мы цветём весной pt3
30 июня 2020 г., 13:34
Днём полуденное солнце освещает Великое Восточное королевство и нагревает воздух, поэтому ему трудно дышать. Чимин благодарен, что над ним навес, и он сидит вне солнца.
Смотровая площадка расположена в центре трибуны, прямо над ареной. Чимин вздыхает, это только первый день первой недели боев, и он должен быть здесь каждую неделю в течение ещё восьми. Слишком много участников, чтобы провести все бои за один день. Организаторы устроили так, что первая неделя боев будет проходить в течение двух дней с шестнадцатью битвами на каждый день, давая достаточно времени для каждого поединка.
Чимин не смотрел, кто с кем будет сражаться, даже не зная, какие альфы будут на арене сегодня. Он может только надеяться, что поединки будут достаточно интересны, чтобы удержать его внимание, потому что у него точно нет возможности уйти, если ему надоест.
Трубы, звучащие на стадионе, знаменуют официальное начало турнира. Диктор называет имена и королевства двух альф, прежде чем дать понять, что поединок должен начаться. Чимин не узнает ни одного из них.
Бои проходят как в тумане, и Чимин чувствует себя сонным после их окончания. Он не знает, как он собирается пережить еще один подобный день. Чимин не видел ни одного знакомого альфы — не то, чтобы он выжидал кого-то конкретного.
♔
Уже на второй день бои начинают становиться всё интереснее. Первый бой между Джо Киву и альфой из небольшого южного королевства. Поначалу Чимин не заинтересован, потому что, с одной стороны, он терпеть не может Киву, а со второй, основываясь только по внешним признакам, кажется, Киву будет явным победителем. Другой альфа небольшой и явно нервничает. Его взгляд мечется по арене, словно он ищет выход. Его руки дрожат, когда он натягивает шлем на голову. Альфа с юга намного быстрее, чем кто-либо ожидал, даже Киву. Он молниеносно уклоняется почти от всех ударов Джо, даже подбираясь достаточно близко, чтобы нанести несколько своих. Чимин наклоняется вперёд, поражённый. Он лучше всех должен знать, что не стоит судить по внешности, потому что сам он часто является жертвой именно этого. В тот момент, когда кажется, что Киву замедляет свои атаки, он наносит удар своему противнику щитом, сбивая с ног и поднося к горлу меч. Меньший альфа немедленно сдаётся, осознавая факт, что его сила, когда он придавлен к земле, не соответствует силе Киву, и у него нет выбора. Чимин действительно разочарован. Он надеялся, что альфа сможет выиграть, уничтожив Киву, и тогда Чимину никогда бы не пришлось больше думать о нем. Киву смотрит туда, где сидит омега, с отвратительно самодовольным выражением лица. Чимин не хотел ничего, кроме как дать ему пощёчину. Следующие три боя заканчиваются, и Пак устаёт. На улице жарковато, он голоден, и от сидения на одном месте так долго уже спина болит, независимо от того, насколько мягкое сиденье. Он собирается задремать, когда диктор кричит: — Чон Чонгук из Великого Западного королевства! Голова Чимина поднимается, и омега наблюдает, как Чонгук пробирается к центру арены. Он склоняет голову в сторону королевской семьи, прежде чем занять место перед своим оппонентом. Когда они оба надевают шлемы на головы — начинается поединок. Чонгук вытаскивает два меча из ножен, и толпа, в том числе и Чимин, громко ахает. Двойное владение не так часто встречается, главным образом потому, что бороться с двумя мечами невероятно сложно. Боец должен быть удивительно быстрым и скоординированным, в дополнение к тому, чтобы быть сильным и знать методы борьбы с двумя клинками. Большинство людей согласны с тем, что сражаться с мечом и щитом легче, но никто не станет отрицать, насколько впечатляюще для бойца двойное владение. Бой начинается, и Чонгук заканчивает его менее чем за минуту. Он обезоруживает и прижимает противника к земле в рекордно короткие сроки, и другой альфа смотрит на него в замешательстве. Диктор провозглашает Чонгука победителем, и толпа ревёт от волнения. Всё ясно — в считанные секунды Чонгуку удалось укрепить свое место в качестве фаворита толпы.♔
Чимин разочарован тем, что турнир будет продолжаться еще семь недель. Ранее он спрашивал отца, почему его нельзя объединить в несколько дней или неделю. — Потому что, сынок, — начал король Мюндэ, — проведение боев пару раз в неделю допускает несколько вещей. Это даёт нам и всем остальным время, чтобы заняться своими делами. Это даёт участникам время на тренировки и лечение между боями. Сейчас может и нет никаких травм, но по ходу турнира бои станут более жестокими. Но самое главное, это даёт тебе время, чтобы узнать альф, один из которых может стать твоим будущим супругом. Чимин разочарованно стонет. Он не хочет узнавать ни одного из альф. Прошла всего неделя, и он устал от города, кишащего гостями, желая, чтобы он мог поскорее отправить их всех домой. Чимин умело избегал всех, крадясь по замку и его территории или оставаясь взаперти в своей комнате. Его удача заканчивается за день до второй недели турнира. Чимин крадется из кухни со свежеиспечёнными булочками и сыром, голодный, потому что он пропустил обед. Группа альф вышла из соседней комнаты, и Чимин нырнул в боковой коридор, чтобы они его не увидели. Он собирается сбежать, уже заворачивая за угол, но потом он слышит, как кто-то говорит: — Вы, ребята, идите. Я вас скоро догоню. Чимин знает этот голос, и его подозрения подтверждаются, когда предполагаемый альфа отрывается от группы, и знакомый запах доносится до носа омеги, когда тот приближается. Чон Чонгук входит в коридор, в котором прячется Чимин, и Пак притворяется, будто не видит его. Он делает несколько шагов в противоположную от Чонгука сторону. — Ваше Высочество, — усмехается Чонгук. — Рад Вас видеть. Чимин оборачивается, сдаваясь. Он играет в неведение, ведя себя так, словно не знает, кто такой Чонгук, хотя узнает его где угодно по запаху. — Как Вас зовут, ещё раз? Джису? — Чимин немедленно сожалеет об этом. Он никак не мог забыть Чонгука за несколько дней, и альфа тоже это знает. — Чон Чонгук, Ваше Высочество. С Великого Запада. Однажды на прошлой неделе у нас был поединок, и на следующий день мы вместе завтракали. Чимин прочищает горло и немедленно меняет тему. — О, верно. Чонгук. Могу я чем-нибудь помочь? — Я просто хотел посмотреть, как у Вас дела, Ваше Высочество. Я не видел Вас с прошлой недели, и мне было интересно: может Вы заболели? — он смотрит на сумку в руке Чимина. — Вы куда-то направлялись? Пак прячет сумку за спиной. — Нет, почему Вы так думаете? — Чимин хочет ударить себя. Он не знает, почему перед этим альфой он нервничает, как маленький ребёнок. — Я просто собирался прогуляться по территории замка. — Вы не возражаете, если я присоединюсь к Вам? Он не может придумать причину, по которой Чонгук не может присоединиться к нему. — Как пожелаете, — недовольно бубнит Чимин. В аромате Чонгука появляется приятная нота, и Чимин желает, чтобы он сказал "нет". Они покидают замок через задний выход, оказываясь прямо у тропинки. Чимин торопливо делает шаги, оставляя Чонгука на шаг позади себя. Они идут в тишине, и Пак резко сворачивает с тропинки в траву, следуя к живой изгороди. Чимин проводит их в небольшую арку в изгороди, и он чувствует запах растерянности Чонгука, который понял, что они в лабиринте. В конце концов они достигают центра под руководством Чимина, что приводит их к небольшой поляне, усаженной цветами. Из всех садов на территории замка этот был больше всего любим Чимином. Кроме него и садовников, немногие рискуют идти сюда, потому что путь в этом лабиринте потерять и правда легко. Пак подходит к беседке на противоположной стороне поляны, рядом с сакурой. Он садится на скамейку под тенью и наблюдает, как Чонгук мнётся у входа. — Садитесь, альфа, — Пак показывает на место рядом с собой. Живот Чимина урчит, когда Чонгук садится рядом с ним, и он смущённо отводит взгляд. — Вы можете есть, Ваше Высочество, обещаю, что не буду смотреть. Чимин закатывает глаза, открывает сумку и достаёт еду. Он смотрит на Чонгука и тихо хмыкает, прежде чем предложить ему немного. Альфа принимает угощение, довольный. — Вы довольно опытный боец, — пытается начать разговор Чонгук. — Мы уже проходили через это. Я знаю, что я такой, — говорит Чимин, немедленно обрывая альфу. Чонгук же продолжает. — И Ваш меч действительно поражает. Где Вы взяли такое прекрасное оружие? Оно сделано по Вашему собственному проекту? — Когда я был подростком, — начинает Чимин, — я нашел сундук с вещами, которые принадлежали моей матери. Я был молод и любопытен, и естественно, я открыл его. Внутри было несколько дневников и прочие вещи. Я взял один, и лист бумаги выпал оттуда, сложенный пополам. На бумаге было изображение меча, а снизу написано мое имя. Я отнес рисунок к лучшему кузнецу королевства, и он сделал этот меч для меня, и с тех пор я пользуюсь им. Чимин помнит, как разворачивал листок и увидел рисунок длинного меча, с тонко нарисованной ветвью сакуры вдоль лезвия. Он помнит, как расплакался после прочтения слов для Чимина, написанных внизу почерком его матери. Пак не имеет никакой реальной связи со своей матерью, по крайней мере, ничего, что он мог бы вспомнить, поэтому его меч является настоящей гордостью для него, чем-то близким к сердцу. Он вытирает слезу с глаза, прежде чем она упадёт, и делает глубокий вдох. Утешительные феромоны наполняют воздух вокруг него, и он смотрит на Чонгука. — Не знаю, почему я поделился этим, — говорит Чимин в защиту. Ему не нужна жалость. Что ему нужно, так это уважение и серьёзное отношение к себе. Слезы перед альфой не дадут ему ничего из этого. Чонгук качает головой. — Нет, я рад, что Вы сделали это, Ваше Высочество, — он кладёт руки на свои колени. — Мои родители тоже умерли, когда я был маленьким. Оба. Мой дядя забрал меня, когда мне было пять лет, и я всегда буду ему за это благодарен, но я все еще цепляюсь за каждое упоминание о своих родителях. — Оу, — выдыхает Пак, — я не знал. Чимин чувствует себя плохо, пытаясь сменить тему. — Я заметил, Вы сражаетесь двумя мечами одновременно. Где Вы этому научились? — Вообще-то, мой отец использовал двойное владение. У меня очень слабые воспоминания о том, чтобы он использовал два меча в спаррингах, и поэтому я посвятил себя тренировкам. Мои учителя отговаривали меня, но я был настойчив. Мне пришлось многому себя научить, но это того стоило. Получается, техника Чонгука напоминает меч Чимина — личное напоминание о давно умершем родителе. — У Вас нет боя завтра? — спрашивает Чимин. — Мы должны вернуться в ближайшее время, чтобы Вы могли отдохнуть. — Как скажете, Ваше Высочество.♔
Наступила вторая неделя боев, и у Чимина не было иного выбора, кроме как предстать перед публикой. Он сидит на своем месте рядом с отцом, ожидая начала первого боя. Это еще одна неделя боев с рандомными соперниками, и Чимин надеется, что это скоро закончится. Первые несколько поединков более интересны, чем на предыдущей неделе. Король Мюндэ был прав: похоже, альфы действительно серьёзно отнеслись к победе. Чимин пытается не раздражаться, но он знает, что единственная причина, по которой они сражаются более страстно, состоит в том, что они на один шаг ближе к власти над Великим Востоком. И Чимин прекрасно знает, но не хочет думать об этом. Трибуны оживают, когда Чонгук выходит на арену. Люди встают со своих мест, выкрикивают его имя и аплодируют. Да ладно, думает Чимин, он даже еще не выиграл. На этой неделе Чимин узнает соперника Чона как человека из Восточного королевства — Ли Минхёка. Он сын лорда из одного из меньших королевств, и Чимин помнит, как он впечатлил его во время боя на прошлой неделе. Он с интересом наклоняется вперёд, и если он и хочет, чтобы победил определённый альфа, он не признает этого. Поединок начинается, и толпа утихает, ожидая. Минхёк наносит удар первым, и Чонгук парирует в ответ. Он использует ведущий меч, чтобы нанести ответный удар, целясь Минхёку в плечо. Тот отступает и мгновенно атакует, а Чонгук вовремя уклоняется. Он снова наносит удар ведущим мечом, и Минхёк блокирует его своим щитом, заставляя Чона отступить. Они продолжают в том же духе еще минуту, блокируя и уклоняясь от атак друг друга прежде чем атаковать самим. Затем Минхёк совершает ошибку, слишком размахнувшись мечом, когда отражал атаку, и позволив Чонгуку приблизиться к себе. Чон выбивает чужой меч, затем используя собственный щит Минхёка, чтобы вывести его из равновесия. Минхёк сдаётся с клинком Чонгука под подбородком. Толпа радостно выкрикивает имя Чонгука, и Чимин обнаруживает, что хлопает вместе со всеми.♔
Чимин обнимает Хосока за шею, когда они вместе прогуливаются по двору. — Эй, Хоби. — М? — Ты же альфа. — Ага, — Хосок поворачивает голову к Чимину. — Ты чувствуешь мой запах? — Типа, прямо сейчас? — спросил Хосок. Чимин кивает. — Едва, но думаю, что это потому, что я рядом с тобой. Но я точно не знаю, твой ли это запах, потому что я даже не знаю, как ты пахнешь. — Я привлекаю тебя? — Чимин наблюдает, как лицо Хосока краснеет, и он останавливается. — Не в том смысле, Хоби. Мне просто интересно, хорошо ли я пахну. Хосок восстанавливает самообладание и продолжает идти с Чимином. — Ну, не пойми неправильно, но да. Ты омега, и мой альфа это признает. И иногда это… Как бы сказать? — его рука взлетает, неловко потирая затылок, пока Чон подбирает правильные слова. — В начале, когда у тебя только начиналась течка, от твоего запаха задохнуться можно было. И я имею в виду в хорошем смысле. Все немеченые альфы — на самом деле, даже беты — сошли бы с ума, зная, что поблизости течный омега. Но это прекратилось после того, как ты начал носить ожерелье. Знаешь, это странно, потому что вокруг всегда есть девушки-омеги, но не думаю, что кто-либо из нас так ощущал их запахи. Теперь настала очередь Чимина краснеть, и он не может встретиться взглядом с Хоби. Он протягивает руку к своей рубашке и вытаскивает ожерелье, которое придворный врач сделал для него, чтобы подавлять его природный запах. Чимин возится с крошечным флаконом на ожерелье, чувствуя себя немного неловко. — Но я не... я не… ты понял. Я люблю тебя и слишком уважаю, чтобы думать о тебе только как об омеге, даже если ты пахнешь по-настоящему привлекательно. Ты также наш будущий король и мой лучший друг, так что тебе не о чем беспокоиться, — успокаивает его Хосок. — Почему ты вообще спрашиваешь? Чимин снова прячет ожерелье под рубашку, наклоняясь, чтобы занять место на краю фонтана. — Я не нахожу тебя привлекательным… — Грубиян, — фыркает Хосок. — Не физически, идиот. Твой запах. Моя омега признает, что твой запах — запах альфы, точно так же, как она узнает моего отца или Нуна, но на этом все. Меня никогда не привлекал запах альфы. До недавнего времени, кажется. — Хммм, — мычит Хосок, задумавшись. — И кто же это? Это тот альфа из семейства Чон? Как же его звали… Чонг…? Чимин толкает Хосока в плечо. Его лицо покрылось румянцем от простого упоминания имени Чонгука. — Это не так, — Хосок кидает на Чимина взгляд, глупо и понимающе улыбаясь. — Это не так, Хоби! — Конечно, нет, — дразнит Хосок, и Чимин ненавидит его. — Знаешь, нет ничего плохого в том, чтобы признать альфу привлекательным. Мы не все злые. И плюс, Чон Чонгук действительно красив. Если бы я был омегой, я бы попросил его... — Пожалуйста, замолчи, я тебя умоляю.♔
Чонгук находит Чимина, когда тот снова крадется по замку. Чимин давно не видел Грома, поэтому он направлялся в конюшню, чтобы проверить его. — Ваше Высочество! — зовёт Чонгук, и его голос проносится по коридору. Чимин останавливается в дверях и оборачивается, ожидая, пока Чонгук догонит его. — Чонгук, — здоровается он. — Куда Вы направляетесь сегодня, Ваше Высочество? Чимин не хочет говорить ему, но один взгляд в широкие глаза Чонгука делает его слабым. — Я иду в конюшню, чтобы навестить свою лошадь. Вы можете присоединиться ко мне, если хотите. Лицо альфы светлеет, и он спешит за Чимином. Они достигают конюшни, и Чимин бросается к загону Грома, оставляя ошеломленного Чонгука на входе. При виде Чимина Гром ржёт, прижимаясь головой к руке омеги, его лицу. Пак протягивает руку в свой плащ, достаёт несколько морковок и скармливает их одну за одной Грому, когда Чонгук, наконец, подходит к загону. Чон присвистывает от удивления и восхищения, и Чимин гордится. Гром превратился в прекрасного жеребца, став больше, быстрее и сильнее, чем многие другие лошади. Его серый окрас приятен глазу даже при минимальном освещении конюшни, и он стоит на голову выше, чем Чимин и Чонгук. — Как его зовут? — спрашивает Чон. — Гром. Я назвал его так после того, как мне его подарили, потому что он бежал так быстро, что на расстоянии это звучало как гром, — говорит Чимин. — Не хотите присоединиться к нам? — приглашает он Чонгука, прежде чем успевает остановить себя. Альфа поспешно соглашается, и Чимин указывает ему на лошадь, на которой он может поехать. Чимин планирует просто покататься по территории замка, но у Чонгука, похоже, есть другие планы. — Могу я задать вопрос, Ваше Высочество? — Вы только что это сделали, — дерзко отвечает Чимин. — Еще один, — убеждает альфа, и Чимин кивает. — Когда Вы в последний раз покидали территорию замка? Пак и правда задумался — это было несколько недель назад. Он никуда не уезжал с начала турнира. — Не поймите меня неправильно, — говорит Чонгук, — но Вы хотели бы выбраться отсюда? Со мной? Чимин в шоке смотрит на альфу, пока Гром наворачивает круги. — И куда же? Город полон гостей, и толпа будет окружать меня, если я куда-нибудь поеду. — Я могу показать Вам одно место, если Вы мне доверитесь. Несмотря на свои суждения об альфах, Чимин соглашается. Он и Чонгук надевают капюшоны своих плащей, скрывая лица, и покидают ворота замка. Чимин едет вместе с Чонгуком почти час, всерьёз думая, стоит ли ему вернуться. Как он мог быть настолько безрассудным, чтобы довериться альфе из далёкого королевства, которого он даже не знает? Уже темнеет, и Чимин понятия не имеет, куда они могут ехать. Уже тогда, когда Чимин собирается броситься обратно в замок, они проезжают сквозь заросли деревьев и достигают, как понимает омега, маленькой деревни. Чонгук ведёт их к зданию, подозрительно напоминающему таверну, и спешивается с лошади, после привязывая её к столбу у дверей. Чимин смотрит на Чона с подозрением. — Что это за место? — Это таверна, Ваше Высочество, — показывает альфа на здание. — Очевидно же, что это таверна. И не называйте меня так, пока мы здесь. Любой может услышать Вас, — раздражённо отвечает Чимин. — Мы с дядей встретили эту деревню на пути в королевство, и остановились, чтобы перекусить. Люди были хорошими, и напитки вкусные. Это достаточно далеко от замка, так что нас никто не узнает, и я подумал, что Вам, возможно, понравится отдыхать где-то, где нет толпы людей. Чимин удивлён. Чонгук более внимателен, чем предполагал омега. Он привязывает Грома и входит в таверну с Чонгуком, скептически окидывая всё взглядом. Внутри много людей, но никто из них не замечает Чимина и Чонгука, к большому удивлению Пака. Они садятся за стол в дальнем углу по просьбе омеги, и Чонгук заказывает им напитки. Группа музыкантов играет на своих инструментах возле входа, и большинство пьяных посетителей-завсегдатаев танцуют. Чимин наблюдает, как официантка приносит напитки к их столу. Она красивая, с вьющимися волосами и длинными ресницами. Пак замечает, как она смотрит на Чонгука, пока ставит напитки. — Дайте мне знать, если вам понадобится что-то еще, альфа, — подмигивает она Чону перед тем, как уйти. В животе Чимина кипит чувство, которое он не может описать. Кто-то может назвать это ревностью, но Чимин не ревнует. Зачем бы ему делать это? Чонгук — молодой, красивый альфа, который, вероятно, все время флиртует, и Чимин едва знает его. Он вырывается из своих мыслей, когда чужая рука касается его ладони, лежащей на столе. Чимин отдергивает руку назад, застигнутый врасплох. — Извините, Ваше Вы… — Чонгук замолкает, когда Чимин кидает на него злой взгляд. Альфа заканчивает обращение шёпотом. — Ваше Высочество. С Вами все нормально? Вы не прикоснулись к своему напитку. Чимин смотрит на стакан перед собой. — Верно, — говорит он, поднимая ёмкость, чтобы сделать глоток. Он кривится от вкуса, и Чонгук смеётся над ним. — Что это такое и почему оно такое горькое? — спрашивает Пак, не желая делать еще один глоток. — Вы никогда раньше не пили пиво? Это народный напиток! Чимин качает головой. — Нет. Мы пьём только медовуху или эль в замке, и они оба слаще этого. Это… имеет интересный привкус. — Могу я задать Вам ещё один вопрос? — спрашивает Чонгук через некоторое время. — Вы ужасно любопытны сегодня, — говорит Чимин, но жестом просит Чонгука задать свой вопрос. — Какой у Вас запах? Он вообще у Вас есть? Чимин опешил. Во-первых, потому что он не ожидал, что кто-нибудь захочет узнать его запах. Во-вторых, потому что он сам не знает, как он пахнет. — Я не з… А что? Почему это имеет значение? — Ничего такого. Мне стало просто любопытно, потому что у каждой омеги, которую я знаю, есть запах, но не у Вас. — Вы меня не знаете, — Чимин быстр в обороне. Чонгук выглядит обиженным, и изменение его запаха подтверждает это. Чимину сразу же становится некомфортно, он наблюдает, как альфа берет свой стакан и отворачивается, чтобы посмотреть, как танцуют другие посетители. — Чонгук, — зовет Пак, вытаскивая ожерелье из-под рубашки и позволяя подвеске оказаться поверх плаща. Чон медленно поворачивается к нему. — Это ожерелье — причина, по которой у меня нет запаха. Во флаконе есть смесь, которая нейтрализует мои феромоны. Альфа задумчиво кивает. — Почему Вы носите это? Чимин думал, что это было довольно очевидно. — Потому что я омега, — уверенно говорит он. — Потому что мой запах отвлекает всех альф в замке. — Чушь собачья, — тихо говорит Чонгук. — Прошу прощения? — Почему Вы должны носить это? Потому что Вы омега? Простите, но это не имеет смысла. Большинство людей в мире ходят вокруг, испуская свои феромоны каждый день, но Вы единственный человек в мире, который должен подавлять свой запах, потому что Вы отличаетесь? Потому что некоторые альфы не умеют контролировать себя рядом с Вами? Смешно, — огрызается Чонгук, и Чимин искренне не ожидал этого. Он никогда не думал об этом таким образом, и альфа заставил его задуматься. Пак заканчивает свое пиво, морщась при каждом глотке, и зовет официантку, чтобы та принесла ещё. Чимин нуждается в отвлечении. — Вы когда-нибудь снимаете его? — спрашивает Чонгук. — Иногда. Если честно, очень редко. Только тогда, когда необходимо снова наполнить флакон, а это не очень часто. — Но… Какой у Вас запах? Или Вы не знаете? Чимин краснеет. Он не знает. Он всегда был слишком смущён, чтобы спросить у кого-либо, и он начал носить ожерелье задолго до того, как набраться смелости. — Я не знаю, — смущённо признается он. Чимин не знает, откуда взялся этот внезапный приступ смелости — возможно, из-за того, что он находился рядом с Чонгуком, возможно, из-за алкоголя. Он не знает причину, но говорит: — Хотите узнать? Чонгук давится своим пивом, и несколько посетителей оборачиваются, чтобы посмотреть на него. — Простите? Вместо ответа Чимин тянет руки за шею и расстегивает застёжку на ожерелье. Он осторожно снимает его, а потом убирает в карман. В тот же момент Пак чувствует себя свободнее, словно с его груди сняли груз, и теперь ему даже дышать легче. Чимин пододвигает свой стул ближе к столу, смотрит на Чонгука, который застыл с недоумением на лице. Альфа чуть-чуть наклоняется, осторожно вдыхая. — Я не могу… — Чонгук наклоняется ближе и поднимает руку к Чимину. Омега напрягается, и Чонгук приносит свои извинения. — Простите. Могу я? — он кивает на свою руку, теперь повисшую в воздухе со сжатым кулаком. Чимин кивает в подтверждение, и внезапно Чонгук оказывается намного ближе, чем был раньше. Его рука осторожно обхватила шею омеги, а лицо зарылось в изгиб, рядом с ароматическими железами. Чимин думает, что если Чонгук просто прижмет щеку немного ближе, то почувствует запах омеги. Чонгук медленно вдыхает, и его запах в одно мгновение меняется. Лёгкий запах сакуры почти полностью исчезает под давлением насыщенных нот карамели. Это сочетание не похоже на обычный запах альфы. Этот запах Чонгука другой. Темнее. Он отстраняется быстрее, чем хотелось бы Чимину, не глядя ему в глаза. Любопытство берет верх над омегой, и он нарушает тишину. — Ну, и как я пахну? Чонгук не отвечает, и Чимин зовет его по имени. — Чонгук, — произносит он, и альфа смотрит на него. Чимин поражён напряженностью в чужих глазах. Зрачки Чона увеличились вдвое, а Чимин словно загипнотизирован. Чонгук дважды моргает и потирает лицо, и тогда пронзительный взгляд исчезает. Он выпивает половину своего пива, прежде чем, наконец, ответить Чимину. — Сладкий. Ваш запах. Он уникален. Вы пахнете мёдом, который подают за завтраком в вашем дворце. Я никогда не чувствовал ничего подобного раньше. Теперь настала очередь Чимина выпить пиво, чувствуя одновременно смущение и облегчение. Всю свою жизнь он не знал собственного запаха, и, в конечном итоге, человеком, который рассказал ему об этом, стал альфа, которого Чимин встретил меньше месяца назад. Свист с другой стороны бара заставил Чимина и Чонгука неожиданно покраснеть. — Вы двое там! — кричит здоровенный мужчина из-за стойки. — Голубки! Почему бы вам не встать и не потанцевать? Чимин указывает на себя и Чонгука, сбитый с толку. — Мы? Мы не... — Чимин не успел договорить. Чонгук схватил его за руку и повел к центру бара, где танцевали люди. Другие посетители освобождают место для двоих в середине своей группы, и музыканты меняют песню на весёлую джигу. Чонгук сжимает руку Чимина и начинает танцевать с ним в такт, подгоняемый толпой хлопающих вокруг них людей. Он удивительно хороший танцор, и Чимин, опять же, удивлён. Кажется, координация альфы в бою на мечах распространяется и на этот аспект жизни. Темп песни ускоряется, и пара тоже начинает танцевать быстрее. Чонгук даже несколько раз кружит Чимина. Омега заливается смехом, теряя сдержанность, чем дольше танцует с Чоном. Он не хочет признавать это, но ему весело. Чонгук кружит Чимина на одном месте, после втягивая его в свои объятья, когда начинается крещендо. Чимин смотрит в потолок, одна рука Чонгука держит его спину, а другая — его руку. Расстояние между их лицами несколько дюймов. Чон смотрит на него, и вновь его зрачки расширены, и омега не может заставить себя отвести взгляд. Их дыхание смешивается, и на мгновение Чимин думает, что альфа собирается поцеловать его. — Чонгук, нам пора, — шепчет Чимин в панике. Глаза Чонгука осматривают его лицо, но он покорно ставит Чимина в вертикальное положение и отпускает его.
