Брызги

Фест валентинок 2017 Валентинка II-11: Суровые суперсолдатские валентинки. Какие они? 500 слов, PG Нам хотелось объятий – у нас отобрали тела. Нам хотелось признаний – у нас языки отобрали. Нам дешевле уже не хотеть… (с) pristalnaya ...Покинутая многоэтажка Детройта. Стрелки ведут его выше, куда-то на верхние этажи. В полумраке едва удается их разглядеть на фоне обшарпанных стен, поэтому Стив мчится почти наугад. Стрелки нанесены баллончиком. Свежие. Красные. Что за игра?.. Плевать. Где-то здесь Баки. Где-то здесь Зимний Солдат. Он отлично знает, что бежит в ловушку, что угодит в западню. И все равно – бежит... И останавливается на большом красном кресте на полу. Дышит. Оглядывается по сторонам. Коридор. Справа и слева чисто. Напротив ночной проем окна без стекла и рам, за спиной стена. Что...? В стену над его плечом врезается пуля. Облачко пыли оседает на форму, когда он падает на пол и перекатывается в сторону, закрываясь щитом, потому что начинается огонь. Его засыпает бетонным крошевом; стреляют в оконный проем из здания напротив, и огонь такой плотный, что он не может пошевелиться. Затем пальба стихает. Минута, две. Тишина. Он рискует медленно подняться и оглядеться. Палили не в него. Палили в стену. Стив смотрит туда и замирает. В стене выбито по контуру огромное сердце. Из пулевых отверстий сыплется пыль, змеятся трещины. И там, где пули пробили стену насквозь, чувствуется дуновение воздуха. За стеной что-то есть. Еще раз оглянувшись на окно, он решается. Бьет не щитом – ладонью. И одного удара хватает, чтобы кусок стены обвалился внутрь, почти не расколовшись, только треснув по краям. Пригнувшись, он влезает в проем, в темноту. Отступает на шаг, чтобы впустить свет, и невольно выдыхает. Луна заглядывает сюда через образовавшуюся дыру, и в центре большого освещенного пятна в форме сердца на грязной стене красной краской из баллончика написано три слова. Самых важных, самых лучших, самых потрясающих... «Я ПОМНЮ ВСЁ». Стив оглядывается на лежащий на полу кусок стены в форме сердца. Смаргивает резь, сглатывает комок... Помнит. В юности он не был популярен у девочек, и на День Влюбленных не получал валентинок. Над ним смеялись. Он грустил, и Баки щедро предлагал отсыпать ему своих – его-то одаривали пачками. Стив отказывался. Нельзя. Чужие. Поэтому один раз, в год выпуска, Баки подарил ему свою. Простую. Без признаний. И так при этом волновался, словно боялся показаться двусмысленным. Или наоборот – что Стив правильно его поймет. Стиву хотелось понять именно так. Хотелось потянуться вверх и сорвать у Баки поцелуй. Свой первый. Не сложилось. Испугались. Но Баки всегда переживал, что Стива не любят и не заваливают дурацкими сердечками в дурацкий праздник. ...И десятки лет спустя дарит ему валентинку. Самую большую из всех, какие Стив когда-либо видел. Вот она, лежит на полу, только чуть треснула по краям. Он улыбается сквозь слезы, понимая, что уйти отсюда не сможет. Что если понадобится, потащит ее на себе. В итоге, садится на бетонное сердце лицом к проему, скрестив ноги. Снимает шлем, откладывает щит в сторону. Ждет. Перебирает в памяти все прошлые Дни Святого Валентина, и не может вспомнить ни один, когда был бы счастлив, как сейчас. Три часа спустя в коридоре раздается хруст камешков под осторожным шагом. Еще спустя пять минут на его фигуру падает тень. Стив поднимает голову. Темный силуэт замер в светлом пятне проема. В раме в форме сердца. Теперь все так, как должно быть. Только так. - Привет.