To The Ends Of The Earth

На мгновение между ними воцарилась тишина, и под их ботинками захрустел снег. Вдали на деревьях щебетали птицы, а рядом с ними падал снег с тяжелых ветвей, мягко приземляясь прямо на сугробы внизу. Подобно громадному глазу на земле, озеро наблюдало за ними, пока они взбирались на гору. Небо, раскинувшееся над головой и полное обещаний, было первозданно серым, намекая на снег, дождь и Бог знает, что еще. Возможно, именно это нравилось ему больше всего в этом месте: вечная неуверенность в сочетании с тем, что он не знает, что будет дальше. Для такой поп-звезды как Гарри Стайлс, даже постоянные путешествия и гастроли иногда становились монотонными, даже когда он приезжал в незнакомые места, потому что почти никогда не было времени выйти из своего гостиничного номера и исследовать город, при этом не скрываясь. Это не значит, что ему не нравилось то, что он делал. Напротив, он был по-прежнему убежден, что у него самая лучшая работа в мире. Но все же было что-то удивительное и чудесное в том, чтобы ничего не знать и быть неизвестным. В том, чтобы проснуться и обнаружить мир, покрытый снегом, и думать, что же делать теперь. Есть нечто освобождающее в поиске своего собственного пути в жизни. В покупке дома вдали от семьи и друзей и жизни без них. В том, чтобы проснуться рано утром, чтобы выкопать свой Range Rover из сугроба. В надежде поймать что-то на озере и в мыслях о том, что делать, если это не получится. Голос Луи застал его врасплох. Не потому, что он забыл о его присутствии. Гарри так привык подчиняться тишине, когда он находился здесь. Ему все равно не с кем было поговорить. Даже когда он разговаривал с птицами, они, очевидно, никогда не отвечали. Его взгляд скользнул к деревянному забору, ограждающему тропу с обеих сторон. Он посмотрел на Луи лишь краем глаза. – Это чтобы сюда не забрели медведи и волки, – ответил он. Луи мгновенно перевел на него взгляд. Губы Гарри изогнулись. – Серьезно? – пискнул Луи. Гарри кивнул. – Серьезно, – ответил он. – Но обычно они не заходят так далеко. Они стараются избегать людей. – Прямо как ты? – спросил Луи, приподняв одну бровь. Гарри с любопытством посмотрел на него. Неужели он флиртует с ним? Луи не дал ему шанса понять это. – Что мы будем делать, если кто-то из них передумает сегодня? – Ну, – начал Гарри. Он выпятил бедро и нащупал бутылочку, висевшую на цепочке у него на ремне. – Это перцовый баллончик. Но я действительно не хотел бы использовать его, если это будет возможным. Это может привести к непоправимому ущербу животным, – он указал на свой рюкзак. – У меня также есть что-то вроде воздушного рога. И сигнальная ракета тоже. – У тебя с собой весь чертов арсенал. Когда ты собирался мне сказать, что наши жизни в опасности? – спросил Луи. Гарри подавил желание рассмеяться, на мгновение поджав губы. – Это на всякий случай, – наконец сказал он. – Но этого никогда не случается. На людей здесь не нападают. Это маловероятно, только если мы не пойдем намного дальше в гору. Луи все еще выглядел скептически. Гарри все еще хотелось смеяться. – Да, и как далеко мы будем идти? Гарри посмотрел вверх по тропе. – Там впереди гнездо беркута, которое я хочу тебе показать. Это не слишком далеко. И есть особое место, где открывается действительно хороший вид на озеро. Отлично подходит для фотографий. И вот тогда мы повернем назад. Луи вновь изучал его, его глаза были задумчивыми и незнакомыми, как будто он смотрел на Гарри в первый раз. Гарри был рад, что здесь холодно, и его лицо было красным от мороза. Иначе он бы покраснел. Обычно такое случалось, когда Луи смотрел на него больше пяти секунд. – Ты осторожен, когда гуляешь один, верно? – спросил Луи. – Не заходишь слишком далеко? На этот раз их взгляды встретились. Это, подумал Гарри, очень похоже на беспокойство. Прошло так много времени с тех пор, как он в последний раз слышал это в голосе Луи. Он почти забыл, как это вообще звучало. – Я очень осторожен, – тихо сказал он, снова отворачиваясь и краснея. Он поправил шапку на голове, просто чтобы чем-то занять руки. Снова воцарилась тишина. Но это не было так ужасно и неловко как то, что застало их врасплох вчера во время ужина. Это была тишина посреди природы, позволяющая уловить звук легкого ветра, шелестящего в деревьях, и щебетание птиц рядом. Гарри молчал. – Это деревенские ласточки. Луи остановился рядом с ним, нахмурив брови. – Откуда ты знаешь? – спросил он, и на его лице появилась улыбка. – Ты изучал крики птиц? – Нет, – быстро ответил Гарри, поджав губы. Луи посмотрел на него. – Ты уверен? – Просто знал это. Луи рассмеялся. Гарри снова перевел взгляд на него. Надо было надеть темные очки. Было бы не так очевидно, когда он делает это. Он мог в упор смотреть на Луи, когда тот смеялся, не боясь быть пойманным. – Где же они? – спросил Луи. – Ласточки? – Хм, – Гарри моргнул. Он оглянулся на деревья. – Думаю, они где-нибудь в дупле. Он присел на корточки, склонил голову, чтобы рассмотреть кроны деревьев. – Жди. Здесь, – сказал он вдруг. И он, не задумываясь, протянул руку, чтобы хлопнуть Луи по куртке. – Лу, смотри. Прямо там. Луи подошел ближе, глядя в направлении, указанном Гарри, его дыхание стало прерывистым. Деревенские ласточки спрятались в дупле дерева, удобно устроившись в своем гнезде. Одна из них задержалась на краю, сложив крылья и выпятив грудь, как гордое маленькое существо. Она запела свою утреннюю песню, и вдалеке ей ответили другие ласточки. – Я вижу, – пробормотал Луи, немного запоздало. Он говорил с восторгом. – Я вижу их. Гарри поднял камеру, чтобы сделать несколько снимков. Он почувствовал на себе взгляд Луи, но, когда он посмотрел, его взгляд был направлен в сторону. Он снова прижал камеру к груди, и они двинулись дальше. Они подошли к небольшому ручью, почти замерзшему, но все еще журчащему. Гарри подошел поближе, чтобы сделать еще несколько фотографий. Луи сделал шаг за ним, и его нога зацепилась за неуклюжий корень дуба. Он споткнулся и полетел вперед, норовя столкнуться с деревом. Но Гарри схватил его за предплечье, позволив опереться о него, крепко сжав его руку. Глаза Луи метнулись к нему. – Спасибо, – сказал он, снова уставившись в землю и думая о своем следующем шаге. – Думаю, теперь я в порядке. – Хорошо, – Гарри отпустил его руку. А потом они снова двинулись в путь, приближаясь к тому месту, к месту Гарри, к месту, где он по-настоящему влюбился в горы Айдахо, когда впервые увидел их. Он знал, что они приближаются к зазубренному валуну и странной лестнице из корней и спутанной грязи. Именно тогда, не раздумывая дважды, Гарри протянул руку Луи. Их глаза встретились, такой темно-синий цвет глаз Луи, что Гарри мог просто поскользнуться и упасть в озеро. Луи взял Гарри за руку, Гарри моргнул и потащил его вверх по скале. – Это мое самое любимое место, – объявил он, отходя в сторону, чтобы Луи смог увидеть все перед ними. Теперь они были достаточно высоко, чтобы видеть не только озеро, но и сосны, простирающиеся на многие километры, дым, поднимающийся из труб скрытых между деревьями домов. Остальная часть горы раскинулась вдалеке, обрамляя пейзаж, который ни один художник не смог бы воссоздать столь идеально. Задний двор Гарри тоже был виден, солнечный свет отражался от крыши теплицы, но все остальное было скрыто деревьями. – Черт возьми, – пробормотал Луи, – это нереально. – Я знаю, – тихо ответил Гарри, не желая разрушать чары, окутавшие Луи. Луи в смятении покачал головой, оглядываясь по сторонам. – Как ты вообще отсюда спускаешься? – спросил он, глядя на Гарри. – Когда ты поднимаешься сюда и видишь это, что заставляет тебя спуститься вниз? Первой мыслью Гарри было ответить довольно банально, что-то вроде «ты» и ничего больше. Но в этом не было никакого смысла. Возможно, это была прекрасная возможность, наконец, выпустить слона из комнаты, чтобы сказать раз и навсегда: «Эй! Там, блять, слон в комнате.* И кстати, я люблю тебя.» Но, как подумал Гарри, это могло напугать Луи настолько, чтобы тот первым рейсом вылетел домой. Его вторая мысль была такой: – Я просто напоминаю себе, что там внизу тоже много красивых вещей, – и он не смотрел многозначительно в глаза Луи, когда говорил это, потому что снова: первый рейс в Лондон. Луи кивнул, скорее себе, чем Гарри, и снова посмотрел на озеро. – Логично, – сказал он. Он опустил руки, запрокинул голову и глубоко вздохнул, прикрыв глаза. Гарри поднял камеру и сделал снимок. Глаза Луи распахнулись при звуке затвора. Гарри сделал еще один кадр. – Эй, – заскулил Луи. Гарри щелкнул фотоаппаратом еще пару раз, губы подрагивали от смеха. – Стой спокойно. Очень хороший кадр, – сказал он. Луи слегка склонил голову и скрестил руки на груди. Он был похож на человека, покорившего гору. Гарри сделал еще несколько снимков и опустил камеру, чтобы изучить изображения на дисплее. – Как получилось? – спросил Луи, подходя ближе. Гарри взглянул на него с легкой улыбкой. – Прекрасно, – легко ответил он. Это была еще одна особенность жизни среди дикой природы: отсутствие фильтров. Луи посмотрел на него. Гарри посмотрел в ответ. И ладно… может быть, немного фильтров. Потому что у Гарри на устах была тысяча слов, и, возможно, столько же у Луи. Но они ничего не сказали друг другу. Момент прошел, когда взгляд Луи упал на камеру. Он потянулся к ней. – Можно? – спросил он. – Я тоже хочу сфотографировать тебя.