Круги на воде

      Возвращение к преподавательской деятельности прошло не без эксцессов. Северус был в ярости, когда узнал, что Слагхорн утвердил прошение «Не называйте меня Нимфадорой» Тонкс об обучении высшим зельям. Видите ли, девочка мечтала стать аврором. И какая разница, что она — ходячая катастрофа и даже само её нахождение в классе зельеварения грозило обернуться бедой. Когда она только поступила, Северус пытался лишить её возможности посещать его уроки, но Дамблдор упёрся и настоял на том, что девочка должна получить образование, а зельеварение — обязательный для этого предмет. В такие моменты Северус действительно ненавидел свою работу.       Кроме того, оказалось, что школу заполонили Уизли. Старший выпустился в этом году, но, к сожалению, он был самым разумным из всей этой толпы. Чарли же постоянно опаздывал на уроки: он то задерживался на тренировках по квиддичу, то возился со зверями — Кеттлберн и Хагрид, заметившие его интерес, позволяли ему подходить к ним в любое время, и тот вволю этим пользовался. Персиваль, как отмечали другие учителя, знавшие его уже несколько лет, был образцовым учеником: все контрольные он сдавал на «Превосходно», домашние задания всегда делал вовремя и опять же на «Превосходно», а кроме того, всегда был готов оказать любую помощь как ученикам, так и учителям. Но Северус пока успел оценить лишь его постоянные перешёптывания с Пенелопой Кристал и их перебрасывания записочками, когда он отсадил их друг от друга.       А кроме них, недавно поступили на учёбу ещё и близнецы, которые были катастрофой, сравнимой по масштабам своих бедствий с Тонкс. А кое-где они могли и ей фору дать. Тем более, что, в отличие от Тонкс, они прекрасно осознавали, что творили, и делали всё намеренно.       Когда за неделю практических занятий в учебном классе произошло четыре взрыва, устроенных близнецами и Тонкс, — лишь скорость реакции Северуса позволила не допустить серьёзных последствий этих происшествий, — он понял, что готов снова стать «Ужасом Подземелий», забыв о педагогических постулатах.       Северусу не хотелось идти на конфликт с Дамблдором, тем более, что его положение в обществе сейчас было таким же устойчивым, как и до скандалов три года назад. Но он лучше всех понимал, к каким последствиям может привести бездействие. Рано или поздно случится что-то, и он не успеет спасти учеников. Северус прекрасно осознавал, что он не всесилен и не сможет уберечь их от всех последствий их же собственной глупости, поэтому в разговоре с Дамблдором он был категоричен и ни на йоту не отступал от своего мнения.       — Я не намерен брать на себя ответственность за их жизни, если они сами её ни в кнат не ставят! Я не прошу вас отстранить их от занятий — я просто ставлю в известность, что порог моего класса эти ученики больше не переступят. Как они будут выкручиваться на экзаменах, меня не волнует!       — Но, Северус! — Дамблдор смотрел на него растерянно. Он не ожидал подобного упорства от того, кто всегда был ему послушен. — Дай им шанс! Вот увидишь — если они осознают, что им грозит отстранение от твоих уроков, они сразу исправятся!       Северус скривился, его терпение было на исходе, поэтому ответ вышел слишком резким.       — Я уже два месяца пытаюсь предоставить им этот шанс! Вы думаете, эти маленькие идиоты хотя бы это заметили? Нет, они как занимались проделками на моих уроках, так и продолжают это делать! А этой недотёпе Тонкс уже ничего не поможет. Она и на ногах-то с трудом держится, а вы хотите, чтобы я допустил её к приготовлению зелий, один неверный компонент в которых разнесёт полшколы?! — Северус, конечно же, утрировал. На школьном уровне не изучались настолько опасные зелья, да и класс зелий был хорошо экранирован для предотвращения подобных случаев. Но это не значило, что Тонкс не могла, к примеру, случайно опрокинуть в котёл флакон с драконьей кровью и убить этим половину сокурсников.       — Подумай, что скажет об этом Попечительский Совет и Отдел Образования? — попробовал надавить Дамблдор с другой стороны. — Как думаешь, что они скажут на новость, что мы лишаем своих учеников возможности получить достойное образование? Ты только-только вернул себе возможность преподавать, отвоевал своё право зваться профессором. Неужели ты хочешь лишиться этого и обесценить все приложенные тобой усилия всего лишь из-за пары мальчишек, которые просто любят пошутить?       Северус ухмыльнулся — его забавляло, что Дамблдор считал, будто эти угрозы могут его пронять.       — Я скажу вам больше — если вы прикажете мне позволить этим ученикам продолжать занятия зельеварением, я обращусь сначала в Попечительский Совет, а потом и в Отдел Образования и буду требовать, чтобы близнецов исключили из школы. Не сомневайтесь, я вытяну на свет все их проделки и шалости и добьюсь своего. Вы ведь и сами знаете, что далеко не все их шуточки так безобидны, как вы пытаетесь это представить.       Дамблдор отвёл взгляд. Близнецы Уизли были головной болью всего педагогического состава. У них было странное чувство юмора и, кажется, вовсе отсутствовали моральные ограничения. Зачаровать перо, чтобы оно писало гадости, но сам пишущий этого не замечал? Запросто. Учителя всю первую учебную неделю потратили на то, чтобы выяснить, почему ученики вместо проверочных работ и домашних заданий писали матерную бессмыслицу. Раздеть старшекурсницу на глазах у половины школы? Отличная мысль! После этого случая на мисс Доусон ворохом посыпались неприличные предложения, и она, скромница по натуре, была готова покончить с собой от подобного позора. Мадам Помфри пришлось провести ей лечение курсом успокоительных зелий и в течение месяца водить в Мунго к колдопсихологу.       — Ты слишком строг, Северус, — Дамблдор покачал головой, с укором смотря на него. —  Мальчики не сделали ничего непоправимого. Вспомни себя в их возрасте — разве ты сам не любил пошалить? — Северус сжал зубы. «В их возрасте» он не пытался подшутить над Мародёрами, он пытался выжить сам и уничтожить их. Сейчас это казалось глупостью, но тогда он всё воспринимал именно так. Сравнивать эти случаи было просто неуместно.       — Зато вы им слишком потакаете, — огрызнулся он.       — Хорошо. Я понял твоё мнение насчёт близнецов. Но неужели ты действительно лишишь мисс Тонкс её мечты? — Дамблдор осуждающе посмотрел на него. — Эта девочка так хочет стать аврором! Она прилагает все силы, чтобы достигнуть своей цели. Неужели ты способен одним махом перечеркнуть все её надежды? — он говорил так, будто Северус как минимум обрекал её на голодную смерть в нищете, лишая единственного шанса выжить. И будто действительно был убеждён, что шестнадцатилетняя пигалица точно знает, чего хочет от жизни.       — Да, Альбус, вы абсолютно правы — я на самом деле способен это сделать. И сделаю. Иначе это ходячее бедствие просто не доживёт до выпускного.       Не то, чтобы ему действительно было какое-то дело до этой Тонкс. Но если и вправду случится что-то экстраординарное по вине этой девчонки, репутация Северуса может серьёзно пострадать, а он не собирался допускать подобного. То, что она была родственницей Сириуса, тоже играло не последнюю роль в его настойчивом нежелании иметь дело с поразительной неуклюжестью этой девицы. Пусть её мать отрезана от рода, пусть сам Сириус ни разу о ней не вспоминал, Северус предпочитал перестраховаться. Блэки всегда были мстительными, и ему не хотелось, чтобы его обвиняли в том, что он не смог сберечь их кровь.       Дамблдор сдался. Он подписал отстранение этих троих от уроков зельеварения, подсунутое ему Северусом ещё в начале беседы.       — Хорошо, пусть будет так. Но я надеюсь, ты не откажешь им в подготовке к экзаменам, когда придёт время.       — Каким образом? Теорию они способны найти и выучить самостоятельно, если не будут слишком ленивы. А к практике я их не подпущу.       — Надеюсь, когда придёт время, ты не будешь столь категоричен. Всё-таки зельеварение — один из основных предметов, и без сдачи переходного экзамена по нему они просто не смогут перейти на следующий курс.       Северус усмехнулся.       — Надеюсь, хотя бы к тому времени до них дойдёт, какую ошибку они совершили.       Он вышел из кабинета директора, полностью удовлетворённый. Осталось только передать распоряжения деканам факультетов, и эти несносные дети больше не переступят порог его класса.       — Эта кошка — просто невозможное существо! — возмущался звонкий девичий голосок в одном из коридорных закутков. — Бедная Короста! Не понимаю, почему Альби так взъелась на неё. И всё из-за этого дурацкого ограничения! Отец не позволил взять с собой Пламень, сказал, что саламандр теперь нельзя брать в школу.       — Ничего страшного, — ответили ей. — Я просто буду оставлять Коросту в спальне. На самом деле я не очень-то хотел её брать, но особого выбора не было.       Северус, убедившись, что ничем предосудительным в этом закутке не занимались, пошёл дальше. Ему было необходимо найти Септиму и Помону.