Тимор, но, похоже, не очень удачно, потому что, переступив грань миров, тут же кубарем полетела вниз с какого-то обрыва, благо он был не очень высоким, и чего-то смертельного на дне не наблюдалось. Но она потеряла сознание, похоже. Поэтому-то голова и была перевязана — такие полеты редко обходятся синяками, когда крылья отсутствуют. Девушка вихрем унеслась прочь, что-то пискнув напоследок, и Вилл даже не успела ничего спросить. Хотя, некоторые детали она могла додумать и сама. Сколько длилось обморочное состояние, Вандом не знала, но, когда она триумфально вывалилась из портала, было очень темно. Попытка подняться, чтобы отдернуть занавески на окнах, не привела ни к чему хорошему — только вызвала головокружение. Решив не испытывать судьбу, Вилл осталась в кровати. Все же, если в ближайшее время ее поведут на «разговор» к Фобосу, то ясная голова очень пригодится, ведь вряд ли Князь будет таким же отстраненно-дружелюбным, как в прошлый раз. Тогда Вилл находилась под покровительством Кондракара, с которым Фобосу проблемы не нужны, теперь же ситуация диаметрально противоположная. Она не бралась предсказывать реакцию Князя на все это, но очень сомневалась, что их будущая встреча будет иметь благоприятный исход. Для нее. Вандом задумалась — что вообще она считает хорошим результатом для себя? Ей везде путь заказан. Да и хватит ли остаточной магии кристалла на открытие еще одного портала без дикой адреналиновой подпитки — тот еще вопрос. Скорее всего, нет, если рассчитывать на худший вариант из возможных. Пальцы непроизвольно сжались на одеяле, а хмурый взгляд пытался проделать дыру в стене. По всему получалось, что Вилл должна остаться на Тиморе. Точнее, не так — она застряла на Тиморе, пока все не уляжется, не будучи в состоянии отсюда уйти своими силами. Но проблема в том, что Фобосу ее здесь пребывание вряд ли придется по вкусу. Вилл заставила себя сделать несколько глубоких вздохов и успокоиться. Мыслить объективно, не поддаваться панике. Князю все еще не нужен конфликт с Кондракаром, а Вандом сейчас разыскивается. Если он сдаст ее Совету, это может благоприятно повлиять на их политические отношения. По крайней мере, Вилл так это видела, исходя из скудных знаний о земной политической стратегии. В то же время, у Фобоса нет буквально ни единой причины, чтобы оставить ее здесь, приютить, защитить и далее по списку. У нее даже кристалла нет, хотя по последней встрече Князь вроде как в нем уже не заинтересован. Обычная земная девчонка. Без сил, без магии, без какого-либо военного опыта и знаний о противоборствующей стороне — что она могла предложить? Себя разве что. Вилл ухмыльнулась — такой платой меридианец тоже вряд ли соблазнится. Так, ее аргумент должен быть весомым и значимым, что-то, стоящее на одной ступени с противостоянием Кондракару. Отлично, критерии ясны, но основная проблема в том, что Вилл не могла предложить ничего, хотя бы частично им отвечающее. Тогда она должна сбежать. Вандом бросила воодушевленный взгляд в сторону окна, но тут же подумала о том, что в таком состоянии вряд ли уйдет далеко, да и вероятность того, что эта комната на первом этаже — ноль целых ноль десятых. И эти «гули» сожрут ее, не оставив и пятнышка крови. Идея с побегом уже не казалась такой удачной, но перспектива встречи с Фобосом все еще не прельщала от слова «совсем», и что делать в подобной ситуации Вилл откровенно не представляла. Поднять лапки кверху и сдаться? Не для того она по мирам бегала как умалишенная. — Ты все еще здесь? Вилл вздрогнула и подняла взгляд, враз растеряв всю свою решимость и запал, когда увидела холодный насмешливый взгляд, каким Фобос окинул ее с ног до головы, едва переступив порог спальни. — Надо же, ты и вправду поумнела. Вилл скрипнула зубами, но заставила себя промолчать, наблюдая, как Князь с царственным видом уселся в кресло. Не грубить, не кричать, не спорить — не делать всего того, что очень хотелось, но могло побудить его за шкирку притащить ее Совету в ту же секунду. Вандом решительно настроилась держать рот закрытым, и попытаться склонить его на свою сторону во что бы то ни стало. Другого шанса может не быть. Безмолвие давило тяжестью непрерывного взгляда, что Фобос устремил на нее, пока Вилл всеми силами старалась не опустить свой вниз. Ей казалось, что Князь уже давно залез под кожу и покопался в мозгу, что он знает все подробности и принял уже свое решение давным-давно. А вдруг за дверью сейчас ждут стражи Кондракара, чтобы забрать ее, и Фобос просто решил поиздеваться напоследок? Вилл вздрогнула, едва эта мысль прошила ее не хуже прицельно пущенной стрелы, и этот жест, конечно же, не укрылся от внимательного взгляда Князя. — Боишься, Стражница? — Фобос хитро прищурился. Он определенно предвкушал забавную беседу. Слухи о побеге Стражницы, бывшей Стражницы, расползлись со скоростью света, учитывая, что Совет сам подгонял этот процесс. Все измерения, более-менее доступные для проникновения извне, были немедленно оповещены о том, что Вилл Вандом следует немедленно сдать под стражу, едва та появится. Получив это в высшей степени неожиданное послание, Фобос был немного озадачен тем, что его маленькая диверсия с обнародованием местонахождения летописи возымела такой головокружительный эффект. Никогда не знаешь, чего ждать от «любимой» сестрицы, да еще в паре со Стражницей. Фобос определенно заинтригован, поэтому, когда стражи нашли бессознательную Вилл в каком-то овраге и притащили сюда, вызывать ищеек Совета Князь не спешил. Сперва хотел удовлетворить собственное любопытство, но Стражница умудрилась вставить палки и в это колесо, не приходя в себя больше суток. Совет за это время успел поставить на уши буквально всех, и это лишь вопрос времени, когда они направят свои взоры на Тимор. — Опасаюсь. — Правильно делаешь. — Оба вновь замолкли, пока через пару минут Фобосу не надоела игра в молчанку. — Знаешь, я пришел сюда не молчать. Рассказывай. — Что? Не то, чтобы Вилл не поняла, о чем речь, но хотелось бы сперва узнать, насколько Фобос уже осведомлен, прежде чем начинать повествование. Вандом предпочла бы и вовсе отмолчаться, но очень сомневалась, что терпения и лояльности Эсканора хватит на это. Князь тем временем закинул ногу на ногу и переплел пальцы рук, устремив свой холодный испытывающий взгляд на Вандом: — Всю историю твоего краха от начала до конца. — Что ты собираешься со мной делать? — А как ты думаешь? — Князь хищно ухмыльнулся, явно намеренно увиливая от прямого ответа, чтобы заставить собеседницу понервничать. — Я не намерен сидеть здесь до вечера, так что советую ускориться, потому что, если я не услышу то, что хочу, в ближайшее время, Совет может случайно узнать твое местонахождение. Вилл сглотнула. Очевидно, она слишком переоценила себя, наивно полагая, что сможет вытянуть из Фобоса хоть одно слово, проливающее свет на ситуацию. А на деле единственный, кто здесь опростоволосится — она сама. — Ладно. Кое-что произошло… — В подробностях, Стражница. Рассказ: «что-то случилось, потом я куда-то сбежала, и вот я здесь» меня не устроит. Воспоминания о, собственно, причине конфликта, мгновенно вспыхнули в памяти, но говорить такое Фобосу…было бы странно. По сути, она высказалась практически в его защиту, и ее нервная система просто не выдержит, если это придется огласить, собственно, виновнику ситуации. Но как скрыть? Вилл никогда не умела лгать, да и избирательно умалчивать не особо обучена, к тому же, от такого человека, как Фобос, который раскусит ее за доли секунды, едва взглянув в лицо. — Ладно. Мы с Элион нашли летопись. Вилл наблюдала за реакцией, но ее, к сожалению, не последовало. Видимо, Князь не считал их настолько тупыми, чтобы не найти вход в тайник, имея весьма очевидную наводку. — И как, познавательно? — Весьма. Через несколько дней Элион вспомнила, что видела что-то о Тиморе в библиотеке, и мы принялись искать там. — Где-то тут ты лжешь. — Мрачным голосом протянул Князь. — Говори правду, Стражница, не испытывай мое терпение. Вилл понурилась — скажи она, что в этом действе фигурировала не Элион, в голове Князя мгновенно образуется мысль о том, с чего Вандом вообще ориентируется в библиотеке Меридиана, а это наведет его на очень ненужные размышления. Вилл должна была это предотвратить, но все еще достаточно размыто представляла себе границы допустимого в разговоре с Эсканором. Раньше, в бою, опасность, исходящая от него, ощущалась несколько иначе. Была прямее, что ли, когда Стражницы не задумывались, насколько их враг умен, а просто били в лоб. — В библиотеке нашлась информация про Тимор. Мысленно ударив себя ладонью по лбу, Вилл наблюдала за расползавшейся по лицу Князя снисходительной улыбкой. Последняя реплика звучала дико глупо и прямо кричала о том, что она что-то скрывает. — Это был перечень артефактов разных миров. — Каких артефактов? — Лицо Фобоса стало несколько заинтересованнее, и Вилл даже на секунду подумала, что он этого свитка ни разу в жизни не видел. Глупость, конечно же. — Эм…миротворческих, кажется. — Продолжай. — Потом меня попросили посетить заседание Совета, связанное с кражей неких важных артефактов из сокровищницы Кондракара. Вилл вдруг вспомнила, что вот этот человек, сидящий напротив, бессердечно убил двух ни в чем не повинных стражников во время своей эскапады, и злость, перемешанная с отвращением, уже готова была сорваться с языка язвительными замечаниями, когда Вилл прикусила этот самый язык. Разозлить Фобоса — подписать себе приговор, а убийство… Вандом знала об этом и раньше, разгребая последствия тиранического строя на меридиане не так уж давно. Руки Князя в крови до самых плеч. Фобос же просто забавлялся, наблюдая за попытками Стражницы сдержать свои филантропические порывы и не высказать ему веское мнение обо всем. Такова жизнь. Хотя, Князь готов был признать, что голова у девчонки работает в правильном направлении, раз она прилагает такие усилия, чтобы ни единым словом его не разозлить. — И произошло некоторое недопонимание, в результате которого Совет решил забрать у меня кристалл. Вот теперь Вилл точно чувствовала себя так, будто дала ему в руки заряженный пистолет, завязала себе глаза и повернулась спиной. — Что именно произошло? — Ну…я…я могу не говорить? — Вилл подняла взгляд на Князя, с лица которого сошла глумливая усмешка, придавая ему вид более серьезный и устрашающий. — Проясню ситуацию. Тебе могло показаться, что у нас здесь равноправный диалог, но это не так, спешу заверить. Мы вполне можем продолжить беседу, скажем, в подземелье. Хочешь? Вилл поджала губы — это место изначально не казалось слишком дружелюбным, но теперь вовсе превратилось в темницу, большую липкую паутину, где она увязла по самую макушку, а паук — вон, сидит напротив. Шаткий фасад нейтралитета окончательно рухнул, утянув с собой надежды Вилл склонить этого человека на свою сторону. Ага, оставайся на Тиморе, для тебя есть отличная темница. Крысы и плесневелый хлеб идут в комплекте. — Нет. — Тогда я слушаю. — Я…в общем…- Вилл глубоко вдохнула как перед прыжком в воду. Это будет провал века, если не учитывать фиаско на заседании Совета. — Я сказала им, что те артефакты…они…в общем, что они изначально принадлежали Тимору. Он смотрел на нее, она смотрела на него, и Вилл практически видела бегущую строку в зеленых глазах с мыслями о том, насколько она идиотка. — Зачем? — Наконец спросил он. — Случайно вырвалось. — Поздравляю, Стражница, твои извилины совершенно ровные. — Фобос издал веселый смешок, словно произошедшее в высшей мере развлекало его. — Я не сомневался. Дальше. Вилл оскорбление проглотила, да тут и возразить особо нечего. Что ж, слышать это со стороны гораздо неприятнее, чем костерить себя саму: — Ну, после всего они посчитали…не знаю, что именно они для себя решили, но Совет забрал кристалл. Сказали, что для моей безопасности. — Они решили, что ты мне помогаешь, очевидно. Фобос ухмыльнулся, наблюдая за крайне красноречивой реакцией на свои слова. Видно, Стражнице эта светлая мысль в голову не приходила. Вандом нахмурилась, посмотрела на него мрачно, побледнела. Но, к его сущему удивлению, никак это не прокомментировала, что немного разочаровывало. — Эм…у меня забрали кристалл, и я сбежала через портал на Землю. За мной гнались, поэтому я ушла на Меридиан. Меня нашли, и вот я здесь. — То есть, ты решила убежать от подозревающего тебя в измене Совета сюда, на Тимор? — Я не знала, что они так считают. К тому же, я не намеревалась идти именно сюда, просто так вышло. — Ладно. Другой вопрос: как ты добралась до портала на Кондракаре? Они расположены в одном конкретном зале с очень качественной охраной. Тебя бы туда не пустили. — Я ушла не через стационарный портал, а открыла свой. — Как? — Случайно. — Это случилось до или после того, как у тебя забрали кристалл? — После. Фобос задумался и замолчал на этот раз надолго. Не зная, куда себя деть, Вилл рассматривала стены, окна — что угодно, но в итоге взгляд все равно возвращался к Князю. В нем, впрочем, ничего не изменилось — все то же амплуа темного злого тирана. Только вот парные отметины на лбу она всегда считала частью головного убора, но они все еще темными пятнами украшали голову Князя. Подняв вдруг взгляд, Фобос неспеша поднялся со своего места и приблизился, заставив девушку поежиться и внутренне подобраться. Мало ли чего от него можно ждать. — Дай руку. — Приказал он, присев на край кровати. В ответ на это у Вилл возникло только детское желание спрятать ладони за спину. — Зачем? — Стражница, если бы я хотел навредить тебе, сделал бы это раньше, не дожидаясь, пока ты проснешься и начнешь задавать глупые вопросы. — Князь закатил глаза и сам схватил ладонь Вилл, пока она не опомнилась. Дернувшись, Вандом инстинктивно рванула руку обратно, не сдвинув ее ни на дюйм, впрочем. Оставалось только затаить дыхание и наблюдать, как пальцы Князя вспыхивают белыми искрами над ее ладонью, и магическая пыльца опадает вниз. Холодная, словно снежинки. Магия Элион теплая. Полная противоположность, и не скажешь сразу, что брат и сестра. Не понимая, чего добивается Фобос, Вилл определенно считала, что ничего не выйдет. И с каждой прошедшей в бездействии секундой убеждалась в этом только больше, пока ее собственные пальцы не заискрились электрическими зарядами. Как и раньше, словно сила все еще была при ней. — Интересно. — Протянул Князь, прекратив свой непонятный ритуал и отпустив чужое запястье. На непонимающий взгляд Вилл он только издевательски изогнул бровь: — Что, и об этом ничего не знаешь? — О чем «об этом»? Вопрос повис в воздухе, оставшись без ответа, пока Фобос сел обратно в кресло, помолчал, потом еще помолчал и еще. Создавалось впечатление, что он о чем-то напряженно размышляет, совершает сложный внутренний выбор. Наконец он заговорил: — Я могу рассказать. Но прежде ты должна пообещать, что останешься здесь. В голове возник сразу целый миллион вопросов, начиная от истерического «что?!» и заканчивая «какая ему от этого выгода?». Ответов, конечно же, не наблюдалось и единственный, кто мог пролить свет на ситуацию, с безразличным лицом сидел напротив. — Зачем? — Я тут задаю вопросы. Вилл замолчала. Обещать что-то, не зная, что именно — не самый лучший вариант, но в то же время, разве она сама не этого добивалась? — Ладно, обещаю. — Легко согласилась она, пожав плечами. — Нет, не так быстро. Магическое обещание. Это уже попахивало подвохом, но выхода особо не было, поэтому Вилл оставалось лишь надеяться, что воображение Фобоса не сгенерировало что-то совсем уж чудовищное. Она напряженно кивнула. — Повторяй за мной. «Я — Вилл Вандом». — Я — Вилл Вандом. — «Даю Фобосу Эсканору обещание оставаться на Тиморе до тех пор, пока соглашение не будет аннулировано им же». А вот и подвох. После этого он может как закрыть ее здесь навечно, так и сдать Совету в следующую минуту. А вдруг это всего лишь игра? Даже если нет, Вандом не горела желанием надевать на свою шею метафорический ошейник, а, точнее, наручники домашнего ареста, и вручать поводок Фобосу. — Как будто у тебя есть выбор. — И это тоже правда. — Даю Фобосу Эсканору обещание оставаться на Тиморе до тех пор, пока соглашение не будет аннулировано им же. В воздухе вспыхнул какой-то символ, чтобы тут же раздвоиться и осесть на их ладонях изумрудной печатью, рассмотреть которую Вилл не успела, ведь через секунду она растворилась и исчезла, словно въевшись под кожу. В то же мгновение, как последняя искра глупого безответственного обещания иссякла, Фобос будто расслабился, пальцы его, до этого нервно переплетенные, перекочевали на подлокотники кресла, и Князь, хищно приподняв уголки губ, вальяжно откинулся на спинку. Вилл пожалела о своем опрометчивом решении в ту же секунду. — Итак? — С намеком протянула Вилл, с трудом сдерживая себя от порыва сгорбиться и натянуть одеяло до подбородка. Зловещая аура Фобоса, казалось, заполнила всю комнату и втягивалась в легкие вместе с воздухом ядовитым тоном незамеченного обмана. — А я ничего не обещал тебе, Стражница. — Хмыкнул Князь, и шальные дьявольские огоньки зажглись на дне его зрачков. Открыв рот, чтобы возразить, Вилл тут же его закрыла, лишь нервно глотнув лишнюю порцию кислорода. Щеки налились горячим румянцем от нахлынувшей ярости и возмущения. А ведь и правда — он сам ничего не обещал, только потребовал этого от нее. В этом весь Фобос. — Что будешь делать? — Весело поинтересовался Князь, наблюдая за ней, словно за обезьянкой в зоопарке. Вроде и умная, но все же недостаточно для того, чтобы считаться человеком. — Это месть такая? — Обреченно спросила Вилл, держа на поверхности тот факт, что будить дракона все еще не стоит, иначе можно провести обещанный неопределенный срок где-то глубоко под землей. — Ни в коем случае. Это так, легкий намек на то, чтобы ты наконец воспользовалась головой по назначению. — Так ты расскажешь? Фобос кивнул, приняв вид более серьезный и не настроенный на пустые развлечения. Обогнув комнату ленивым взглядом и собравшись с мыслями, Князь начал свой рассказ: — Ты, верно, знаешь, что Земля — не магическое измерение. — Вилл кивнула. — Это ложь. Точнее, если принимать как аксиому, что из каждого правила есть исключения, то из этого правила их раз в десять больше, чем должно быть. На Земле есть маги, не мало, но и не много. — Но почему тогда о них ничего неизвестно? — Стражница, думаешь, мне настолько нечем заняться, что я изучаю земной менталитет на досуге и непрерывно задаюсь вопросом, почему твои не одаренные интеллектом соплеменники записывают колдовство в раздел сказок? — Фобос бросил в сторону Вилл негодующий взгляд, но тут же сам себя одернул и, качнув головой, продолжил. — Просто прими как факт. Как думаешь, для чего я это рассказываю? — Боюсь даже представить. — Вилл нахмурилась и закатила глаза. Составлять массовку в этом театре одного актера все еще не прельщало. — Лишнее. Так вот, это я к тому, что ты у нас, оказывается, несанкционированный земной маг. — Маг чего? — Ты три года ползала по моей библиотеке зачем? Неужели ни разу не наткнулась ни на одну книгу по теории магии? Вилл резко подняла недоуменный взгляд на Князя и тут же сглотнула — хоть голос его и был беззаботен и легкомысленен, но сканирующий взгляд пробирал до самых костей. Похоже, поздно дергаться в попытках скрыть свое замешательство, реакция уже выдала ее с головой, и, если Фобос задался целью расколоть, то он это уже сделал. Нет смысла строить недоуменное лицо, а-ля «не понимаю, о чем ты». — Не все прочитанное было мне понятно. — Не удивительно. Не твой уровень, но я поражен, что ты вообще выучила меридианский. Зачем, если не секрет? — Князь даже подался корпусом вперед, будто действительно заинтересовавшись, в то же время ясно давая понять свой далекий от участия интерес. Вилл насупилась, почти оскорбившись, но вовремя вспомнив, кто перед ней, поэтому лишь закатив глаза и то — мысленно: — Секрет. — Ну-ну. Возвращаясь к вопросам насущным, на будущее — у магов нет определенной стихии. Это только вас, Стражниц, Советники создали ущербными, чтобы вы, не дай небо, не возомнили себя настоящими колдунами. — Ты хочешь сказать, что ты владеешь всеми стихиями? Вместо ответа Князь лениво двинул пальцами, но оконные створки распахнулись так, будто их со всей силы пнули ногой с той стороны, заставив Вилл покрыться мурашками от неожиданности. Яростный порыв ветра ворвался внутрь, принося с собой пожухлые листья и ведро, должно быть, воды, только без ведра. Вилл не успела издать и звука, когда направленна струя ледяной жидкости обрушилась на голову, тут же заливаясь за ворот тонкой сорочки и пробегая обжигающими ручейками по спине вниз. Вдруг показалось, что арктический холод плотным кольцом окружил ее и спрятаться от него совсем негде, потому что и одеяло, и подушки точно так же насквозь промокли. Вилл рваными движениями принялась растирать собственные предплечья, уже открыв рот, чтобы высказать Фобосу все, что она о нем думает, когда две огромные ветви, как скрюченные ведьмины пальцы из страшных сказок, неспеша вплыли в комнату и плавно оплели оконные ручки, потянув их назад. Наблюдая за сим действом широко открытыми глазами, очнулась Вилл только в тот момент, когда все вокруг заполонил жаркий удушливый пар, какой обычно вырывается из кипящего на плите чайника. Испугавшись, Вандом коротко вскрикнула и попыталась выбраться из одеяльного капкана, в котором ноги увязли, словно в трясине. Не вышло, и Вилл уже начала поддаваться панике, когда дым рассеялся за какое-то короткое мгновение, являя взгляду кривящееся в ироничной усмешке лицо Князя. Представляя примерно, как сейчас выглядит с диким взглядом и наверняка распушившимися до невозможных объемов волосами, Вилл смущенно натянула одеяло до подбородка и попыталась пригладить прическу, только потом вспомнив, что ей вообще-то положено злиться: — А нормально ответить сложно было? Ну, знаешь, словами. — Зачем? Так гораздо нагляднее. Есть, кстати, еще пятая стихия — объединяющая. — Эфир. — Да. Или квинтэссенция, как ее еще называют. — Фобос на секунду замолк, задумчиво поглаживая пальцами бородку. — То есть, об этом ты прочитала, а заглянуть на несколько страниц дальше не удосужилась? Остановив открывшую рот Вилл жестом ладони, Князь продолжил: — Мы отошли от темы. Так вот, в каждом маге все эти пять стихий находятся в равновесии. Ну, или почти в равновесии, у многих есть предрасположенность к одной или двум. Например, у Элион талант к огню, а у тебя к эфиру, судя по всему. — А у тебя? Фобос глянул с подозрением, но тут же расплылся в уже приевшейся ухмылке: — Я не разрешал задавать вопросы. В общем-то это все. Кстати, есть здесь моменты, где я солгал. Угадаешь, где? Замерев, Вилл прокрутила в голове все, только что сказанное, но подвоха не нашла. Рассказ выглядел складным и правдоподобным на ее взгляд. Вандом устало вздохнула — в случае с Фобосом это совершенно ничего не гарантировало. — Это похоже на правду. — Только потому, что сказанное мной вписалось в твою картину мира и совпало с теми клочками информации, которые чудом зацепились в твоей голове? — Фобос встал и направился к двери. — Ты ошибаешься, и, если хочешь остаться здесь, то должна уметь уличать собеседника во лжи. Завтра я жду твой ошибочный ответ. И дверь за ним с тихим стуком захлопнулась.