Не дай мне упасть

Я стараюсь дышать глубже и сосредоточиться на чем-нибудь незначительном, но мой взгляд все равно прикован к тому, что меня интересует больше всего. Все эти люди. Героин им не нужен. А мне нужен, да. Сколько я уже сдерживалась? И что, мне стало лучше? Ни черта. Сейчас вообще все из головы улетело. Осталась только темнота, которая велит мне подойти к одному из торчков, отобрать у них шприц и вколоть себе наркотик. Я пытаюсь собраться. Честно, я пытаюсь. Неожиданно мой взгляд цепляется за одну девушке. Она на самом деле заметно выделяется из общей массы. Ее волосы собраны в аккуратный пучок, и сама она выглядит очень опрятно. На вид ей лет пятнадцать, не больше. И одета она очень прилично, все выглажено, постирано, комар носа не подточит. И когда она задирает руки, то можно увидеть, что они чистейшие. Я имею в виду, что все как надо. Она не наркоманка. Ей здесь не место. Я не знаю, почему меня так это злит. Но я будто вижу себя со стороны. Не внешне, нет, конечно, нет. Но внутренне. Вот так и начинается. Сама не понимаю, что творю. Но я подбегаю к ней, выхватываю шприц, гну иглу и отбрасываю на пол. Все шорохи прекращаются, наступает тишина. Тяжелая такая, давящая на голову тишина. Все вылупили на меня глаза, в том числе и эта девушка. В её глазах столько огня, что можно сжечь весь наш город. В них такое безумие, что я понимаю: вот сейчас она встанет и надает мне по башке. Словно из-под земли вырастает Леша и выводит меня из этого ужасного места. Но я все еще чувствую ее взгляд на себе. Этот взгляд заставляет меня содрогнуться всем телом. - Как тебя туда занесло?! – орет он мне прямо в ухо, так, что я вздрагиваю. В ответ я просто пожимаю плечами. Не хочу больше здесь оставаться. Я указываю своему знакомому на выход, и он качает головой, давая мне понять, что мы все-таки скоро поедем домой. Когда мы приезжаем, я замечаю, что Андрей не спит. Он ничего не говорит, просто смотрит на нас, но я понимаю, что именно я стала причиной его бессонной ночи. С Лешей они обмолвились парой-тройкой слов, и этот тип ушел в съемную комнату. - Ты как? – спрашивает меня Андрей, когда я присаживаюсь к нему рядом на диван. Я кривлю лицо, так, если бы съела что-то кислое. - Честно? - Да. - Хуже просто не придумаешь, - я отвечаю, а сама смотрю на дверь, ведущую в съемную комнату. Наверняка у них есть героин. Там полно торчков. Конечно, он у них есть. - Андрей? – я зову его, но он не отзывается. Повернув голову, я вижу, что друг заснул. Андрей завтра закидает меня вопросами на тему, с кем и где я была, но все это будет завтра. Я понимаю, что он давно хотел спать, но не мог сомкнуть глаз до тех пор, пока я не появлюсь дома. Какая-то сверхъестественная сила заставляет поднять мою пятую точку с дивана и проковылять к двери. Я дотрагиваюсь до ручки и моментально все мысли улетают. Такая пустота в голове. Прямо как в той комнате в клубе. Я открываю дверь, и мне тут же ударяет в нос этот запах. Делаю глубокий выдох и пытаюсь собраться. Перед глазами все начинает плыть, но сдвинуться с места мне уже не под силу. Много разных людей сидят на полу, общаются, смеются. Кто-то целуется, кто-то спит. Их так много. Разных возрастов. Что может заставить девочку четырнадцати лет сидеть в таком вот месте? Неужели у всех этих людей так все плохо в жизни, что единственный выход они видят в героине и прочих наркотиках? Не только мой мир катится к черту. Сотни людей совершают ошибки каждый день, доводя себя до смерти. Причем большая часть из них прекрасно осознаёт, что наркотики доведут их до могилы, но это никого не останавливает. Я устала от всего этого. Как можно выбраться из того болота, в котором я тону, если прямо у меня под носом сидят наркоманы. Только руку протяни, и у тебя в руках желаемый яд. Ни боли, ни слез, ни проблем. - Пошли вон отсюда, - я хочу сказать это громко, но все мои слова застряли где-то в горле, и поэтому они наверняка слышали бессвязное мычание. Только один повернул голову и обратил на меня внимание. Мне приходится повторить. - Пошли вон отсюда! – теперь я говорю это очень громко. Я хватаюсь за дверь, чтобы не упасть. Чувствую, что земля уходит из-под ног. Мне так противно все это. Так омерзительно. Я вбегаю в комнату и начинаю расталкивать всех. Кто-то ойкает, кто-то никак не реагирует, поэтому я начинаю истошно вопить на всю квартиру. - Вон! Все вон! Убирайтесь! Все к черту убирайтесь! Ко мне подходит какая-то девица, и я со всей злости хватаю ее за волосы и начинаю трясти. Вот тут начинается паника и прочая возня. Кто-то хватает меня за локоть, я отпускаю руку, держащую волосы. - Ты что творишь? – я слышу голос Андрея. Краем глаза замечаю, что все торчки начинают уходить. - Пусть они все уйдут, пожалуйста, пожалуйста... Не знаю, сколько еще я повторила слово «пожалуйста», прежде чем Андрей кивнул и все эти противнейшие люди покинули комнату. Утром, которое, кстати, началось у меня в три часа дня, я заметила, что Андрей находится не в лучшем расположении духа. Он ходит какой-то весь дерганный и смотрит на меня как на худшего врага человечества. - Может, поговорим? - мой голос, который и так хриплый сам по себе, по утрам звучит ужасно. - О чем, например? – он садится на диван, на котором я развалилась, и скрещивает руки. Я пытаюсь все мысли собрать воедино и по-нормальному объяснить другу свое поведение ночью. Но как только я собираюсь начать, в квартиру входит Юля. - Ты что, дверь никогда не закрываешь? – шиплю я ему, но он уже давно не на диване. Меня до сих пор удивляет, каким еще более странным он начинает становиться в присутствии этой дамы. - Тебе обязательно приходить сюда почти каждый чертов день? – сквозь зубы выговаривает друг, и эти слова заставляют меня с шоком в глазах посмотреть на него. - Эй! Вообще-то она мне помогает, если бы не она, я бы померла! – одергиваю его я, потому что боюсь, что после сказанных Андреем слов моя спасительница развернется и уйдет. По-хорошему так она и должна была сделать уже давно, но что-то, видимо, ее держит здесь. Неожиданно для нас с Андреем Юля снимает свои очки, протирает стекла краешком своей кофты и кладет на стол, стоящий рядом с ней. - Ты можешь избегать меня, отворачивать голову каждый раз, когда видишь меня, но не надо мне хамить, - говорит она и после долгой паузы добавляет: - Пожалуйста. В знак своего поражения Андрей поднимает руки и удаляется в туалет, громко топая при этом. И на прощание посылая мне свой фирменный, наполненный ядом взгляд. Ну, вот, супер. С кем еще испортить отношения сегодня? Юля надевает свои очки снова и внимательно смотрит на меня. - Сегодня твоя мама приходила в школу. Эти слова продолжают звучать в моей голове, и ничего другого я не слышу. Ни о чем другом я не думаю. - Может, ты ошиблась? – я с надеждой смотрю на одноклассницу, но та отрицательно качает головой, и я опускаю голову, слова снова продолжают звучать в ушах. Я пытаюсь собрать все свои мысли в одно целое, разложить по полочкам. Ничего не выходит. Такое бессилие. Я так не хочу что-либо делать. Фоном все еще звучит болтовня Юли, она что-то рассказывает, уверенная, наверное, что я внимательно вслушиваюсь в ее рассказ, но моя голова забита другим. Я ничего не поменяю. Моя жизнь не изменится. Мать ищет меня. Если она найдет, то все станет как прежде, а этого я хочу меньше всего. «А может, мне вообще уехать? В другое место! В другой город». Мысль возникает в моей голове так внезапно, что я аж подпрыгиваю. - Что происходит? – спрашивает Юля, обеспокоенно осматривая меня. Нервно улыбаюсь и хлопаю ее по плечу. - Все в порядке. До самого вечера я ходила обеспокоенная и прокручивала в своей голове варианты событий. Как можно уехать из города и начать все заново, не имея знакомых, жилья и располагая малым бюджетом? Чем больше я думала об этих нюансах, тем менее радужной казалась мне моя идея. Андрей подходит ко мне ближе к девяти часам вечера и протягивает сигарету. - Может, не будем курить дома? И так запах... - старательно ищу подходящее слово, но Андрей опережает меня. - Ужасный? Отвратительный? Я в курсе. Он закуривает, затягивается и выдыхает дым в потолок. - Курение вообще вредно для здоровья. На мое изречение друг расхохотался и как-то не совсем по-доброму взглянул на меня. - В нашем с тобой случае вероятность того, что мы откинем копыта от сигарет, минимальна. Я горько смеюсь, потому что он прав. В мире так много вещей, из-за которых вы можете умереть, сигареты - это не самое страшное. Мне, человеку, который в свои семнадцать был так близок к смерти, уж точно не стоит серьезно относиться к опасности табака. - Ты сегодня опять уйдешь? – спрашивает меня Андрей после небольшой паузы. Я пожимаю плечами, потому что, правда, сама не знаю ответа. Как позже выяснилось, в клуб я все-таки иду. Мой новый знакомый прочитал мне пару лекций про правила поведения в этом месте, и я сказала, что все уяснила. - И еще, я тебе кое-что принес, - Леша немного замялся, потом протянул мне пакет и тут же ушел в другую комнату. В пакете было платье. Обычное, черное. Без вырезов, без декольте. Когда я его надела, я поняла, что, несмотря на свой минимализм, платье было ничего такое. В смысле, я не поклонница платьев, потому что мне кажется, что в них видно всю мою задницу, но это было, правда, красивое. Я не умела делать прически, поэтому пришлось просить Андрея соорудить мне что-нибудь на голове. Надо отдать другу должное, он старался, как мог. - Ты скажешь, куда идешь вторую ночь подряд, а то у меня закралась пара нехороших мыслей, - улыбаясь, спросил друг. - Я люблю, когда ты улыбаешься,- подмигиваю и иду в ванную к небольшому, чуть заляпанному зеркалу. Неплохо. Очень даже. После двухминутного критического осмотра я объявила, что готова. Подъезжая к клубу, Леша протягивает мне пакетик, известно с чем. - Спрячь в сиськи, - как ни в чем не бывало, произносит он. Немного замявшись, я все-таки следую его совету. Когда мы входим в клуб, музыка снова на минуту выводит меня из равновесия. Я еле сдерживаюсь, чтобы не закрыть уши руками. Пока я предпринимала попытки прийти в себя, Леша уже исчез из поля зрения. Я буду честна, я растерялась. У моего знакомого толкать дурь получалось легко и просто, а я? Я ни на что не гожусь. И у меня какое-то чертовски плохое предчувствие. Пока я иду к барной стойке, замечаю, что некоторые персоны внимательно рассматривают меня, от этого я только больше хмурюсь. Когда я сажусь на стул, мне открывается вид на весь этот клуб. Он огромен, здесь просто бесконечное количество людей. Причем самых разных, и им так весело. Так весело, как никогда не было мне. Неприятное чувство кольнуло меня в грудь, и я отворачиваюсь, думаю, имею ли я права заказать себе немного выпивки? В этом платье я чувствую себя голой. Вот вы замечали, насколько защищенным себя чувствуешь, когда на тебе джинсы и толстовка? Я хмуро гляжу на бармена, и его улыбка, до этого играющая на его лице, меркнет. Я вижу, что он хочет мне что-то сказать, но его что-то отвлекает. Он смотрит на кого-то, кто стоит позади меня. Внезапно в нос мне ударяет какой-то сильный запах женских дорогих духов, и я уже хочу развернуться и не самым вежливым образом попросить даму отойти, как вдруг до меня доходит, где я раньше слышала точно такой же запах. Она садится на соседний стул. На ней красное с черным платье. - Алла! – произносит бармен, крутя какую-то незнакомую мне штуковину в руке. Я отворачиваюсь и быстро распускаю волосы, чтобы они закрывали мне лицо. Я не двигаюсь с места, потому что мое тело от волнения перестало слушаться. Только не поворачивайся. О, прошу тебя, пожалуйста, только не поворачивайся.