Другой Деку

— Чего-о?! Как это? — Изуку был реально обескуражен этой новостью. А вы? (обращение к читателю) — Ну… время здесь, в Пустоте, течёт в три раза медленнее, чем в реальном мире. Но ты, чёрт возьми, реально долго осваивался и тренировался! Кхе, хе-хе, надеюсь, ты повеселишься, когда узнаешь, что произошло! — Подожди, о чём ты? — Пока-а~. Встретимся в следующей жизни! Ты научился всему, что тебе стоит знать.       После этих слов ощущение присутствия кого-либо в Пустоте вместе с ним исчезло… ***       Пара секунд, и Изуку очнулся. Это, как ни странно, была больничная палата. Он лежал в больничной белой робе, рядом пикали приборы, а в вену была воткнута капельница. На тумбочке рядом стоял букет цветов, лежали пара яблок и две открытки. За полуоткрытыми шторами был ярко коралловый закат. Дверь резко открылась, и в палату вбежала молодая на вид медсестра, а за ней впопыхах бежал низенький лысеющий человек в белом халате — доктор, как для себя определил Изуку. — О, вы очнулись? Как вас зовут? Вы помните? — протараторила медсестра, а Мидория прикрыл резко заболевшие от яркого больничного света, который включил доктор, забегая за медсестрой в палату, глаза. — Да, меня зовут Изуку Мидория, я хожу в старшую школу XXX, мне… — Мы знаем, сколько вам лет, это было для того, чтобы подтвердить отсутствие амнезии, — важно обратился к парню доктор. — Когда вас вытащили, вы были в невменяемом состоянии, в вашем организме были обнаружены наркотические вещества, и, как выяснили наши специалисты, была вероятность в 85% потери памяти — частично или полностью, до уровня 3-4 лет, — медсестра, сообщая это, участливо заглядывала в глаза Изуку, который всё ещё не привык к такому яркому освещению. Доктор же в это время осматривал результаты приборов, которые были подключены к веснушчатому, изредка записывая показания. — А как я попал в больницу? Что вообще произошло? — всё ещё щурясь, зеленоволосый пытался использовать причуду, чтобы стало легче видеть. Наконец, ему это удалось. — Что с вами?! — медсестра почему-то всполошилась, — ваши глаза почернели… — О, не стоит беспокоиться, это всего лишь моя причуда, — ответил Мидория. — Не могли бы вы всё-таки рассказать что произошло? — Не беспокойтесь, вам всё расскажет ваш брат. Он очень волновался за вас! Каждый день приходил и сидел возле вас, как приклеенный, все те дни, что вы были в коме. — Эмм… А он блондин? С красными глазами? — Да, с ним ещё мать ваша приходила, но не так часто, как ваш брат! Он, видимо, действительно любит и ценит вас! Ладно, он сейчас всё ещё сидит в приёмной, пойду позову его!       Спустя две минуты, за которые Изуку успел осмотреть своё тело и прийти к выводу, что ещё успеет трансформировать его в более удобный для себя вариант, в тот, который он создал для себя в Пустоте. Пока он был там, он действительно научился многому. В том числе и тому, как трансформировать своё тело во что-либо или в кого-либо, учитывая то, что его тело на 92% состоит из его причуды, то вполне объяснимо, что он может менять свою форму.       Дверь резко открылась, и в палату буквально влетел никто иной как Катсуки Бакуго. Вид он имел такой, будто не спал весь этот месяц. Мешки под глазами, усталый потрёпанный вид и два разных носка никак не вписывались в привычный вид Катсуки Бакуго, которого он знал. Блондин наконец дошёл до его кровати и сразу же спросил: — Как ты? У тебя глаза чёрные, нормально себя чувствуешь? Ничего не болит? — В-всё в порядке… А ты не расскажешь, что произошло? Медсестра отказалась рассказывать… — Ну… Что последнее ты помнишь? — Как мне что-то вкололи, а дальше темнота. Я помню почти всё, что было до этого. А что? — После этого тебя отвезли на операционный стол, куча других учёных пришла, и они что-то начали с тобой делать. Ко мне, как зашли эти «хирурги», — Бакуго поморщился на этом слове, — тоже подошёл один и вколол что-то в шею. Я очнулся, когда меня привязывали на операционном столе. Так как те перчатки, что сдерживали мою причуду сняли, мне удалось освободить одну руку. Потом раздался ещё один взрыв — как оказалось, нас похитил и хотел использовать как подопытных Злодей — у него причуда менять гены и приживлять конечности, к сожалению, только человеческие, но он пытался провернуть это же и со звериными — пришить человеку хвост зверя, чтобы он мог функционировать — он этого пытался добиться. Из-за этих бесчеловечных экспериментов со зверьми и людьми, его объявили в розыск. В тот день его укрытие засекли, — на этих словах Катсуки вновь поморщился, — штурмовая группа не успела к началу эксперимента над тобой, — он виновато посмотрел на Изуку и опустил взгляд, — зато успели к тому времени, как я пытался освободиться. Тот психопат что-то сделал с тобой. Когда штурмовой отряд добрался до места проводимой операции, из твоего тела вытекала чёрная жижа, ты был в отключке и на раздражители не реагировал, — Бакуго судорожно вздохнул и продолжил, — твой пульс был едва слышен, я думал ты погиб, — Каччан встал со стула, который стоял рядом с тумбой и обнял зеленоволосого, — я очень волновался за тебя. В твоей крови нашли наркотики, была вероятность полной потери памяти. Я… — сглотнув, блондин продолжил, — я боялся, что потеряю тебя. Тот псих… Никто не знает, что он с тобой сделал. Его убили при сопротивлении аресту, а твоя кровь... Вместо неё там какое-то чёрное вещество. Оно похоже на кровь, там есть твои гены, оно похоже на обычную кровь, но никто не может определить, почему оно изменило цвет и консистенцию. Эта жижа… Она густая. После того, как у тебя попробовали взять кровь — порез на глазах затянулся. Пришлось резать достаточно долго для того, чтобы взять у тебя анализы.       Закончив рассказ и перестав обнимать Мидорию, Бакуго поднял на него свои кроваво-красные глаза и хрипло сказал, смотря в чёрные провалы глаз Изуку: — Если бы ты не очнулся… Я не знаю, что бы я сделал. Я бы нашёл способ воскресить того безумца, что сделал это с тобой, и убил бы его снова.       Дверь в палату в который раз распахнулась, а на пороге обернувшийся Катсуки и повернувший голову Изуку увидели Мицуки. — Изуку, дорогой! Наконец ты очнулся! — радостно сказав это и отвесив подзатыльник Бакуго-младшему, она продолжила говорить,— мой идиот каждый день ходил тебя вечером навещать! Он так старательно не учился даже узнав, что в UA попадут те, кто закончил год на отлично! Говорит, что эти конспекты сделал для тебя, чтобы тебе было легче учиться, когда очнёшься! Через неделю тебя выпишут, так что не слишком привыкай к этой обстановке палаты! Ты будешь жить с нами, мне одобрили твою опеку, вы теперь с Катсуки сводные братья!       Жизнерадостный тон Мицуки был как нельзя лучше для того, кто только что приобрёл семью и вышел из комы, так что Изуку в долгу не остался: — Спасибо, Мицуки-сан! Я очень рад! То есть, мы с Каччаном будем жить в одной комнате? — Да! Я надеюсь, что мы станем со временем для тебя настоящей семьёй, ты не будешь чувствовать себя одиноко! Инко бы не хотела, чтобы ты грустил, так что поправляйся и бегом в школу! — обняв Изуку и взяв за руку Бакуго-младшего, она прошла к выходу из палаты, — доктор сказал, что ты ещё слишком слаб для длительных разговоров, так что мы с Катсуки придём завтра, когда ты будешь готов для разговоров, — извиняющимся тоном предупредила Мидорию Бакуго-старшая.