Не дай мне упасть

Роль бойца Алле не шла, зато роль девы в беде - даже очень. Именно поэтому она пустила пару слезинок, и ее верные подруги тут же повели беднягу в медпункт. Напоследок травмированная особа не забыла кинуть в мою сторону уничтожающий взгляд. Я в ответ лишь хмыкаю. Юля стоит шокированная. Поднимаю ее очки с пола, ну, точнее все, что от них осталось. - Ты же норм без очков видишь? - Да, только читать не могу. - Ну, это вообще не страшно, - облегченно говорю я, - тем более эти твои старушечьи очки мне никогда не нравились. Услышав это, Юля обиженно поджимает свои губы. Почему, когда у меня все только начинает налаживаться, обязательно должно случиться какое-нибудь дерьмище? Почему Алла просто не может оставить меня в покое? Еще и очкастой из-за меня досталось. Внезапно весь мир будто замирает. Никто не двигается, все застыли словно статуи. Ни звука. Я слышу только свое участившееся дыхание. Сердце начинает бешено колотиться. Почему никто не двигается? Почему все остановилось? Что происходит? Что с ними? Что со мной? - Лика! Что с тобой? Все мгновенно оживает. Юля смотрит на меня так, будто у меня выросла вторая голова. - Что такое? – спрашиваю я. - Ты мне лучше скажи, что с тобой происходит? - Хотела бы я знать, - говорю я скорее самой себе, чем Юле. Предпоследний урок. Монотонный голос учителя действует на всех, словно снотворное. Я не являюсь исключением. Облокотившись на спинку своего стула, я почти проваливаюсь в сон. Даже Влад сегодня сел за последнюю парту и там устроил себе тихий час. Сколько до конца урока? Клянусь, иногда от бормотания нашей географички у меня появляется желание выйти в окно. Открываю глаза и поворачиваю голову в сторону Влада. Он смотрит на меня. Слишком внимательно смотрит. Я жду, пока он отведет взгляд, но одноклассник этого не делает. Черт с ним. Сама отворачиваюсь. Начинаю усердно жевать свои губы. Зачем он это делает? Издевается надо мной? С чего такой внезапный интерес к моей персоне? Мой рот наполняется слюной. Я сглатываю ее, но становится только хуже. Снова тошнота. Дело дрянь! Только не сейчас. Я сжимаю свои зубы так сильно, что, кажется, еще чуть-чуть, и моя челюсть сломается. Делаю пару глубоких вдохов и выдохов. Не помогает. Цепляюсь за парту руками, как утопающий за спасательный круг. Дышу. Дышу. Меня сейчас стошнит. Надо выйти. Я зажимаю рот рукой ладонью. Пытаюсь сдержать подкатывающую к горлу рвоту. Не спрашивая разрешения, я вихрем вылетаю из класса. Последнее, что вижу, это ошарашенную учительницу. Обхватываю унитаз руками, и вот яичница, которую я съела на завтрак, оказывается в нем. Когда все, наконец, заканчивается, я не выхожу из кабинки. Сажусь на грязный пол и вытираю рукавом толстовки свои влажные щеки. Почему мне так плохо? Мое дыхание становится рваным. Я буквально начинаю задыхаться. Из горла вырываются странные звуки. Меня начинает трясти. Сначала затряслись руки, потом дрожь перекинулась на все тело. Каждая клетка моего тела мучилась от невыносимой боли. Каждая часть моего тела ноет. Болят даже ногти и зубы. И тут я не выдерживаю и начинаю кричать, что есть мочи. Я скатываюсь клубочком на грязном полу и прислоняюсь лбом к холодному кафелю. Вою от боли, словно раненый зверь. Ощущение, будто мне ломают кости. А потом, когда кости заживают, их снова ломают. Снова. И снова. И снова. Холодно. Я вся покрываюсь холодным потом. Как же противно! Пусть все это кончится. Пожалуйста. Я больше не вынесу. Дрожь не прекращается, пот стекает по лбу и заливает мне глаза. Я не могу даже вытереть его. Мои руки меня не слушаются. Не выдержу больше этого. Желудок снова сводит спазмами. Чувствую рвотные позывы. Скручиваюсь в клубок еще сильнее и снова пронзительно кричу. Внезапно кабинка открывается, и я вижу его. Что он делает в женском туалете? Он настоящий или это очередной глюк? Я вижу ужас застывший в его глазах? - Твою мать… - срывается с его губ. Хочу ответить ему, но вместо слов из горла вырывается измученный стон.