Сладкая парочка

      «Не стоило гулять под дождем, » — понимали мальчишки.       Начало осени. Стояла теплая погода. Сырая земля пропитана недавними дождями и ночными заморозками.       Зелёные ветки тянулись к холодеющему солнцу, ещё не думая о смене убора. Редкие жёлтые макушки деревьев отражали солнце. Время между концом лета обыкновенного и началом лета бабьего зацепилось, и словно повиснув на паутинке, тянулось, колышась от малейшего дыхания ветра, примыкая то к строю одиноких в своей грусти туч, то к неожиданно сильной жаре.       Вчера прошел дождь. Обещали плохую погоду на всю неделю. Но среди дня на небе не было ни облачка, что не могло не радовать. Однако все ещё закрадывались сомнения по поводу бесперебойного счастья, приобревшему более яркую окраску в связи с сокращением последних уроков. Любая полоса, хоть белая, хоть черная, должна иметь начало и конец, чтобы по итогу составить свою гармонию и оттенок очередного серого существования ещё одной жизни. Мы все без исключения состоим из разных оттенков субъективного серого. И чем цвет светлее или темнее, тем больше ты относишься к числу оптимистов или пессимистов. Хотя на самом деле никаких цветосоставляющих линий и нет, и большинство информации и знаний, не имеющих твердой практической основы, должно подвергаться сомнению.       Ребята вышли из школы с внезапным осознанием того, что скоро не только конец недели, но и, к тому же, всего одиннадцатилетнего срока учёбы. Стоило это как-то отметить.       Наши главные герои — люди культурные, воспитанные и образованные. Поэтому не будет описания шумных вечеринок, употребления большого количества алкоголя и запрещенных веществ, табачных изделий. Но ругаться и материться пареньки умеют и не скрывают этого.       Мальчики нашли ларек быстрого питания и заказали что-то, чтобы перебить вкус недосоленой, переваренной, «жирнющей» и «холоднющей» столовской еды. Кажется, она не стоит своих денег и, как и фастфуд, переоценена окружением. Но что не съешь, если захочешь: волк не тигр, но тоже кушать хочет. Суровый постсоветский обед, состоящий из страшной котлеты, пересахареного чая и твердой картошки, которая прилипла к тарелке, как на суперклее, и потеряла все свойства пюре. Причем одной малюсенькой, но дорогущей порцией, которой обыкновенный школьник, просидевший семь уроков, не наестся. Шаурма, и так необыкновенный на вкус продукт, казалась после такого гастрономического кошмара настоящим раем.       Долго ли коротко ли парни бродили по городу. Тусовались то там, то тут, заходили в разные места поглазеть на что-нибудь. Техника, еда, развлечения — все прилавки были разведаны. Болтали, гуляли, сидели. Максим делал все возможное, чтобы привлечь внимание Данияла, который при первой же возможности может свалить «зубрить свои тупые уроки»: «Нужно же отдыхать, пока есть возможность!»       И все же, даже данный метод подготовки вряд ли спасет от приближающихся экзаменов, от которых хочется поскорее избавиться. Экзамены больше на душу действуют, чем действительно на что-то серьезно влияют. Что будет за хорошие оценки да примерное поведение? Как обычно, очередной глава города пожмет руку, погладит по головке да и похвалит, поставив в пример остальным. Нормально наградить? Денег — нема.       Где-то на пути ребятам встретился старый знакомый, с которым они не виделись продолжительное время. Многие бывшие одноклассники свалили в другие школы, колледжи, города, оставив вместо себя новеньких, не отличающихся особым умом, однако, по мнению классухи, дотягивающихся до звания гимназистов, по сравнению с учениками другого одиннадцатого класса. Второсменщики, в некоторых кругах класса бытует такое название, представляют собой типичных американских разгильдяев, курящих сигареты, эффектно демонстрирующих свои умения перед собранными вокруг себя компаниями, употребляющих слабые наркотики и алкоголь, оставляющих предпочтение тренировке мышц ниже головы, не различающих Ахматову и Цветаеву.       Друзья продолжили прогулку, интересуясь произошедшими переменами в жизни и учебе старого товарища. Он изменился за долгое время как внешне, так и укладом мыслей. Видимо, новый коллектив сильно повлиял на него. Компания завела какую-то интересную беседу и так проходила до вечера. Пока не пошел дождь.       Несколько мелких капель неожиданно постучало об головы: «Скоро закончится!» Но это было только начало. С каждой минутой тучи, словно бравая армия, продвигались все дальше на восток стеной, а серый асфальт становился темнее. Прохладная вода постепенно утяжеляла одежду.       Приятель, будто предчувствовав угрозу, будто растворился в луже — убежал по делам, оставляя парочку с советом побыстрее возвращаться домой. На что этим двум советы? Они сами знают, сами разберутся, как лучше поступить в любой ситуации. Хотя их точки зрения часто противоположны, они вместе могут и гору свернуть. И здесь не обошлось без ссор: пока один уговаривал поехать домой, второй предлагал переждать под ближайшим навесом. Но в этот раз быстро нашелся компромисс: можно было вызывать такси, стоя под карнизом. В связи с эпидемиологической ситуацией рейсовые автобусы и трамваи стали ходить намного реже — здесь уж точно быстрее ливень переждешь или сам дойдешь.       Свободных машин не было — как обычно и бывает в ненастную погоду; а те, что и оставались — были несоразмерно дороги. Отсутствие нужных автобусов на горизонте побудило идти пешком.       На самом деле очень приятно ходить под дождем. Особенно в теплую погоду. Капли, словно руки ангелов, гладят тебя по голове и плечам. Только в дождь так вкусно пахнет озоном и свежей зеленью, легче дышать, просветляются мысли, успокаиваются переживания. Но не когда ты мчишься до дома в холодный ливень, накрывши голову пиджаком или рюкзаком. Особенно, когда твой товарищ отстаёт, обходя лужу, а ты уже стремглав перепрыгиваешь через следующую.       Мальчики перебегали из-под дерева под крышу, от крыши к другому дереву по черному асфальту, утопающему в лужах, перебирались по бордюрам через воду и грязь недодорог, прятались друг за другом от внезапных брызг с колес машин, из-за чего, несомненно, много ругались, как обычно используя в своем лексиконе «шал», «скотина», «идиот» и разумное для данной ситуации количество мата и ругательств, перебиваемое различными замечаниями, ответками и переводами тем. По накатанной схеме. Даже в атипичной ситуации все будет как обычно и, вероятно, веселее. Проявление спокойствия в непривычных ситуациях — наивысшая способность современного человека. Иногда в подобной обстановке узнаешь больше нового о себе и окружающих.       Не обошлось и без того, что какой-то шумахер облил ребят с ног до головы. Ну что поделать: город есть город, козлы есть козлы.       Дождь набирал силу. Мальчики добежали до первого дома, стоявшего на их пути. Заварили горячий чай, сделали бутерброды. Дома были взрослые, которые сразу принялись ухаживать за двумя до нитки промокшими душонками, выдали каждому по стопке сухой одежды, полотенца, пледы. Парни смотрели на компьютере пиратские фильмы, что-то из нового, боевиков. Пили чай с печеньками.       «Кина не будет, » — ударила молния, и во всем районе вырубилось электричество. При свете небесных вспышек, китайских фонариков и телефонов нашлось множество других интересных занятий. Например, морской бой или импровизированный театр теней. Старались, как в давние времена до технической революции, меньше пользоваться технологиями, чтобы вспомнить былое и понять, насколько электричество упрощает жизнь. Мы перестаем ценить то, что имеем, потому что оно становится само собой разумеющимся, привычным. А когда это пропадает — мир вокруг нас меняется — появляется другой.       — Не везёт в картах — повезёт в любви.       — Да кто тебя таким полюбит?       — Ты, — друзья доигрывали третью партию дурака.       Во время новой раздачи появился свет. Веселье подходило к концу. Поздний вечер. Дождь закончился. Пора расставаться и идти по своим делам.

***

      Максим смело вошёл в комнату и встал на середину, уставившись на друга. На кровати сидел Даниял с бледным, нездоровым лицом. Шал словно разваливался на кусочки то ли от старости, то ли от простуды. Температура, кашель, насморк — заболел после прогулки. Максут чувствовал себя не намного лучше, но пришел после школы, чтобы поддержать друга, поговорить, приободрить, подбодрить, обозвать, объяснить, обругать и поцеловать в лобик. Дэн отложил телефон.       — Привет?.. Ну и зачем ты пришел? Заболеешь.       — За тобой пришел. Уже заболел. Из-за тебя. Какого хера ты дома сидишь, а я должен в школу ходить?       — Откуда я знаю? Останься дома.       — Тупица…       — Сам такой… Зачем я тебе?       — Ничего не делаешь, в школу не ходишь, сидишь-отдыхаешь, пока я там без тебя страдаю.       Максим сел возле Данияла, больной отодвинулся.       — Надеть маску и перчатки, может ещё антисептиком натереться? Старикашка.       — Сам старикан ещё тот. Пока до четвертого этажа добираешься, уже спина и ноги болят. Особенно внешне похож.       — Кто бы говорил, шал. На себя посмотри. Самого от старика не отличить. Все прохожие тебя боятся.       — Просто они видят тебя рядом со мной. Поэтому и боятся.       — И они видят, что я красивее.       Споры парней могут продолжаться вечно. По официальным статистическим данным, проверенным экспертами, их разборки занимают более 50% от общего времени разговора. В 3 случаях из 10 они доходят до рукоприкладства. И только в 5% до страстного секса. Вероятно, так называемые «мысленные шахматы» (термин, введённый исследователями отношений Данияла и Максима), представляющие собой перепалку с поиском правильного ответного удара с целью сильнее разозлить противника и заставить его сделать ошибку, — это один из их способов возбуждения. Гениальность — новая сексуальность.       Процесс практически доходил до криков. Сестра Данияла, по несчастью оказавшаяся в этот момент дома, заглянула в щёлку между дверью и стеной, поняла, что мальчики в порядке, и ушла в магазин, оставив их одних. В процессе разгоряченного спора ребята чуть ли не столкнулись лбами, используя все возможные способы манипуляции оппонентом. Но в этот раз острее на язык оказался Максим:       — … и поэтому ты скотина, — и чихнул.       — Браво! — с долей сарказма прокомментировал Даниял.       — Слышал? Правду сказал!       Мальчики с больными головами вместе легли на кровать. Смотрели на белый пустой потолок с одинокой люстрой в середине комнаты. Хрипят, сопят, молчат — наругались. Сейчас немного отдохнут — и продолжат разговаривать о чем-то.       А пока блаженное спокойствие воцарилось в спальне. За окном шумел ли город, лил ли дождь — было уже все равно. Главное — пережить всё вместе.       Даниял обнял Максима, и тот хотел возмутиться, чтобы от него убрали грязные, страшные, корявые лапы, но не захотел рушить пойманную идиллию и просто положил свою руку на друга.

***

См. комментарий к работе (после части)       … А пока спокойствие, перебиваемое лишь шумом улицы, воцарилось в спальне.       Максим, решил не рушить пойманную идиллию. Он растворился в мягких объятиях Пухлого.       Даниял прижался к Максу как можно ближе. Ребята лежали вместе близко-близко и обнимались. В какой-то момент их губы сошлись в страстном поцелуе, зажегшем в глазах искры, призывавшие к безумию. Глаза с жадностью смотрели друг на друга, желая являться единственным собственником каждой частицы своего объекта обожания. Словно играя в гляделки, утопали в бездонных океанах, мечтая обрести крылья за счёт победы другого.       Нежные поцелуи стали плавно переходить в засосы и укусы, оставляющие вкус крови на губах, пятна цвета разводов бензина на шее и негромкие постанывания, вызванные приятным дискомфортом. Щипки, шлепки, грязный шепот и дальше по уже отработанному списку, вызывающему возбуждение у обоих партнёров. Хищные губы блуждали, пересчитывая родинки, в поисках свободных мест для поцелуев.       Низкий перевернул высокого и разработал ему смазкой очко. Начался сеанс. Резкий вход повлек за собой тяжёлые вздохи обоих участников процесса и скрип зубов пассива. Колебательные движения двух тел, скреплённых половой связью, принадлежащих одной кровати, вступали в резонанс. Пространство заполнял тяжёлый и горячий, потный воздух. Запах юношеского бунта. Заданный ритм не менялся, лишь ускорял темп, влеча за собой шлепки влажных тел и стоны. Конец представления сопровождался легкой дрожью и одновременным получением наслаждения активом и пассивом. В этот раз все прошло быстро.       Мальчики ещё недолго лежали, лаская друг друга, наслаждаясь нежной и страстной стороной пошлой людской жизни. Мальчишки философствовали о сущности мира и необходимости любви, о войнах, страхах и проблемах. Утекающие минуты беззаботного счастья давали почувствовать любовь всей душой и всем телом в каждом моменте, в каждом ее проявлении.