Катакомбы не ждут

      Медленно придя в себя, Санс попытался вернуть и трезвость ума. Воспоминания и мысли путались, не желая складываться в полноценный пазл. Последний истинный сброс дался ему особенно тяжело в этот раз... Фриск, чье тело уже давно взяла под контроль Чара, била нещадно, целясь в самое сердце монстра. Скелет с ужасом вспоминал, как из таймлайна в таймлайн её удары становились всё более точными, а скорость росла в геометрической прогрессии. Тяжело промычав сквозь сжатые зубы, Санс устало потер переносицу. Будь его воля, он бы уже давно переместился в более приятное место, но неизвестность этого мира рушила все его планы.       Склеп давно остался позади, и цветы, которые скелет про себя прозвал Огоньками, сменились на более холодные и синие Снежики. Они по прежнему освещали темные лабиринты Катакомб своими голубыми лепестками, но уже перестали дарить тепло и успокоение новоявленному путнику. Неровная тропинка с множеством трещин и выступов вела гостя вперед, резко сворачивая то вправо, то влево. Под ногами хрустел тонкий слой снега, что горстями налипал на подошву мягких розовых тапочек. Санс то и дело пытался очистить несчастную обувь, но уже вскоре оставил все попытки, хотя комки грязи порядком мешали ходить.       Тишина в пещере не напрягала. Она была чем-то естественным в этом месте. Родным, окутывающим, дарившим успокоение. Вдали будто капала вода, разбиваясь об отточенные ею же камни. Эхо разносилось по всему тунелю, создавая ощущение чьего-то шепота, отчего Санс вечно дергался, нервно оборачиваясь, но за спиной его ожидала лишь непроглядная тьма, изредка освещаемая Снежиками. Чем ближе слышалась вода, тем реже встречались цветы.       На пути, что очень и очень сильно напрягло монстра, не было ни одного разумного или хотя бы живого существа. Ни шуршания насекомых, ни писка мелких грызунов, ни кваканья лягушек. Вокруг стояла лишь тишь, разбавляемая редким падением капель, давившем на с трудом приведенное в порядок сознание.       Внимание привлек нераскрывшийся бутончик Снежика. Даже когда Санс подошел к растению вплотную, оно продолжало нежно прижимать лепестки к себе.       — Ты в порядке? — До монстра не сразу дошло осознание того, что он говорил с цветком.       Повинуясь неожиданному порыву, он коснулся «грустного» Снежика. Растение вдруг обожгло, его маленькие лепестки, подобно капкану схватились за его кисть, затягивая её в свой бутон. Вместо привычной сердцевинки с множеством тычинок рука встретила холодную пустоту. Растение пыталось сожрать его целиком. Едва успев среагировать, Санс отпрыгнул от опасности, ударившись затылком о стену пещеры. С высокого потолка обвалился внушительного размера камень, придавив собой несчастного Снежика. Чтобы прийти в себя от случившегося потребовалось потратить немного времени. От столкновения голова закружилась. Шипя и упрекая себя за неосторожность, Санс потирал ушибленный затылок.       — Черт. — Лишившись единственного источника света, монстр попытался использовать свою магию, но ничего не произошло. — Какого Черта? — Он снова щелкнул пальцами, пытаясь призвать кости, но все по прежнему молчало. — Что, мать твою, происходит?! — Но все было тихо.       Страх, до селе сидевший где-то на дне подсознания, теперь полноправно занял первое место среди всех остальных эмоций. Многочисленные попытки зажечь даже малейший огонек оборачивались глубочайшим провалом. Шепотки усиливались, подливая масла в огонь. Отчаявшись, скелет, придерживаясь о шершавую стену пещеры, продолжил путь, нервно оглядываясь по сторонам. У него не осталось ни капельки желания и дальше бродить по этим лабиринтам, что неуклонно вели вниз. Снежики теперь не казались обычными цветочками. Они будто гаденько улыбались, встретившему их слишком умному монстру, провожая его спину презрительным взглядом отсутствующих глаз. Опасливо оборачиваясь на закрывавшиеся бутоны, Санс прибавлял шагу, едва не срываясь на бег. Он все ещё дико хотел спать, а темнота туннелей отнюдь не помогала взбодриться. Только страх, что ласковым котенком засел прямо в груди, мешая дышать ровно, заставлял его идти вперед.       Озеро, скрывшееся за очередным резким поворотом, ослепило Санса слишком ярким кислотным свечением. Оно было настолько большим, что его мелкий берег начинался сразу у входа в углубленные пещеры. Тапочки монстра докоснулись кромки воды, нехотя впитывая влагу. Скелет едко поморщила от не самых приятных ощущений. Густая вязкая жидкость, рожденная из грязи, снега и воды, пробралась сквозь тонкую ткань носков, одаривая отвратительным теплом. Очевидно, это место совершенно не было приспособлено для любителей походить в домашней обуви. Вода, на первый взгляд казалась чистой и прекрасной, но все было совсем не так. Грязная, токсичная жидкость зеркально отражала рельефный потолок, заманивая несчастных, решивших, что подземное озеро — прекрасное место для отдыха. Скелет не без интереса осмотрел пещеру, но так и не нашёл место, откуда могла капать вода, а она несомненно куда-то медленно утекала. Собравшись с духом, монстр присел у загадочного озеро на одно колено и опустил костяшки в лазурный водоём. Резко выдохнув, он погрузил руку, но не почувствовал ожидаемого. Обычная холодная вода, может немного гуще обычной, приятно обволакивала пальцы, окрашивая их в зеленоватый цвет. Озеро тоже показалось живым, как и цветы, но безопасным. Очередной дружественный объект, скучавший по вниманию людей. Санс невольно залюбовался тем, как водяные круги медленно уходили от его руки.       От созерцания нового чуда лабиринта скелета отвлек повторившийся звук падения капель воды, повлекший за собой пугающий шёпот. Вскочив на ноги, Санс внимательно осмотрелся по сторонам. Стены, поросшие непонятными растениями, образовали большую комнату, с одним входом и одним выходом. Монстр попытался ударить по одной из них, вызвав глухой стук. Комнат, за которыми могли так же протекать реки не было.. Озеро хоть и имело большие размеры, но обойти его было возможно. Узкий ободок, служивший тропинкой, зарос травой, скрывая землю, которая могла таить в себе кучу опасностей. Монстр последний раз наклонился к воде, но та уже не была такой приятной. Обычная жижа. Мертвая.       По ту сторону озера лежал песок, что сильно разнилось со снегом на другом берегу. Грязь налипала на подошву тапочек, но Санс шёл, не обращая на это внимания, только иногда обтирая их об острые камни, когда это мешало ходить. Шепотки уже слышались отовсюду, преследуя скелета по пятам. Неприятное ощущение слежки заставляло идти быстрее. Санс панически оглядывался по сторонам. Напуганное сознание то и дело цеплялось за знакомые звуки, строя из шепотков чьи-то голоса. Голоса тех, кого в этом мире не могло существовать. Не разбирая дороги, монстр двигался вперед, натыкаясь на многочисленные развилки, будто это место было специально построено так, чтобы незваные гости заблудились в них. Цветов на его пути не было, но на стенах пещер, становившихся все выше и шире, росли маленькие кристаллы, слабо освещавшие дорогу. Шёпот усиливался, нагоняя мрачности. Мимо изредка проносились заброшенные дома и машины. Но ни в одном из них не показалось жизни. Искать в них что-то Санс уже не пытался. От одного только его прикосновения бревна осыпались засохшей стружкой, потому проходить дальше порога входа он не рисковал. И он несся вперед, так будто за ним гналась целая орава жадных голодных собак, которые были не прочь полакомиться лишней косточкой.       Вскоре тропинка приняла более цивилизованный вид. Её сменила дорожка из, к удивлению Санса, свежих брусьев. Местами они все же оставались старыми и разворошенными, разваливающимися под каждым неуверенным шагом. Однако это не отменяло того, что идти стало немного удобнее. Монстр перестал нелепо спотыкаться о каждый неровно лежащий камень, зато теперь в обувь впивались многочисленные щепки, неприятно щекоча и без того раздраженные ноги. Неровная витиеватая тропа вела в один из очередных путей развилки, где ярче всего светили кристаллы, а стены внезапно становились ровными. Отчаявшись, Санс пошел по деревяшкам, что странно прогибались под ним из-за впитанной ими влаги. Отшлифованные стены пещеры были покрыты граффити не лучшего качества, зачастую вызывая у монстра отвращение своими сюжетами. Монстр брезгливо поморщился, стоило ему увидеть эти грязные пошлые фантазии, навечно запечатленные в стенах лабиринта. Но виднелись под ними и отрывки работ предыдущих художников. На одном из таких кусочков было изображено красивое ровное как на кладбище поле, заросшее многочисленными золотыми цветами. Не сразу, но монстру удалось увидеть в этом Свои Руины. Там были и такие же обвалившиеся колонны, что очень умные "художники" перерисовали в самые неприличные каракули "дерзких" детей. Не заметив, как от своего удивления Санс перестал дышать, он прикоснулся к рисунку, замечая чей-то силуэт, проглядывавшийся среди цветов, но тот был безвозвратно уничтожен руками каких-то вандалов.       От разглядывания данного шедевра монстра вновь отвлекли шепотки, заставившие его нервно отпрянуть от стены. На этот раз среди них действительно проскользнул голос живого человека. Очень недовольный, бранящийся и от того быстро надоедавший голос. Этот звук особенно выделялся среди остальных, но чем именно, скелет так и не понял. Наплевав на собственную безопасность, он побрел на звук, что с каждой секундой становился громче и громче, но сколько бы Санс к нему не приближался, догнать его не мог.       – Хей, Чудила! – Оцепенев, он остановился. Голос. Совсем ещё детский, писклявый, но в то же время срывающийся на неестественные рыки, раздался.. сзади? – Я с тобой разговариваю, ублюдок!       Скелет медленно повернулся назад. Позади действительно стоял какой-то ребенок лет восьми с заостренной коротенькой палкой в руках. Длинные грязные волосы закрывали почти все лицо. Не дожидаясь ответа, ребёнок кинулся на Санса, яростно размахивая палкой. В любой другой ситуации монстр бы посмеялся, но не в том положении, в котором ему пришлось оказаться.       – Полегче, малой! – Скелет отошел чуть в сторону, уворачиваясь от слабой атаки. Он попытался поднять мелочь при помощи магии, но вовремя вспомнил о её отсутствии. – Может попробуем решить все мирным путем? – Выставив перед собой пустые руки, Санс снова достаточно ловко, несмотря на скопившуюся усталость, увернулся. Ребёнок, хоть и удивил своим внезапным выпадом, казался совершенно безобидным.       Санс легко уворачивался от атак, не прилагая к этому сил. Лишь на секунду его взгляд уцепился за душу противника. Маленькое сердечко, полное Храбрости, трепетно стучало в груди ребенка. 5 УР. Табличка характеристики мелькнула так же быстро, как и секундное замешательство монстра. Ребенок продолжал наступление, ускоряясь с каждой атакой.       – Сражайся..! – Мелочь едва не задела скелета. – Или..! – Удары малыша с каждой попытки становились точнее. – Умри!       На этот раз ребёнок ударил точно в цель. Санс, сильно вымотавшийся от таких скачек, тяжело дышал, едва держась на ногах. Осознание того, как знакома ему эта картина непрекращающихся атак, отобрало у монстра последнюю надежду. А может оно и к лучшему? Может случится очередной перезапуск, и он снова окажется в Своем Подземелье? С Папсом и Леди по ту сторону двери? – Заговорщически шептало ему обессиленное сознание.       – Что здесь происходит?! – Палка, что висела в паре дюймов от лица Санса, упала прямо к его ногам. Ребенка охватило красное пламя, поднявшее его высоко к потолку пещеры. Голос немного хрипловатый для женщины, но чересчур высокий для мужчины, раздался из тени, скрывавшей говорившего.       – Опусти меня сейчас же! Он мой! Я его уже почти победил! Ты не можешь отобрать у меня добычу! Таков закон! – Противно заверещал ребенок. То ли от возмущения, то ли от страха, но его голос стал во много раз выше, что невероятно раздражало слух.       – Удивительно, что такой идиот, как ты, вообще знает правила! – Силуэт человека буквально выплыл из тени пещеры.       Санс, почувствовав неслыханное в подобной ситуации облегчение, расслабился, опираясь о стенку, раскрашенную в неприятный грязно-желтый цвет. По левую сторону от него встал спаситель. Человек в большой до боли знакомой синей куртке, спрятавшей под плотной тканью фигуру говорившего, величественно взмахивал охваченной красным пламенем рукой. Лицо скрылось за мехом глубокого капюшона, из-под которого торчали короткие, кажется, каштановые волосы. Он шаркал своими высокими берцами по брусчатому полу, медленно подойдя к ребёнку, что висел к нескольких метрах над землей.       – Либо ты, мелкий засранец, драпаешь отсюда, либо... – Голос человека звучал невероятно устрашающе. Что-то пискнув, ребёнок попросил прощения и сбежал, как только его ноги коснулись спасительной древесины. – В порядке? – Человек повернулся к засыпавшему Сансу, который и не заметил, как вздрогнул его спаситель. – Черт.       Последнее, что видел скелет, это приближающегося человека, что-то недовольно бормотавшего себе под нос.