Незабытые и сгоревшие

Коридор чёрный, прогорклый. И чьи-то шаги навстречу. Эрен не прислушивался, само дошло, правда он до сих пор все свои кошмары и видения на папочкину сыворотку списывал. «Если когда-нибудь доберусь до его могилы — наизнанку выверну», — шипит ослабленный голос, крадётся в мысли и подчиняет. А шаги громкие. Противно так по сердцу, стук-стук, стук-стук. Зачем Эрен вышел в коридор, он не знал. Потом подумал, что хорошо бы навести непоколебимо радостную Зоэ и отчитаться, потом снова загнал эту мысль обратно, откуда пришла. А откуда пришла, Йегер не знал. Вслушивался. Сердце щемит. Шаги капрала. Сердце скукоживается. Глаза капрала. Сердце вбивается в рёбра и поглядывает оттуда жалобно, скуляще. Глаза капрала удивлённые, мечущиеся, как у задыхающейся рыбы. У Эрена злость. У Эрена желание. У Эрена больше нет сердца. — Ты вовремя. — Вырвалось у мальчишки прежде, чем тот успел зажать капрала меж холодными стенами, совсем недалеко от кабинета Ханджи. — Только прошу, не кричи слишком громко. — Не может быть... — прошептал капрал, встретившись взглядом с Эреном. Ты искал его, так получай! Вот он. Вышел к тебе навстречу, сам, наверное, того не подозревая. Всё, как в примитивных сказочках для детей, где каждое действие происходит по взмаху палочки доброго волшебника. Только это не сказка, а жестокая реальность, отравляющая, втаптывающая тебя в грязь с самого рождения. Может, на небесах кто-то сидит и искренне смеётся, подстраивая эти события? Снова по спине пробежал холодок. Что он теперь мог сказать мальчишке? Все фразы, которые Аккерман придумывал и репетировал ночи напролёт, исчезли, будто их и никогда и не было в его памяти. «Эффект чистого листа», так это называется? Капрал не успел опомниться, как его уже прижали к ледяной стене. И с каких пор его зажимают, словно смазливую сучку? Ривай даже не пробовал вырываться. А смысл? Он решил перенести это молча, с оставшейся гордостью, которая молчком сидела в углу, укоризненно наблюдая за эпичным падением её обладателя. «По крайней мере не надо мучиться с тем, как начать разговор». — невесело отметил для себя мужчина, ощущая, как сильно начинает болеть тело, когда в него жёстче стали вдалбливать твёрдый член. Сейчас было немного полегче это переносить, чем тогда. Хотя, может, это всего лишь самовнушение. Йегер вколачивался в тугой проход, обнимал, сдавливал руками обливающийся предэякулятом чужой орган, и каждый свой укус растравливал новыми прикосновениями. — Чёрт... — вопил задыхающимся шёпотом, измотанный, вывернутый. Поглаживал тонкую кожицу, точно зная, куда приземлились белесые капли. А потом не выдержал и снова обнял. Сдавил в своих болезненных объятиях капрала, которого ещё совсем недавно нагло приставил лицом к холодной стене и самовольно раздвинул ему ноги. — Никогда не оставляй меня одного. — Сорвался на плач, обжигая слезами искрасневшуюся спину, прикрывая своим телом, не дыша. — В следующий раз, когда мы впервые встретимся после недолгой разлуки, не начинай меня трахать прямо там, где увидел, — ухмыльнулся Леви, натягивая обратно приспущенные штаны. Он осторожно повернулся к Йегеру лицом, поморщившись от покалывания спины. Оставшиеся на ней слёзы разжигали царапины, как морская вода, которую он недавно рассекал руками. — Пойдём ко мне в кабинет, Эрен. Я больше никуда не денусь. Обещаю, — капрал застегнул последние пуговицы на своей рубашке и обнял юношу, вытирая одной ладонью его раскрасневшиеся щёки. *** — У тебя когда-нибудь было такое, что в комнате никого нет, а голоса всё равно слышишь? — Сухо поинтересовался Йегер, прислонившись плечом к каменной стене. Потом подумал про себя что-то, недовольно поморщился и уставился на пузатую чашку, мирно поблёскивающую на деревянном столе. Новая. А старые проблемы мы так и не решили. Длинные изящные пальцы обхватили крохотное фарфоровое тельце, на краткий миг встречаясь с бездушными глазами и, словно что-то припоминая, тут же поставили её на место. — Надо бы к Ханджи наведаться, разузнать, — задумчиво продолжал юноша, внимательно изучая книжные полки. Взгляд его скользил тихо и медленно, пытаясь ухватиться за какую-то важную деталь, но она всё время от него ускользала. — Ты, очевидно, их вместо дров используешь? — Неожиданно съязвил Эрен, кивнув в сторону мощных стеллажей. — Иначе от них уже давно бы польза была. Встретившись с недовольным взглядом капрала, юноша продолжил: — Последний раз я такую библиотеку у своего отца видел, и то, ненадолго её хватило. Оставил себе пару-тройку ценного, а остальное просто взял и выбросил. Или в подвале закопал. Голос Йегера становился едким, цепляющимся. Совсем, как у дворовой собаки. Голос вообще жил отдельной жизнью, в то время как глаза на миг умерли, продолжая блуждать в мире лишь одному ему известных воспоминаний. — Ладно, лишнее это всё. Скажи лучше, зачем звал. Мужчина долго молчал, сложив руки в замок и наблюдая за Эреном, которого, как оказалось, очень заинтересовало такое большое количество собранных в одном месте книг. Аккерман снова пытался пропустить мимо ушей все эти колкие фразочки, за которые хотелось выбить всю дрянь из наглого юнца, вкалачивая носок ботфорта в некрепкую юношескую грудь. И плевать, что у него с головой не в порядке. — Лучше закрой свой рот, если не можешь сказать ничего достойного, — капрал скрипнул зубами, меняя положение ног. Видимо, это смогло чудесным образом подействовать на Йегера, который, чуть погодя, изменил свой тон. Леви довольно выпрямил плечи, вслушиваясь в каждое слово мальчишки. Вроде бы тот говорил абсолютно незначительную информацию, но Ривай не упускал ничего, будто стараясь отыскать какой-то потаённый смысл. — Хм... С каких пор ты стал обращаться ко мне не на «Вы»? А, впрочем, это не напрягает. Что ж. Ближе к делу... Ты знаешь, я отлучался по некоторым причинам. «Ты тому причина, именно ты, мой любимый шизофреник». — Добавил у себя в голове брюнет. — И у меня кое-что есть для тебя... Знаю, ты с детства грезил об океане и мире за этими чёртовыми стенами. Поэтому я смог раздобыть то, что могло бы показаться тебе интересным, — Аккерман прокашлялся, с осторожностью проскальзывая взглядом по юноше, он до сих пор не знал, что можно от него ожидать. — Но позвал тебя не только за этим. Йегер, я хочу, чтобы ты переехал жить ко мне. Последние слова прозвучали слишком громко в этой бездонной тишине, отдаваясь эхом в голове Леви. Ривай исступлённо уставился на чашку. Он пытался просчитать, что на этот раз учудит его Эрен. Изнасилует? Уже не слишком актуально. Попытается наброситься, чтобы убить к чёрту собачьему? Очень даже может быть. Ни о какой положительной реакции и речи идти не может. Да и вообще, не пора ли заставить Ханджи работать? Почему она совсем не обращает внимание на подвижную психику мальчика? В начале тот был ещё более или менее вменяем и податлив воспитанию. А теперь... Вообще, это решение уже можно было бы назвать безумным, сравнивая с затягиванием петли на шее по-собственному желанию. Никто не даёт гарантии, что импульсивный юнец не изъявит желания вынуть все внутренности капрала или разбить ему черепную коробку в первый же день. Но никто и не даёт гарантии на то, что он не захочет это сделать прямо сейчас. — Ты разве не находишь эту идею абсурдной? — Равнодушно поинтересовался Эрен, внимательно отслеживая каждое движение капрала. — Это равносильно тому, чтобы в одной клетке собаку и кошку поселить. Или... — Йегер задумался, усмехнувшись, — или человека и недотитана. Да, так гораздо красочнее. Эрен не стал дожидаться ответа. Просто в очередной раз вплотную приблизился и опустился на колени, разводя в стороны ноги Ривая. — Ты ненасытный, знаешь? — Облизнулся мальчишка, поглаживая уже начавший твердеть член через брюки. — Я же только что тебя трахнул. Ещё хочешь? Ответной реакцией послужило то, что Аккерман ещё сильнее раздвинул ноги, как будто приглашая, впуская в себя. А Эрену нравилось дразнить и выматывать. Так почему бы в этот раз не сыграть на такой известной всем слабости капрала. — Мне кажется, ты сможешь кончить прямо так. — Страстно прошептал Эрен, толкаясь навстречу, задевая чужой мучительно напрягшийся член своим собственным. Одежда мешала, сдавливала нестерпимо. Но от этой боли кровь закипала, как от жгучей сыворотки, выворачивала нутро и скреблась по сердцу дикими кошками. — Как же я хочу... — взвыл Йегер, позволяя себе толкнуться ещё раз, чувствуя кожей стремительно намокающую ткань и встречаясь с побелевшими глазами капрала. Последней каплей стало то, что Эрен всё же соизволил освободить его член и убрать с него остатки спермы своим языком. — Солёная, как и море. Запертая. Суть улавливаешь? — Огоньки в зелёных глазах затанцевали с новой силой, издеваясь и бесстыдно обнажая чужую, ранее непоколебимую истину. «Как избито, этого и следовало ожидать», — капрал усмехнулся собственным мыслям. Он не прогадал, мальчишка всё же решил трахнуть его. Да, надо бы немедленно обратиться к Ханджи. И вообще, в этот раз Аккерман не собирался допускать подобное происшествие. Ну, или хотя бы попытался провернуть всё иначе... Но почувствовав руку, накрывшую твердеющий от таких мыслей член, Леви лишь тихо чертыхнулся, обессиленно раздвигая ноги. Йегер и сам решил всё сделать по-особенному. Хотя это слово звучит слишком положительно для столь отвратительной ситуации. Снова. Снова его втаптывают в грязь. Изощрённо. С удовольствием.