Город эфирных тюремщиков

      Сцена 16. Беспроигрышное казино. Часть 2       Лиза, крепко затягиваясь сигаретой, сидела у подножья разломанного игрового автомата. Хотя тут больше подошло бы слово «уничтоженного», ведь то, чем эта груда металлолома была изначально, можно было понять лишь по ее местоположению. Джаз подошел, поднял один из красных кусков железа. Джаз: Мне кажется, или тут и вправду следы зубов?       Девушка, придя в себя, встала на ноги и уверенно направилась куда-то в даль. Джаз: Ты куда? Лиза: Отправляюсь делать что угодно, кроме сидения на месте.       Она подошла к другому игральному автомату и решила бросить туда фишку номиналом в 100 киле. Этим автоматом был Патчинко. Куча шариков посыпались сверху и покатились по маленькой, но крайне сложной полосе препятствий. Хель: Чего ты пытаешься добиться? Загнать себя в ещё большие неприятности? Лиза: Смотри внимательно. – Заткнула Хеля Лиза.       Он внимательно наблюдал за шариками, что катились сквозь святящиеся препятствия. Сама полоса препятствий, через которую проходили маленькие металлические шарики, чем-то напоминала пинбол, но шарики запускаешь не ты сам, а машина. Лиза: Давай! Играй честно, механическая хуесосина! – кричала, ругалась на игровой автомат Лиза, избивая его ногами. Хель: Джаз. Держи её подальше от своих игровых приставок. Джаз: Как существо с большим опытом в видеоиграх, я могу заверить, что ругательства не очень сильно способствуют победе.       Шарики закончились, и её выигрыш за 100-килейную фишку составил всего 9600 киле. На тот момент у неё на счету было 171 600. Без промедлений в ход пошла ещё одна фишка, и шарики посыпались, словно река стремится к водопаду, огибая камни. Как только шарики закончились, в ход пошла следующая фишка. Исход был всё тем же, победа, а сумма выигрыша за следующие 2 броска была 19000 киле, при том, что каждый бросок принес ей ровно по 9500 киле. Хель: Тебе не проиграть. Мы найдем другой способ вытащить тебя отсюда. Джаз: А если не найдем? – Переживая, поинтересовался Джаз. Хель: Ну тогда бросим ее тут. – Неумело пошутил Хель. Вообще, по тому, как он это сказал, было сложно понять, шутка это или серьезное заявление. Лиза: Эй! Ты! Костюмированный придурок! Выходи сразиться со мной честно, а не с помощью своих подкрученных железяк! – Кричала Лиза что было мочи. И из ниоткуда появился крупье. Крупье: Проанализировав вашу речь, я пришел к выводу, что вам необходимо моё присутствие. Лиза: Именно это я и сказала. Подготовь стол, настало время взрослых игр. Крупье: Вы должны остыть. Возможно, вам стоит выпить чего-нибудь или послушать расслабляющую музыку. Лиза: Не заговаривай мне зубы. Рано или поздно удача придет, и я потеряю все свои фишки. Крупье: Я не имею права не давать вам играть. Но позвольте узнать, зачем вам стол? Лиза: Задавай меньше вопросов. Крупье: Я лишь хотел подобрать стол, более подходящий под ваши запросы. Но если вы так спешите, предлагаю использовать этот барный круглый столик. Лиза: Сойдет. – Лиза достала из кармана монету. Внешне она была очень старой и потертой. Крупье: Давно я не видел столь старых монет. Настоящий антиквариат. Лиза: Храню их как воспоминание о прошлом. Крупье: И всё же, вы так и не ответили на мой вопрос, зачем вам стол? Лиза: Я хочу предложить игру. Честную, без твоих грязных уловок. Будем играть в подкидывание монеты, а ставки делать на то, какой стороной она упадет. Крупье: Обижаете. Я знаю правила. Единственное, позвольте осмотреть монету. – Он взял из руки Лизы монету и начал её вертеть в руках, разглядывая со всех возможных ракурсов. Хель, стоя рядом, неодобрительно промычал. Хель: Ему ничего не стоит выбросить монету той стороной, которой он захочет. Лиза: Заткнись. Это моя игра.       Крупье подкидывал монетку несколько раз и ловил рукой. Крупье: Всё отлично. Ставки будут 1 к 1. Лиза: Обговорим правила. После того как ты подбросишь монету, она должна приземлиться на стол. Если вдруг она упадет на пол или ты захочешь её поймать руками, это не будет считаться. Крупье: Приемлемо. Но ставки должны быть ограничены, до 50000 киле. Лиза: Не против. 50000 на то что, монета упадет ребром. Крупье: Предсказуемо. – Хмыкнул мужчина. – Так это весь план? Но должен признать, мне безумно нравится твоя находчивость.       Мужчина в костюме подбросил монетку над столом, в полете она крутилась на невероятных скоростях. В глазах людей она больше выглядела как нечто сферическое, что вращается в воздухе. С громким звоном монета ударилась об стол и продолжила так же неистово крутиться. Спустя какое-то время она упала решкой вверх. Крупье: Какая досада, вы потерпели поражение, – саркастично высказался крупье, всем видом показывая, что это именно тот исход, который он предвидел. Лиза: Не нужно мне твоих кривляний. Ставлю снова 50000 на то что монета упадет ребром! Крупье: Как вам будет угодно. – Крупье снова подкинул монету вверх. Звонкий удар об стол и безумные вращения повторились вновь. Скорость вращения, похоже, не падала, да и монету саму начало клонить куда-то в сторону. Она слетела со стола на красный ковер. Крупье: Перебросим. – Сказал мужчина в костюме и снова подбросил монету. Джаз: Мне кажется, Лиза может его обыграть. Хель: Я бы не был так уверен.       Монета после множественных вращений, что проделывала на столе, упала орлом вверх. Лиза: Дальше! 50000 на то что монета упадет ребром! Крупье: Замечательно.       Крупье подкинул монету, она ударилась об стол и начала вращаться. Монета делала обороты вокруг своей оси снова и снова. На этот раз её не клонило ни в одну из сторон. Монета вращалась строго на месте, будто ей так и приказали. Монета замедляла своё вращение, и никто уже не сомневался, что она так и останется стоять на ребре. Так и произошло. Крупье: Поздравляю вас с победой. – Очень довольно, можно сказать, даже ехидно похвалил Лизу крупье. Лиза: Это просто везенье. Ты не сможешь сделать это два раза подряд. Крупье: Моя работа не заключается в том, чтобы кого-то в чем-либо убеждать. Я лишь провожу игры, дабы развлечь посетителей. Мисс, так вы желаете продолжать? Лиза: Ты ещё спрашиваешь. 50000 на то, что монета упадет ребром.       Крупье подбрасывает монету, она ударяется об стол и начинает крутиться на месте. Хель: Идеально выверенный бросок. Видимо, он пытался обучиться, оттого его броски были столь неточные. Возможно, это одна из причин, почему он ограничил ставку до такой цифры. Он был уверен, что за 3 броска научится кидать монету так, как ему нужно. Сейчас на её счету примерно 190000, она очень рано расслабилась.       Монета перестала крутиться и осталась на столе строго ребром. Крупье рассмеялся. Крупье: Вы очень зря думали, что казино можно обмануть. Ведь в этом и смысл, заставить игрока думать, что он может победить. Лиза: Дразнить меня решил?       Лиза схватило со стола монету и начала её вертеть в руке. Крупье: Так нельзя! Верните монету! Вдруг вы с ней что-то сделаете? Лиза: Да у меня даже рукавов нет. Что я могу с ней сделать? – Сказала Лиза и вернула монету на стол.       Крупье взял со стола монету. Лиза: Я делаю став... – Лизу прервал Хель и ударил по столу шестом. Хель: Хватит! Твоё желание застрять в этом богом забытом месте меня поражает. Ты потеряла всякую связь с реальностью, азарт полностью тебя поглотил.       Лиза после этих слов ударила Хеля кулаком со всех сил, что у неё были. Несмотря на то, что под капюшоном не было видно лица, кулак отлично чувствовал попадание в челюсть.       Жнец потирал рукой своё скрытое капюшоном лицо. Хель: Раз ты так к этому относишься, поступай как знаешь. Лиза: 50000 на то что, монета упадет ребром! – Уверенно сказала Лиза. Создавалось впечатление, что в её сердце полыхал какой-то безумный азарт. Крупье: Поразительно видеть в ваших глазах такую уверенность. Это то, что я больше всего люблю в игроках, – это пламя, что вижу в ваших глазах.       Крупье подбросил монетку, она ударилась об стол, подпрыгнула и начала повторять свои безумные вращения. Но что-то пошло не так, её начало странно водить в стороны. Лицо крупье немного исказилось в недоумении. Монета упала плашмя. Лиза: Выкуси, засранец! Крупье: Такое иногда случается. – Крайне неуверенно произнес мужчина. Лиза: Ставлю 50000 на то, что монета упадет ребром! Крупье: Многим не хватает уверенности, вижу, это то, что о вас сказать нельзя. Впечатляет.       Крупье подкинул монетку снова. Она, вращаясь, начала делать необычные, безумные движения по ровной поверхности. По-иному это действо было просто не назвать. Её водило из стороны в сторону, и иногда под действием тяжести она, так сказать, меняла полюса, если, конечно, смотреть на неё с представлением того, что у неё есть верх и низ. Постепенно вращающаяся монета стабилизировалась и начала тянуться к центру стола. В каком-то смысле монета нашла свой идеальный баланс, и казалось, что ничего не могло его нарушить. Но именно что казалось, ведь монета остановилась и упала плашмя. Крупье: Чушь! Это просто невозможно! Я способен выбросить в ста случаях из ста монету той стороной какой захочу! Ты жульничаешь! Ты что-то сделала! Лиза: Эй! Прежде чем делать такие заявления, докажи!       Крупье нервно рассматривал монету и пытался понять, что не так. Крупье: Она стала меньше! Или нет. Тоньше? Лиза: Я что, на сеансе у экстрасенса? Игра есть игра, и ты не можешь мне отказать, если я хочу продолжать. Хель: Как сказано в вашей поганой брошюрке: «Если игра была начата, то казино не имеет права отказать в её продолжении». Мы немного торопимся, так что, может, ты пошевелишь конечностями? Крупье: Мы просто заменим монету, на другую, аналогичную. Лиза: Такие монеты большая редкость. Удачи откапать её в своем кармане. Крупье: Не нужно, я просто могу взять её из нашего архива. К этой монете, я не дам тебе прикоснуться и пальцем. – Крупье поднял руку вверх, указал куда-то вверх указательным пальцем, так, будто пытался сделать в пространстве дыру, но у него не получилось. На этот жест подбежал модератор с папкой, на которой было написано «Дело №161E8». Из него он достал монету, что была один в один такой же, как та, что держал в своей руке крупье. Крупье: Вы готовы продолжать? Лиза: Черт меня возьми, да! Делаю ставку на то, что монета упадет ребром! Крупье: Твоя самоуверенность тебя похоронит. Хах, кажется, я начинаю терять образ учтивого человека, но мне как-то уже всё равно.       Ехидно улыбаясь, крупье сделал бросок монеты, и она как в прошлые разы начала вращаться. Монета держала равновесие так, словно творцы физики написали отдельную строчку в законах, исключительно для этого случая. Держалась монета в центре стола по ощущениям целую вечность, или это напряжение в воздухе просто замедляло течение времени в пространстве. Монета замедлялась всё сильнее, пока не стала двигаться настолько медленно, что уже ни у кого не оставалось сомнений, что она останется стоять на ребре. Через мгновение монета упала. Крупье: Нет! Нет! Нет! Нет! Как такое может быть!? Лиза: Почему? Крупье: Я же заменил монету. Ты не могла ничего с ней сделать! Лиза: А я разве что-то с ней делала? Крупье: Может, ты сделала что-то со столом? – Нервно спрашивал крупье, упав на пол и осматривая основание стола. Оно было в абсолютном, полнейшим порядке из возможных.       Крупье мешкал и не мог ничего делать. Он смотрел на эту монету, а по его растерянному лицу бежали капли пота. Крупье: Ты же не могла её как-то изменить. Что не так?! - В его глазах проскользнуло пламя озарения. - Тебе и не нужно было, - произнес он, объясняя сам себе под нос. - ТЫ ЖУЛЬНИЧАЛА! - вырвалось из него. - НЕТ! НЕТ! НЕТ! Я не могу так проиграть! Это нечестно! Это бред! Чушь! Я НЕПОБЕДИМЫЙ ИГРОК!       Озлобленный крупье бил стол кулаками, а по его лицу текли огромные капли пота и капали на стол. - Как я был слеп! Как я купился на такой простой трюк!? - Он начал биться головой об стол, будто бы пытаясь сломать его пополам, и при этом выкрикивал: - ИДИОТ! ИДИОТ! ИДИОООООТ! - В итоге стол треснул и стал непригодным для продолжения игры. Когда крупье поднял голову, его глаза выражали чистейшую ярость, он был не в состоянии играть. - Скажи же мне что-нибудь! Почему ты молчишь!? Лиза: Я... ставлю... 50000... на... то... что... монета... упадет... ребром! – Лиза медленно произносила каждое слово, и каждое словно нож вонзало в крупье. Её слова звучали как приговор. Крупье: Я думал, ты тупая, азартная девка. А ты... а ты... оказалась намного умнее, чем я думал. Твоей целью изначально было не подменить монету, ты добивалась, чтобы это сделал я сам! Когда только мы начали играть, ты дала мне монету, которую я проверил на то, чтобы её можно было выбросить ребром. Когда ты подменила монету, я подумал, что ты отчаялась. Будто бы у тебя закончились все идеи, и ты откуда-то достала погнутый или по-другому модифицированный пенни. Но сейчас, когда я осмотрел оригинальную монету, я вижу, она сбалансирована так, что её невозможно даже поставить на ребро! Модифицированной была та монета, которую ты дала изначально! Ты сделала её края более широкими!       Его слова были верными на все сто процентов. Глаза Лизы так и говорили ему: "Я тебя переиграла, я тебя уничтожила!" Лиза: Прежде чем обвинять в жульничестве, докажи это. Без доказательств на руках ты и дальше можешь пиздаболить. Игра! Я сделала ставку! Крупье: Я не могу.       Откуда-то сверху раздался голос: «Ранее они верно заметили, если игра была начата, то остановить её могут только наши дорогие гости». Лиза подняла глаза вверх и увидела знакомое лицо. Человек сидел под потолком, на одной из балок, и распивал из бокала какой-то прозрачный напиток. Из одежды на нем были только черные кожаные штаны. Рука, держащая бокал, имела длинные птичьи когти, покрашенные черным лаком. Лиза: Я тебя знаю, Карасу, мы с тобой виделись в поезде! – Крикнула она ему.       Он спрыгнул, не пролив из изящного бокала ни единой капли.       Карасу: Мне очень приятно, что меня помнят, – мягким голосом сказал мужчина и очень добро улыбнулся. В его лице было что-то очень детское, даже наивное. Лиза: А откуда такой маникюр? Я его не помню.       Карасу: Ох. Извините, кажется, я совсем себя запустил.       Лиза перевела свой взгляд обратно на крупье. Лиза: Ну, мужик под потолком прав, игра должна продолжаться. Ты там завис? Крупье: Простите. – крупье сделал бросок монеты. Она упала, ударилась об сломанный стол, и подскочила и тут же упала на стол решкой вверх. - Я... я вынужден признать своё поражение. – Сказал крупье трясущимся голосом.       Карасу: Что же, господин Бастиан, – обратился Карасу к крупье, – тебя ждет процедура очищения. Крупье: Отвали! Не нужно мне об этом напоминать! – Крупье направился к барной стойке, где сел за идеально отполированный стол, а затем попросил налить ему какой-то крепкий напиток. Хель: Нам нужно двигаться дальше. Нас, скорее всего, уже ищут. – Лиза надела свою куртку и обувь. Они направились к выходу.       Лиза достала сигарету, зажгла её и сделала глубокий вдох. А затем расслабилась и выдохнула из себя никотиновое облако. Её взгляд искал что-то в клубах дыма. Лиза: Как же мне сейчас хорошо. - Сказала девушка максимально расслабленным голосом. Можно было прямо слышать, как гора свалилась с плеч. Хель тем временем вертел в руке ту самую монету, которой Лиза играла с крупье. Хель: Хм... Ты нагрела монету лазером и сплющила её края. Лиза: Ага. - Равнодушно произнесла она, так, будто ничего и не было. Хель: Я чувствую себя так, словно меня обманули. А то, что это умудрилась сделать ты, вызывает у меня дискомфорт. Словно мою самооценку приговорили к сожжению на костре. Лиза: Такой комплимент греет мне душу.       Хель что-то недовольно промычал, и они продолжили путь дальше.       Сцена 17. Алая свечница Часть 1       Хель, Лиза и Джаз находились в каменном, плохо освещенном коридоре. В точно таком же они были и перед тем, как войти в само казино. На их пути было много развилок, по которым их вели таблички с указаниями. Чем дольше они шли, тем становилось больше света и красного воска, что покрывал вокруг буквально всё. Сквозь щели в потолке воск капал и, попадя на кожу, мог сильно обжечь. На очередном перекрестке они остановились, металлическая табличка была сильно оплавлена, и прочесть её было невозможно.       Хель вглядывался в неё, пытаясь разобрать оплавленные буквы, но это было так же эффективно, как гадать по расплавленному на бутерброде сыру. Хель: И куда нам дальше? Джаз, может, ты что-нибудь придумаешь? Джаз: Нуу, я могу попытаться. – Лис навострил уши и попытался прослушать тоннели. В основном была мертвая, даже пугающая тишина, что нарушалась исключительно треском огня в настенных факелах. Но в остальном, можно было подумать, что людей тут никогда не бывает. Джаз: Простите. Я ничего не нашел. Хель: Тогда пойдем направо, может, на том перекрестке табличка будет целой.       Так они и сделали. Они шли и шли, пока не уперлись в необычный тупик. Это была буквально стена из застывшего красного воска.       Джаз немного дрожал, все его инстинкты подсказывали ему, что их что-то преследовало. ???: Я слушаю вас. – Громко прошептал неизвестный голос. Джаз: Тут кто-то есть? Лиза: Мы тут есть. Джаз: Я что-то слышал. Хель: Если это охрана, то это нехорошо. Лиза: А почему нехорошо? Мы сможем узнать у них дорогу. Хель: Они сообщат, где мы находимся. Лиза: Зачем им сообщать нам о том, где мы находимся? Вот я, например, абсолютно уверена что нахожусь прямо тут. Хель: Да не нам. Лиза: А кому? Тут больше никого нет.       Лиза недоумевающе смотрела на столь же недоумевающего Хеля. Нить их разговора явно зашла в очень глухой тупик. Хель: Ладно. Просто забудь об этом. Джаз: Мне страшно. Давайте уйдем отсюда? Хель: Мой дорогой друг. По-моему, это мы как раз и пытаемся сделать. – Сказал Хель, достал блокнот, в котором он начал что-то писать ручкой, и направился размеренным шагом обратно по тоннелю. Из-под тьмы капюшона слышалось, как он бубнил под нос себе то, что писал. Хель: «Она смотрела ему прямо в глаза. Он был просто плодом её воображения, ночным кошмаром что предстал пред ней. Но в его глазах читалось не желание напугать, а чистая, искренняя любовь. Но судьба велела ему исчезнуть, как только лучи солнца заставят её открыть глаза». Джаз: Очень красиво. – Сделал комплимент Джаз. Хель: Я что, это всё произнес вслух? Джаз: Да? – Неуверенно спросил Джаз. Он не был уверен, а стоило ли это произносить. Хель: Надо бы избавиться от этой дрянной привычки. Я не хочу, чтобы кто-то слышал то, что у меня в голове. Джаз: А я бы был не против. И твои мысли тоже бы стоило показать все. Ну, или по крайней мере твой творческий потенциал. Хель: А зачем? То, что я пишу, точно никто читать не станет. Джаз: Почему ты думаешь, что не станут? То, что я слышал, звучит очень даже хорошо. Хель: В том и проблема. Люди не любят хорошее, им подавай что-то входящее в строгие рамки их ограниченного воображения. Джаз: Не хорошо так говорить. О вкусах всё-таки не спорят. Хель: Ха! О вкусах не спорят? А я вот постоянно вижу, как люди спорят о сортах дерьма. Это любимое занятие у современного общества.       Джаз умолк. Ему было нечего сказать, так как он никогда не задумывался об этом так серьезно. Они направились в противоположную сторону от тупика, и дойдя до перекрестка свернули на единственный оставшийся им путь. Пройдя достаточно далеко, они попали к стоку, по которому тек раскалённый, кипящий воск. Его запросто можно было перешагнуть, ведь ширина его была не больше метра. Тут опять встал выбор, куда же идти. По направлению того, куда течет воск, против его направления или, перешагнув его, пойти прямо по тоннелю. Лиза: И что? Опять будем гадать, куда идти? Может, проголосуем? Хель: Зачем? Мы все не знаем ровным счётом ничего, и единственное, для чего голосование нужно, это разделить ответственность за решение. Замечательная трата времени. Мы пойдем прямо, и если вам так нужно, ответственность за плохое решение я возьму на себя.       Первая перешагнула Лиза, за ней то же самое сделал Хель. Джаз, так как был ниже остальных, приготовился к прыжку. Он посмотрел в бурлящий поток красного, кипящего воска.       Из-под поверхности красного цвета течения всплыло безжизненное тело человека, покрытое синяками и следами от ожогов. Его голова повернулась на бок, и взгляд Джаза невольно пересекся со взглядом покойника. ???: Я тебя вижу. – Очередной раз нашептал Джазу голос.       От страха Лис поскользнулся и повалился вперёд. С головой он окунулся в воск, что поглотил его по шею. Он пытался закричать, но его горло заполнял воск. Его сопротивляющееся тягучей массе тело понесло по течению значительно быстрее, чем двигалось само течение.       Друзья побежали вдоль алого потока. Камни, по которым они бежали, были скользкими и не давали им быстро двигаться. Хель: Моё нутро подсказывает, что в этой алой тягучей жиже что-то есть. Лиза: Что? Почему? Хель: Его тянет по течению быстрее, чем движется само течение.       Они безнадежно отстали, и Джаз скрылся где-то в темноте тоннелей. Хель притормозил и вскинул руку, чтобы остановить Лизу. Во время её попытки остановиться, ей под ботинок попал большой кусок воска, и она упала на каменистый неровный пол. Лиза: Местный данжен мастер может поцеловать меня в задницу! Местная проектировка – полнейшая херня! – Сказала Лиза, лежа спиной на ребристых острых камнях.       Хель смотрел на странного голого мужчину, что имел сильный порез на руке. Из него текла неестественно красная кровь, но самого человека это совершенно не волновало. У него был взгляд человека, который думал, что делал, но даже не имел понятия, где находится. Хель: Странный человек в очень странном месте.       Лиза поднялась и отряхнулась. Лиза: Не вижу ничего странного в голом мужике посреди подземелья, обмазанного воском. – Саркастично сказала Лиза. После всего, что она увидела, ее было уже очень трудно удивить. Хель: Посмотри внимательно, у него отсутствует пуп. Лиза: Пупок? Хель: Да. Почему? Обычно даже у клонов он есть.       Хель подошёл ближе и попытался начать диалог. Хель: Эй! Не подскажешь, куда ведёт эта река.       Мужчина непонимающе посмотрел ему в глаза и ничего не ответил. А затем внезапно закричал и в панике убежал в темноту. Но туда, куда он убежал, следовала дорожка из его чрезвычайно алой крови. Лиза: Псих.       Хель направился дальше по тоннелю, вдоль потока кипящего воска. Хель: Смотри под ноги и не поскользнись.       Место стало напоминать очень старый подземный акведук, стены которого были сделаны из багрового камня. За шиворот Лизе капнула с потолка капля раскалённого воска. Она вскрикнула и хотела выругаться, у нее уже даже вертелось в голове более чем 3 варианта того, куда она бы послать местного ландшафтного дизайнера. Но ее мысли перебил неизвестный ей голос. ???: Я тебя касаюсь.       Эти слова ее немного напугали. Но всего лишь немного, так как для нее подобное уже было не впервой. В шахтах, где она работала, иногда из пород мог выделяться газ, что пагубно влиял на ход мыслей и окружающее восприятие. Такие галлюцинации – это нечто почти обыденное для нее. Хель: С тобой все в порядке? – Обеспокоенно спросил Хель. Лиза: Галлюцинации. Наверное, в воздухе содержится какая-то ядовитая дрянь. Хель: Возможно. Возможно. – Неуверенно несколько раз повторил Хель.       Они шли дальше, прямо по очень длинному тоннелю. Он, скорее всего, был спроектирован так, чтобы люди могли по нему пройти, но не для того, чтобы по нему ходили постоянно.       Наконец друзья вышли из него. Вид пред ними предстал в какой-то степени ошеломляющий.       Помещение было огромной полусферой из всё того же злосчастного багрового камня. Течение, вдоль которого они шли, уходило в огромных размеров водоворот алого воска. Сам водоворот располагался в центре комнаты, и иногда от ударов об стены брызги воска вылетали на омываемые берега из камня. Вокруг водоворота сидели несколько сотен абсолютно голых людей. Кто-то был покрыт синяками, кто-то имел порезы, переломы и другие виды увечий. Многие из них ходили без какой-либо явной цели и с пустым взглядом, а иные проявляли четкие признаки разумности. Среди лиц время от времени встречались абсолютно одинаковые, словно они были близнецами, но, помимо внешней схожести, и повреждения у них были очень схожи. Лиза: Эй. Ты это тоже видишь? Хель: Что? Лиза: Этот нудистский пляж в канализации! Хель: Да. И это не галлюцинация. Лиза: Почему ты так уверен? Хель: Потому что коллективные галлюцинации – это следствие столпотворения легко внушаемых людей, которых какой-то псих заразил своими бредовыми идеями. – Твердо ответил       Хель.       Всё вокруг стало трястись, словно тут началось землетрясение. Помещения были выстроены достаточно хорошо, словно готовые к таким испытаниям. Из водоворота показалась огромная восковая рука. Она двумя пальцами держала Джаза за шкирку, тот был в состоянии между окончательной потерей сознания и тем, чтобы очнуться. Веки его нервно дергались, а изо рта висела застывшая капля воска.       Рука приблизилась к каменному уступу. Два пальца, держащих Джаза, превратились в длинные свисающие рукава, из-под которых появились нормальные руки из плоти и крови. Они держали Джаза. А затем из восковой фигуры вышла странная женщина с широко открытыми глазами, что представляли из себя черные сферы, внутри которых было узкое, как кошачий зрачок, пламя. Всё её тело было покрыто воском, будто это была её длинная рубашка, из-под которой торчали голые ноги. Яркие, светящиеся пламенным цветом волосы падали куда-то наверх, вопреки законам физики, напоминая пламя, состоящее из тонких нитей. Воск капал с неё и появлялся заново. Казалось, что её тело выделяло его вместо пота. Части тела, что были видны из-под «рубашки», были покрыты синяками, ожогами и шрамами, имеющими явно не случайную природу происхождения. Её уста произнесли громким шепотом слова. ???: Очень яркое, очень чистое пламя. – После этих слов она положила Джаза на камни.       Она ходила между голых людей и смотрела им прямо в глаза. Один из таких взглядов зацепил её внимание особо крепко. Девушка подошла к этому человеку и вцепилась руками в его лицо, будто бы пыталась сорвать кожу. У этой личности было сложно определить пол – то ли мужчина, то ли женщина. Половые признаки попросту отсутствовали. ???: Ты, уже готов.       Своими пальцами она пронзила кожу лица человека, будто бы это было теплое масло. Из сделанных отверстий начала сочиться кровь. Человек же совершенно не реагировал на происходящее. Спустя пару мгновений он начал таять, пока не превратился в ярко-красную лужу, в центре которой осталась маленькая черная сфера, внутри которой теплилось пламя. ???: Я заберу тебя в другое место.       Женщина взяла сферу в руку, и та словно всосалась сквозь её кожу куда-то вглубь. Из недр её тела раздался звон двух ударившихся друг об друга стеклянных сфер. ???: Вижу. Вижу. – Опять громким шепотом сказала она. – Мне нужно посмотреть на глаза других чужаков.       Хель и Лиза прятались в одном из тоннелей, что выводили из этого круглого помещения. Так, чтобы не попадаться женщине на глаза. Вид её не был доброжелательным, во многом он был даже пугающим. Особенно страшными были её глаза. Эти черные сферы, внутри которых горело вздымающееся вверх пламя, которыми она смотрела. Выглядело словно кошачий зрачок, но из огня. Хель: Кажется, я понял, что это за место. Это не воск. Мы окружены эфиром. Лиза: Так, стоп. Эфир – это же, вроде, газ. Хель: Вода тоже имеет не только жидкую форму. Это все эфирные тела преступников. Лиза: Ты думаешь, их здесь создают? Хель: Крайне глупый ход мысли. Они слишком сильно повреждены, чтобы быть только сотворёнными. Лиза: И что, по-твоему, с ними делают? Хель: Думаю, тела, что сюда попадают, утилизируют. Не хотелось бы быть в числе этих тел. Лиза: А что с Джазом. Надеюсь, он не помер. Хель: Да жив он, жив. У него просто шок. Лиза: Тогда я пойду вызволять его волосатую задницу. – Сказала Лиза и рванула со всех двух ног, что у нее были. Хель: Подожди! Не так же резко! – Попытался остановить ее Хель, но было уже поздно.       Кто-то положил ему руку на плечо, и за его спиной послышался шепот. Свечница: Меня называют Свечницей, и я обожаю страх. А что твоя душа может мне рассказать?       Хель испугался. А делал он это нечасто. Он даже подумал, что идея бежать что было сил – не самая плохая затея, и последовал примеру Лизы. Они бежали по скользким камням. Лиза взвалила тяжело дышащего Джаза на плечо и побежала в первый попавшийся ей проход. Направление уже выбирал не здравый разум, а чистые инстинкты.       Хель хотел бы думать, куда бежать им следовало. Но так как он был в хвосте, ему ничего не оставалось, кроме как довериться направлению, что выбрала его спутница.       Лиза пробежала далеко вглубь тоннеля, в конце которого её ждала дверь. Дверь была большой, металлической, словно она должна защищать от ядерной бомбы. Лиза положила Джаза на пол и облокотила его на стену, после чего захлопнула дверь с очень громким металлическим звуком. Девушка выдохнула и пришла в себя. Создавалось впечатление, что она в безопасности и ее больше никто не преследует. Но в этом и была главная проблема. Хель куда-то пропал, потерялся по пути. Она огляделась. Ее окружало круглое, не очень большое помещение с винтовой лестницей, идущей вдоль стен и уходящей куда-то наверх. Наверное, именно так и выглядят изнутри водонапорные башни. Только окон не было.       Вокруг опять стояла мертвая тишина. Ее нарушало издаваемое Джазом хриплое дыхание. Он начал сильно откашливаться и изверг из себя красный комок эфира, после чего открыл глаза. Джаз: А где Хель? С ним все в порядке? Лиза: Я хочу в это верить. Джаз: Так где он? Лиза: Понятия не имею. Это место – тот ещё дебильный лабиринт! Джаз: Понятно. Тогда пошли его искать. – Сказал Джаз все ещё с видом, будто только вышел из комы. Лиза: В твоём-то состоянии?! – Сказала она, нервно грызя фильтр от сигареты. На тот момент это было все, что от нее осталось. – Нам нужно придумать что-то. Лиза: Придумала! – Воскликнула она, доедая сигаретный фильтр. – Нам нужен план! Джаз: План – это хорошо. А какой? Лиза: Не знаю. Планы – не моя сильная черта.       До Джаза медленно дошло, что именно имела Лиза в виду. Джаз: Ну, я бы мог попытаться что-то составить.       Откуда-то с потолка на плечо Лизы спустилась тонкая рука с очень длинными пальцами. Свечница: Я вас слышу. – Сказал шепот, пришедший со всех сторон одновременно. Лиза: Опять шепчешь?! Сюда, сучка! Я тебя на ритуальные свечи пущу! – Начала кричать Лиза и взяла в руки длинную металлическую трубу. Джаз: Мои уши улавливают, что сюда приближается то, против чего труба, как бы это сказать, не очень эффективна. Лиза: Я не боюсь никаких монстров и прочей туфты.       Но проблема была не в том, что это был монстр или, того хуже, какое-то разумное существо. Что-то тяжёлое начало давить на дверь. Это было ясно по страшному скрипу петель и тому, как в металле образовывались неравномерные вмятины. Из щелей начал литься, просачиваться воск под сильным давлением.       Джаз поднялся, чтобы продолжить путь самостоятельно, но затем схватился за грудь. Его словно изнутри что-то пронзило. Джаз: Беги одна. Лиза: Щас так и сделаю. – Саркастично огрызнулась Лиза. – Хрен тебе, буду спасать, даже если придется тащить за хвост.       Нижнюю часть двери покорежило настолько, что она перестала быть преградой. Из всех возможных сторон помещение заливалось кипящим алым воском.       Лиза прицепила трубу к своему поясу и, взвалив Джаза к себе на плечо, попыталась взбежать вверх по лестнице. Но движения были крайне тяжёлыми. Ей казалось, будто она пытается бежать под водой. Опустив взгляд вниз, она увидела, как руки из воска держат ее ноги. Каждый шаг, что она делала, ломал восковые части тел. Но появлялись новые, в большем количестве. Воск достиг уровня ее щиколотки, и она даже не могла и шагу сделать чтобы начать взбираться по лестнице. Резким движением Лиза вырвала ногу из тягучей субстанции и сразу поставила на вторую ступень. Что было сил, она начала взбираться на верхушку этого помещения, убегая от нагоняющей кипящий красной жидкости. Пробежав два этажа с Джазом на плече, она поняла, что ей очень тяжело дышать. Было это не только потому, что на плече она несла Джаза, он сам был не очень тяжёлым. Тяжёлым был воздух. Он был горячим и выглядел так, словно был раскалён до красна. Это были испарения эфира. Выбора не было, и она взбиралась все выше и выше с грузом на плечах. Ей было невыносимо тяжело, было чувство будто она вот-вот упадет. Но такого позволить она себе не могла, уровень воска она опережала всего на один этаж. Джаз: Ещё пару этажей.       Лиза не стала ничего отвечать, на это у нее просто не было сил. Ей стоило посмотреть вверх и увидеть, как башня уходит куда-то во тьму. Кипящая красная масса подбиралась всё ближе и ближе. Из неё появился человеческий силуэт, у которого вместо глаз были две черные сферы. Они смотрели на измотанную жаром Лизу. Восковая фигура потянулась к ней своей рукой. Девушка взяла в руки горячую железную трубу и ударила по восковой руке. Та разлетелась на сотни раскалённых капель. Лиза: Какого хрена тебе от нас нужно? Свечница: Поговорить. – Ответил ей шёпот.       Фигура пыталась коснуться девушки, но Лиза интенсивно отбивалась, превращая железной трубой восковые части в бесформенную массу. Дыхание девушки было сбитым, и она еле могла держаться на ногах. Перед глазами все расплывалось, а мышцы ног из последних сил пытались удерживать её стоя. Фигура свечницы распалась на капли и исчезла в кипящем воске.       Лиза тащила тело Джаза на себе и делала тяжелые шаги по лестнице. Её тело почувствовало ледяной холод, что струился из щелей в камнях. Лиза взялась обеими руками за металлическую трубу и начала бить по стене. Громкий шум отдавался эхом по помещению. В месте, куда бил Джаз, наконец образовалось отверстие, откуда хлынула холодная вода. Она била и била, пока камни из стены не обвалились, образовав проход в другую шахту, откуда шел ледяной холод. Из дыры в стене полилась вода и залила горячий воск. Кипящая красная масса застыла в своей хаотичной форме. В помещении больше не стояло такого жара, но тело Лизы словно горело. Лиза втащила на себе Джаза внутрь тоннеля, сделала пару шагов и упала без сознания на холодный камень.       Сцена 17. Алая свечница Часть 2       Один тоннель сменился другим. Лиза почувствовала, как на неё упала капля очень холодной воды. Она вскочила и почувствовала жуткий холод. Волоски на ее настоящей руке стояли дыбом. Лиза: Какого хрена тут так холодно? Где мы? Джаз: Я думаю, тут проходят подземные воды. Источник пресной воды.       Лиза осознала, что жутко хочет пить. После чего последовал закономерный вопрос. Лиза: Так это можно пить? Джаз: Думаю, да. Это как колодец.       Она набрала в руки воды из протекающего не очень широкого ручья и начала пить. Вода была настолько холодной, что сводило зубы. Тем не менее она пила, пока могла это делать.       После они отправились бродить по тоннелю. Искать выход. Лиза: Тут страшный дубак. Может, отправимся в местечко потеплее? Джаз: Я завел нас сюда именно потому, что тут холодно. Воск при такой температуре очень быстро застывает. Нас тут не будут преследовать. Лиза: И все же. Может, пойдем где потеплее? И куда делся Хель? Джаз: Я не знаю. Но мне кажется, что с ним все в порядке. А моему чутью можно верить.       Инстинкты самосохранения Лизы согласились с этим высказыванием, хотя её сознательная часть была в этом не уверена. Они шли по неаккуратному естественному подземному тоннелю. Везде были сталактиты, свисающие сверху как зубы, с которых падали капли воды. Лиза: Смотри. Мы тут, похоже, не одни. Джаз: Почему ты выдвинула такое предположение? Лиза: Следы. – Разочарованно произнесла Лиза и показала пальцем на отпечаток лапы в грязи. – Где твой нюх? Нос от холода заложило? Джаз: Нет. Я не знаю, что с ним. Лиза: Это какой-то зверь. Не будет же он весь день проводить тут, наверняка он выходит наружу, чтобы найти еду. Я предлагаю пойти по следам. Джаз: Я бы не хотел развеивать твою уверенность. Но вполне возможно, что этот зверь кормится, рыбой что обитает в воде. Тут могут быть подземные озера. Лиза: Ну, тогда мы подохнем от холода, пока будем искать выход. Джаз: Что ж. Может, тогда пойдем против направления следов? По крайней мере мы не попадем в лапы зверя, если он опасен. Лиза: Соображаешь, мысль хорошая.       Они развернулись, чтобы отправиться по следам в поисках выхода, и через пару секунд за их спинами послышался слякотный звук ходящих по грязи ног. ???: А я тебя как раз искал. Ты не могла бы мне помочь? – Учтиво произнес за их спинами почтительный голос.       Лиза оглянулась, после чего застыла в состоянии между испугом и изумлением. Перед ней стоял Джаз, полностью голый. Единственным исключением была набедренная повязка. Старый Джаз, который был с ней, всё ещё оставался при ней и испытывал похожую реакцию. Лиза: Ты кто такой? Мой Джаз, вроде, всё ещё на месте. Джаз: Подтверждаю. Я всё ещё существую. ???: Со всей уверенность могу сказать, что меня тоже зовут Джаз. Лиза: Что за трюки использует та красная леди? Джаз: Думаю, та женщина управляет воском. И я предполагаю, что он является восковой копией меня. Лиза: Эй! Джаз, можешь выдернуть свой волосок и дать его мне? Джаз: Я? Лиза: Не ты. А тот, что в набедренной повязке. ???: Выдирать волосы – это больно, может, сделаем это как-то по друго...? АЙ! – Крикнула копия Джаза, когда Лиза незаметно выдернула из него пару волосков.       Её палец приблизился к вырванному волоску и загорелся огнем, словно палец был зажигалкой. Волоски не загорелись, а начали плавиться и стекать. Лиза: Ты точно копия. ???: Я появился тут полностью голым. Я правда всё помню и уверен, что я есть я! – Голос копии был напуганным. Он пытался изо всех сил защитить себя, от чего его становилось жалко.       Было не ясно, живая он сущность или нет. Было ли внутри сознание или его хорошая имитация. Джаз: Мне его немного жалко. Лиза: Что ты тут делаешь? Кто та красная девушка? ???: Честно, не знаю. Простите, но я не имею понятия, кто я, если это не я. – Неуверенно сказала копия Джаза. Лиза: Откуда нам знать, что ты не врешь? Может, если мы оставим тебя, ты подойдешь и воткнешь нам нож в спину? Джаз: Ты меня и его пугаешь. Просто оставь его.       Лиза выдохнула. Копия Джаза ушла куда-то в тень. Лиза: Ладно. Ради тебя я его оставлю. Свечница: Пожалуйста, покажи мне свои глаза. Лиза: Заткнись! Ничего я тебе не покажу. Джаз: Может, она не такая плохая, какой кажется? Лиза: Что ты хочешь сказать? Джаз: Мне кажется, если бы она была плохой, она бы не оставила меня в живых.       Лиза задумалась. Лиза: Я очень боюсь, что ты можешь быть прав. – После этих слов она вырвала пару волосков из шерсти Джаза и попыталась поджечь. Волосы потекли, как и волосы фальшивого Джаза. Лиза: Где Джаз!? – Сказала Лиза и увеличила дистанцию с самозванцем. Ф.Джаз: Не знаю. Я даже не подозревал, что я фальшивка. Ты, наверное, хочешь меня оставить тут умирать?       Лиза открыла рот в попытке что-то сказать и замолчала. Ей что-то мешало бросить его здесь, возможно, это было чувство жалости. Лиза: Могу я быть уверена, что ты не шпион? Ф.Джаз: Боюсь, что я не способен дать хоть каких-то гарантий в своем положении. Лиза: Я могу разбить тебя, и тогда ты точно не будешь меня преследовать. – Сказала Лиза. Она сделала пару шагов назад от него и приготовилась, если что, защищаться. Ф.Джаз: Наверное, ты права, я всего лишь образ того, кого ты знаешь. – Джаз ударил изо всех сил рукой об каменную стену. Она рассыпалась на множество маленьких красных осколков холодного, блестящего воска. Казалось, что это были маленькие осколки рубинов. Лиза: Нет! Не смей себе вредить. Ф.Джаз: Но я ведь не он? Почему ты испытываешь ко мне жалость? Лиза: Не смей! Я просто уйду, а ты... а ты просто убегай в противоположную сторону.       Лиза сделала пару осторожных шагов назад, после чего развернулась и начала бежать так быстро, как только могла. Лиза: Хватит с меня этой херни. Свечница: Хватит бежать. – Прошептал голос свечницы в её голове.       Сломя голову Лиза бежала куда-то во тьму местных холодных пещер. Ледяной воздух бил ей в лицо, от чего глаза начали сильно слезиться. Она врезалась в высокую фигуру в плаще и упала спиной в очень холодную лужу. Лиза протерла грязными руками глаза и разглядела человека. Это был Хель в мокром балахоне, что стоял во весь рост и смотрела на неё сквозь тьму капюшона. Лиза: Уйди от меня, чертово видение! – Сказала Лиза и начала отмахиваться от него руками. Хель: Что ты делаешь? Лиза: Ты – очередная восковая фигура! Не подходи ко мне, а то сломаю колени. Хель: Джаз! Помоги с этой шизанутой!       Джаз появился откуда-то из-за спины и посмотрел на неё. Джаз: Я считаю, что говорить так очень некультурно. Мог бы ты выражать свои мысли менее грубо? Хель: Я постараюсь. – Хель прокашлялся. – Помоги с Лизой, она, кажись, в край ебанулась. Джаз: Ну что ты такой грубый? Лиза: Эй! Я вообще-то ещё не оглохла! Джаз: Мы должны её обезопасить от самой себя. Хель: Обезвредить.       Лиза смотрела на их странные разговоры непонимающе. Было не ясно, что они пытаются сделать. Сбить её с толку? "Нужно защитить себя, и это главное", – всё, о чем она думала, потому она незамедлительно вцепилась зубами в ногу ничего не ожидающего Джаза. Джаз: Аааааа! Больно! Больно! – Закричал перепуганно Лис.       Лиза вцепилась в его ногу, словно волк в добычу. Зубы её сцепились с такой силой, что во рту появился вкус крови, настоящей крови. Её зубы разжались, она поняла, что что-то тут не так. За спинами Джаза и Хеля была какая-то фигура. Между ними протянулась длинная восковая рука и схватила девушку за горло. Ноги Лизы оторвались от земли, а перед лицом предстали черные глаза свечницы. Пламя внутри этих сфер жгло ей глаза и создавало какое-то странное ощущение, словно её сознание читают. Это чувство было ей уже хорошо знакомо, но всё ещё очень неприятно. Свечница: Какое грязное и, в тоже время, какое чистое. – Её рука разжалась, а Лиза упала на землю. На её шее остались синяки. Джаз: Мадам. Почему бы вам не быть помягче с людьми? Может быть, тогда люди перестали бы вас бояться. Свечница: А зачем мне не пугать людей? – Произнесла Свечница шепчущей тишиной. Джаз: Нууу... – Растерянно протянул Джаз, а затем протянул несколько других звуков типо "Ммм..." и "Ааа..." Лиза: Что тут происходит? Почему вы с ней? Хель: Она просто механизм этой системы. Ей мы совершенно не интересны. Лиза: Эта сука преследовала нас с очень даже убийственным намереньем. Обычно так поступают разного рода подонки. Хель: Если будем проходить мимо того места, сама всё увидишь. Свечница: Вам нужно в изолятор? Я могу вас проводить. Если хотите, по пути могу вам провести небольшую экскурсию. Джаз: Я хочу!       Огонь в глазах свечницы загорелся сильнее обычного. Свечница: С радостью вам всё тут покажу.       Сцена 18. Алая свечница Часть 3       Четверо шли по темному залу, полному свеч и скульптур, что отдаленно напоминали людей. У многих была даже кожа и глаза. Но внешний их вид был далек от того, что можно назвать живыми. Лиза: Какого черта ты создаешь восковые копии моих друзей? Свечница: Я думала, что так будет проще пойти с тобой на контакт. Лиза: Каким образом это должно было помочь? Свечница: Нам привычнее общаться через знакомые образы. С твоим другом лисом это отлично сработало. А вот ты оказалась излишне недоверчивой. Лиза: Я не доверяю всем настолько, насколько сочту нужным. Мой жизненный опыт говорит, что не такая уж это и излишняя черта.       Джаз начал издавать звуки заинтересованности. Джаз: Оу! Оу! А что это за место? Свечница: А, это зал, где рождаются свежие тела для заключенных. Джаз: Тела? Свечница: Это всё сформированный в человеческие тела эфир. Я помещаю воспоминания преступников в их новые тела, а их отправляют в те места, где им положено быть. Джаз: А куда их собирают? Что с ними происходит дальше? Свечница: Их наказывают. После чего их искалеченные тела поступают обратно сюда. Затем я забираю кошмары и возвращаю их владельцам. Джаз: Это звучит очень жестоко и меня немного пугает. Свечница: О, нет, нет. не жестоко, очень даже гуманно. Тюрьма делает это, чтобы тела преступников не пострадали. Для них это всего лишь нескончаемая череда кошмаров. Чрезвычайно реалистичных кошмаров. Джаз: А вы не могли бы рассказать, почему нам помогаете? Свечница: Не все методы верховной судьи мне по душе. Лиза: По-моему, все её методы – это полная херня. Не сильно ты удивляешь тем, что ты сказала. Признайся, если бы это не коснулось тебя лично, тебе было бы похеру на происходящее вокруг. Джаз: Она нам всё-таки помогает, давай попробуем быть немного любезнее?       Свечница глубоко вдохнула. Свечница: Ты совершенно права. Лиза: Ну и на что же ты держишь обиду? Свечница: Я не помню своего мужа. Лиза: Звучит как твоя проблема. Свечница: Нет, нет. Если бы ты знала больше, так не говорила бы. Лиза: Ну тогда я слушаю. Свечница: Не работай я в этом месте, я бы ничего не узнала. Однажды я наткнулась на папку с делом, в котором фигурировало моё имя. В нем было рассказано всё о его жизни со мной. В моей голове появились мысли, что это просто женщина с тем же именем и фамилией что и у меня, но нет. Это та часть жизни, которой я не помню, словно её вырвали с корнем из истории. Я могу заполнить эти пробелы в памяти этими буквами из его досье, но чувства это не вернет. Джаз: Я очень хорошо понимаю эти чувства. Свечница: Возможно, потому я и помогаю.       Зал закончился, а в конце него была дверь. Свечница: Это лифт, он доставит вас в изолятор. Внутри сами сориентируйтесь.       Трое вошли в лифт. Дверь начала закрываться, а Джаз вскинул руку и начал ей махать. Джаз: Тётя! Спасибо за проведенное время, было очень интересно. – После этих слов двери лифта полностью захлопнулись. Свечница: Может, удовольствие и вправду можно получать, не пугая людей? – Спросила она себя и скрылась во тьме своих залов.