Птичий короб

      Эйлин прижалась спиной к стене и ждала, пока голоса и шаги за углом стихнут. Было бы проще, будь с ней хоть кто-нибудь из однокурсников, но ей так и не удалось ни с кем подружиться за весь учебный год. Вернее, Принц не могла найти подходящих кандидатов на роль своих друзей. Не то, чтобы ее друзья должны были обладать какими-то особенными качествами или положением в обществе, просто всех своих слизеринских однокурсников девочка знала, и в восторге они друг от друга не были от слова «совсем». Дружба с представителями других факультетов не приветствовалась, на нее косо посматривали, даже когда она здоровалась с братом или сестрой.       В общем-то, ей лишь изредка бывало ну совсем скучно и грустно. Эйлин проводила много времени в библиотеке, вступила в команду по игре в «плюй-камни», много вышивала и, если вдруг становилось тоскливо от того факта, что даже не с кем обсудить красивого мальчика со старших курсов и не посекретничать в заброшенном туалете, с головой закапывалась в учебнике, преуспевая в школьной программе и даже захватывая кое-что за ее пределами. Да и Папиллайон была рядом, и все равно, что там говорят на факультете. Они ведь сестры! Неужели школьные предрассудки настолько сильно въедаются в головы волшебников, что их достаточно для разрушения отношений между ближайшими родственниками?       Даже при таком раскладе это лучше, чем весь год гонять гаммы на пианино под строгим взглядом Ариадны. — Ну здравствуй, Крыса, — из-за угла появилась Вальбурга Блэк.       Студентка четвертого курса, Вальбурга была настоящей звездой своего факультета. Сложно было найти кого-то, кого бы так явно выделял декан. Вратарь, талантливая волшебница и просто красивая девушка, да еще и из рода Блэк: совсем не удивительно, что у нее было так много поклонников, и что при таком раскладе Вальбурге сходило с рук то, как она мучила младших студентов.       Казалось, сам директор следил за тем, чтобы ей вдруг не влетело в один прекрасный момент по первое число, а ведь случаи бывали действительно вопиющие. Ладно, если она решала просто оттаскать за волосы какую-нибудь девчонку, осмелившуюся пригласить на свидание симпатичного Блэк парня, но ведь она могла применить и темную магию! Эйлин смотрела на девушку и вспоминала, как лестно о роде Блэк отзывалась мачеха, какие воспитанные у них дети, не то, что шалопаи ее муженька. Да, воспитание по высшему разряду, определенно. — Вальбурга, оставь ты ее, — появилась одна из верной блэковской свиты за спиной девушки. — Что с нее взять? Она даже за палочку никогда не хватается. Трусливая, как ее пуффендуйская сестричка. — Папиллайон не трусливая! — Эйлин с вызовом глянула на слизеринку. Та только вскинула брови и, произнеся тихо «другое дело», встала у соседней стены, наблюдая за тем, как Блэк заставляла девчонку отступать. — Надо же, Этель, ты слышала, у нашей Крыски голос прорезался. Значит, заступаешься за своих? Они же все как отбросы. Когтевран, Пуффендуй… а ведь твоя старшая сестра вообще на Гриффиндоре училась. Как ты здесь оказалась, м? — Отстаньте от меня, — Принц крепче обняла учебники, словно они были щитом против рослой четверокурсницы. — Что вам вообще нужно? — Да ну что ты, я же просто поговорить хочу. По-дружески, — оскалилась Вальбурга, приставляя палочку к горлу девочки. — Мы же друзья, да, Эйлин? Поможешь мне по-дружески попрактиковаться в одном занятном заклятии? — Вальбурга! — раздалось у Эйлин за спиной. — Не трогай ее! Опять к детям пристаешь. Ты бы хоть выбирала себе противников равных, что ли. — Лестрейндж, — недовольно фыркнула Блэк, отступая на шаг назад. — Про равных противников, это ты про себя? — ухмыльнулась она, скрестив руки на груди. — Может еще с Томом потягаешься, м? — Винсент встал между Эйлин и Вальбургой. — Оставь девчонку в покое, она тебе ничего не сделала. — Хм, это ты с подачи Реддла малявку прикрываешь? Так, просто уточняю на всякий случай. Реддл хорош, конечно, но тот еще чудила. Зачем ему эта девчонка? А тебе зачем каждую его просьбу выполнять? — Завидуешь, что он просит меня, а не тебя? Ой, да ладно, не делай такое лицо, все знают, что ты к нему неровно дышишь, — парень улыбнулся, когда Блэк покраснела вся, возмущенная таким заявлением, а ее подружки, сбившиеся в стайку за углом, чтобы подглядывать, начали активно переговариваться шепотом. — Пойдем, Мышь, — Лестрейндж подтолкнул Принц вперед, бросив на Вальбургу презрительный взгляд.       Если и был кто-то, с кем Вальбурга не рисковала связываться, так это Том Реддл и те немногочисленные люди, которыми третьекурсник себя окружил. Винсент Лестрейндж был одним из них, поэтому Блэк предпочитала обходить его стороной, ведь если ей не достанется от самого Лестрейнджа, то отдача прилетит со спины от Тома. Можно было подумать, что Вальбурга его боится, но на деле девушка, как и все, понимала, что если она сцепится с Реддлом, то ей достанется мало того, что от самого Реддла, так еще и от профессоров: парень был способен выбить себе оправдание у Слизнорта даже на фоне такой родовитой красавицы. А уж в том, что он не станет щадить ее в поединке, сомнений не было вообще.       О способностях Тома говорили много и по-разному. Все знали, что слизеринец со своими друзьями практикуются в темных искусствах, но никто не мог предоставить достаточно весомые доказательства. Эйлин никогда не видела этого личного, но была уверена, что большая часть сплетен — правда. Реддл был харизматичен, обаятелен, умел расположить к себе, но едва ли он был невинной овечкой.       Эйлин плохо понимала, с чего это Реддл взял ее к себе под крыло. Она преуспевала в зельеварении благодаря урокам Амадео, и иногда Том спрашивал у нее совета в этой области, но это было слишком незначительной причиной для подобного поведения. Он мог и просто спрашивать, ведь Принц всегда помогала тем, кто просил помощи с зельями, ей было совсем не сложно, а иногда и очень интересно. Том даже писал ей пару раз во время Рождественских каникул и присылал шоколад.       Винсент пропустил девочку войти в гостиную первой. — Том, нашу Мышь только что чуть не вывернули наизнанку, — сказал Винсент, усаживаясь рядом с другом на диван. — Третий раз за неделю. — Наизнанку? — Эйлин нервно сглотнула. — Да. А ты не слышала, как Вальбурга хвасталась на днях, что успешно применила это заклинание к кошке когтевранского префекта? Думаю, она и на людях попрактиковаться захотела, а ты ведь даже сопротивления никакого не оказываешь, — Лестрейндж зловеще прищурился. — Не пугай ее. И не наделяй Вальбургу талантами, которыми она не обладает, — Том поднял глаза от книги, что читал, и посмотрел на юную слизеринку. Губы его тронула едва заметная улыбка. — Хорошо выглядишь, Мышонок. Симпатичный бант, — он вновь вернул взгляд к книжным страницам, но уголки его губ все также оставались чуть приподняты.       Эйлин довольно улыбнулась. В школе она носила в основном распущенные волосы, что позволяло спрятать не особо нравившееся ей самой и большинству окружающих лицо, но Том как-то упомянул, что ей было бы неплохо собирать волосы, чтобы можно было свободно смотреть в глаза. Специально для этого Принц заказала у отца в качестве подарка на Рождество разные украшения для волос. Больше всего ей нравился изумрудный бант, большой и крепко державшийся на волосах. Конечно, ей было приятно, что Реддл заметил и оценил. — Почему ты не пытаешься хоть как-то противостоять им, а? Они от тебя так и не отстанут, если продолжишь шугаться и в стенки вжиматься при виде них, — Винсент подпер рукой подбородок. — Неужели ты не знаешь вообще ни одного боевого заклинания? Я слышал, из-за твоего брата трясутся стены когтевранской башни, а ты не можешь оказать сопротивление Вальбурге? — У меня не получается с боевыми заклинаниями, — девочка плюхнулась в кресло. Все положительные эмоции от комплимента тут же перекрыло чувство недовольства из-за очередного напоминания о том, что она не особенно хороша, если речь идет о практическом применении знаний по чему-то кроме зельеварения или трансфигурации. — Получится, — уверено заявил Реддл, захлопнув книгу. — Винс, чего ты, собственно, прикопался к ребенку? — поинтересовался он у парня. — Дай ей хоть первый курс закончить прежде, чем пытаться натравить ее на Блэк. — Сам то ты не особенно спешишь против нее палочкой размахивать, — заметила как бы невзначай Эйлин, закрывшись одной из своих книг, почувствовав поддержку со стороны Тома.       Том усмехнулся. — Туше, — Лестрейндж закинул ногу на ногу, откидываясь на спинку дивана и не сводя взгляда с девочки. — Учусь у лучших, — ответила Принц.       Винсент куда чаще оказывался поблизости, чем тот же Реддл, и терять его расположения из-за глупых шуточек не хотелось. В конце концов, он часто вытаскивал ее из потенциальных передряг, и за это даже стоило сказать спасибо, но рождественского подарка в виде редкого издания по чарам, которыми плотно увлекался парень, с него хватит.

***

      Эйлин плотнее завернулась в мантию, едва поспевая за широким шагом своего спутника. Том время от времени оборачивался и замедлялся, давая девочке возможность его нагнать, а потом снова забывался и набирал скорость, желая поскорее вернуться в теплую факультетскую гостиную. Принц уже пожалела, что согласилась составить Реддлу компанию в его путешествии до хижины лесничего, толком даже не выяснив, что, собственно говоря, ему там понадобилось, и стоило ли оно того.       Крупные белые хлопья кружили в воздухе, оставаясь на черном пальто парня белым узором. Ему даже со спины совсем не идет белый цвет. Интересно, о чем он думал? Наверное, размышлял о предстоящей контрольной, или, может быть, строил какие-нибудь планы, например, на время летних каникул… А может он думал о ней? С чего бы Тому вообще звать ее с собой просто так? Либо ему что-то нужно, либо он действительно считает ее своим другом, но как-то это глупо. Она ведь на три года его младше, о какой дружбе может идти речь? — Значит, с боевой магией не выходит? — Реддл в очередной раз замедлился, и Принц поравнялась с ним. — А ведь твой братец шатает стены когтевранской башни так, что весь Хогвартс в курсе. Почему не возьмешь пару уроков? — Габриэль говорит, что мне не достает желания навредить сопернику, — без особого энтузиазма отвечала девочка. — Остолбеней! — вдруг выкрикнул Том, выхватывая палочку.       Пробегавший справа от тропинки зверек рухнул в снег. Принц ужаснулась, отшагнув от слизеринца назад, невольно широко распахнув глаза. Зачем он так с ни в чем неповинным зверьком? Том в вопросе изогнул бровь, а Эйлин в ответ нахмурилась, неодобрительно качая головой. — Не беспокойся. Это просто оглушающее заклятие. Через какое-то время зайчишка, как ни в чем не бывало, побежит по своим делам. Ничего сложного в этом нет. Попробуй на мне, — Реддл развернулся к девочке, делая несколько широких шагов назад. — Давай. — Я не буду этого делать, — отрицательно замотала головой слизеринка. — Я не хочу тебе причинять боль. И вообще никому. — Захочешь, — уверенно ответил парень спустя пару мгновений. — Нет! Это неправильно. Мы ведь не любим чувствовать боль, зачем заставлять чувствовать ее других, Том? — Даже Вальбурге никогда не хотела сделать больно? — Даже ей. — Ты еще не понимаешь ничего, — Реддл тряхнул темными волосами, — Боль — неотъемлемая часть нашей жизни. Мы постоянно причиняем ее другим, а другие нам, неосознанно и намеренно. Хотеть заставить испытывать боль кого-то, кто когда-то сделал больно тебе — это нормально. Месть — нормальное явление. — А что дает месть? — Моральное удовлетворение. Однажды тебе придется причинить боль другому человеку, а может быть даже захочется, Лин. Это нормально. Ладно, хватит диспутов на тему морали. Давай уже. Просто взмахни палочкой и скажи «остолбеней». Контрзаклинание тебе известно. Не будь трусливой крыской, какой тебя считает Блэк. — Ты не отстанешь от меня, да? — Ну, знаешь, мне просто очень интересно. Не могу никак понять, что именно у тебя не получается с простым оглушающим. Это же не непростительными раскидываться. Я не понимаю, что не так, и меня это не отпускает. Нужно исчерпать вопрос.       Эйлин недовольно закатила глаза. Девочка достала из-под мантии палочку и направила ее на слизеринца. Рука предательски дрожала. Она глубоко вздохнула, зажмурилась, взмахнула палочкой и выкрикнула заклинание. Раздался глухой хлопок. Когда Принц открыла глаза, то увидела Тома, лежащего на тропинке без сознания. Она ужаснулась и бросилась к парню.       Так и знала, что этого не надо было делать! Нельзя идти у него на поводу, сколько раз они уже через это проходили! То он просил ее варить какие-то странные зелья, то пихал под руки книги про темные искусства, с которыми ее ловили преподаватели, теперь еще вот это! Что дальше? Заставит использовать против него Аваду? Девочка попыталась применить контрзаклинание, но парень все так же неподвижно лежал на снегу. В какой-то момент ей даже показалось, что он не дышит. Принц не на шутку разволновалась, а потом подумала о том, что с чего бы у нее вдруг получилось это заклинание именно сегодня, именно против Реддла?       А не прикидывается ли он? Слизеринка наклонилась к лицу парня. Дышит. — Ага, попалась!       Эйлин вскрикнула, когда Том вдруг схватил ее, и они вместе скатились с дорожки в не притоптанный снег. — Ты дурак! — выпалила девочка, принимаясь колотить в грудь слизеринца, нависшего над ней.       Реддл заливался смехом, совершенно не чувствуя маленьких кулачков Принц. Похоже, его это действительно позабавило: она еще ни разу не слышала, чтобы он смеялся настолько искренне. — Видела бы ты свое лицо, — Реддл схватил ее руки. — Извини, это было глупо, но очень смешно.       Под его горячим дыханием, кулаки Эйлин наконец разжались. Девочка прекратила пытаться вырваться и просто обиженно дула губы, отвернувшись от товарища по факультету, который продолжал согревать ее ладони. — Ну, все, хватит, замерзнешь немного, подумаешь, — Том поднялся сам и помог ей подняться. — Ты неправильно двигаешь палочкой, из-за этого у тебя ничего не выходит. Иди сюда.       Наверное, в любой другой ситуации Принц бы потеряла голову от происходящего, но сейчас только недовольно смотрела на него. Слизеринец же, как ни в чем не бывало, вложил упавшую во время их ската вниз палочку в теперь совсем теплую ладошку, и обхватил своими длинными изящными пальцами. Вторую руку он разместил на плече девочки. — Надо вот так, снизу вверх, — он начертил ее рукой линию в воздухе. — Снизу вверх. Смотри, видишь, вон там бежит что-то. Давай попробуем вместе. — Не надо, Том, — Эйлин отрицательно замотала головой, но вытаскивать свою руку из руки парня не спешила. — Да ладно тебе. Просто оглушающее. Дава-а-ай, и побежим к лесничему. А то еще до темноты не успеем. Вместе. Глаза не закрывай. Смотри на цель.       Они одновременно произнесли заклинание, Том взмахнул ее рукой, и яркий белый шар сорвался с палочки. Принц была одновременно в ужасе от того, что позволила еще одного невинного зверька ударить оглушающим, и в восторге от того, что у нее наконец получилось, пусть и не без чужой помощи. — Вот видишь. Я вообще считаю, что у тебя большой потенциал. Будешь много заниматься — к выпуску Вальбурги успеешь ей еще взбучку устроить. Давай, Мышонок, шевели лапками. — Подожди!       Слизеринка пробралась по рыхлому снегу к неподвижно лежащему зверю. Она взмахнула палочкой, произнесла контрзаклинание и вернулась к своему спутнику, который только фыркнул, закатив глаза. Ему не было никакого дела до пушистых обитателей леса, но Эйлин чувствовала себя виноватой, потому что этот случайный пушистик просто пробегал мимо и не заслуживал попасть под оглушающее.       Через десять минут они были у хижины. Лесничий, жутковатый пожилой мужчина, открывший скрипучую дверь, недовольно посмотрел на Реддла, на что тот в ответ только улыбнулся самой обворожительной из своих улыбок, но старику явно было совсем не по чем обаяние слизеринца. Когда дед вдруг перевел взгляд на Эйлин, стоявшую позади Тома на крыльце, то вдруг совсем изменился в лице, подобрел и растянул в улыбке рот, в котором недоставало несколько зубов. Принц тоже улыбнулась в ответ, поздоровалась и сделала пару шагов, приблизившись ко входу, вставая под руку к товарищу по факультету. — Нас прислал профессор Слизнорт, — объяснил Том причину визита. — Ха, сам не ходит, противный слизняк, — пробурчал лесничий. — Заходите давайте. Замерзли? Чаю может быть? — Нет, спасибо. Нам до темноты бы в замок вернуться, — Эйлин, поняв, что старик расположен к ней гораздо больше, чем к Реддлу, теперь вовсе встала впереди парня, а тот спокойно уступил ей место ведущего в разговоре. — Боится меня он… и поделом… — ворчал хозяин хижины. — Все студентов посылает, сам не ходит…       Мужчина на удивление проворно для своего возраста двигался по комнате и собирал что-то в холщовый мешок. Какие-то свертки, баночки, пучок трав, большая книга… Принц с интересом наблюдала за ним, строя теории о том, для чего все эти вещи нужны декану. Том наклонился к ее уху. — Слизнорт будет проводить для старшекурсников особый урок, — прошептал парень. — Нам с Лестрейнджем разрешили пойти, если мы окажем помощь в подготовке. Не знаю, видела ли ты подобное у своего Мастера зелий, но если хочешь, я поговорю с профессорам, чтобы мы взяли тебя с собой, нам как раз нужен третий человек для работы в группе. — Хочу, — ответила она. — Вот, держите, — старик передал Эйлин мешок, тут же оказавшийся на полу, потому что у девочки не хватало сил для такой тяжести. — Спасибо, — Реддл взял мешок. — Хорошего вечера, — он покинул хижину, и Принц, попрощавшись с лесничим, отправилась следом за ним. — Ты ему не нравишься, — констатировала Эйлин, когда они отошли на приличное расстояние. — Ага, я знаю, — ответил парень. — Но не больше, чем ему не нравится Слизнорт.       Темнело.