***
— Здравствуй, Глеб, — подаёт руку темноволосый мужчина средних лет, когда сел на переднее сидение моей машины. — Кемаль, верно? — отвечаю на рукопожатие, когда вторую руку я положил на руль. Мужчина кивает и достаёт из своего кармана чётки, начиная крутить бусины пальцами. В воздухе сразу повисла тяжёлая угроза. Всё внутри будто кричит о том, чтобы я не связывался с этими людьми. Он говорит о мягкой погоде в Москве, а я улыбаюсь, услышав нотки яркого юго-восточного акцента человека «с гор», как многие говорят. Точное место рождения Кемаля я не знаю, может, Турция, может, Иран, однако, точно в ту сторону нужно смотреть. Говорить с такими людьми надо крайне осторожно, чтобы не нарваться на неприятности. Я общался со всякими типами, которые и сидели за распространение, и тачки угоняли, и брали плату за вход в криминальный райончик, поэтому знаю, как себя вести. — Я так понимаю, мы встретились по одному и тому же поводу. Андрей сказал, что Вы также заинтересованы в разорении корпорации Соколовского. — Да, всё так, — подтвердил Кемаль. — Расскажу тебе одну историю. Отец Кирилла Соколовского в своё время очень меня подставил при заключении одного из крупнейших международных контрактов. Я то восстановил свои активы, однако, этот самодовольный жук должен был получить по заслугам, да только вот его забрал Всевышний и оставил мне его компанию на блюдечке. Такие вещи, которые он сделал, у нас не прощаются, поэтому за грехи отца будет отвечать его сынок, который стал таким же, как он. — Тогда я не понимаю, почему Вы решили связаться со мной, если могли всё сделать в одиночку? — Ох, брат, ты — тот, кто не побоялся в России пойти против этой семейки. Поэтому твоё рвение поможет нам, а мы, в свою очередь, поможем тебе. — Каким образом? — Ты — наивный мальчишка, если думаешь, что просто так выкрадешь секретные файлы из самого охраняемого центра и останешься незамеченным. Начнутся проблемы с полицией, а их уладим мы. — Вы давно в Москве? — начинаю нервничать, поэтому постукиваю по рулю пальцами, отчего трясутся бусинки с черепами на браслете. — Я здесь не живу, но часто бываю. А что? — И почему Вы уверены, что Вас будет слушать местная полиция, которая с руки Соколовского кормится? Кемаль усмехнулся и взмахнул длинными чёрными ресницами, продолжая тереть в руке чётки. — Нам не нужно давать им много денег, чтобы уладить некоторые вопросы. Нас элементарно боятся. Мне, похоже, тоже нужно их бояться, но что-то вот никак не получается. Да, тревожность есть, но я не такой уж и сосунок, у которого от вида «чёрных дяденек» трясутся коленки. —Мы дадим тебе людей, всю технику лучшего качества для проворачивания операции, — мужчина усмехнулся, смотря куда-то вдаль. — Понимаю, ты сомневаешься. Но я дам тебе время подумать и принять верное решение. Кемаль уже взялся за ручку двери, чтобы покинуть автомобиль, но остановился и взглянул на меня. — Я слышал, что тебя иногда Фарой зовут, — киваю в подтверждение. — У нас в народе есть имя Фархад. Сокращённо тоже Фара. Переносное значение этого имени «победоносный». Так что я не сомневаюсь в твоей проницательности и уверенности. До скорой встречи, Глеб.Часть 10. Глеб
2 июля 2020 г., 13:00
— Привет!!! — ослепительная улыбка появляется на её личике, а я вместо ответа засасываю девицу, стоя посреди прихожей.
Леся удовлетворённо мурлычет, прикладывая ручки к моим щекам. Иногда она мне кажется такой хрупкой, но Каф может быть и жёсткой особой, показывающей зубки и крепкие мышцы.
Плавно переходим в спальню, где я ложусь на спину, а на мои бёдра садится Алеся. Её короткие волосы бойко взметнулись в разные стороны, играя на солнце.
— Скучал, я посмотрю, — обнажает белые зубки.
— Да, скучал, — отвечаю той же улыбкой, двигаясь ладонями по женским бёдрам в обтягивающих джинсах. Может, прямо сейчас их снять…
— Люблю тебя, — склонилась над моим лицом, едва касаясь моих губ своими.
— Люблю тебя, — и поддаюсь вверх, смакуя пухлые губки куколки, пробуя персиковый вкус помады.
Алеся взвизгивает, когда я рывком переворачиваю её на постели, и теперь уже я нависаю над её лицом, оставаясь лежать на боку. Она поворачивает ко мне голову и заворожённо смотрит своими яркими глазами.
— Если я сойду с ума, пообещай, что ты не прыгнешь за мной.
Чуть хмурюсь, убираю прядь волос ей за ушко:
— Я не дам тебе упасть, — и чмокаю девочку в носик.
Она прижимается ко мне и дышит в ворот футболки. Я обожаю такие спокойные минуты, когда можно просто нежиться в постели и ни о чём не думать, отдаваясь, доверяя одному человеку, который мягко обнимает тебя и дарит собственное тепло, ничего не прося взамен.
— Как прошла неделя моды?
— Ой, я думала, что крыша поедет. Спать по три часа в сутки — это ненормально, но оно того стоит. Я со столькими интересными людьми познакомилась, столько всего узнала. В общем, я полна впечатлений и могу сказать, что не зря ездила.
— Рад за тебя, что ты занимаешься тем, что доставляет тебе удовольствие.
— Угу, — она целует меня в ключицу. — А мне ещё кое-что удовольствие приносит…
— О-у, да меня в открытую кто-то клеит! — смеюсь от её девчачьих намёков.
— Да, и этот кто-то тебя просто так не отпустит.
Меня снова утягивают в страстный поцелуй, который длится дольше положенного. Мои руки сами собой очерчивают округлые бёдра девушки, что закинула на меня ногу. Что-то внутри меня трепещет, когда я прижимаюсь к той, которую долгое время пытался забыть, но пока плохо выходит. Алеся стала мне слишком родной, и даже, если мы опять разосрёмся и уже навсегда, то она, как человек, всё равно будет в моём сердце или в том, что от него останется. Углубляю поцелуй, отчего Каф начинает тереться об меня, что непременно заводит. Кажется, за всем этим последует секс. Хм, я ой как не против, но только вот мне пора бежать.
— М-м-м, ну куда??? — хнычет Леся, как только я встаю с кровати.
— Зай, мне реально пора бежать на встречу. Обещаю, что вечером мы сходим куда-нибудь.
— Ладно, тогда пойдём в кино на последний ряд.
— Окей, — наклоняюсь, чмокаю девушку и выбегаю из квартиры, прихватив с собой бомбер.