Лига Злодев Экстра

      Его пафосные речи о скором возвышении Лиги не оправдались.       Они были на мели и как последние воришки были вынуждены опуститься до грабежа. Чтобы сохранить хоть каплю своего достоинства, грабили только полных ублюдков или богатеев с «лишними» деньгами. У них не было совести, но у них были убеждения.       Рекламная агитация его организации гласила, что они следуют высшим целям (интересно, насколько высока цель «уничтожить всё»?), так что и убивали они ради высшего блага. И даже Даби не упрекнёт их в том, что они лицемеры, которые оправдывают свои действия красивыми словами… Который снова пропал из их будней и ушёл по своим делам.       Нет, он, конечно, согласился с тем, чтобы тот мог действовать сам по себе, пока приносит ему пользу, но всё равно обидно, когда тебя и твою команду бросают наедине со своими проблемами.       «Пока вы тут бездельничаете, я ищу нам союзников» — самое нелепое оправдание пиромании и садизма, которое он когда-либо слышал. Стоит ли говорить, что не был приведён ни один живой потенциальный союзник?       На деле, они все просто пытались выжить до того момента, когда он наконец получит своё обещанное «наследство».       Непонятно только, с какой стати он обязан прилагать усилия, чтобы заполучить то, что и так принадлежит ему? Разве не должно быть так, что его сила и подчинённый его Учителя сами должны искать его?       Вместо этого, он ищет следы параноидного Дока и тащится за несколько миль неизвестно куда, когда мог бы уже воплощать свои планы. Зачем создавать ему лишние трудности?       Нет, Учитель всегда был помешан на его росте, как преемника собственных трудов. Но обычно это ограничивалось тренировками, поучениями и разбором ошибок, которые он допускал в своих первых миссиях, когда только осваивался с ролью лидера.       Он ведь знал, что для Томуры нет ничего страшнее его разочарования. Никогда бы он не хотел подвести его, зная, каких высот от него ожидают. Сам же говорил, что поступает так ради него.       Курогири был ближайшим сподвижником Учителя после доктора. И где он сейчас? Почему он проиграл? Сколько он себя помнил, Курогири твердил о том, что его задача — присматривать за ним. Так как он умудрился дать поймать себя и бросить его?       Из-за него они теперь терпят всё это.       — Я слишком стар для таких дальних прогулок, — дизайн маски Компресса на этот раз отображал усталость. — Как жаль, что мы не можем воспользоваться причудой Курогири…       Тога шикнула на него и обеспокоенно глянула на Шигараки.       — Всё в порядке. Даже самый полезный приспешник может облажаться… — он повернул голову, недоговорив фразу. — Сколько человек сжёг на этот раз?       — Четверых, — Даби плюхнулся на потрёпанный диван.       — Всего-то? Я думала, ты способен на большее.       — Я не настолько кровожадный, чтобы бегать по улицам и ставить рекорды по сожжению заживо.       — Но именно это ты сейчас и делаешь.       — Не припомню, чтобы спрашивал мнение ящерицы.       — Как грубо. Скука плохо на тебя влияет, Даби, — Компресс закинул ногу на ногу.       — Она меня убивает.       — Потерпите. И месяца не прошло, как вы уже ноете.       — Ты хочешь сказать, так будет целый месяц?!!       — Надеюсь, что нет.       Твайс сложил руки на груди, встав в недовольную позу.       — И долго мы будем сидеть без дела? Не пойми меня неправильно, но я жил подобным образом ещё до Лиги. Ничем хорошим это не закончилось, я тебе скажу. Ништяк всё было!       Повисла неловкая тишина. Остальные взглянули сначала на Джина, затем повернули головы к Шигараки. Четыре пары глаз уставились на него.       — Не знаю я. Если бы мне назвали точные координаты, было бы проще. Но что имеем, — он развёл руки.       — Тебе не кажется, что твоя одержимость какой-то призрачной «силой» мешает концентрироваться на действительно важных вещах?       — Не понял?       — С тех пор, как ты услышал о ней, ты забыл обо всех других планах и теперь гонишься за ней, как пёс за машиной, — Даби хрустнул пальцами. — Что ты будешь делать, когда получишь её?       — Сброшу её героям на головы, — где-то внутри закипало раздражение.       — В итоге, это слепая погоня за оружием. Чисаки делал тоже самое. Напомнить, чем это закончилось?       — Я не такой кретин, как он.       — Он тоже идиотом себя не считал. Так не веди себя, как подросток, хотя бы пару минут и реши, что делать дальше.       — Мы будем искать то, что оставил мне Учитель, — медленно проговорил он. — Я не передумаю. Если он решил, что так необходимо, значит так и есть.       — Его арестовали, — сердце пробило удар. — Очнись, Шигараки! Легко давать указания, которые не можешь выполнить сам.       — Так ты хочешь, чтобы Курогири сидел в Тартаре зря?!       Все умолкли, и даже Даби смотрел удивлённо.       — Эта сила — моя. Я не хочу терять то, что принадлежит мне.       Твайс пропустил его к выходу, пробормотав себе под нос извинения. Томура отмахнулся.

***

      Он бы обрадовался свежему воздуху, если бы умел.       А так, Томура наслаждался одиночеством, глядя на лес со стороны нового убежища. Давно не срывался. Возможно, это связано с тем, что раньше рядом всегда был Курогири, который предотвратит последствия вспышки гнева. Теперь же он сам контролировал себя и свои действия.       Странно чувствовать подобное, когда уже привык к спокойному состоянию. Хотя тут как посмотреть…       Прежде, это считалось бы верхом его самоконтроля. Сейчас — возвращением к исходной точке. Game Over — Restart.       Дверь позади него открылась. Компресс осторожно подошёл ближе, неловко держа в руках шляпу.       — Ты уж прости нас, сам понимаешь, усталость кого угодно сведёт с ума, а нас тем более.       Томура отвлёкся от живописного вида.       — Я бы привыкал на вашем месте. За один день мир не изменишь.       Как ни прискорбно, но он понимал это.       — Это правда. Падать с небес на землю — весьма болезненно… — Компресс расправил плечи. — Вот мы стоим на вершине, полны сил и энтузиазма, как начинаются трудности, от которых мы уже успели отвыкнуть.       — В этом вся разница — я не отвык.       — Думаю, они тоже не могут смириться с тем, что сложности будут окружать их всю жизнь. Хочется верить, что солнце никогда не зайдёт, а во всех начинаниях тебе будет сопутствовать удача, — он вздохнул. — Но жизнь не так проста.       — Да ты философ, — Шигараки хмыкнул. — Кем ещё ты был раньше?       — Всего-то выступал на сцене. Остальное уже сопутствующее возраста.       — Говоришь прямо как Учитель. Только он действительно так же стар, как его речи.       Внезапно дверь распахнулась.       — Да отцепитесь вы от меня!       Тога и Твайс в две руки вытолкнули Даби наружу и захлопнули дверь.       Обычно в такие моменты слышат сверчков.       Они с Компрессом уставились на внезапного гостя, когда тот нелепо замер.       — Эм… Эти двое хотят, чтобы я извинился перед тобой, — подал он голос.       — Чего?       — Ага. Я так же подумал.       — Ну?       — Что? — он моргнул. — Стой. Нет. Даже не надейся.       — Хах. Не прокатило, ну ладно.       — О чём ты?.. Ах ты ж.       — Ага. Когда ещё мне представится возможность увидеть, как ты просишь прощения? Хотя, ты застигнутый врасплох — тоже достаточно редкое явление.       — Да ну тебя, — Даби засунул руки в карманы. — О чём вы тут говорите так долго?       — О тщетности бытия…       — …И несправедливости мироздания.       Он посмотрел на них, как на сумасшедших.       — Вам двоим лучше не общаться наедине.       — Я бы на твоём месте не общался с нормальными.       — Где ж я их возьму?       — Считай, тебе повезло с окружением.       — У тебя странное понятие о везении.       — Так и везения у меня нет.       Компресс переводил взгляд с одного на другого, не очень-то понимая, что происходит.       — Я или слишком устал, или отстал от жизни, но я не улавливаю суть вашего разговора.       — Просто мы давно не виделись.       — Навёрстываем упущенное, — почти синхронно сказали они.       — Что ж… Тогда я… — он попятился. — Раз здесь всё в порядке, проверю, пожалуй, состояние остальных.       С этими словами он оставил их и сбежал в дом.       — Что это с ним?       Они всё ещё недоумённо смотрели в направлении, котором скрылся Компресс.       — Похоже, что он не хочет быть третьим лишним…       — А?       — Мистер решил, что мешается тут, и дал нам время побыть наедине.       — Зачем это ещё? — Шигараки нахмурился.       Даби взглянул на него, как на ребёнка.       — Да ты просто самый невинный злодей в мире.       Он заправил прядь ему за ухо.       — Эй, — Томура ударил его по руке. — Что ты творишь?       — Пользуюсь моментом, — ему не нравился этот взгляд.       Не успел он и слова сказать, как тот сжал его плечи и принялся целовать в шею. Шигараки распахнул глаза.       — Ты… — он отпихнул его. — Соблюдай субординацию!       — Я ничего не нарушал.       Даби потянулся обратно, но Томура предупреждающе положил руку ему на грудь.       — Не лезь ко мне.       Он посмотрел сначала на него, потом вниз, на ладонь с отведённым мизинцем.       — Тогда сам убери свою жуткую холодную руку.       Томура так и сделал.       Он медленно отпустил его, следя за ним и отмечая любое движение.       Они так и играли в гляделки: один недоверчивый взгляд и хитрый прищур Даби.       — Ну, вы там помирились?!       Тога ворвалась наружу, вместе с двумя любопытными головами в проходе.       — Ой. Не хотели вас отвлекать.       Шигараки резко повернулся в её сторону, чем воспользовался Даби, взлохмативший его волосы.       — Да ты!..       — Я увидел тебя смущённым, — проигнорировал он чужое возмущение. — Редкое достижение.       И улыбался гад.       Томура спрятался за Отцом, бормоча ругательства.       Сам говорил, что они тут бездельничают. Лицемер.

***

      «А наследство кусается»       Безумие. Чистое безумие.       Вот уже как несколько часов он сражается с Гигантомахией. За всё это время с его лица не сходила улыбка, такая же широкая, как у грёбаного Всемогущего.       Вот это принадлежит ему. Странно осознавать, что твоё же имущество пытается тебя убить.       Хотя бы они выяснили, что оно нацелено только на него и не преследует остальную Лигу. Так себе утешение, конечно.       Толку от них сейчас никакого: любые атаки здесь бесполезны, отвлечь тоже нельзя. Тога слишком слаба для этого монстра, Компресс не может рисковать своей единственной рукой, дубли Твайса ломаются от одного удара, а Даби вовсе сбежал. Он тут сам по себе.       Прямо упитанный босс, в битве с которым герой-компаньон тебе не поможет.       Он бы превратился в отбивную, если бы не отскочил вовремя от удара здоровенной лапищи.       Шигараки видел достаточно собственных смертей, когда Гигантомахия давил его клонов, как жуков под ногами.       Превращаться в месиво ему не очень хотелось.       Чудище шло в его сторону, как вдруг упало наземь.       — Эм…       — Оно мертво?!! Схватило сердечный приступ?! — Твайс еле переводил дыхание. — Чертовски надеюсь на это!       — Создай ещё одного меня, чтобы проверить.       Джин мигом сотворил его копию и Томура №2 осторожно приблизился к Махии.       — Дышит, — пнул его. — Не реагирует.       — Он… заснул? — с надеждой спросил Компресс.       — Ага. Похоже на то.       — Давайте грохнем его во сне! Оставим в покое.       Шигараки кивнул клону и тот почти коснулся его головы, как огромные глаза распахнулись. За секунду рука раздавила Томуру, оставив только серую массу.       — БЕЖИМ!!!

***

      Надо же, детство Шигараки оказалось ещё более убогим, чем его собственное. Хотя он догадывался, что настолько отбитым психом просто так не становятся. Впрочем, ему было всё равно.       Он предусмотрительно поставил эмоциональный блок на чужие трагичные предыстории. У него своих травм хватает.       Даби ударил ту штуку одной из своих самых сильных атак, а на ней даже царапины не осталось! Вот пусть теперь они сами возятся с этим, всё равно ничем помочь не сможет.       Он был уверен, что Шигараки выживет — своими глазами видел его скорость и выносливость. Его-то тело было гораздо сильнее.       Однако эта махина кого угодно раздавит — чудовище, которому плевать на сталь, огонь и распад.       Другое дело люди — горят, вопят, умирают. Уж лучше иметь дело с чем-то знакомым. Потому он вернулся в родные проулки.       Одним трупом больше — улицы чище.       Чтобы остальные не говорили, но его патрули не были напрасны. Ему даже не пришлось напрягаться, как птица сама рухнула к нему под ноги в один из таких заходов.       Ясное дело, что это геройская шавка, но он мог оказаться полезным. Даби собирался извлечь из этих шпионских игр как можно большую выгоду.

***

      — Так, когда ты дашь мне поговорить с Шигараки?       — Хах? Я в курсе, что спешка — это твоя главная фишка, но давай-ка без этого.       — Спешка здесь ни при чём, — он сложил крылья. — Я хочу присоединиться к Лиге, а ты не пускаешь меня к своему боссу.       — Я не могу приводить к лидеру каждого встречного, тем более такого сомнительного типа, как ты.       — И когда ты сочтёшь, что я не слишком сомнителен, чтобы привести к нему?       «Никогда»       — Как только докажешь, что тебе можно доверять.       Ястреб издал недовольный стон.       — Какой ты мнительный. Ладно, что я должен сделать?       — Убей Топ Джинса.       Не без удовольствия он наблюдал, как с Кейго спадает притворное дружелюбие и как оно сменяется неподдельным ужасом.       — …Что?       — Ну, а что? Если ты хочешь доказать, что на стороне злодеев, ты должен убить героя, — злая усмешка перекосила его лицо. — Четвёртый сейчас слаб, он тебе верит — просто идеальная мишень.       Ястреб сглотнул.       — Пропажу настолько известного героя не смогут пропустить.       — Это-то нам и нужно.       Его садизм проявлялся не только в физическом плане. Давить на людей психологически ему нравилось в равной степени.       Будет забавно посмотреть на попытки выкрутиться из этой ситуации, к тому же это покажет серьёзность его намерений.       В такие моменты он был рад, что присоединился к Лиге.

***

      Два дня. Он не спал два дня.       Если бы не его подготовка, он давным-давно свалился бы замертво.       Он пытался спрятаться, чтобы хотя бы перевести дух, но его рекорд — минута и пятнадцать секунд без боя.       За эту минуту он успел назначить смены, за которые члены Лиги будут сменять друг друга, чтобы они могли отдохнуть. За ними-то этот монстр не гонится.       Вперёд. Атаковать. Увернуться. Назад.       Он проводил сотни комбинаций атак, но Гигантомахия отмахивался от каждой, как от надоедливых мошек. Твайс даже создавал парочку клонов Даби, но те и впрямь оказались совсем бесполезны. Пламя для него было как слону дробина.       Как только это существо признает его, он натравит монстра на героев, просто чтобы посмотреть, как они попытаются остановить это.       Ситуация с падением повторилась. Махия свалился на землю, смяв при этом кучу деревьев.       — Не трогайте его…       — Как долго он будет спать?       — Сейчас и проверим. Лучше не стоять на месте, пошли.       Тога сунула ему в руки бутерброд.       — Как ты вообще на ногах держишься?       Томура ничего не ответил. Он стремительными шагами уходил как можно дальше от этой штуки.       Никто не сомневался, что ей не понадобится много времени, чтобы нагнать его, но попытаться стоило.       — Если он не проснётся через двадцать минут, я попробую поспать немного. Засеките время.       Что-то ему подсказывало, что просто так они не отделаются. Мысленно он уже готовил себя к худшему, просчитывая в голове все варианты развития событий.       Чекпоинт. Ему нужен грёбаный чекпоинт.

***

      Вот уже как целый месяц не было никаких вестей от Лиги.       Ему начало это надоедать.       Даби вернулся к своим обычным будням.       Сжигание людей не спасало от скуки, выпивка тоже не слишком-то помогала, Ястреб не мог больше его развлекать с тех пор, как ему поставили в условие убийство героя…       Словом, он умирал от скуки.       Это же было одной из причин вступления в Лигу, помимо облегчения достижения собственных целей.       Он не вёл такой «яркой» жизни раньше. Его прекрасное лицо не блистало на плакатах розыска, его не пытались убить так часто, он не общался с психами разной степени сумасшествия. Потом был Стейн и понеслось…       Ему было весело.       Даби не ожидал, что так будет, когда думал только о создании «лучшего мира». А уж тем более не ожидал, что привяжется хоть к кому-либо.       Нет, он по-прежнему и слезинки не проронит, если вдруг кто-то из Лиги умрёт и дело тут даже не в том, что у него выжжены слёзные железы.       Каждый из них был для него по-прежнему безразличен, а некоторые его и вовсе бесили.       Однако Твайс оказался не так плох и иногда создавал впечатление нормального дружбана, с которым ему не противно общаться.       Шигараки был куда интереснее, чем он думал. Суть, конечно, всё та же — он конченый псих с типичным злодейским мышлением, но как же он крут.       Даби в жизни не признается в этом, но босс умел впечатлять. Даже в своём маниакальном состоянии. К тому же, он был его единственным сверстником в окружении (наконец-то он узнал его возраст). В этом он тоже никогда не признается, но ему не хватало банальных разговоров с людьми.       Низкие же у него стандарты…       И единственный человек, с которым он сейчас контактировал, был сумасшедший учёный. Почему из всей Лиги именно он?       Даби выслушивал от него полуторачасовое нытьё на тему того, что он не смог вернуть ему «Капюшончика» (больной ублюдок, даже Шигараки не называет так Ному). Если верить его словам, то Гигантомахия до сих пор так и не признал лидера. Судя по всему, у Шигараки были очень насыщенные дни.       Не то, что у него. После той заварушки со Старателем, в жизни Даби не происходило никаких интересных событий. Подставляться про-героям просто так он не собирался, а по улицам бродит мусор. Хоть бросай всё и беги добровольцем на помощь боссу.       Потеряй он остатки своего здравомыслия, он так бы и сделал.

***

      Заскучал на свою голову.       — Какого хрена вы переместились сюда?       Из появившейся чёрной жижи вышли члены Лиги Злодеев.       — Мы придумали, как решить проблему с Гигантомахией и заодно сокрушить наших врагов, — пояснил Компресс.       — Врагов? Кого вы достали из-под земли на этот раз? Итальянскую мафию?       — Японских революционеров.       — Без разницы. Что происходит?       — Гирана схватили! — в перерыве между бормотаниями сказал Твайс.       Даби кинул на него взгляд, отмечая, что тот без маски.       — Ясно. А мне какое дело?       — Так себе у тебя приветствия. Сожжёшь для меня кучку людей, ясное дело.       — Я этим весь месяц занимался, — заметил он. — Иными словами, ты решил поместить нас меж двух огней? Горю от нетерпения.       Химико в новом пальто старалась не прыгать так часто, чтобы не замарать его.       — Скорее от причуды.       — Я натравлю один огонь на другой. Ты у нас основная боевая единица, так что не ной.       — С какой стати ты отрываешь меня от дел и ввязываешь в свои проблемы?       — Лидер я или кто? Мои проблемы — твои проблемы.       Даби прикусил губу, признав поражение.

***

      Он солжёт, если скажет, что Шигараки, стоящий на вершине всего этого бедлама, не выглядел круто. Похоже, что лидер АРИС думал также, потому и встал на колени.       Такая разруха и всё его рук дело.       — Эй, босс, — пора побыть ответственным заместителем. — Прикройся хоть, — он накинул на него свой плащ.       — Хах. Какая забота.       Компресс сказал, что Шигараки почти не спал все полтора месяца. Как он до сих пор стоял на ногах?       — ШИГАРАКИ! — Спиннер орал во всю глотку. — Ты там жив?!       — Никогда себя живее не чувствовал.       Новая жутко-завораживающая улыбка в коллекцию.       Даби, засмотревшись, даже забыл о том ледяном ублюдке.       — Наследник! — Махия… рыдал?.. — Преемник Хозяина!       Громадина рухнула на колени. Она наконец признала его.       Фанатики Армии отошли от оцепенения и забегали вокруг своего босса, не осмеливаясь приближаться к Шигараки. Теперь-то они его побаивались.       — Ре-Дестро! Это было опасно, вы могли умереть!       — Всё в порядке. Я легко отделался, — сказал он, указав на свои ноги.       Самый смелый тип с длинной чёлкой обратился к ним.       — Раз уж всё так разрешилось, не пора ли обговорить условия нашей капитуляции?       — Нет!       Все недоумённо посмотрели на Спиннера, но тот встал в позу, не намереваясь сдавать позиции.       — Вы сдаётесь? — они удивлённо кивнули. — Отлично. Тогда можете подождать, когда мы придём в норму.       — Что такое, Спиннер?       — Ты! — он зло тыкнул в сторону Шигараки. — У тебя же сна нормального совсем не было! Ты не можешь вести сейчас переговоры! Тебе нужно отдохнуть, чёрт тебя подери!       — Он… сражался в таком состоянии? — Ре-Дестро восхищённо уставился на него.       — ДА! А теперь не будьте уродами и окажите медицинскую помощь!       Они слегка опешили, но быстро засуетились, принявшись за руку Шигараки.       — Чего это ты? — он даже примолк от такого странного поведения.       — Тц. Никаких разговоров! Ты. Идёшь. Спать!!!       Впрочем, Даби никогда и не спорил, что не является самым ответственным в команде. Иногда стоит отдать организационные вопросы кому-то более воодушевлённому.

***

      Участники обеих организаций расположились с противоположных сторон комнаты. В воздухе витало напряжение, и только их лидеры его будто не замечали.       — Итак… Давайте всё обсудим. Начнём с компенсации причинённого ущерба.       Шигараки взмахнул здоровой рукой.       — Помимо лечения нанесённых по вашей вине травм, вы должны Тоге новое пальто, взамен испорченного, руку Мистеру Компрессу и другое поломанное снаряжение.       Скептик поморщился, стараясь скрыть недовольство.       — Также, каждый из вас должен принести извинения моим подчинённым за битву, в которую их втянули.       — Мы исполняли волю Дестро!       — А теперь как хорошие союзники вы попросите прощения, — на миг его глаза сузились. — Не думайте, что я забуду весь вред, который вы им причинили.       — Они принесут извинения, — Ре-Дестро пресёк любое возмущение. — Я в свою очередь, также приношу извинения от лица всей АРИС. Мы были слепы в своём тщеславии...       — Да, да… Это я уже слышал. Теперь к делу, — он уже освоился с ролью большого босса. — Скрыть такое огромное происшествие не получится. Воспользуемся вашим первоначальным планом и объявим общественности о нашествии злодеев. Однако без упоминания Лиги Злодеев — двадцатка крупных злыдней, напавших средь бела дня, атаковали мирный город, чтобы добраться до героев. Отважные жители поднялись для защиты своего дома и справились со злодеями без чьей-либо помощи. Когда герои наконец соизволили явиться, они смогли загнать врагов в угол и убить всех до единого. Куча жертв, но все спасены.       — Разве это не привлечёт внимание?       — Оно нам только на руку. К тому же, это такой шанс подорвать доверие к геройской системе, лишь дурак не воспользуется.       О нет. Расчётливый Шигараки.       — Касательно объединения наших организаций, — он поднял на них взгляд. — Так как мы теперь не отдельные шайки со своими мечтами, то с этого момента не будет никаких АРИС и Лиги Злодеев.       — Что? Мы не можем просто взять и уничтожить дело всей своей жизни!       — Спокойнее, никто не уничтожает наши труды. АРИС перестаёт существовать в формальном плане, просто мы теперь будем называться иначе.       — Верно. Лига и Армия объединятся под новым названием.       — Не нагнетай загадки, лидер. Что за название?       — Его придумали Ре-Дестро со Спиннером: «Паранормальный Фронт Освобождения», — он очень старался сохранить серьёзное лицо. — Основной состав будет делиться на меня как главнокомандующего и лейтенантов из вашего числа, которые сформируют отряды.       — Но здесь не все члены АРИС и почему Ре-Дестро понижен до обыкновенного командира?       — Я не понижен, а добровольно уступаю место лидера более достойному.       — Ага. Девять лидеров боевых отрядов и я во главе. Девять, потому что каждый член Лиги — элита, плюс четверо самых способных из Армии.       — А вы высокого мнения о себе.       — Не без причины.       Ре-Дестро не обращал внимания на напряжённые переглядки. Он с глупой улыбкой на лице хлопнул в ладоши.       — Что ж. Раз мы уладили этот вопрос, хочу поздравить всех с образованием мощного союза! Чаю?       — Сгиньте.       — Слушаюсь! Все, уходим.       По их лицам было видно, что только Ре-Дестро радовался такому повороту событий. Однако эти фанатики были слишком преданны своему главнокомандующему, чтобы как-либо воспротивиться.       Они нахмурились, когда заметили, что Лига не собирается двигаться с места. Тога помахала им на прощание.

***

      — Они не выглядели слишком довольными, Шигараки.       — На их месте я бы тоже чувствовал себя униженным.       — А тот старик наоборот считал себя благословлённым. Вот это харизма у тебя! Отстой.       Твайс продолжал вести себя как прежде, хоть и вроде как переборол свою травму.       — О чём ты ещё хотел поговорить, Томура? — Химико положила голову на ладони.       — Об отрядах. Им тоже надо будет сказать, но они так бесились, что я решил больше не мучить их.       — Какой заботливый, — Даби присел, решив, что разговор будет долгим. — Так что за отряды?       — Будете набирать себе подходящих людей в команду. Это как расширенная версия Передового Отряда.       — Можно в этот раз без неуправляемых психов под моим руководством?       — Тебе набирать, тебе и решать, кого брать.       Шигараки решил, что изображать презентабельность уже ни к чему и закинул ногу на стол.       — У Твайса свой собственный отряд, остальные по двое. Компресс, Спиннер — вместе. Тога со Скептиком.       — Почему с ним? Он скучный!       — У вас Передовой Отряд Разведки. Вы двое лучше всего для этого подходите.       Она надулась, но вынуждена была согласиться.       — Даби с Апокрифом.       — Ты издеваешься? — он вытащил руки из карманов. — Ничего, что он пытался меня убить?       — Потому и надо вас объединить. Гарантия мирных намерений. К тому же, у вас обоих причуда широкого охвата.       — Расчётливый ты ублюдок.       — Приму за комплимент.       — Если вы закончили то, что ещё осталось?       Шигараки перевёл внимание на Компресса.       — Это всё. Можете заказать суши на чужие деньги, как я и обещал.       Слово «суши» отозвалось в их понимании гораздо лучше, чем какие-то грандиозные планы завоевания мира.

***

      Шигараки сменил стиль, став одеваться согласно новоприобретённому статусу. Даже перевязанные раны и неизменные кроссовки не могли испортить дорогой костюм.       Теперь он не выглядел, как подросток.       — Так что с твоим новым соратником?       Даби моргнул, вспомнив, где он находится.       — Герой номер два, Ястреб.       — Ууу, крупная дичь значит. Что герой забыл в злодейских потёмках?       — Говорит, что герои должны перестать существовать и он как герой знает это как нельзя лучше.       — И ты ему веришь?       — Не-а. Разве я похож на дурака?       — Он так и считает, раз решил, что может шпионить у тебя под носом.       — Расслабься. Никакой ценной информации я не сливал, а птичка изо всех сил строит из себя верного союзника.       — Может, я тогда переговорю с этой птичкой и сам решу, насколько нам полезен потенциальный предатель?       — Он только этого и ждёт. Всё время требует представить тебе. Мне пока удаётся изловчиться и держать его подальше.       — Как мило с твоей стороны.       Он снова надел дурацкую руку. А Даби надеялся, что они все канули в лету.       — Я думал, тебе больше не нужна эта штука.       — Так и есть. Это не «Отец», просто декорация.       — Так зачем ты её носишь?       — А что, бесит?       Его очень интересовало, когда это они успели поменяться ролями. Ведь издевались сейчас над ним.       — Ладно, — он снял её. — Всё равно это для массовки. У тебя же были какие-то чертовски важные дела, чего ждёшь?       Почему он улыбается?       — Как грубо ты меня выпроваживаешь, лидер.       — Ты у нас теперь «лидер». Я — «главнокомандующий».       — Звучит тупо.       — Согласен. Лучше оставить как есть.       Кто-то поменял правила игры и ему это не нравилось.       — Ладно, лидер. Теперь к взрослым разговорам.       Он ударил ладонями по столу.       — Ты сотрудничаешь с теми, кто пытался нас уничтожить. В прошлый раз ты раздавил за это Чисаки.       — Чисаки не предлагал мне место главного просто так.       — Так ты пошёл на это только для того, чтобы стать большим крутым боссом?       — Не только. Ещё из-за суши.       Он смотрел совершенно спокойно. От того безумного маньяка не осталось и следа.       — Считаешь, что мне следовало отказаться? Но тогда я был бы глупцом и ты первый бы это сказал. Так будет гораздо легче исполнить наши цели.       — Твои цели, лидер. Я как-то не планировал уничтожить всё и вся.       — По-твоему наши цели так уж отличаются, ха?       Вообще-то так и было. Это факт.       — Вот только я не собираюсь разрушать то, что нужно моим союзникам. Если тебе нужны не герои, в чём я очень сомневаюсь, то я не стану отбирать это у тебя.       — Приятно слышать.       — Я же говорил, что теперь наш черёд. Значит, и стараюсь я для общего блага.       — Оставь свою лапшу на уши кому-нибудь другому. Как я и сказал, я буду тем, кто воплотит волю Убийцы Героев. На твои мечты мне плевать.       Несмотря на его уверенность в том, что упоминание Стейна его взбесит, Шигараки просто наклонил голову.       — Так что ж ты не ушёл?       Он застыл, застигнутый врасплох.       «Попался»       — Если ты так нас всех презираешь, почему ты до сих пор с нами? И не говори «Так легче следовать моим целям» — это чушь. Мы оба с тобой это понимаем.       Даби усмехнулся.       — Когда это ты успел стать таким дерзким?       — Понабрался от своего окружения.       Шигараки стёр улыбку с лица, когда он наклонился слишком близко.       — Ну и что ты делаешь?       — Ты же у нас умный мальчик.       Он медленно приближался, довольствуясь растерянным выражением Шигараки. Тот выглядел так, будто анализировал очередного противника в битве.       Потом он свёл брови вместе и засмеялся.       — Я знал, что ты псих, чьё настроение может меняться за секунду, но всё равно не понимаю, почему ты смеёшься.       Даби отстранился, убрав руки со стола.       — Да просто… — он всё ещё смеялся. — Я-то думал, что тебе просто бесить меня нравится, а ты…       Шигараки успокоился, смахнув слёзы от смеха. Он принял вид человека, что видит тебя насквозь.       — У тебя зрачки, как у наркомана, расширились.       Даби поднял брови, не понимая, к чему он клонит.       — Надеюсь, что ты ничего не употребляешь. Хотя и так, и так, мне жаль тебя.       — Чего ты… — догадка вспыхнула у него в голове. — Погоди. Ты решил, что…       Впервые в своей жизни, под такой личностью как Даби, он почувствовал себя смущённым.       — Я не!..       — Ага. Я понял.       Ему не нравилась эта снисходительная улыбка.       — Можешь попробовать, раз тебе хочется.       Это меняло ход дела.       — Тц. Не бери пример с меня больше.       В этот раз он действовал увереннее и поцеловал его сразу. Губы были сухими, как он и думал. Он чувствовал, что Шигараки до сих пор улыбался. Вот гад.       Даби запустил пальцы ему в волосы, перебирая длинные пряди. Стол мешался. Он поставил на него колено и подполз ещё ближе.       Томура прикусил ему нижнюю губу и… вообще-то это было больно. Оттуда вышла бусина крови, которую он собрал языком.       — Можно без насилия над моей и так пострадавшей кожей? — спросил он, прижавшись лбом ко лбу.       — Тебе можно проявлять садистские наклонности, а мне нельзя?       Его глаза затуманились. Красный цвет потускнел.       Он притянул его тремя пальцами за волосы и поцеловал ещё, но неподалёку раздалось вежливое покашливание.       Они повернулись к выходу, где стоял Апокриф.       — Босс сказал пригласить Лигу на ужин по случаю образования союза и сказал, что нужно обсудить речь для армии.       Шигараки отпихнул его, чуть не сбросив на пол.       — Ай, — он кое-как удержался на ногах, вцепившись за угол.       — Понятно. Даби, позови остальных.       Он послушно спрыгнул со стола.       — Пошли, Снежная Королева.       — Апокриф.       — Плевать.       Томура вздохнул, когда дверь закрылась. Ну и что ему с ними делать?