Вновь рождённый

23 февраля 1999 года, вторник – С праздничком, дорогие защитники отечества! – смеётся Лекс, заходя в кухню. – И тебя с ним, – вздыхает Алик – он сегодня готовит праздничный завтрак на всю ораву. Лекс, погладив его по бедру, легко касается губами его губ (Алик сразу приободрился), затем спешит одарить традиционными поцелуями Рустама и Мишеля – они сервируют стол. – Ну что? – весело спрашивает Лекс, обняв их за плечи. – Каков фронт работ? Ни за что не поверю, что нас ещё никто не хотел… – Чтоб тебя – и не хотели? – подмигивает Мишель, расставляя стаканы. – Да на тебя очередь стоит, небось, и не только очередь… – Игорю ещё вчера вечером все обзвонились, – поддакивает Рустам. От Лекса офигенно вкусно пахнет всем и сразу – гелем после бритья, гелем для душа, шампунем. Ой повезёт сегодня кому-то… – Думаю, выездов до чёрта будет. – Вот и отлично, – потирает руки Лекс. – Что-то мне прямо работать хочется. А Гера вроде планировал на этой неделе пораньше вернуться, да? – Он уже здесь, – сообщает Алик, не отрываясь от готовки. – С утра пораньше на такси приехал. Я только спустился в кухню, он уже тут бутерброды хомячил. – Охуеть, и даже ко мне не зашёл поздороваться, – возмущается Мишель. «Оно и к лучшему», – думает Рустам, выкладывая фрукты на блюдо. Они с Мишелем, конечно, всегда запирают дверь на ночь, но всё равно нежданный визит Германа был бы не в кассу. Герман, хоть и ничего не говорит (по крайней мере, Рустаму), кажется, без особого одобрения относится к связи Рустама и своего типа младшего брата. Может, с Мишелем он и пытался поговорить, но тому всё нипочём. Вот и сейчас: подмигивает Рустаму, прижимается к нему, то приобнимет, то в щёку чмокнет, как будто неделю не виделись, а не вылезли с утра из одной постели. Лекс лукаво поглядывает на них, всем своим видом говоря, что чем бы дети ни тешились, лишь бы не руками. Конечно, Лекс про них сразу всё просёк, да они и не скрывали. «Он у тебя первый?» – спросил Лекс Рустама, когда они остались наедине. «Нет», – коротко ответил Рустам. «Шустрый ты, – уважительно приподнял бровь Лекс. – Далеко пойдёшь. Только предохраняться не забывайте там». И всё, Лекс на этом посчитал тему исчерпанной. Алик, когда узнал, не забыл Рустаму напомнить: «Ну я же сразу сказал, что ты с ним будешь!» и тоже больше ничего не стал говорить, но явно затаил обиду. Мало того, что Рустам так и не переспал с ним, он ещё и предпочёл ему Мишеля, которого Алик терпеть не может. Вику нет дела до их личной жизни, ему бы со своей разобраться… А Игорь… Игорь узнал про них в первое же утро. Он зашёл в кухню, когда они там целовались. Он ничего не сказал кроме «Доброго утра», только посмотрел на них, взял с полки телефон и вышел. Всё. Но в его взгляде Рустам увидел очень многое. И удивление, и разочарование, и многое другое, что чувствовал сердцем, но выразить словами не мог. Но ему стало больно. На несколько секунд Рустам пожалел не только, что с Мишелем замутил, но и что вообще на свет родился. И до сих пор, видя Игоря, Рустам ощущает, как внутри что-то обрывается. «Но я же не предал его, – успокаивает сам себя Рустам. – Я же не нарушил никаких обещаний, данных ему. Если я для него никто – почему я должен себя хоронить тут? Почему я не могу хотя бы попытаться жить, как люди, если он всё равно не будет моим?» Но Игорь никогда не посмотрел бы на него так, как в то утро, если бы Рустам для него ничего не значил. Значит, вопреки здравому смыслу, надежда есть… – Рустам, чего завис, зая, передай мне вон ту хуету, – выводит его из задумчивости голос Мишеля. – Да, – ухмыляется Лекс, разглядывая соблазнительно обтянутую джинсами задницу Алика, – Рустам передаст, ещё как передаст… – Иди ты, – беззлобно посылает Рустам. Всё идёт своим чередом. Мир не рухнул, потому что Игорь не с Рустамом. И сегодня вторник, значит, приедет Вадим, и снова придётся терпеть его. Нет, даже не его – их. Их вместе. И то, что им хорошо вдвоём. Может, Мишеля не снимут на вечер, и удастся отвлечься от этих мыслей? Навряд ли, праздник, выходной. Заказов будет море. Точно. Прогноз Рустама подтверждает явившийся к завтраку Игорь: все парни уже забронированы, ни один не останется без работы. Как в самые тяжёлые субботы, которые Рустаму доводилось тут видеть. У Алика будет жаркий вечерок с двумя клиентами. Вика заказал кто-то из его постоянных. У Германа тоже хороший улов. Мишель сияет и потирает руки, предчувствуя наживу, Лекс терпеливо ждёт, пока огласят имя его клиента. – А тебя, Лекс, ещё неделю назад забронировали на сегодня, – сообщает Игорь. – Я его знаю? – кокетливо улыбается Лекс. Игорь улыбается ему в ответ так тепло, что Рустам чувствует лёгкий укол ревности. – Ещё как знаешь, – говорит Игорь. – Это Матадор. Алик завистливо вздохнул, Вик смотрит в сторону – видимо, он надеялся, что Матадор не обделит его вниманием, но хрен. – Славно, – кивает Лекс, пытаясь скрыть радость. – Я уже соскучился по нему… А что Витольдыч? – Пытался тебя перехватить, – подмигивает Игорь, – но было уже поздно. Лекс с облегчением вздыхает. Витольдыч надоел ему хуже горькой редьки, но отделаться от него нереально – влюбился, видать… – Заказов много, а я раздвоиться не могу, – добавляет Игорь, – поэтому Лекса и Вика сегодня отвозит и забирает Рустам. Опа. Приехали. – А… – Где живёт Матадор, ты знаешь, – перебивает его Игорь, – а дорогу к своему клиенту Вик тебе покажет. Там недалеко. Покажешь, правда, Вик? – М? А, да. Покажу, – рассеянно кивает Вик. Замечательно. Рустам в одиночку будет плутать по Москве в компании психованного наркомана. Феерия. Да ещё и после встречи с Матадором… Чёрт бы побрал эти праздники! – Оба клиента платят раз в месяц, и это не сегодня, так что с деньгами возиться не будешь, – как сквозь вату слышит Рустам голос Игоря. – Просто привезёшь и заберёшь. Ничего трудного. – Да, конечно, – еле слышно говорит Рустам. – Так и сделаю. Блин. Это Игорь типа ему так мстит? Или даёт повод для новых скользких шуточек? Да нет, не в этом дело, просто у него действительно нет другого выхода на сегодня. Давно пора было и Рустама запрячь, но вот так, совершенно неожиданно… Рустам пока ещё в ошалевшем состоянии. – Ну если и в этот раз вернёшься без автографа и фотки, – говорит Мишель, – то это будет уже как-то странно. В присутствии Игоря Мишель старается не материться и говорить по-человечески, но эта фраза совсем фальшивая получилась. Блин, теперь ещё и Мишель завидует. Рустам виновато косится на него, но Мишель уставился в свою тарелку. – Да что ты говоришь, – слышит Рустам язвительный голос Игоря. Блин, чуть лопата из рук не выпала. – Нет-нет, не утруждай себя объяснениями, я всё понимаю. Ну точно, по телефону говорит. И вышел на улицу, чтобы связь лучше была. Интересно, с кем это он в таком тоне общается… явно не с клиентом. Рустам, притаившись за углом, вне зоны видимости, жадно прислушивается. – К нему сегодня собирается мой самый талантливый мальчик, кстати. – В голосе Игоря становится всё больше яда. – Знай, что после девяти тебе следует поиметь другие планы… Если вы собираетесь его вдвоём, то это не входит в тариф. Доплатить придётся. А что, все люди платят – и ты заплатишь… Бля. Это он с Вадимом, сто процентов. И разговор идёт о Лексе, который сегодня вечером отправится к Матадору. Состыковать эти факты нетрудно. Игорь на пределе. И в такое состояние его привела, кажется, ревность. Потому что Вадим снова не приедет – и Вадим проводит этот день… с Матадором. Твою-то мать. Что у них тут вообще происходит?! – Я совершенно спокоен, – говорит Игорь, направляясь к гаражу. – О себе подумай. Ты не слишком теряешь голову от него, Связной? А то, знаешь ли, всякое бывало. То есть Вадим ушёл налево. И, видимо, капитально ушёл, раз Игорь в такой ярости. Рустам лезет в карман за сигаретами – надо успокоиться. Простит ли Игорь Вадиму такое? И простит ли Вадим Игорю разговор в таком тоне? Но, вспомнив их вместе, Рустам сразу понимает: надеяться бесполезно. Они слишком безупречная пара и слишком хорошо смотрятся вдвоём, чтобы ссориться из-за такой ерунды. Они могут ходить налево и развлекаться сколько угодно – Игорь с Рустамом, Вадим – с Матадором, но в итоге они всё равно вернутся друг к другу. Просто потому что они – пара. Всё, кажется, они закончили разговаривать. Можно выходить из-за угла. – Рустам. Властный голос Игоря заставляет моментально обернуться. – Я уже покормил их, – сообщает Игорь, подходя к нему. – Подмети сухие листья в оранжерее и убери мусор. И дай мне зажигалку, я забыл свою в доме. Кажется, это была самая многословная тирада, которую Рустам услышал от Игоря за последние две недели. После того, как Рустам и Мишель замутили романчик, Игорь старался общаться с Рустамом как можно меньше, ограничиваясь чисто бытовыми указаниями. Просьба о зажигалке – это нечто из ряда вон… – Спасибо, – кивает Игорь, прикурив, и уходит в гараж. Рустам беззащитно моргает ему вслед. Кажется, сегодняшний день собирается быть таким же диким, как достопамятное шестое февраля. И почему всё каждый раз идёт наперекосяк, когда в их размеренную жизнь влезает Матадор?.. Игорь ненавидит его, теперь это стало понятно. И каждый его жест, каждое его якобы кокетливое подмигивание Матадору, каждая его фраза, обращённая к Матадору, только подчёркивает это. Игорь не просто ревнует, ему и чисто по-человечески Матадор не нравится. Оттуда и все его болезненные шуточки относительно того, что Рустам запал на Матадора. Господи, как же у них всё сложно… Взглянув на окна дома, Рустам замечает в одном из них Лекса. И он, как всегда, не у себя, а у Вика. Сейчас выскочит Алик и направится в сторону леса. Потом выбежит Мишель и, как обычно, повалит Рустама на снег, а дальше Рустам будет целовать его румяные щёки, на которых снег всегда очень быстро тает, а Игорь, если и пройдёт мимо, даже не скажет им: «Не валяйтесь тут, простудитесь», будто они просто не существуют. Теперь понятно, что он так зол вовсе не из-за Рустама, а из-за Вадима с Матадором. Более дикой пары Рустам даже не может себе представить, но, судя по гневу Игоря, это с ними уже давно… может быть, это у них даже серьёзно. В конце концов, как Матадор пристроил бы к ним Вика, если не через Вадима? Голова кругом идёт от их санта-барбары… – Волнуешься? Рустам отрывает взгляд от бабочки, усевшейся ему на руку. Игорь сегодня необычайно общителен, блин, даже в оранжерею припёрся… Невероятным усилием воли удаётся заставить себя посмотреть ему в глаза и ещё раз напомнить себе, что ничего кощунственного в отношении Игоря Рустам не совершил. – Конечно. Ты меня ещё ни разу одного не отпускал, а тут такой день и такие клиенты. – Всё пройдёт хорошо, – обещает Игорь. – Температуру и влажность проверил сегодня? – Да. В норме. Теперь Рустам зафиксировался на какой-то несчастной, уже потрёпанной бабочке, тщетно пытающейся взлететь с пола на край кадки с пальмой – но крылья её совсем не держат. Умрёт скоро. Может быть, прямо здесь и сейчас. Игорь подходит ближе и присаживается на корточки рядом. – Бедная… Сюда хочешь? – Игорь осторожно подхватывает её листом бумаги, который держит в руках, и бережно переносит её в кадку, на землю. – Так-то лучше. Видишь, какие они хрупкие? Кажется, ещё вчера у неё только крыло было чуть надорвано, и она спокойно летала. – А теперь умирает, – тихо говорит Рустам. Обалдеть, такое ощущение, что Игорь каждую из своих бабочек знает в лицо и едва ли не по имени. – Уж такая у неё судьба. – Ещё раз с сожалением взглянув на некогда прекрасную бабочку, Игорь поднимается. – Так вот, Рустам, не психуй. С Матадором ты знаком, от него неприятностей ждать не стоит – с Лексом он всегда очень деликатен. Потрясающее самообладание. Если бы Рустам специально не следил за мимикой Игоря, даже не заметил бы, как он брезгливо покривил губы при упоминании Матадора. – Второго клиента мы с Виком тоже очень хорошо знаем. Он спокойный, бесконфликтный. Его зовут… хотя знаю я твою память девичью, я тебе его имя вместе с адресом отдам. Там недалеко проехать. Хочешь – на карте покажу. Но прибегать к помощи карты не приходится, названную им улицу Рустам и так знает – был там в одной конторе, когда пытался устроиться уборщиком. Игорь вкратце объясняет, как проехать… Обалдеть. Странный Игорь сегодня. Словно ему не хочется оставаться наедине со своими мыслями… – А чего я буду делать, пока буду их ждать? – спрашивает Рустам. – Что хочешь, – пожимает плечами Игорь. – Никаких дел я тебе поручить не могу, ты пока никого не знаешь, тебя никто не знает. В принципе, там недалеко от дома Матадора, – он снова презрительно покривил губы, – есть одно кафе, можешь там посидеть. Перекусишь, отдохнёшь, кофе выпьешь. Показалось – или он как-то со значением посмотрел на Рустама? Что? Как?! Это Игорь типа пытается ему назначить свидание в городе?! Тогда завтра чего, апокалипсис? – Спасибо, – кивает Рустам, пытаясь дышать ровнее. – Так и сделаю. – Правильно, – одобряет Игорь. – И да… вот ещё что. Если Матадор попытается поиграть с тобой – не позволяй такой роскоши. С Лексом пусть делает что хочет, а ты от него закрывайся. Для него ты просто экземпляр, не более. И годишься только для его опытов. Так он воспринимает всех, кого считает ниже себя. Не забывай об этом. Ни фига себе, ещё и краткий курс матадороведения. Ох, круто Игорь на него взъелся. Ох как круто. – Да я понимаю, – тихо говорит Рустам. – Он же биолог. – Именно. А то, я смотрю, он всем нашим красным девицам мозги запудрил, только тебя в его коллекцию не хватало… Произнеся вот такое напутствие, Игорь направляется к выходу, а Рустам остаётся сгребать мусор в совок и свои мысли в кучку. Ворота, калитка, дверь. Всё закрыл, свет везде погасил – Игорь с остальными уехали ещё раньше. Деньги во внутреннем кармане куртки, права там же. Можно ехать. Вик с Лексом оккупировали заднее сидение, и Рустаму как-то грустно сидеть впереди одному, но ничего не поделаешь. Он заводит мотор, включает радио, бросает взгляд в зеркало заднего вида – Лекс что-то шепчет Вику на ухо… Красивая пара всё-таки, что и говорить. Хоть и трагичная. – Я тебе всё расскажу, – обещает Лекс Вику. – В деталях. Всю ночь буду тебе рассказывать… – И показывать? – улыбается Вик. – Конечно. – Лекс целует его волосы. Рустам переключает радиостанции, пытаясь найти какую-нибудь спокойную музыку, но под руку одни новости попадаются. Хорошо хоть парням совершенно пофигу, что слушать, Вик спокоен и расслаблен после укола метадона, Лекс смотрит в окно и думает только о предстоящем вечере. – Подстрахуете меня? – спрашивает Рустам. – Я не уверен, что хорошо дорогу помню… – Само собой, – отзывается Лекс. – Ты спрашивай, если забудешь что-нибудь. Во, оставь эту песню, мне нравится… Вик молчит, уткнувшись в его плечо. Лекс рассеянно гладит его по волосам, как гладят кошку, запрыгнувшую на колени увлечённому фильмом человеку – машинально, даже не замечая, что делает. А Вик наслаждается каждым его прикосновением. Может быть, Лекс – вообще первый его Хозяин, который к нему так ласково относится… – Везёт тебе, Рустам, – негромко говорит Лекс. – Меньше месяца прошло, и ты снова едешь к Матадору. Мало кто из нас его так часто видит. Разве что Игорь да Вадим… – А у Вадима-то что за дела с ним? – с деланным удивлением спрашивает Рустам. – Ну ты даёшь, человеческий детёныш, – смеётся Лекс. – Он крышует Матадора. С тех самых пор, как умер Храмов. Так что, думаю, они часто видятся. Ага, даже слишком часто. Настолько часто, что Матадор уводит Вадима у Игоря. Бред какой-то… И что они все в этом Вадиме нашли, спрашивается? В нём ведь нет ничего особенного. У него незапоминающаяся внешность типичного сотрудника спецслужб. Наверно, он очень хорош в постели. Сильный, опытный. Но представить их с Матадором вместе Рустам почему-то всё равно не может. Как всегда, если едешь знакомой дорогой, путь кажется короче. Память не подводит Рустама, хоть пару раз он и спросил Лекса, правильно ли помнит повороты. Лекс и Вик приумолкли, задумались каждый о своём, праздничная шумная Москва обступила их, сомкнула вокруг них кольца дорог, и нет пути назад. Дом Матадора уже виден впереди. Вик шумно вздыхает, Лекс целует его в щёку. В арку и первый подъезд направо. Единственное свободное место для парковки снова только на площадке возле лавки, на которой когда-то напился Алик. Как будто сто лет уже прошло. – Вот и всё, а ты боялась, – весело говорит Лекс, вылезая из машины. – Даже юбка не помялась… Хорошо ему тут шутки шутить. Он Матадора с октября знает, а Рустам – меньше месяца. В голове сразу яркими табло вспыхивают предупреждения Игоря… – Я быстро, – обещает Рустам Вику – он остаётся ждать в машине. – Не торопись, – понимающе улыбается Вик. – Ты так гнал, что у нас ещё полно времени в запасе. Да и вообще… Мой клиент подождёт. На ватных ногах Рустам бредёт к подъезду и с ужасом понимает, что не помнит номер квартиры Матадора. Лекс, сочувственно вздохнув, сам набирает номер на кнопках домофона, и, как и в тот раз, им снова молча открывают. – Не трясись так, – шёпотом говорит Лекс. – Он не кусается. Ты же его уже видел, что ты дрожишь? Да потому что в тот раз с Рустамом был Игорь, блин! А теперь Рустаму придётся что-то говорить! Смотреть в эти обалденно зелёные глаза и вспоминать свой эротический кошмар, когда он чуть не отсосал Матадору! Сейчас даже уши покраснеют… Лекс что-то говорит в спину идущему впереди по лестнице Рустаму, но тот уже не слова не понимает. Скорее бы закончились эти пять минут позора… С таким прекрасным настроением Рустам нервно жмёт кнопку звонка. Дверь открывается сразу же. – Добрый вечер, – говорит Рустам, храбро встретив тот самый пронзительно зелёный взгляд. Лекс, мягко проскользнув между Рустамом и дверным косяком, просачивается в квартиру и вплывает в объятия Матадора. – С праздником, – добавляет Рустам, пока они здороваются. А приветственный поцелуй у них получается долгим и вдумчивым. Лекс такой маленький и хрупкий, когда он в руках огромного Матадора, как всегда, одетого в чёрное. Рустам беззастенчиво пялится на них, но тут Матадор, не прекращая целовать Лекса, открывает глаза – блин, нельзя же так пугать! Рустам чуть не выскочил нафиг из квартиры и, только представив себе, как Лекс обо всём этом расскажет Игорю, сумел справиться с собой. – И вас с праздником, юноши, – как ни в чём не бывало, отвечает Матадор, уже снимая с Лекса куртку. – А где же Игорь? – Я за него, – говорит Рустам, удивляясь собственной наглости. – У него работы по горло, – мурлычет Лекс, прижимаясь бёдрами к Матадору. – Сегодня у нас аншлаг… – Ясно. – Куртку-то он с Лекса снял, но пристроить её на вешалку – дело уже не царское, это Лекс делает сам. – Тогда проходите. – Что, и я тоже? – глупо спрашивает Рустам. Этого он не ожидал. – Само собой, – усмехается Матадор, небрежно скользя ладонью по телу Лекса. Ох мама дорогая. Как у него это красиво получается… – Ты ведь должен проверить, точно ли я тут один, всё ли по правилам… Неужели ты этого не знаешь? Рустам бросает взгляд на Лекса, ища у него поддержки, но тот прикрыл глаза, запрокинул голову на плечо Матадора, только крепче прижимает его руки к своим бёдрам. Всё, Лекс в своей стихии, Лекса понесло. Теперь у каждого свои служебные обязанности. – Знаю, – кивает Рустам, пытаясь войти в роль сутенёра. Младший сутенёр, временно исполняющий обязанности старшего. Звучит-то как. – Но мне сказали, что вам можно доверять. Ай, как легко стало врать… – В наше время нельзя доверять никому… – Матадор касается губами волос Лекса – тот подчёркнуто беззащитно наклоняет голову, подставив ему шею. – …даже себе. Лекс шумно втягивает в себя воздух, когда Матадор целует его шею, легко прикусывает чувствительную кожу, – Рустам видит чёткий правильный след его зубов на шее Лекса. – Мне – можно, – всё-таки заканчивает цитату Матадор. Его ладонь уже сползла ниже пояса Лекса, ниже красивой вычурной пряжки ремня. Лекс, вздрогнув, снова накрывает его руку своей. – Но во всём должен быть порядок, так что идём. Ох. Ну что поделать, придётся. Тогда они тоже заходили в квартиру, пусть и по другому поводу. Может быть, так и в самом деле положено, а Игорь просто забыл предупредить? Матадор пропускает Рустама вперёд, легко коснувшись его плеча – кажется, Рустам вздрогнул всем телом. У него такие огромные руки, что даже страшно, когда они к тебе прикасаются, как бы не сломали нафиг. Холёные, сильные, тёплые руки… Так, Рустам, о чём ты вообще думаешь? В гостиной Лекс усаживается на диван перед телевизором – так уютно, привычно, будто живёт тут; Матадор, как в памятный день рожденья, идёт к бару. – Тебе как обычно? – подмигивает он Лексу. – Да, конечно, – улыбается Лекс, поигрывая своим любимым медальоном. Может, это подарок Матадора? Рустам никогда ещё не чувствовал себя таким идиотом. И что ему делать теперь, в шкафы и под диваны заглядывать? – Рустам, выпьешь с нами? – предлагает Матадор. – Я за рулём, – отказывается Рустам. Но пить чертовски хочется. Губы пересохли. Почему в голове опять пусто и нет ни одной внятной мысли? Рустам чувствует, как подступает паника, как колотится сердце, как тяжело дышать. И он совершенно не представляет, что делать дальше. Лекс даже и не думает ему помогать или подсказывать, сидит себе на диване и наблюдает, как Матадор готовит ему коктейль. У них уже определённо есть неплохой контакт. Они переглядываются, перемигиваются о чём-то своём… – Как работа? – спрашивает Лекс, облокотившись на спинку дивана и подперев подбородок кулаком. – Жизнь, так сказать, прекрасна и охренительна, – усмехается Матадор. – Движуха какая-то намечается. Начальство уже забегало, будут реформы… – Надеюсь, выгодные тебе? – Само собой. Их взаимоотношения совершенно не похожи на общение Матадора с Аликом и Виком. Впрочем, если Лекс рассказал правду о своём первом выезде к Матадору, то ничего удивительного, у них с самого начала всё по-другому. Тонкий стакан с коктейлем переходит в руки Лекса, и Лекс, зазывно глядя снизу вверх на Матадора, эротично обхватывает губами трубочку. – Можно мне просто воды? – севшим голосом просит Рустам. Лекс тихо смеётся, а Матадор, едва улыбнувшись уголком губ, отвечает: – Конечно. Пойдём. Не скучай тут. – Он проводит пальцами по щеке Лекса. – А вы там побыстрее, чтобы я не заскучал, – ухмыляется Лекс, поцеловав его руку. – Долго ли умеючи. Мама. Только не грохнуться в обморок и сильно не покраснеть! Рустам теперь понимает, что точно такая жажда мучила его в том самом эротическом кошмаре с внезапным перевоплощением Вика в Матадора. – Спальня, – уведомляет Матадор, открыв одну из дверей. Хорошая спальня. Полупустая. С роскошной кроватью. Это на троих, что ли? «Ленин с нами»? – Да верю я, что тут никого нет, – пытаясь дышать ровнее, говорит Рустам. – И правильно делаешь, но случаи бывают разные, – Матадор ведёт его дальше, в кухню. – Это что, твой первый сольный выезд? – Ага, – признаёт Рустам, глядя в его мощную спину. – Так и думал. Давно ты у Сирина работаешь? – С января. – То-то я не видел тебя раньше, он всегда один приезжал. А теперь ты приехал без него… Карьера пошла в гору? – Может быть, – не отрицает Рустам. Вот и та самая кухня, на которую в далёкие времена Лекс был сослан готовить ужин. Небольшая, да, но светлая и чистая. Настолько чистая, что кажется необитаемой. Только пачка «Парламента» да пепельница на столе. Видимо, эту квартиру Матадор и в самом деле арендует только для неблагопристойных целей, а живёт в другом месте. – Присаживайся, – говорит Матадор, кивнув на стул. – Да я спешу, – отнекивается Рустам. – Работать ещё. Ни хрена он не спешит, времени ещё полно, но в машине ждёт Вик, неудобно как-то перед ним. И вообще, Рустам даже куртку не снял, жарко уже в ней…. – Ничего, скажешь, что затор в районе Белорусского вокзала, не обманешь. Кстати, угощайся. – Это касательно «Парламента». Куда деваться, Рустам садится за стол и вытаскивает сигарету из пачки. Вот дела. Нет, может, это очередной кошмарный сон? Трудно понять. Всё прояснится, только если Матадор прямо сейчас сделает что-нибудь такое, что не оставит сомнений… Но пока всё мирно. Матадор наливает ему воды из графина, добавляет лёд из морозильника, ставит перед Рустамом стакан и сам садится напротив. Какая-то странная улыбка на его губах и в его глазах. – Что? – изумляясь своему непонятному нахальству, спрашивает Рустам. – Так, вспомнилось, – усмехается Матадор, вынимая из кармана рубашки ещё одну пачку сигарет. – И как тебе работается в борделе? Кто ты там вообще, помощник Сирина? – Вроде того, – пожимает плечами Рустам. – По хозяйству я. И шофёром… Тяжело, блин, и крыша едет. Во-первых, от одного осознания того, что Рустам сидит у Матадора на кухне и с ним разговаривает. Во-вторых – оттого, что от Матадора исходят мощные волны сексуального возбуждения, потому что с Лексом он уже основательно пообжимался, и у него скоро будет отличный секс. В-третьих – потому что Рустам не может отвлечься от мыслей о своём сне, а Матадор и в самом деле мужчина очень интересный и привлекательный. – А лет-то тебе сколько, в таком заведении работать? – Матадор вытаскивает из своей пачки сигарет какой-то прозрачный пакетик с белым порошком, аккуратно открывает его. – Восемнадцать, – чуть обиженно отвечает Рустам, следя за его руками. Ох, какие же руки… – Ну ладно, тогда уже можно. Хочешь? Ой. Бля. Начинается. А. Это он про содержимое пакетика. Уф. – А это что, кокаин? – опасливо интересуется Рустам. – Нет, но близко. Это амфетамин и спиды. Отличный микс, ускорит на всю ночь. Ого. С одной стороны, а почему бы и нет. С другой – это же потом ещё до утра места себе не находить, мучиться, как Вик тогда, от бессонницы, а достойного занятия на эту ночь может и не подвернуться, Мишель точно будет усталый после рабочего вечера. Но с третьей – это же раз в жизни такое бывает, чтобы сам Матадор тебе на халяву наркотики предлагал! – Незачем ускоряться, – грустно говорит Рустам, пока Матадор наполняет фильтр сигареты этим волшебным порошком. – Ну как же. – Матадор втягивает в себя наркотик прямо из фильтра – ага, вот ведь как оно делается! – Сейчас поработаешь, потом домой, потом ещё с Игорем будешь зажигать до рассвета… – Так забавно он нос почесал, что Рустам улыбнулся бы, если бы не смысл его слов. – Что, хочешь сказать, ты с ним не спишь? – С ним – не сплю, – честно, хоть и с сожалением, отвечает Рустам. Раньше такой разговор Рустама очень смутил бы, но две недели с Мишелем, столько секса и разговоров о сексе всё-таки сделали своё дело – скромность Рустама весьма поубавилась. И если он сейчас отчего-то и покраснел, то только оттого, что очень жарко, что он говорит с Матадором и что из головы не идёт этот безумный сон! Блин, а жажда и в самом деле не прошла… – И у тебя с ним вообще ничего не было? Не верю. – Было, но прошло, – вздыхает Рустам. – Можно я себе ещё воды налью? Матадор смеётся, лукаво щурится, глядя на Рустама. Не вечер, а сплошная провокация! Ещё и непонятные намёки Игоря на ужин в кафе… что за дикий день такой. – Можно. А лучше – колу из холодильника достань. В голове продолжают сиять неоном предупреждения Игоря, но они что-то меркнут. Уж очень убедителен Матадор в своей кажущейся простоте и доступности. Конечно, если бы не было того бредового сна, Рустаму в голову такие мысли и не полезли бы, но тут ему и без всяких наркотиков захорошело от самой ситуации. Холодное стекло бутылки с колой приятно обожгло ладонь, но быстро перекочевало в руки Матадора. – Сними куртку, – предлагает Матадор. – Тебе ведь жарко. – Лекс уже заждался, наверно, – невпопад отвечает Рустам. – Да ладно, – смеётся Матадор. – Оплаченные два часа ещё не начались… Лекс! – громко зовёт он. – Да, радость моя! – отзывается Лекс из гостиной. – Рустам уже… напился? – Нет, у него очень сильная жажда. – Ещё и издевается! – Иди в спальню, я сейчас. – Давайте там быстрее, я уже завёлся весь, – капризно тянет Лекс. Вот именно! Его там самый шикарный парень Москвы ждёт, а он тут над Рустамом измывается. Правильно Игорь говорил, для него это эксперименты, а все окружающие – подопытные экземпляры. Блин, Лекс, может, ты всё-таки захочешь проверить, что творится на кухне? – А что ты собираешься делать дальше? – спрашивает Матадор, открывая бутылку. – Когда – дальше? – уточняет Рустам. Тихо закрылась за Лексом дверь спальни. Он сюда не придёт. Он не вмешается. Они вдвоём. – Вообще – дальше. Ты же не будешь до самой смерти заниматься хозяйственными делами в борделе. Ты станешь сутенёром? Или проституткой? Рустам никогда не задумывался о том, что будет дальше. Как-то не до этого было… И в самом деле, а какие у него перспективы? Продолжать выполнять все распоряжения Игоря и терпеливо ждать, чтобы рано или поздно, когда Игорь допустит промах, выслужиться перед крышей и сместить его? Блин. Жестоко. Впрочем, а чего ещё ждать в мире криминала? – Не знаю, – говорит Рустам. – Не думал… – А ты подумай, подумай. – Матадор протягивает бутылку ему. Пить прямо из бутылки ледяную колу под его тяжёлым взглядом совершенно невозможно. Так и подавиться недолго. – Надо объективно определить твой потенциал в обеих сферах… – Его взгляд ощущаешь почти так же, как прикосновения его рук. Сильный, уверенный, волевой. Скользит вниз по плечу, груди, талии, бёдрам… – …и понять, к чему у тебя больше способностей. Чего? Рустаму приходится потратить пару секунд на обдумывание этой фразы и осознание, что значить она может только одно. – Какие сложные слова для такого простого дела, – без выражения говорит Рустам. Это сон, Рустам всё сильнее убеждается в этом. Просто очередной абсурдный сон. Наяву такого не бывает. Матадор мягко забирает из его ослабевших пальцев холодную стеклянную бутылку – Рустаму уже всё равно. Сопротивляться он не намерен. Это же не на самом деле, а во сне можно всё… Ладонь Матадора ложится на его плечо и тянет вниз. – Вы будете один? – спрашивает официантка. – А хрен его знает, – нервно кусая губы, отвечает Рустам. – Может, приятель подойдёт. – Тогда пойдёмте, вон там, у окна, есть столик на двоих. В ресторанчике полумрак, но Рустаму кажется, что свет режет глаза совершенно нестерпимо. Машинально щёлкая пальцами, Рустам бредёт за официанткой в угол зала. Да, милое местечко, даже странно, как Игорь его нашёл тут, в центре, среди пафосных ресторанов. Что, и он приходил тут в себя после общения с Матадором? Как он там говорил, «Против его обаяния ещё никто не устоял, особенно после первой встречи»… Может, и сам Игорь грешен? В это с трудом верится. Нет, теперь уже во всё можно поверить, во всё без исключения. Сунув руку в карман куртки, Рустам вдруг находит там аж две пачки сигарет. Свой «Честер» и матадорский «Парламент». Да блин… Неужели прикарманил случайно? Сигарет там штук семь, но в пачку вложено несколько крупных купюр. – Сукин ты сын… – изумлённо шепчет Рустам, пересчитывая деньги. – То есть ты со мной ещё и расплатился… Рекомендательное письмо никуда не всунул? – Да, – закурив, говорит Матадор, – проститутка из тебя выйдет хорошая. Только опыта надо поднабраться. А вот о карьере сутенёра даже и не мечтай. Надо объяснять, почему? – Не надо, – хмуро отвечает Рустам, глядя в сторону. – Я знаю. – Славно. Сообразительный, значит… Перед лицом сидящего на полу Рустама появляется бутылка с остатками колы. Это типа запить? Очень мило… Выложив на стол сотовый, который Игорь дал на всякий случай, Рустам ждёт. Может быть, Игорь хотя бы позвонит… Да чего тут уже звонить? Пусть хоть звонит, хоть приезжает. Толку-то. Всё пропало. С почином, Рустам. Такому первому клиенту любая шлюха позавидует. Теперь понять бы ещё, зачем Матадор это сделал, если его ждал в спальне опытный и умелый Лекс. Наверно, просто от скуки, разнообразить ощущения – или так, очередной эксперимент, раз уж подвернулась такая возможность. А в чём была суть этого эксперимента – это уже не для мозгов Рустама. Насколько стойким окажется мальчишка? Позволит ли сделать с собой всё, вообще всё, или растеряется, смутится, убежит? Дрожащие пальцы сами отдирают бумажку с акцизом с пачки «Парламента». Не выдержал этого искушения, ага. Почему всё позволил? Потому что захотел этого. Если бы не захотел, ничего бы и не произошло, но повёлся, подпал под обаяние Матадора, такой шанс бывает раз в жизни, да и то не у каждого. Матадор его развёл, как лоха последнего. Уже потом, пока ехали к следующему клиенту, Рустам спросил Вика, проверяет ли Игорь квартиру каждого клиента. Вик понимающе усмехнулся и ответил: «Только если сочтёт что-то подозрительным. Это вовсе не обязательно». То есть всем, кроме Рустама, с самого начала было понятно, чем всё кончится. И ведь Лекс не предупредил. Даже не подмигнул. Вот сволочь. Рустам нервно теребит нос, вертит в руках зажигалку. Достаёт из пачки сигарету, мнёт её в пальцах. Жесть. Что теперь делать-то, куда девать всю эту энергию? Хочется говорить. Хочется что-то делать. Хочется двигаться. Уже привыкнув к его запаху, к мягкой ткани его брюк, о которую приятно тереться губами, забыв о том, что Матадор почему-то убрал руку с его затылка, Рустам тянется к застёжке – пора бы приступать к делу, но Матадор неожиданно отстраняет его. Рустам смотрит на него снизу вверх, поглаживая его бедро – что не так? – Так. – Матадор подносит к его лицу сигарету, держит её вертикально – вот, значит, в чём дело. – Расслабься, вреда от этого не будет. – А зачем это? – с искренним любопытством спрашивает Рустам. – Затем, что я так хочу. Раз он хочет, почему бы и нет. Зажав одну его ноздрю, Матадор подносит к другой сигарету с полным порошка фильтром, и Рустам послушно делает резкий вдох. Ох, как оно нехило продирает. Лекарственный привкус, правда, слабый – значит, вещество относительно чистое… – Это для разгона. – Теперь Матадор подсовывает ему колу. Хлебать колу из бутылки, стоя на коленях между его бёдер, – это, на взгляд Рустама, ещё непристойнее того, чем они собираются заняться, но и это желание Матадора он выполняет беспрекословно. Хорошо пошла, блин. По телу сразу же пробегает нервная дрожь, Рустам переводит дух – Матадор, довольно улыбнувшись, ставит бутылку обратно на стол. Приподнявшись, он расстёгивает брюки, Рустам стягивает их с его бёдер. Так холодно от этой колы, но Матадор излучает манящее, мягкое, обманчиво нежное тепло… Дал путёвку в жизнь, сукин сын. Помог самоопределиться, дорогу выбрать, так сказать. Объяснил, что ничего, кроме шлюхи, из Рустама не получится… И Лекс теперь тоже в курсе, и Вик – Рустам ему, конечно, ничего не рассказывал, но Вик далеко не глупый парень, догадался обо всём. Теперь все они имеют полное право хорошо поржать над идиотом Рустамом, которого легче лёгкого развести, но зато рот у него очень даже ничего. Хоть чем-то можно гордиться. Официантка приносит зелёный чай, заказанный Рустамом, пытается впарить ему десерт – да иди ты, дура, какой уж тут десерт. Рустам еле сдерживается, чтобы вслух не послать её куда подальше. Чёртова наркота, совсем крышу сносит. Как теперь успокоиться? Сотовый молчит и годится только для того, чтобы каждую минуту смотреть время на дисплее. Игоря по-прежнему нет. Скорее всего, он и не приедет, небось, забыл вообще про Рустама. Вот и нафига тогда, спрашивается, Рустам сюда нёсся со всех ног? Лучше бы завершил начатое и провёл вечер с пользой. Ему ведь предлагали… – Оставайся, – предлагает Матадор уже у двери. – Тебе ведь не хочется уезжать. – У меня ещё работа, – стараясь не смотреть ему в глаза, отвечает Рустам. – Ты можешь вернуться, когда отвезёшь Вика. – Он облокотился на стену, смотрит на Рустама так насмешливо, так лукаво, и это заводит. – Лекс не будет возражать, а тебе полезно кое-чему научиться. И ведь действительно, мог бы вернуться, отвезя Вика к клиенту, но нет, но как же, ведь обещал Игорю, а тот, видимо, просто забыл. Или забил. И чего теперь? Рустам сидит тут, рвёт на части бумажные салфетки, возбуждение зашкаливает, воображение рисует на редкость соблазнительные картины того, как Лекс там сейчас отдаётся Матадору, Игоря не видать даже на горизонте – короче, все условия для того, чтобы почувствовать себя полным неудачником. Кретин ты, Рустам. Даже упасть до самого дна не можешь. Мог бы сейчас быть в постели с двумя обалденными мужчинами, а вместо этого ждёшь тут одного-единственного, которого ты любишь, которому сегодня нехило так изменил и который, кстати, тебя неслабо подставил, отправив к Матадору в одиночку… Идиот. Дебил. Неудачник. Так и хочется хоть чайник об пол грохнуть со злости. Как теперь Игорю в глаза смотреть? Так и так, дорогой, ты знаешь, я тут отсосал тому, кого ты ненавидишь? Впрочем, какая разница, если на Рустамовой путёвке в жизнь уже поставили штамп «шлюха». Ещё немного – и придётся уходить. Сидеть и смотреть в окно на проезжающие машины и проходящих мимо людей всё труднее. Рустаму кажется, что он видит ауру и эмоции каждого из тех, кто проходит мимо окна кафе, и все, все они счастливее его. Только убиться с горя осталось… И тут начинает вибрировать телефон, про который Рустам уже почти забыл. – Да, – неестественно громко отвечает Рустам. – Рустам, я скоро буду, – перекрикивая шум шоссе, сообщает Игорь. Наверно, он в машине. Наверно, он курит, и у него открыто окно, поэтому такой шум. – Я очень спешу, закажи мне бифштекс … да, и кофе ещё. Чёрный. Покрепче. Ладно? – Да, хорошо, сделаю. – Спасибо! Жди, сейчас приеду… Да куда прёшь, олень? – орёт Игорь в сторону какому-то нерадивому водителю, и связь обрывается. Он тоже взвинчен. Прелестный романтический ужин получится. Просто очаровательный. Подозвав официантку, Рустам делает заказ для Игоря. Ну пусть приезжает. У Рустама есть, что ему сказать. Очень спешит он, ха. Рустаму спешить уже некуда. Игорь и в самом деле появляется очень скоро – взъерошенный, нервный, на ходу снимает куртку. Рустам наблюдает за ним, давя окурок в пепельнице. К хорошему привыкать, конечно, нельзя, но почему бы и не покурить матадорский «Парламент»? – Совсем замотался, – говорит Игорь, садясь напротив. – Извини, что так долго… Ты тут давно? – Прилично, – сухо отвечает Рустам. – Я заказал, что ты просил. – Отлично. Сам-то поел уже? – Я не голоден, – хмыкнув, говорит Рустам. Все силы уходят на то, чтобы сохранять хотя бы внешнее спокойствие, пальцы трясутся… Надо ещё покурить. – Ишь ты, «Парламент»… – удивляется Игорь, заметив пачку. – Угостили, – чуть ли не по слогам выговаривает Рустам. Вот тут Игорь уже замечает, что с ним что-то не так, наклоняется к нему через стол, пристально смотрит ему в глаза. Рустам криво усмехается. – Что с тобой? – тихо спрашивает Игорь. – Что-то случилось? – Какого хрена ты меня одного погнал к Матадору? – еле сдерживаясь, шипит Рустам. – Я же тебя предупреждал… – Игорь нехорошо щурится. – Тебе не десять лет. Ты мужчина. Ты должен уметь за себя постоять и не дать себя в обиду. – Да блин, какое тут, на хрен, за себя постоять? Ему под сорок, он умный, опытный, он меня насквозь видит! Меня никогда в жизни так не унижали! Какого ты меня к нему отправил? Я всё понимаю, он увёл у тебя Вадима, ты не хочешь его видеть, но почему я должен мучиться из-за этого? Ага, попал по больному. Даже в полумраке видно, как изменился взгляд Игоря. Рустам ощущает его чувства, и вспышка его гнева – как синее пламя. – Ты что… Ты вообще соображаешь, что несёшь? – А что, разве это не так? – Не ожидал Игорь, не ожидал, что смиренный Рустам на такое способен. – Какого ты лезешь в мою личную жизнь? Кто тебе дал такое право? – Ты дал! Раз ты мной распоряжаешься как хочешь, почему я не имею права хоть что-то о тебе знать? Игорь отворачивается, пару секунд смотрит в окно, невнятно бормоча что-то вроде «Да что ж вы все сегодня как с цепи сорвались…» Ясно всё, он опоздал, потому что виделся с Вадимом. И там встреча тоже прошла в недружественной обстановке. Рустаму очень хочется добавить: «Понятно, почему Вадим от тебя к нему ушёл», но это будет уже слишком. И так трудно сомневаться, что Рустам до сих пор не получил по шее только из-за ширины стола и внушительного расстояния между ним и Игорем. – Ты это на кухне услышал? – после паузы спрашивает Игорь. – Нет, это только я знаю. – И молчи об этом. Ты ни черта не понимаешь. Не пытайся лезть в наши отношения. – Ладно, как скажешь. Но нахрена было меня к Матадору отправлять? Ты же сам прекрасно знаешь, кто он такой и на что способен! Клиент Вика – нормальный, там всё отлично прошло… – А что такого страшного с тобой сделал Матадор? – резонно спрашивает Игорь. – С тобой же был Лекс. Вряд ли он за тебя не заступился, вы же с ним типа как друзья. – Он за меня не заступился, – мрачно отвечает Рустам. – Матадор затащил меня в кухню, там мы были одни. Официантка ставит на стол еду Игоря, но тот даже не посмотрел на тарелку. – Так… – Игорь достаёт свои сигареты. – И что было в кухне? – Да мы там о разном говорили. Он спрашивал меня о моих планах на будущее, – нервно посмеиваясь, отвечает Рустам. – Кем я хочу быть, сутенёром или шлюхой. И сказал, что сутенёр из меня никудышный, да, а вот проституткой я вполне даже могу быть, если опыта наберусь. – Он человек деловой, – закурив, говорит Игорь. – И голословных выводов не стал бы делать. Так что давай уж, рассказывай до конца, что между вами было. Рустам достаёт из пачки «Парламента» деньги и швыряет на стол. – Забери отсюда свой процент, – вертя в пальцах сигарету, говорит он. – Я не знаю, сколько я тебе должен как сутенёру. К удивлению Рустама, Игорь этот удар перенёс стойко. Отложил сигарету в пепельницу, спокойно взял деньги, пересчитал их. – Что-то тут маловато, – говорит он. – Это за минет, – постукивая сигаретой по столу, отвечает Рустам. – А за минет многовато. Похоже, ты ему понравился, – Игорь кидает деньги обратно. – Ничего ты мне не должен. Я для тебя не сутенёр, я тебя не продавал. Можешь считать, что неплохо подработал. Рустам забирает деньги, прячет их во внутренний карман куртки. – И прекрати гнать на меня и на него, – добавляет Игорь. – Он с тобой ничего не сделал бы, если бы ты сам этого не захотел. Ты ведь его хотел? – Хотел, – подтверждает Рустам. – Ты же сам говорил, против его обаяния трудно устоять. Но я его просто захотел и сделал то, что он потребовал, не за деньги… а он мне заплатил. – Так радуйся, – равнодушно пожимает плечами Игорь, вытаскивая столовые приборы из салфетки. – И тебе приятно, и ему, да ещё и прибыль. – Но он же со мной как со шлюхой обошёлся. – Значит, для него ты шлюха. Такие вот они, деловые люди… – Игорь кромсает ножом свой бифштекс. – Всё на коммерческой основе. Рустам, ты же сам кузнец своих проблем. Если бы ты спокойно сделал всё то, что от тебя требовалось, и не позволил так с собой обращаться, не было бы и поводов для переживаний. А теперь не обижайся уж, получил то, что заслуживаешь. Нельзя быть слабым, понимаешь? Нельзя. Пауза. Игорь ест, Рустам пьёт свой чай, теребит салфетки, скатерть, сигарету, которую никак не прикурит. – Ты на меня сильно злишься? – наконец спрашивает он, прекрасно понимая, как по-детски звучит его вопрос. – Нет, – отвечает Игорь, потягивая кофе. – Я на тебя вообще не злюсь. Что толку… Видимо, на Рустаме поставлен большой и жирный крест во всех смыслах. – И что вы все в нём находите, – вздыхает Игорь. – Нет, я понимаю, что многие, опускаясь перед ним на колени, уже видят себя на экране или на сцене, но ты-то на что рассчитывал? Думал так его впечатлить, чтобы он тебя замуж позвал? – Ничего я не думал, – говорит Рустам, и это правда. – Я его просто хотел, потому что он умеет нравиться и умеет заставлять хотеть его. Игорь отворачивается и молча смотрит в окно. Рустам следует его примеру. Полный идиотизм получился. Вместо романтического вечера имеем какой-то пиздец. Непонятно зачем закатил Игорю сцену, деньги эти в лицо ему швырнул… а теперь и Игорь потерян. Проклятая наркота, все желания сводит к поиску неприятностей на свою задницу. Игорь теперь на него точно не взглянет. Никогда. Никогда больше. Лекс, сев рядом с Рустамом, захлопнул дверь. Негромко играет спокойная музыка из магнитолы, поскрипывают дворники, сметая со стекла снег – насыпало тут, пока машина во дворе стояла. – Я ничего не скажу Игорю, – помолчав, говорит Лекс. – Ну, про тебя с Матадором. – Мне всё равно, – тихо отвечает Рустам, заводя мотор. – Тебе хоть понравилось? – интересуется Лекс, выбросив в окно какой-то мусор из кармана. – Он мне заплатил. – Значит, и ему понравилось, – зевает Лекс. – Поехали Вика забирать. Поехали – так поехали. Выруливая из двора, Рустам всё-таки не может не посмотреть в последний раз на окна квартиры Матадора. Конечно, он не маячит у окна и не смотрит им вслед. Что за сентиментальная чушь… Интересно, что он сейчас делает? – Лекс, – стараясь говорить спокойнее, начинает Рустам. – Но если он мне заплатил, значит, я… проститутка, что ли? – А что в этом такого? – пожимает плечами Лекс. – Прекрасная профессия, между прочим. И замечательное начало карьеры. Пока будем ехать, расскажи-ка мне толком всё, что там было на кухне. О чём вы говорили, как занимались сексом. – Зачем? – искренне удивляется Рустам. – Потом объясню. – Лекс смотрит вперёд, на залитое огнями бесконечное шоссе. – Так надо, правда. Блин, а Рустам хотел на него обидеться или тоже сцену закатить, но Лекс, как обычно, такой возможности не предоставляет. Да и как на него злиться, когда он такой усталый, такой спокойный, такой удовлетворённый? Любые попытки высказать ему претензии сразу разобьются о стену его безмятежного покоя, а вот поговорить Рустаму ещё как хочется, и, если Лекс настроен его послушать, этим надо пользоваться. Под действием наркотика Рустам вдруг начинает говорить очень ясно и складно, подробно излагая всё то, что произошло на квартире Матадора. Лекс не перебивает, только кивает иногда и смотрит вперёд, постукивая пальцами по крышке бардачка. Но он слушает, очень внимательно слушает, не упуская ни одного слова. – Какой же он всё-таки молодец, – говорит Лекс, когда Рустам наконец умолк. – С чего бы он молодец? – возмущается Рустам, пытаясь вспомнить, где тут нужный поворот. – Велика ли заслуга – такого лоха, как я, на секс развести? – Я не об этом, совсем не об этом… – отмахивается Лекс. – Нет, Рустам, ты на него не обижайся. Получить от него деньги и рекомендацию – это не только не оскорбление, но и большая честь. Слушай, а он у тебя, значит, третий по счёту партнёр? – Ну да, – вздыхает Рустам. Что ж за честь такая, если тебя называют молодой, зелёной, но подающей надежды шлюхой? – Обалдеть. И с таким, с позволения сказать, опытом ты уже смог удовлетворить такого взыскательного клиента? Он же кончил с тобой? – Да, кончил. Лекс уважительно качает головой. Сейчас, в полумраке салона машины, когда его глаза становятся совсем чёрными, Лекс кажется ещё старше, мудрее и притягательнее. – Однако же, мой юный друг. Кажется, мне уже пора к тебе на мастер-класс записываться… Тебе ведь никто не рассказывал, как с ним надо и что ему нравится? – Нет, никто. – Тогда я тебе советую хорошенько обдумать то, что было сегодня, и поразмыслить, так ли ужасна жизнь проститутки. Потенциал у тебя, видимо, и в самом деле имеется. Будем откровенны друг с другом, внешностью ты не можешь сразить наповал, но чувственность, чуткость, умение угадывать желания клиента – это ценится ничуть не меньше, а даже больше, если ты нужен не для эскорт-услуг, а для хорошего отдыха. Так что думай, Рустам, думай… Элитные проститутки с постоянными клиентами зарабатывают очень даже неплохо, и ты можешь сколотить себе первичный капитал. А там уж займёшься, чем душе угодно… – Лекс напряжено вглядывается в пейзаж за окном. – О, тормозни у ларька. Пить хочешь? – Да! – Адский сушняк до сих пор мучает. – Тогда я сейчас нам газировки куплю. – Лекс уже открывает дверцу машины. – Хороший порошочек, отлично ускоряет, но эта хренова жажда… – Только не колу! – кричит ему вслед Рустам. Может быть, Лекс и прав. Лексу виднее, он старше, умнее, опытнее и циничнее. Но за всё то время, что Рустам провёл в борделе, он ни разу не пытался представить себя проституткой, наоборот, всячески отделял себя от них и жутко бесился, когда клиенты пытались к нему подкатить. До сегодняшнего дня, конечно, но ведь этот день – исключение из всех правил. Матадор и в самом деле умеет удивлять. И Рустам даже не пытался рассмотреть произошедшее с той точки зрения, с какой этот случай оценил Лекс. Опыта у Рустама мало. Партнёров у него было всего двое. Мишель, конечно, подошёл к его сексуальному образованию серьёзно, и за эти две недели они успели очень многое во всех возможных вариантах. Но, чёрт побери, Матадор оценил его способности весьма и весьма высоко. «Но я же хотел не такой жизни, – с ужасом думает Рустам. – Я ведь хотел совсем другого. Я люблю Игоря… и сегодня сделал всё, чтобы потерять его навсегда, кстати. У меня же есть невеста… я в институт поступать хотел, химию изучать… Да и что за бред, какая из меня проститутка? Лекс прав, я рожей не вышел для такой профессии, они-то у нас все красавчики, каких поискать. Хотя… клиенты ведь интересовались мной. Витольдыч тот же в углу зажимал, да и ещё некоторые… Не, ерунда это всё, чушь собачья». Уже когда они подъезжают к дому клиента, арендовавшего Вика, Рустам вспоминает, что хотел задать Лексу ещё один вопрос. – Слушай, а почему Матадор, когда я уже за тобой приехал, сказал, что мы, скорее всего, больше не увидимся? – Хм… Думает, наверно, что ты его теперь будешь бояться, – ухмыляется Лекс, – и больше не рискнёшь к нему приблизиться. Что-то в его привычной ухмылке насторожило Рустама, но нет времени думать об этом – надо парковаться у обочины и спешить забирать Вика. Дом с дороги кажется тихим и пустым. Только когда они уже въезжают во двор, Рустам видит, что в паре окон первого этажа горит свет – значит, Игорь и его подопечные всё-таки вернулись первыми. – Дом, милый дом, – вздыхает Лекс на заднем сидении, поглаживая Вика по волосам. – Чаю бы сейчас… Будешь чай? – спрашивает он Вика. – Буду, – улыбается Вик, крепче обнимая его. – Я принесу тебе наверх. А сейчас пойдёшь отдыхать, понял? – Как прикажешь. – В глазах Вика уже загорелись шальные огоньки. – Ты помнишь, что обещал мне всё рассказать? – Конечно. И я тебе обязательно всё расскажу. И покажу… Рустам уже остановил машину возле крыльца, чтобы высадить их, а они всё целуются. Лекс сегодня вечером особенно нежен с Виком, и это совсем нелогично, потому что его взгляд, который Рустам пару раз ловил в зеркале заднего вида, совершенно отстранённый. С Лексом что-то не так, но при Вике Рустам не решился спрашивать. Вик слишком счастлив сейчас, рядом со своим Хозяином, не хочется его беспокоить. Лекс вылезает из машины первым, галантно подаёт руку Вику и тут же снова закручивает его в свои объятия. – Я тебе тоже чаю заварю, – открыв переднюю дверь, говорит Лекс Рустаму. – Можешь таблетку снотворного накатить, тогда, если повезёт, получится уснуть. Или у тебя другие планы? – И подмигивает, похабник. – Да ну тебя… – Ладно, тогда таблетка будет на столе. Спокойной ночи, Рустам, спасибо, что позаботился о нас сегодня. Вик кивком присоединяется к благодарности. – Служба такая, – усмехается Рустам. – Спокойной ночи, ребята. Лекс сегодня определённо какой-то слишком заботливый и предупредительный. Рустаму тревожно от этого. Уж слишком силён контраст между тем Лексом, который сегодня сладострастно потягивал коктейль на диване и даже не думал предупредить Рустама о планах на него, и этим – спокойным, вежливым, стремящимся помочь… Надо поговорить с ним. Но это будет уже завтра, а пока надо поставить машину в гараж, выпить чаю со снотворным и попытаться завалиться спать.