Воробей птица гордая, смотри не подавись

      Змей (Олег)       Я ждал ответа на звонок, но в трубке слышались протяжные гудки.       — Черт! Да ответь мне! — прорычал я.       Влад вопросительно посмотрел на меня.       «Маленький, мы выберемся», — сказал ему глазами.       Он понял и, кивнув, отвернулся. Дима отошел от окна и нервно начал перекладывать предметы, которые лежали на столе. На тело Шевсовича никто не обращал внимания. Я перешагивал его каждый раз, когда расхаживал по комнате. Черт! Нервы сдают. Надо срочно что-то придумать. В дверь долбанули так, что стены сотряслись.       — Они пошли на штурм. Змей! Дай сюда телефон! — выкрикнул Дима, вырвав из моих рук бесполезный аппарат.       Пробежался пальцами по кнопкам и, дождавшись ответа, сказал:       — Мы уходим через балкон! Отвлеките их, дайте нам время! Понял. Где? Хорошо, мы там будем через пятнадцать минут.       Дима рванул к балконной двери, отдернул черные портьеры и подергал ручку. Дверь с трудом поддалась его манипуляциям и распахнулась.       — Пойдем! — махнул он рукой.       Я повернулся к Владу и… испугался! Парень застыл как изваяние, лицо белое, губы бледные и что-то шепчут. А глаза… Господи! Да он «смотрит» другим зрением! Зрачок, как пульсар, расширялся и сжимался. Это плохо. Как мы не досмотрели и не заметили? Сейчас Влад нас не услышит и не увидит. И кто знает, как он глубоко погрузился в другой мир?       Я подошел и дотронулся до него. Влад не отреагировал на прикосновение. Какой холодный! Меня неприятно озарила догадка, где он. Только не это! Влад!       Я обнял его и взял ледяное тело на руки. Он покорно опустил руки мне на плечи, обнимая. Я бросился со своей ношей к балкону. В квартиру залетели несколько человек в масках, но их сбили с ног другие неизвестные. Завязалась драка.       — Быстрее! Чего копаешься? — зло сказал Дима. — Что с ним?       — Духи! У него открылось видение.       — Змей, ты лох! Какого надо было его метить? Ну ты и козел! — Дима перескочил через перила и перебрался к соседям.       Я перехватил Влада одной рукой и стал перебираться через барьер. Осторожно, чтоб не рухнуть вниз с третьего этажа, сделал широкий шаг и зацепился за балкон соседей. Дима схватил меня и помог перелезть через перила.       — Как долго он будет там? — встревоженно спросил.       — Не знаю… — испуганно ответил я, но думать и гадать было некогда.       Нас решили догнать. «Маски шоу» отбились от неизвестных и полезли за нами. Мы ломанулись в гости к «радостным» соседям. Благо у них было не заперто. Мы, как летучие мыши, со звуком «ши-и-и-и… мы уже уходим» пронеслись через всю квартиру и выскочили на площадку. Дима рванул наверх.       — Куда?! Ты в своем уме? У меня на руках Влад! — тормознул я его.       Он дернулся и, поменяв направление, кинулся вниз. Потом началась свистопляска. Димка ногами сбивал чужаков, его люди укладывали их мордой в бетон, успокаивая, а я ничего не делал, просто несся как угорелый с фонящим на руках. Мы выскочили из подъезда и завернули за угол. Там нас ждала машина. Быстро заскочив в нее, мы благополучно ушли от погони.       Воробей (Владлен)       По лицу Змея я тут же понял — ему не ответили, и он был зол. Я все еще плохо понимал происходящее и с трудом осознавал то, что видел, ну и уж точно не мог пока принять этого. Никогда не думал, что моя жизнь из просто сложной станет совсем хуевой. В голове творился какой-то хаос, и пока эти два упыря спорили, я тупо и как-то равнодушно, ну просто с полным пофигизмом, смотрел на валявшегося на полу энергососа.       Дима что-то говорил в телефон, а я видел картинку, но звука, как в немом кино, не было совсем. И вдруг мир вокруг пошел рябью и, словно в дешевом ужастике, начал изменяться. Медленно наползала темнота, поедая пол, стены и потолок, и вот я уже никого не вижу, а черный туман подступает к моим ногам, будто оплетает их и поднимается вверх. Спиралью движется по телу и тянет свои щупальца к лицу. В этот миг стало не просто жутко, а по-животному страшно. Он словно заползает внутрь тела и растекается в нем, хотя я вижу, что его чернота не касается меня.       Мне так холодно, очень холодно…       Туман застилает глаза, накрывает собой полностью, и рождается чувство, что меня поглотили. Уши заложило, а глаза жжет так, что непроизвольно по щекам текут слезы, они смешиваются с черным маревом и, кажется, становятся ядовитыми, потому что у меня чувство, что они разъедают мою кожу. Хочется хоть как-то убрать этот яд, но пошевелиться я совсем не могу: ни рукой, ни ногой, словно все тело наполнилось свинцом или перестало быть моим. Вот наконец-то черный туман сползает до колен, освобождая меня.       Осматриваюсь и понимаю, что явно не дома. Этого мира я раньше не видел. Он такой странный, вокруг все мелькает и расплывается, кажется ненастоящим, как проекция, и при этом невероятно живым и реальным. Движения вокруг то замедляются, то снова ускоряются.       Я по-прежнему ничего не слышу, и это пугает до дрожи, или я дрожу от холода. Здесь просто жутко холодно, при дыхании вырывается пар и, зависая облачком перед лицом, не уплывает вверх, а, смешиваясь с туманом, расплавляется в нем. Все вокруг было какой-то серой и стальной расцветки всех оттенков.       Я сделал неуверенный шаг вперед, туман не стал этому мешать и выпустил мои ноги из своего плена. Земля была немного мягкой и пружинистой. Когда уже отчаялся увидеть хоть что-то в этом странном мире, раздался шепот прямо у уха, за ним еще один и еще. Перед глазами мелькали картинки, и приятными их сложно было назвать. Было чувство, что те существа, которые здесь обитают, пытались показать мне все свои грехи и способы смерти. Сколько же ужасов совершают люди, сколько жизней они отнимают теми или иными действия и как жутко почти все умирают!       Я почувствовал, как что-то коснулось лица, и шепот полился в уши:       — Новенький. Свеженький. Останься с нами. Нам будет весело. Откуда ты? Как зовут?       — Он теплый. Хочу согреться об него.       К моей бедной тушке сзади прижались всем телом и меня словно в лед окунули. Я заскрипел зубами и замычал. Говорить-то все еще не мог, только слушать. Тело так и было словно парализованное. Меня касались везде, лезли морозно-ледяными пальцами под одежду, заставляли ежиться и вскрикивать. Казалось, мозг отказывает от каждого такого прикосновения, а душа вот-вот покинет тело, ее просто вытесняли. Ужас все больше и больше поглощал, и тут я услышал так тихо-тихо, где-то на самом краю сознания:       — Влад... — Я знал этот голос, не мог не узнать, ведь он принадлежал этому гаду вампирскому — змею-переростку.       «Олег…»       Этот голос стал путеводной ниточкой, и я пошел на него. На сей раз туман не хотел сотрудничать, и приходилось почти прорубаться через него, но я упрямо делал шаг за шагом. Наконец увидел нечеткие очертания и протянул к ним руку в надежде, что не ошибся. Мои пальцы сжала горячая, почти огненная, по сравнению с теми, что тянули назад, ладонь. Рывок вперед, и я разглядел лицо Змея, склонившегося надо мной.       — С возвращением, птичка.       — Что за фигня это была?! Какого происходит?       — Ты прогулялся в мир духов. Кто-то очень хотел тебя туда заманить.       — Да ни хера ж себе прогулочка! Я там чуть умом не тронулся!       — У нас тут тоже, знаешь ли, веселье еще то было, — раздался Димкин голос где-то сбоку.       Я повернул голову, и только сейчас до меня дошло, что мы в машине и движемся, и так как я лежу на руках у Змея, за рулем явно Димка. Я поймал его взгляд в зеркале заднего вида. Он ухмыльнулся и, подмигнув, вновь устремил взгляд на дорогу.       «Как же я с ними вляпался, слов нет и нервов уже тоже!»       — Влад, ты как? — спросил Змей.       — Да заебись! Я же всегда мечтал стать эсклюзивной закусью для вампов и трахаться с одним из них, а второй чтобы сильно мечтал меня поиметь. Как, по-твоему, я должен себя чувствовать? Да мне хочется взять ружье и начать на вас охоту! Кстати, вы там как дохнете-то? От серебряной пули в сердце кони двинете, а если голову оттяпать?..       — Мелкий, от такого все кони двинут.       Змей попытался коснуться меня, но я увернулся и сполз на сиденье рядом. Парень ухмыльнулся и вновь достал сотовый из кармана, набрал номер.       — Папа, я нашел его, но есть проблемы, его нашел не я один, и по нашим следам идут отверженные. Я забираю его, и мы пока на время спрячемся. Не звони мне, я сам тебе позвоню.       Олег выключил телефон, достал симку и, переломив ее пополам, выкинул в окно, за ней полетел и телефон.       — Дима, заедем в одно место, а потом двинемся из города.       — Нас там наверняка ждут. Что тогда делать? — буркнул Дима.       — Я покажу тебе место, где никого не будет. Гони.       «Что-то мне все херовее и херовее от их разговора, и чем больше узнаю, тем меньше что-либо еще знать хочется. Какого же ляха в этом мире творится? Покусай их всех бешеный комар!»