Круги на воде

      Геллерт, всё ещё на взводе, влетел в помещение, которое сам для себя называл библиотекой. Это был просторный зал, в котором из всех удобств были только рабочий стол и кресло. На столе лежал артефакт. Сокровище Геллерта и то, что он считал одним из своих главных достижений. Призрачная библиотека.       Это был небольшой по форме куб из голубоватого, сверкающего гранями аквамарина. Своеобразный ключ, открывавшийся, лишь если им воспользуется Геллерт. Никому другому в его библиотеку ходу не было. Сама библиотека находилась в надёжном сейфе Гринготтса, но он мог получить к ней доступ в любой момент, затребовав через ключ как отдельную книгу, так и всю библиотеку разом. Физически книги оставались в банке, у него появлялись лишь копии. Материальные, сохранившие все полезные чары (вроде чар памяти на книгах для обучения наследника) и с деактивированными вредоносными (даже если заклятья на этой книге были родовыми).       Его личная библиотека формировалась в те годы, когда он тиранствовал над Европой и вёл свою победоносную войну. Маги, которые вздумали ему воспротивиться, обычно или умирали, или бежали прочь на другой конец света. Он не оставлял им иного выбора.       Для Геллерта не существовало неприступных замков, меноров или других магических жилищ, которые охранялись многовековой родовой магией. Собственно, из-за этого его так сильно боялись — любую неприступную защиту он мог не обойти даже, а просто уничтожить.       Многие из книг, существовавших лишь в нескольких, а то и вовсе в единственном экземпляре осели в его Призрачной библиотеке, чем он не раз пользовался. Вот и сейчас он активировал куб своей магией, и стеллажи книг начали возникать один за другим. Всего их оказалось десять, и все — с талмудами по наичернейшей магии, каким и был его запрос (в самой библиотеке книг было в десятки раз больше).       Геллерт прошёлся между полками, читая названия и отбирая те книги, что ему сейчас понадобятся. Выбранное он левитацией отправлял на стол. Когда он закончил, ненужные в данный момент книги исчезли, а он вернулся за стол. Из всего обилия внимание Геллерта привлекли пятнадцать книг.       Магия души была величайшим даром Госпожи. Лишь этот талант был способен изменить судьбу, повлиять на предначертанное. И только волшебники, имеющие такой дар, могли свободно распоряжаться своей душой.       Некоторые из них пошли худшим из возможных путей и принялись разделять то, что всегда должно было оставаться целым. Они начали создавать крестражи, надеясь остаться в этом мире навсегда. У кого-то получалось задержаться на срок, им не положенный, но никогда они не становились бессмертными. Изменить судьбу можно, а вот обмануть — нет.       Чем больше Геллерт читал о магии души, тем больше хмурился. Такие волшебники могли влиять не только на собственную душу, но и любого другого. И Альбус сполна этим воспользовался.       Гарри не осознавал свои воспоминания. Слишком уж мал он был в то время, но Геллерт был достаточно искусным легиллиментом, чтобы увидеть всё, что видел младенец. К сожалению, закладка на опасливое отношение к людям была меньшей из бед мальчика.       — Пожалуйста, только не Гарри… Убейте лучше меня, меня…       — В последний раз предупреждаю…       — Пожалуйста, только не Гарри, пощадите… Только не Гарри! Только не Гарри! Пожалуйста, я сделаю всё, что угодно…       — Отойди… Отойди, девчонка…       Вспыхнул зелёный свет, и она упала.       Младенец смотрел на убийцу, не испытывая страха. Он не понимал, что происходило.       — Авада Кедавра! — убивающее проклятье летело прямо на него, на секунду всё вспыхнуло ярчайшим зелёным светом. Затем проклятье вдруг устремилось назад к создателю, оставив от него лишь горстку пепла.       Только тогда мальчик заплакал.       То, что произошло после этого, было отвратительно.       Геллерт знал лишь одну причину, по которой убивающее проклятье могло не подействовать. Об этом вскользь упоминалось в одном фолианте, который они с Альбусом смогли разыскать, но оба запомнили эту информацию. Авада не сможет оборвать жизнь того, кому предназначено стать Повелителем Смерти.       Проверить этот факт друг на друге они не решились — ни у кого не было уверенности в предопределённости собственной судьбы.       Альбус планировал что-то сделать в тот день, когда в дом Гарри пришёл убийца. Он появился в доме пару минут спустя и понял, что всё пошло наперекосяк. Мальчишка, который должен был умереть, выжил! Как он тогда бесился…       А несколько специфических диагностик выявили осколок души, зацепившийся за Гарри, когда убийца погиб. Без специально проведённого ритуала это — сущий пустяк. Как прицепился, так и отцепится. Но Альбус, видно, так и не отказался от идеи стать Повелителем Смерти. Иначе Геллерт не мог объяснить то, что он сделал. Это могло быть только устранением соперника.       Перестать быть собой, стать вместилищем чужой души, переплестись с ней столь тесно, что можно уже и вовсе забыть о собственной, — вот что уготовил Альбус для Гарри. Только магия души могла повлиять на предначертанный путь, а у него был осколок от мага, владевшего этой магией. Ритуал прошёл успешно, крестраж прижился, а Альбус десятком Бомбард разнёс дом, оставляя на его месте лишь руины и тем самым стирая любые следы ритуала.       Похоже, Магия недовольна тем, что её избраннику уготовили роль пешки. И именно поэтому он оказался здесь, с Геллертом, который хоть и не был магом души, но познал за свою жизнь многие грани магии и был способен исправить то, что сотворил с Гарри Альбус. Иначе Магия не доверила бы ему это. И он приложит все усилия, чтобы оправдать её надежды.       Раньше Гарри был для него всего лишь Искуплением. Он думал, что поможет мальчику, в чём бы тот ни нуждался, а после их пути разойдутся. Теперь это стало личным. У Геллерта тоже были счёты с Альбусом. К тому же знакомство с Повелителем Смерти лишним не будет.       Рассказывать всё это Гарри сейчас не стоило. Пока у него не было достаточного багажа знаний, чтобы понять хоть что-то. Так зачем портить ребёнку настроение? Его и так придётся огорчить новостью, что он теперь вынужден проживать в тюрьме.       Из тех книг, что были у Геллерта, можно было узнать лишь общие сведения. К сожалению, маги души появлялись очень редко, и никто из них не решился доверить свои секреты кому-нибудь, кто увековечил бы их на страницах книг. Но одно всё же было известно. Для окончательного решения проблемы с крестражами и упокоения мага души был необходим некромант. Лишь они, будучи близко знакомы со Смертью, могли отправить обнаглевших магов за Грань. И никакая магия души не могла им в этом воспрепятствовать.       Геллерт некромантом не был. Он мог поднять инфери, изгнать призрака, но это такие мелочи по сравнению с тем, что мог настоящий маг смерти.       Уничтожить крестраж можно, но Геллерту этот вариант не подходил. Яд василиска или Адское Пламя убивали и носителя, а Гарри ему был нужен живой. Так что до момента, как он сможет найти некроманта (а для этого сперва нужно было выбраться из Нурменгарда, чего он не смог сделать за сорок лет), он мог только разделить души Гарри и убийцы. Но и это было сделать непросто. Не существовало заклинания для разделения душ, никому и в голову не приходило придумать его. А ему вот понадобилось.       Геллерт пока ещё не знал наверняка, будет ли это заклинание, ритуал, зелье или обряд. Но понимал, что создавать его придётся ему самому.