Часть 13
3 мая 2022 г., 02:05
Вернувшись в дом, первым делом Фриск решила проверить Санса. Осторожно, насколько это позволяло тяжелое тело, она прошла к темной двери, выбивающейся на фоне светлых обоев. Остальные комнаты она не посещала принципиально. Их с мужем спальня и детская едва ли могли навести на приятные мысли. Девушка тихо постучала в дверь гостевой комнаты. Ответа не последовало, лишь шум оживающей улицы.
Дверь поддалась сразу, выпустив из комнаты немного прохладный воздух. Как и думала Фриск, монстр, с головой укрывшись толстым одеялом, все ещё спал, что-то бормоча себе под нос. Девушка не решилась будить его. Как можно тише присев на край кровати у самого изголовья, она неуверенно коснулась его черепушки. Вопреки ожиданиям Фриск, голова монстра была теплой. Магия спокойно поддерживала его терморегуляцию, заменяя кровеносные сосуды и мышцы.
Такая атмосфера уюта согревала изнутри, заставляя Решительность ненадолго затихнуть. Девушка слабо улыбнулась, продолжая поглаживать голову скелета. Она уже успела забыть, каково это – дарить свою заботу кому-либо. Закрыв глаза, Фриск упорно пыталась прислушаться к своим чувствам.
Этот монстр определённо вызывал в ней смешанные эмоции. От одного взгляда на него хотелось и улыбаться и плакать. Правильно ли она поступала, так легко отпуская редкую возможность сломить барьер? Правильно ли поступала, так легко отпуская свою единственную возможность хоть ненадолго вернуться в счастливое прошлое? Правильно ли поступала, самолично убивая себя во благо этого неизвестного, но близкого существа?
Тогда, в Склепе, она планировала прикончить нарушителя на месте, но не смогла поднять на него руку. Видя это уставшее от страха лицо, доверчиво закрытые глаза, беспомощно скрутившееся во сне тело, Фриск переборола свой эгоизм. Девушка могла без угрызений совести оставить монстра на съедение мальчишке, но что-то внутри треснуло, отдавшись слабой душевной болью. Это началось ещё тогда.
Санс, потирая сонные глаза, широко зевнул, выходя из комнаты. В освещённой кристаллами гостиной стояла неуютная тишина. Кухня как и прежде не благоухала чем-то приятным. Оттуда доносились только редкие скрипы и шелест бумаги. Монстр настороженно заглянул в комнату, едва высовывая голову из-за рамы двери. Фриск стояла у плиты, слегка покачиваясь из стороны в сторону, и читала какую-то маленькую книжку. Услышав чужие шаги, девушка резко обернулась на звук. Выглядела она лучше, чем запомнил её Санс вчера.
– Доброе утро. – Девушка слабо улыбнулась, откладывая чтиво подальше.
– Доброе. – Слабо отозвался монстр, наконец смело проходя на кухню. Спал он хорошо, но странное ощущение чего-то упущенного, будто что-то прошло мимо него, не покидало голову с самого пробуждения.
– Как спалось? – Не дождавшись ответа Санса, Фриск кинула ему странную красную бутылку, которую до этого прятала за спиной. Монстр едва успел поймать её.
– Кетчуп? – Санс недоуменно уставился на внезапный презент. Обычная бутылка без этикеток приятно удивила. Странные мысли насчет сна тут же пропали. – Откуда ты его достала?
– Поворошила старые связи. Думала, тебе понравится. – Девушка улыбнулась ещё шире, вертя в руках Драконий плод не первой свежести. Товарооборот Юга – единственное, что радовало Фриск в этом Секторе. За парочку слов и не очень хороших дел здесь можно было добыть практически всё. И как бы местная власть с этим не боролась, трудно было не понять, что она и сама получала с этого неплохую выгоду. Та же Кро получала экзотические цветочки для своей излюбленной грядки не чистым путём. – Я не особо понимаю нужна ли тебе пища, но моих навыков хватило чтобы сварить спагетти. Конечно, тефтелек тут нет, но ты можешь залить всё этим же кетчупом. – Фриск сняла с плитки кастрюлю с макаронами. Длинные полоски теста аккуратно лежали на дне, не вызывая у девушки аппетита.
– Оу, спасибо. – Санс настороженно заглянул в тарелку, что Фриск достала из верхней тумбы. Шкафчик, наполненный старыми вещами, которые уж слишком неуютно смотрелись в кухне, недовольно скрипнул. Старые петли давно никем не смазывались. – Как твоё состояние? Выглядишь гораздо лучше.
– Да? – Девушка удивленно обернулась к монстру, роняя пару скользких макаронин на пол. – Моя болезнь, она... очень непостоянна. – Фриск протянула тарелку со спагетти скелету, отчего-то скрывая свой взгляд. Из полуопущенных век не было видно красноты глаз, но если бы Санс продолжил сверлить её взглядом, он бы заметил это.
Они молча сели за стол. Фриск предпочла обойтись простым чаем без каких-либо изысков. Монстр просто выдавил густой кетчуп на макароны, не особо представляя, что именно он ожидал от этого скромного блюда. Ковыряя спагетти вилкой, Санс поднял взгляд на сидевшую перед ним девушку. Она безучастно мешала чай ложкой, смотря куда-то в скатерть стола.
– Чем займешься? – Голос монстра заставил Фриск крупно вздрогнуть. Несчастная ложка выпала из её рук. Она со звоном полетела на пол, теряясь под тумбами. Девушка нахмурилась, не понимая, что произошло. – С тобой... точно все в порядке? – Санс обеспокоенно вышел из-за стола, так и не притронувшись к еде. Он осторожно коснулся плеча человека, будто боясь, что она могла рассыпаться на его глазах.
– Просто задумалась. Ничего серьезного. – Фриск покачала головой, устало нахмурившись. Навязчивые мысли преследовали её с утра. – Я нашла в старых комнатах записи мужа. Тебе, наверное, будет интересно их почитать. – Девушке даже почти удалось скрыть рвущуюся наружу тоску. Перебрать вещи, надежно спрятанные после "развода", было особенно тяжело. Фриск чувствовала себя настоящим мазохистом, погружаясь в то прошлое, от которого она обещала отречься. Но эта сладкая боль так манила. Странные симптомы разрушения Решительности проявлялись даже в этом.
Санс порывался что-то ответить, но никак не мог подобрать слов. Ему определенно было интересно посмотреть записи того загадочного ученого, но эта же загадочность настораживала.
Оставив монстра наедине с книгами, девушка вновь выбралась наружу. На этот раз с более определенной целью. Она медленно брела меж улиц городишки, совсем не замечая того, что теплая одежда совершенно не подходила для такого жаркого региона. Люди, в основном бывалые старики, странно косились на старую знакомую, удивительно не изменившуюся с их последней встречи. Впрочем, Фриск не обращала внимания и на них. Выйдя к некому подобию детской площадки на самой окраине города, девушка заприметила одинокого мужчину, сидевшего на лавочке под деревом.
Хоттер был одним из немногих, кому Фриск действительно доверяла на Востоке. Наверное, из-за этой его немоты, пришедшей с неизвестной болезнью. Потому что никто в Секторе не собирался учить язык жестов ради одного единственного человека. Вместо этого Хот использовал простые блокнот и ручку.
На площадке больше никого не было, и Фриск без особых подозрений подсела к старому другу, похлопав того по плечу. Мужчина не изменял себе. Так и не снял практически бесполезные очки, ходил в выглаженном костюмчике, над которым она когда-то любила подшучивать.
– Привет, Хот. Прости, я так и не выучила язык жестов. – Девушка устало улыбнулась Хоттеру. Ему хватило и секунды, чтобы понять, что с ней что-то не так. Мужчина вместо приветствия резко схватился за блокнот, что неизменно лежал рядом.
– "Твоя болезнь"... – Хоттер замер, не решаясь написать вопрос на бумаге. Он испытывал некий страх перед этим. Фриск, заметив заминку, наклонилась к мужчине, заглядывая в блокнот.
– Да. – Легко выдохнула девушка, уже смирившись с неминуемым финалом.
– "Как это произошло?" – Почерк у Хоттера был плавным, даже каллиграфичным, но сейчас его задрожавшие от волнения руки могли выводить только странные некрасивые буквы. Фриск бы посмеялась с того, как друг беспокоился о ней, да только радости не было. Как и в тот день, когда она уходила, хотя и улыбалась тогда глупо, едва сдерживая подступающий к горлу кашель.
– Душа нашла своего носителя. – С некой философичной мыслью вздохнула девушка, смотря в каменный недостижимый потолок, усеянный множеством горящих кристаллов. Она откинулась на спинку лавки, закидывая руки за голову.
– "Это невозможно!" – Мужчина удивленно затряс её плечо, показывая блокнот. Иной раз, Фриск задумывалась над тем, что умей Хоттер говорить, он бы стал очень шумным человеком.
– Как видишь... – Зависло молчание. Хот пытался подобрать слова, а девушка просто не знала, что он хотел от неё услышать. Она кинула взгляд на подбежавших к песочнице детишек. Таких беззаботных, не знавших настоящего ужаса Катакомб.
– "Это тот приятель, о котором говорила Кро?" – Наконец Хоттер привлек внимание Фриск, помотав листом перед её лицом. Девушке потребовалось пара секунд, чтобы вникнуть в смысл написанного.
– Ага. – Она слабо кивнула. В подтверждение своих слов Фриск громко прокашлялась и выплюнула сгусток крови куда-то в траву поблизости.
– "Почему ты не убила его?" – Мужчина обеспокоенно протянул подруге платочек, будто он как-то мог спасти её положение. Девушка всё равно с благодарностью приняла тряпочку и стерла с губ остатки крови.
– А ты бы смог убить свою жену? Особенно после стольких лет разлуки? – Глухо простонав, Фриск задала вопрос в ответ. Очевидно, он ввёл Хоттера в замешательство. Молчание прерывалось исключительно раздражающими возгласами игравших детей. – Он насильно оторвал от себя свою душу. Неудивительно, что наконец найдя идентичный сосуд, она помчалась к нему.
– "Значит"... – Мужчина снова завис. Он не думал, что последние адекватные люди уходили из Катакомб. Но Хоттер сильно сомневался, что это место просто не изжевёт само себя. Все эти болезни, не такой уж и неожиданный упадок всех сфер жизни, необразованные дети и взрослые. Человечество деградировало прямо у них на глазах. – ..." мы видимся в последний раз?"
– ... – Фриск молча посмотрела на бумагу, но не стала отвечать. Они и без того всё прекрасно понимали. – Можно сказать, я пришла попрощаться. – Девушка ухмыльнулась, глядя прямо в глаза Хоттеру. Тот не разделял её улыбки. Лишь понимающе кивнул.
Они не обнимались, не разводили соплей. Тихое прощание – всё, что им было нужно.
На её руках кровь. Клинок из магической материи шипит, впитывая в себя багрянец очередного отступника. Он из последних сил хватает девочку за ногу, пытаясь сказать что-то. Скорее всего проклятье. Оскалившись, Фриск грубо пинает его ладонь. Мужчина с глубокой раной на шее булькает, заставляя кровь из прорехи вытекать быстрее. За ним гора таких же трупов, облаченных в смешные черные мантии. Девочка, переступает полуживого отступника, не забывая пнуть его в живот напоследок. Она идет по трупам, не замечая, как растет её УР. Жалкие душонки погибших тянутся к ней, зазываемые ярким светом Решительности.
– Был ли он последним? – Вдруг спрашивает себя Фриск, по детски наивно прижимая оттопыренный пальчик к щеке.
– Ах ты, мелкая тварь! – С темного коридора на девочку несется такой же черный силуэт. Она резко оборачивается на звук. Улыбка растягивается, обнажая зубы. Этот голос Фриск узнала сразу.
– А ты неплох для того, кто не смог даже головы моей отсечь. – Она легко уворачивается от его тесака. Железка врезается в стену, царапая дорогой камень. Глупой затеей было обосновываться на Западе в самом замке Короля. – Боже, парень, ты что, не умеешь использовать магию? Как жалко. – Фриск хватило одного взмаха клинком, чтобы разрубить противника пополам. Не слишком красиво, зато действенно.
Детское тело явно не подготовлено к таким испытаниям. Даже непривычно. Раздраженно цокнув, девочка выходит из здания отступников, с особым призрением глядя на руины, служившие некогда замком Короля, убитого этими же отступниками.
Фриск даже не удивилась, найдя себя заснувшей на той самой лавке под деревом в одиночестве. Воспоминания путались в голове. Тяжело было сохранять рассудок с таким-то положением дел.
Уже вечерело. Стоило вернуться к Сансу и наконец покинуть этот проклятый город.
