Город эфирных тюремщиков

Сцена 22. Мрачный могильщик Хель проснулся в кровати, его накрывало старое, темное серое, сотканное из каких то очень старых тряпок. Он находился в очень старой деревянной лачуге, можно сказать даже древней. В одном углу стояли лопаты, молотки и большие садовые ножницы. В окно пробивался сквозь густые ветви сосен свет луны. Проснувшись он сел на кровать, все его тело издало хруст. Все вокруг ему казалось знакомым и родным, а свет луны будил его зазывая на улицу каждую ночь своей долгой жизни. Хель инстинктивно взял в руки лопату, старый керосиновый фонарь и открыл дверь своей гнилой хижины и вышел на улицу. Его встретило там покрытое ночью кладбище, и тишина нарушаемая редким карканьем ворон. Он шагал между могил к своей цели, которая проснувшись он точно знал. Наконец добравшись до нужного места он стал копать глубокую яму, для будущего постояльца. На надгробии было написано "Эдагар А. П. писатель говорящий на языке ужаса". Хель: Ты подарил мне любовь к страху, и вот тебя не стало. - В хриплом голосе чувствовалась скорбь. Что-то не давало ему покоя, что-то в надгробии. Было однозначно что-то не то, что в надгробии что беспокоило. Эти мысли появлялись время от времени, но за тем быстро ускользали так, будто бы все так как и должно быть. Его руки продолжали копать яму, до тех пор пока не закончил её. По широкой выложенной каменкой дороге ехала длинная карета катафалк с мертвецки бледным кучером. Хель бы предположил что он был вампиром, если бы в них верил. Транспортное средство остановилось перед ним, и передняя дверь открылась, от туда вышло два человека в темных одеждах. Женщина одетая в черное длинное польто на пуговицах, на груди с левой стороны красовалась пышная искусственная роза, а на голове большая шляпа которая тенью скрывала лицо. Мужчина же был одет в темно багровый жакет, под которым виднелась черная рубашка с разными вышитыми узорами и черных штанах. Из задней двери катафалка вышло 4 человека в черных мантиях несущих старый, не очень дорогой гроб. Его поднесли к вырытой яме, и поставили рядом. Мрачная женщина Откройте гроб. Мы бы хотели увидеть его в последней раз. - Голос звучал так, будто это была простая формальность. Гроб открыли после чего пара склонили головы над слегка покрасневшим от холодного ветра лицом усопшего. Хель подошел и сделал тоже самое, чтобы выразить свою скорбь. И вот опять, что-то не так, словно мир пытается что-то сказать. Но через пару мгновений мысль словно улетучилась и была унесена в глубь леса потоками ветров. Скорбящий мужчина поднял свою голову, и обратился к могильщику. Мрачный мужчина: По моему у на территории кладбища посторонний. - Он поднял палец и указал в даль кладбища. Хель обернулся и увидел идущий среди могил силуэт. Хель: Извините. Я сейчас разберусь. Его ноги понесли вперед к нарушителю через прыгая через низкие заборчики, надгробия, и топча цветы. Хель: Стой! Гадёныш, это частная территория! Неизвестный остановился и обернулся. Как только Хель подошел близко, увидел перед собой очень бледного человека. Он не выглядел мертвым, скорее просто так, словно у него не циркулирует кровь. Неизвестный: Я вообще-то тут живу. - Сказал мужчина, и зашел в свой склеп. Хель: Извините. Такого больше не повториться. - Хель чувствовал себя ужасно, так словно в любое другое время он никогда бы такого не сказал. Ему казалось что окружение заставляло его пресмыкаться перед всеми. Он вернулся к могиле. 4 человека в черных мантиях держались за тряпки, с помощью которых медленно опускали закрытый гроб. Внезапно Хель обратился к скорбящей паре. Хель: Простите за не скромный вопрос. Но как я выгляжу? Мрачная женщина: Ну, у вас... - Женщина сделала задумчивую паузу. - острые черты лица. Мрачный мужчина: Нос крючком. - Продолжил за ней мужчина. Слова их были крайне не уверены, и Хеля это очень настораживало. Хель: А почему вы подумали что я спрашиваю именно о лице? - Он четко понимал что тут однозначно что-то не так. - Любой нормальный бы человек подумал что речь шла об одежде, или на крайний случай про самочувствие. - Его тщеславие просачивалась наружу, не давая ему не перед кем пресмыкаться. Растерянная пара переглядывалась и не могла подобрать нужных слов. Он видел что они что-то скрываюсь, и больше всего ему нравилось как они не уклюже пытались это скрыть. Хель: Мне нужно зеркало. Мрачная женщина: Зеркало? Хель: Да! Такая штука которая показывает отражение! Мрачная женщина: У нас такой нет. Хель: Не верю. Используя всю свою наглость он влез в карету, и начал копаться в немногочисленных вещах. Мужчина не стал смотреть на это бесчинство и остановил Могильщика схватив его за руку. Мрачный мужчина: Извините, но не гоже чтобы покойники отражались в зеркалах. Потому в такие катафалки их не устанавливают, и из уважения к традициям сами их не взяли. - Сказал мужчина проявляя всю учтивость, которую мог в сложившейся ситуации. Хель вылез из кареты и побежал к озеру неподалеку. Добежав он упал коленями на мель и посмотрел в собственное отражение. Хель: Я вспомнил. Он смотрел на размытые очертания лица, которые менялись постоянно. Иногда оно вообще пропадало оставляя какую то мазню. Можно было бы сослаться на рябь на воде, но вода не двигалась, даже не смотря на сильный ветер. Все отражалось четко, до самой последней мелочи, кроме лица. Хель: Вы, оба! Думали меня обмануть? Пара появилась за его спиной, ведущие так словно у них был план, которые не сработал. Хель: Когда наступает ночь, и закрываешь глаза чтобы отдохнуть ты погружаешься в иной мир. Место созданное медленно переходящим в полный покой разумом. Обрывки воспоминаний формируют твое уникальное приключение. Но порой в эти сны проникают существа, которые меняют его, внося новые элементы которые не свойственны его сознанию. Эти коварные твари заражают сознание идеями о ложных ценностях, и навязывают политические взгляды, чтобы верхушка могла управлять. - Он сделал паузу, и обернулся. - А когда люди понимают что все вокруг не реально, существа принимают свой настоящий облик. Снописцы, так вас называют. Перед взглядом могильщика стояло два необычных существа. Внешне они были похожи на людей, кожа их была белой, исписанная какими-то символами. Одежды укрывали длинные красные халаты с высоким воротником. Из под мантии виднелся очень длинный белый хвост на конце которого была черная кисточка с которой все ещё капали чернила. Волосы на голове так же были черными, а из них возвышались большие белые рога, которые слегка закручивалась назад. В руках у одного из них, того что явно первый раз попал в сон, была музыкальная шатался с рукояткой, а сверху в нее входил лист бумаги с множеством дырочек. Одной рукой он держался за рукоятку. На плече у него была большая сумка полная, ещё не тронутых рулонов разлинованной в клеточку бумаги. Снописец первый: Черт. Где мы просчитались? Первая твоя практика, и такой проблемный тип попался. - Обращался первый ко второму. Хель: А я вам отвечу. - Злорадно сказал Хель. - Мне не снятся сны. Снописец второй: Простите. А разве когда человек нас раскрывает, сон не должен закончиться? Хель: Если сон осознанный, то нет. Снописец первый: Эй ты! Откуда так много знаешь о нашей работе? Хель: Любознательность и внимательность. Мои лучшие качества. Кстати, есть вещь о которой возможно вы не знаете. Если сон осознанный, то вы теряете возможность его менять, кто из вас обоих первым догадается к чему я веду? Первый снописец побледнел, до него дошло к чему все идет. И ему это определенно не нравилось. Словно зараза, страх перекинулся и на второго, хотя тот и не имел понятия что происходит. Хель: Вижу ты уже догадался. Вы не можете выбраться из осознанного сна. - Хель говорил как бизнесмен, его речь будто подводила их к какой-то сделке. - Где находиться сейчас мое тело? Снописец первый: Ты заключенный и находишься в камере. Что тебе с этого? Хель: У вас предусмотрен случай когда вы застреваете чужом сне. Используйте экстренное пробуждение. Снописец первый: Тогда ты тоже проснешься! Думаешь меня обмануть, ты преступник, и место тебе в камере. Хель: Тогда присаживайтесь рядом, и давайте вместе проведем этот прекрасный срок заключения вместе. Снописец первый: Ладно, ладно! Мне платят за работу не так много, чтобы я отсидел пару десятилетий в чужой башке. - Снописец повернулся к колеге держа руки за спиной. - Давай я тебе покажу как это делается. - Из кармана он достал маленькую иголочку. - Держи, и просунь это в маленькое отверстие с правой стороны коробки. Снописец второй: Это там, где надпись "Hard reset"? Снописец первый: Да. Он выполнил все как сказал старший, после чего все вокруг залил белый свет. Белый свет перешел в рассеивающийся дымку дымку, а затем Хель очнулся в одной из камер заключения. Сцена 23. Исполнение приговора Джаз держа Лизу, в образе маленькой курицы с железным крылом¹, бегал кругами от озверевший статуи Давида. Звук тяжёлых шагов сопровождался шумом дребезжащий цепи что тянулась за ним. Лиза: Хватит бегать! Надери ему задницу! Джаз: Прости. Применять силу не мой метод. Да и чем? Лиза: Найти чем, это уже твоя задача. Бегал лис очень шустро, и это был его один из самых его развитых навыков. Но он прекрасно понимал, что бесконечно бегая эту машину победить было нельзя. Хотя машиной назвать это существо все же было нельзя, уши Джаза четко улавливали что внутри каменного тела билось живое человеческое сердце, и судя по другим звуком что вырывались из его чрева он страдал. Джаз: У меня есть идея как можно остановить его. Я могу... Лиза: Так действуй! Мы в бою, а не на уроках философии! Джаз: Хорошо. Он побежал к Давиду, так будто бы собирался в лобовую атаку. Как только расстояние между ними сократилось до одного метра, он обежал его со спины. Статуя была не сильно поворотливой, хотя на прямой могла набрать очень даже высокую скорость. Лис взял цепь и обмотал вокруг ближайшей колонны, закрепив конец на одном из звеньев. Словно пес, Давид был прикован цепью к колонне. Джаз: Все оказалось проще чем я думал. - Сказал неловко улыбаясь Джаз. - Я думал будет трудно. Теперь же он нас не достанет? Давид смотрел на Лиса своим осуждающим взглядом так пристально, будто готовился прожечь в нем дырку. Его рука подняла молот в замахе, а затем завела его за широкую каменную спину. Лиза: Давай! Бей! Все ровно нас не достанешь! Джаз: Я боюсь что он собирается не бить. Лиза: А? Рука Давида резко выпрямилась, и молот полетел так словно это стрела разрезающая воздух. И хуже всего, она была направлена в тебя. Лис от страха закрыл глаза, а затем правой рукой из кармашка достал белоснежный платок, и кинул его перед собой в надежде на чудо. Прошло примерно пол минуты, Джаз наконец отойдя от шока и осознания что он жив открыл глаза. Молот словно испарился, а платок лежал в множестве мест будучи разорванным в лохмотья. Джаз: Да! Мы живы, и я молодец! Лиза: По моему этот увалень не знает что делать. Джаз: И цепь он точно не порвет, не просто же так нам нем этот ошейник. А самое главное я справился, и никто не пострадал. Откуда-то сверху послышались медленные Хлопки, и слова "Браво! Браво! Вы смогли меня не много удивить". Джаз с Лизой подняли глаза к потолку, где на одной из статуй прикреплённых к колонне сидел Карасу, и пил чай. В этот раз его внешний вид опять подвергся легким изменениям. Его спина и бока были покрыты черными перьями, а когти явно стали больше. На столько большими что когтоть которым он держал кружку, не мог протиснуться сквозь крохотное ушко. Карсу: Меня лично, эта скульптура завораживает. Пример мужской красоты, к которому стоит стремиться. Но Фемида обезобразила его разум человеческими грехами. Он уверен что совершил миллионы ужасных поступков, за которые раскаивается, хотя и не мог их совершить. А его чувство вины, истинная цепь, которая держит его в робах системы. Лиза: Ты пришел нам помочь, или бестолку балакать? Карасу: Я не могу вмешиваться в работу системы. По крайней мере не сейчас. Лиза: Не пойму, ты хороший или плохой? Карасу: Хороший? Плохой? Это все ярлыки, я же просто делаю свою работу. Хотя если тебе угодно сие знание, то я предпочитаю второе. Давид сделал шаг вперед, за ним последовал второй. Он двигался очень медленно. Джаз: Самое главное что никто не пострадал. Давид сделал ещё один шаг, и цепь перешла в предел её натяжения. Четвертый шаг, цепь врезалась в основание колонны, словно пластиковый нож в масло. Он шагал дальше, а цепь уходила в колонну все глубже, заставляя её основание трескаться. В конце концов колонна не выдержала напора, и обрушилась на живую скульптуру всем своим многотонным весом. Помещение заполнила пыль от рассыпавшегося мрамора, которая стремительно оседала. Джаз и Лиза откашливались от той части пыли что предпочла осесть в легких. Уши лиса улавливали грохот ног Давида которые перешли на бег, и стремительно приближались к ним. Инстинкт самосохранения ему шептал что ему тоже пора переходить на бег, и уходить из под удара. В слепую сквозь мраморный туман он побежал в неизвестном ему направлении, лишь бы подальше от того места, куда направлялся ужасающий грохот ног и звеньев цепи. Карасу: Когда он разомнет свои каменные мышцы, становиться очень даже быстрым и подвижным. Голос Карасу звучал так, словно был слегка заинтересован в происходящем, но не более того. Любой исход бы его устроил. Маленькая курочка взобралась по спине, нырнула в рюкзак и начала там активно копаться. Лиза: У тебя тут что, есть нитроглицерин!? Джаз: Да. А что? Лиза: Этого хватит чтобы взорвать небольшой сарай! Джаз: Это же обычное лекарство. Я развожу его и затем делаю инекции. Лиза: Он смешан с чем-то, чтобы не с детонировать. Если подождёшь оно рванет как нужно. Давид издавал жуткий крик. Он резко развернулся и побежал на Джаза словно брони поезд. Тяжесть его шагов сотрясала воздух, и глаголица о приближающейся смерти. Лис пытался уйти с его пути, но тяжелое тело наклонялось и поменяло свою траекторию движения. Тем не менее его вес не давал ему резко останавливаться и поворачивать на месте. Каменная рука скульптуры вытянулась за ускользающим из пальцев Джаза и вырвала из его плеча клок одежды с шерстью. Тяжёлое тело резко перераспределило свой вес и после небольшого заноса Давид резко развернулся и снова побежал на Джаза. Лиза: Джаз! Быстрее! Я мать вашу хочу взрыв! Джаз быстро достал из рюкзака небольшой капсулообразный контйнер наполненный прозрачной жидкостью. Открутив крышку он засунул туда обрывок ткани что он оторвал от своей одежды и поджёг его. Лёгким движением руки он кинул горящую бутылку в несущегося на него Давида. Бутылка превратилась в шар огня сжирающий в своем пламени все что к нему прикосалось. А к чему не могло прикоснуться, обжигало вырывающимся жаром. Пламя превратило мрамор в пыль, а в полу осталась воронка. В ушах стоял болезненный, сбивающий с толку звон. Но адскую машину было не остановить даже этим. Из красного пламени вырвался Давид, на котором не было ни единой царапины. Огромное тело Давида возвышалось над дрожащим лисом. Он схватил его за ногу, и поднял в воздух. Из рюкзака панически выпрыгнула с криками Лиза. Рука скульптуры опустилась, ударила маленькое тело Джаза об пол, оно издало характерный хруст. Он потерял сознание, больше он выдержать не мог. Карасу: Минус один. - Ехидно смеясь говорил Карасу, сидя под потолком, и хлопая в ладоши. Лизе сейчас было совсем не до этого. Её волновала только целостность собственных перьев. В агрессивной манере она начала размахивать крыльями и кукарекать. Это не то что она собиралась делать, слова просто не шли как нужно в голову. После небольшой чистки в виде громкого "Кукареку" она выдала то что собиралась выкрикнуть изначально. Лиза: СЮДА ИДИ! КАМЕННЫЙ ПРИДУРОК! - Махала крыльями Лиза, на фоне бесконечно простерающейся территории тюрьмы за окном. - ХОЧЕШЬ ВЕРНУТЬ СВОЙ МОЛОТ?! ТАК ОТНИМИ! - В клюве у неё был обрывок плота, из которого виднелось небольшой кусочек рукояти молота. Давид отпустил слегка подергивающийся тело Джаза и направил взгляд на Лизу. Между ними было лишь нависающие сердце, и залитый черной греховной жижей пол. Лиза: Сыкло! Курочки испугался? Давида это не злило, двигала его исключительно его чувство вины, и желание искупить своей жертвой все грехи человечества. Его невероятно сильные и тяжелые ноги пришли в движение, и понесли неподъёмное тело на маленькую курочку с целью раздавить, и отнять то что принадлежит ему. Лиза стояла как вкопанная, и пристально смотрела правым глазом, на приближающийся скульптуру. Из за их физиологических особенностей, обоими глазами смотреть она не могла. Ноги Давида топали по грязной черной массе разнося брызги во все стороны, и впитывались в мрамор делая его черным. Когда тело нависло на маленькой тушкой Лизы, она проскользнула между ног за спину. Многотонная скульптура попыталась развернуться, но ноги продолжали скользить, и вес тянул его в сторону окна. Грузное тело столкнулось со стеклом, и выбило его почти целым куском. Мелкие осколки были словно склеены друг с другом, и напоминали паутину. Давид вылетел вместе с ним, и полетел с неумолимой скоростью вниз. Лиза выглянула в образовавшейся дыру в стекле, чтобы удебидиться что он не вернется и все закончилось. Он падал и падал, казалось что башня бесконечно высока, даже не смотря на то что когда смотришь вниз, видишь землю. Карасу: Восхитительно! - С детским восторгом он хлопал в ладоши, и улыбался. - Кто же мог подумать что этого увальня можно победить находясь в таком положении. Хотя можно ли назвать это победой? Падать он будет ещё как минимум 15 минут, но это едва ли остановит его. Маленькая курочка начала трясти обрывком платка в клюве, пока молот потехоньку вылезал наружу. В конце концов он полностью выпал, а тряпка всосалась внутрь самой себя, и полностью исчезла. Клювом Лиза треснула по бойку, звонкий гул удара заполнил помещение. Лиза: Наконец! - Выговорила Лиза, наконец приняв свой человеческий образ. Она закашлялась и из её рта вылетело перо. Карасу: Думаю вы заслужили приз. То, зачем вы сюда пришли, забирайте. Он спустился, и подошел к Лизе, после чего вложил ей в руку маленькую белую сферу. Такую-же, какую скормливала Фемида Давиду. - Твой друг жнец, разберется что с этим делать. - После этих слов он вылетел в разбитое окно. В помещение ворвался Хель с большой сумкой за плечом, и подбежал к Джазу. Хель: Сотрясение. Сломанная рука, - Хель не очень умело из подручных средств сделал ему шину. - и вывих ноги. - Его руки обхватили ногу лиса, и вправили её. Лиза: Где ты был все это сраное время!? Мы еле выживали без тебя! Хель: Уже не маленькие, могли бы и сами справиться. Лиза: Ну вот тупые мы, не можем! Хель: Ну что-ты. Вы не тупые, просто это я невероятно умный. - После этих слов Хель почувствовал сильный удар в живот. - За что? - Спросил Жнец скрючевшись от боли. Лиза: Был бы умным, понял. Хель: Ладно, прости. Может быть и есть за что. Но у нас нет времени на все это, нам срочно нужно идти. Все это время я искал выход, и по пути захватил снаряжение которое могло бы нам помочь. - Его взгляд пал на молот Давида. - Что вы сделали с владельцем? Лиза: Отправили в полет. Взгляд жнеца переметнулся с молота на выбитое стекло. Хель: Понятно. - Он взял молот и повесил себе за спину. - Тогда возражать он точно не будет. Лиза: Тут был тот странный красавчик, который вступался за нас в казино. Хель: И что? Лиза положила в руку Хеля черную сферу. Лиза: Он дал мне это. Сказал ты знаешь что с этим делать. Хель: Это правда. Лиза: Я думал мы тут свои жопы рвем ради чего-то серьезного. Хель: Маленькая, но именно её не хватает для понимания целой картины. Рука жнеца скрыла в недрах своего балахона сферу. Хель: Когда он проснуться, я дам её ему, он проглотит и вспомнит все. Теперь незачем тут оставаться, нужно уйти от сюда. Лиза: В твоей волшебной сумке с ворованным добром найдется оружие для меня? Хель: Хмм... Надо подумать. - Он почесал невидимый подбородок. - У меня есть идея получше. - В руки он взял молот и резким движением нанес им удар по Лизе. Лиза: Какого хрена ты делаешь? - Прокукарекала вновь обращенная в маленькую курицу. Хель закинул на плече раненого Джаза, тот немного проскулил. Хель: Ты не просто курочка, ты маленький василиск, как и те кого мы видели ранее. Прыгай на плече, и обращай всех в камень. Когда нибудь, я обращу тебя обратно. Лиза: Эй! Что значит когда нибудь!? - Крикнула Лиза и запрыгнула на руку Хеля. Ответа не последовало, выуживать из столь темной личности было бесполезно. Даже ей это было понятно. Они направились к выходу. Сцена 23. Неисполнимый побег Хель бежал по коридору с огромным молотом за спиной и с маленькой курицей на руке. Лиза махала крыльями, кричала и по злодейски кудахтала. Лиза: Я смертельное оружие! Ахахахаха! Она по полной сходила с ума. Жнец прорывался сквозь патрульных, с курицей вместо оружие, на перевес. Все кто осмеливался подойти достаточно близко, коих было не много, она превращала в камень. Хель: А ты быстро этому научилась. Лиза: Ха! А чего трудного то? Просто пили взглядом этих придурков. Хель: Хороший талант. У большинства вновь обращенных не получается. Они подбежали к большой двери, над ней была надпись "выход". Хель: Мы добрались. - Сказал жнец доставая какую то длинную палку из за спины, и выбил дверь с ноги. По ту сторону простирались бескрайние владения тюрьмы. Лестницы чтобы спуститься там не было, да там в принципе ничего не было кроме выхода из здания на улицу, находящегося на неприличной высоте. - А теперь нам нужно научиться летать. Лиза: Эээээээ! Курицы летать не умеют! Ты же знал об этом? Хель: Василиски. Лиза: Да какая разница?! Хель что-то сделал и из палки в его руках выбросилось 2 больших тканьевых крыла. Хель: У вас змеиный хвост, глаза в камень превращают, и так далее. Он ни медлил не секунды, и прыгнул с этой штукой прямо в открытую дверь, и начал лететь на зеленом параплане над лесом что окружал здание. Хель: Надеюсь догадаешься что держаться нужно покрепче.       Ответа не последовало. Он даже испугался что на него никто не орет, и повернул голову назад. Лиза зацепилась клювом за подол длинного балахона Хеля. Её дико мотали вверх, вниз потоки ветра. В некоторые промежутки можно было заметить как она пилила его злобным взглядом. Хель: Значит все в порядке. Правой рукой жнец держался за параплан, и левой придерживал Джаза, чтобы тот не упал. Из леса послышался громкий крик, глухой словно очень громко кричал человек сидящий в бочке. Лиза уже наслушалась этого голоса, и без ошибочно знала что где-то внизу их ищет Давид. Cтычка с ним была бы приговором, особенно сейчас. Что происходило в этом лесу не было видно, за то падающие деревья выдавали положение Давида, он их преследовал. Хель: Я вижу в дали озеро. Надеюсь каменные произведения искусства не очень плавучие. Лиза что-то пыталась промычать. Но так как клюв не открывался, разобрать это было невозможно. Хель: Далеко ли? Если подумать, то для тех за кем гонится статуя бегающая со скоростью поезда, очень. Они летели сколько могли, но в итоге опустились слишком низко. Все это время под ними была дорога, вымощенная белоснежным кирпичом, вдоль которой шли небольшие лампы. Под ними проезжала небольшая машина. На вид небольшой белый джип. Лиза расцепила клюв и спикировала вниз прямо в окно машины. Усевшись на приборную панель, она уставилась на водителя, который смотрел на неё нахальным взглядом. Лиза: Отдал мне свою тачку, и свалил отсюда! - Закричала маленькая курочка растопырив крылья, в знак угрозы. Водитель: Мне что, указывает драная курица что делать? Лиза: Чё сказал? Зырки повыкавыриваю! Лиза набросилась на лицо водителя, и начала его интенсивно клевать и царапать. В мысли водители Я пришло осознание что эта маленькая курочка представляет наибольшую опасность, из всего того что он повидал за жизнь. Машина остановилась. Хель подошел, открыл дверь и выкинул из машины мужчину с исцарапанным лицом. Лиза: Не боись. В глаза специально я не целилась. Мы же все таки хорошие ребята. Водитель: Но хорошие ребята поступают по другому. Хель: Плохих не спрашивали. Лиза: Чур я поведу! Хель: Ты умеешь? Лиза: Я водила буровую машину для копания тоннелей. Все что нужно было делать, это врезаться в стену. А тут все надо делать наоборот, я справлюсь. Хель коснулся её молотом, и та стала опять человеком. Лиза: Фу! Каждый раз не приятно превращаться. - Сказал Лиза садясь за руль. Хель положил Джаза на заднее сиденье, а затем сел рядом. Машина помчалась на полном газу. Сзади послышался уже знакомый глухой крик, и топот мраморных огромных ног. Лиза давила уже полный газ, спидометр показывал около двух ста. Это был явно максимум что могла выдать эта машина. Лиза: Куда нам ехать? Хель: Только прямо. Лиза: Звучит скучно. Хель: Пешком веселее, попробовать хочешь? Лиза: Намек ясен. На горизонте показался Давид. Его тело было полностью черным, и блестело на солнце словно было сделано из чистого жемчуга. Бежал он как настоящий олимпийский бегун. За ним с шее тянулась хвостом цепь, которая судя по всему цеплялась за все подряд, и это все подряд она вырывала с корнем. Об это говорили ветки и листья торчащие из трущихся друг об друга звеньев. Машина мчала по дороге с такой скоростью, которой могла. Обезумевшая скульптура двигалась с той же скоростью что и они, за пять минут езды, что ощущались как час, расстояние не увеличилось и на сантиметр. Хель показался из окна машины, с чем-то в руках. Оно выглядело как белая редиска, с проводами вместо листьев. Лиза увидела что-то в его руке и спросила. Лиза: Это что? Хель: Как раз провожу научные изыскания чтобы узнать. Он кинул редиску в Давида. От удара об каменное тело, корнеплод развенрулся в розовый цветок, и во все стороны разлетелись маленькие фиолетовые споры. Они создали густой как жвачку туман. Все что в него попадало, словно прилипало к нему. Хель: Оружие Редисочника. Понятно, куда он делся. Скульптура не остановилась, и просто разорвала воздух. В воздухе было видно как торчали поразовевшие лоскуты воздуха. Хель: Слышал они способны остановить локомотив. Верь после такого СМИ. Лиза: Хель, куда ехать? Хель: Прямо. Лиза: Впереди стена! Куда поворачивать? Хель: ПРЯМО! Повернуть, означало сбросить скорость. Сбросить скорость означает смерть. Хель думал в таком ключе. Белая кирпичная стена неистово приблежалась. Столкновение, стена разломалась словно была сделана из дешёвого гипсокартона. За ней был лес, с достаточно редкими деревьями чтобы можно было проехать. Лиза: Да я уже с жизнью попрощалась! Ты знал что эта стена была фальшивая? Хель: Нет. Лиза: Да как я до сих пор тебе доверяю!? Машина маневрировала между деревьев. Это не был какой-то врождённый талант Лизы к вождению, просто ландшафт сам направлял то, куда машине ехать. Машина начала сильно замедляться, ведь каменная дорога сменилось мягкой травой и крупными корнями. Расстояние между машиной и Давидом начало стремительно сокращаться. Хель: Я вижу мост. Быстрее к нему! Лиза: А не похоже что я еду так быстро как только могу? Если я заторможу, то вылечу с сиденья, и меня к ебеням размажет о лобовое стекло! До реки оставалось около 20 метров. Давид крутил свою цепь в руке, а затем резко бросил один её конец. Скульптура резко остановилась, из за его веса в земле даже образовалось очень глубокое углубление от тормозного пути. Цепь зацепилась за машину, и та резко встала. Лизу выкинуло через лобовое стекло на деревянный коричневый мост. Её лицо, было усеяно маленькими осколками стекла. Хель открыл дверь и выбрался на улицу с Джазом на спине. В руках он держал молот, уж очень он не хотел его возвращать владельцу. Жнец держался так словно ничего не случилось. Сложно сказать получил ли он хоть какие-то повреждения от столкновения, не представляется возможным, или просто гордость не позволяет ему показывать боль. Перейдя на бег он добрался до моста, и попытался поднять Лизу, но та не далась. Лиза: Гребанная гравитация! Я убью того сукиного сына который её придумал! Пизда тебе Ньютон! - Кричала Лиза вставая на ноги и истекая кровью. Руками она доставала самые крупные осколки стекла. Подняв глаза она заметила что где-то в небе летает черный силуэт. Мужчина ворон видимо преследовал все это время. Хель схватил её за руку и побежал с ней дальше по мосту дальше. Давид тем временем опять начал набирать скорость, и бежал сломя все что ему попадется под ноги. Каждый шаг по деревянному мосту сопровождался характерным древесным скрипом. Где-то за спиной послышался треск древесины. Давид начал свой бег по трещащему мосту. Троица почти добижала до конца моста, когда скульптура пересекла где-то половину доски вопили особенно громко. Не выдержив веса они сломались, и Давида утянула в глубь озеро. Они находились на маленьком островке, Хель оказывал всем медицинскую помощь, какую умел. Лицо Лизы было перебинтовано с одной из сторон, так как пострадала только правая часть лица. Лиза: Надеюсь этот ублюдок не выберется. Хель: Не переживай. Ему на это потребуется не менее суток. В центре островка стоял небольшой деревянный коттедж. стены которого были увешаны фотографиями в рамках. Но сами фотографии при этом были либо просто белыми либо полностью черными. У входа были обычные белые тапочки, и уличная обувь того же цвета, но при этом их точно никто ни разу не надевал. В целом дом выглядел так будто здесь кто-то живет, но этого человека не существует. Хель занес Джаза в спальню и положил на одну из 4 свободных кроватей. Белье было чистым и свежим, без всяких узоров, просто белым. Затем он зашел в ванную, и открыл аптечку. Все лекарства имели дату изготовления, и указана она была как будто их сделали сегодня. Он взял самое необходимое, и положил в рюкзак, за исключением обезболивающего, его он отнес Джазу. Хель: Выпей. Станет лучше. - Сказал Жнец протягивая таблетку и стакан воды. Лиза зашла в комнату с кружкой горячего кофе. Лиза: Что это за место? Хель: Подозреваю что это оно предназначено для тех кто прошел процедуру очищения. Скажи, это случайно не твой любимый кофе? Лиза: В точку. А как ты угадал? Хель: Все слишком удобно. Сам дом настоящий, но объекты в нем наполняются нашими воспоминаниями. И даже становятся реальными. Ракету это место не построит, но заполнить те же пустые листы в рамках, вполне сможет. Лиза: Наука вкусная. Круто. Хель: Я не уверен, но если я прав что это комната предназначена для очищения. Но скоро наши воспоминания начнут исчезать, это место вытягивает их из нас. - Разговор нарушило урчание живота. Хель и Лиза приглянулись, поняв что думают они об одном и том же. - Но пока можем воспользоваться благами этой адской дыры. Жнец набрал из холодильника продуктов и поместил их в тот же мешок. По большей части это были продукты которые могли не портиться очень долго. Хель держал в руке банан, раскрыл его и сразу же откусил. Хель: Обожаю бананы. Наберемся сил, и через пару часов отправимся. Джаз придет в себя, хотя думаю остаток пути мне придется его нести. Лиза: Когда я смогу снять эти бинты с лица? Хель: Вот через час и снимешь. Лиза: Шрамы останутся? Хель: А чего тебе переживать о внешности? Лиза: А чё, нельзя? Хель: Никогда не думал что тебя вообще волнует твоя внешность. Лиза: А как же? Боевые шрамы нужны чтобы внушать страх в моих врагов. Хель: Эмм... Ладно, в это я могу поверить. Хель взял из холодильника маленькую пачку грушевого сока. Хель: Отнесу это Джазу. Ему тоже нужна еда, чтобы поправиться. Спустя час они пришли в себя, и готовы были отправиться дальше. На лице Лизы было два небольших шрама от осколков стекла. Остальные все успешно зажили. Джаз все ещё был без сознания, рука была полностью загипсована, и подвязана, так чтобы лишний раз не двигать ей. Лиза и Хель с Джазом на своей спине стояли на крыльце. Лиза: Куда дальше? Хель: Подальше от сюда. В землю прямо перед ними ударила молния, и огромная тень нависла над маленьким островком. Это было нечто огромное появившейся из не откуда. Все трое подняли взгляд наверх, и увидели огромного каменного колоса держащего на плечах огромное облако, и левой рукой он придерживал его. Огромное тело начало наклоняться, а правая рука приближалась к ним со скоростью падающей кометы. Пальцы вонзились в реку, и рука схватила маленький островок посреди реки, после чего понесла его куда-то вверх.