Круги на воде

      Геллерт сразу же написал Аззерре — просил встретиться как можно быстрее. Ответа он не получил, но буквально через полчаса в кабинет ввалился один из его помощников и заплетающимся языком поведал, что она сейчас находилась в аврорате. Геллерт тут же отправился туда, гадая, что могло произойти.       Он не ожидал увидеть Аззерру разбитой и погрузившейся в отчаяние. Она сидела, поникнув, опустив голову и судорожно сжимая подлокотники стула. Лицо было искажено в болезненной гримасе и ей даже не пришла в голову мысль преобразить жёсткое сиденье во что-то более удобное. Геллерт подскочил к ней и как мог мягко разжал её пальцы и заключил её ладони в свои, отметив, что пальцы были ледяными.       Никого из авроров рядом не было. В кабинете дежурного они находились вдвоём, и Геллерт не понимал, как можно было оставить Аззерру в одиночестве в таком состоянии.       — Посмотри на меня, — попросил он. — Что случилось?       Аззерра подняла на него невидящий взгляд.       — Блейз пропал, — просипела она сорванным голосом.       Геллерт молча обнял её.       Сын был для неё самым дорогим человеком. Геллерт много слышал о нём, но никогда не видел — Аззерра охраняла своё сокровище так же бдительно, как гоблины — вверенное им золото. Она не подпускала к Блейзу никого, кто мог бы ему навредить.       Стало понятным её присутствие в аврорате. Мать всегда найдёт своего ребёнка, если кто-то не позаботится о том, чтобы заблокировать связь между ними. Блейз не мог просто потеряться — кто-то приложил руку к его исчезновению.       — Как давно это произошло?       Сколько они не виделись? Геллерт посмотрел на часы — половина пятого. Заседание Совета Лордов закончилось примерно в три-полчетвёртого. То есть Аззерры не было дома около пяти-шести часов.       — Не знаю. Но дома его нет. Он должен был в два часа пойти к своим друзьям — предупредить, что нас не будет в стране несколько месяцев, но до них так и не дошёл.       Аззерра и раньше упоминала, что в скором времени должна будет осесть в Италии на довольно длительный срок — они даже обзавелись подходящим средством связи, чтобы не терять друг друга из виду — так что эта новость его не удивила.       К тому же разрыв связи не был болезненным, что значительно сокращало число возможных вариантов как именно могли спрятать Блейза.       — Ты уже говорила с аврорами?       В течение прошедших пятнадцати минут в кабинете так никто и не появился, что ужасно раздражало. Как вообще можно так работать?       — Да, они приняли моё заявление. Я только не знаю, есть ли шанс, что они помогут.       Она устало прикрыла глаза и откинулась на спинку стула.       — Я боюсь опоздать.       Блейз точно жив, иначе Аззерра вела бы себя по-другому и точно ни на что не надеялась. А значит, было и время его отыскать.       — Ты пробовала искать его сама?       Она кивнула.       — Сразу, как обнаружила его пропажу. Но быстрые способы ничего не дали, а на долгие у меня не было времени.       Дверь кабинета отворилась, и к ним подошёл аврор.       — Мы отправили авроров проверить тех людей, на которых вы указали, — сообщил он, лишь мимоходом кивнув Геллерту. — К сожалению, я не могу обещать, что этого будет достаточно, чтобы найти вашего сына, — он нахмурился. Помолчал немного, со скорбью взирая на Аззерру, и с тяжёлым вздохом отошёл к своему рабочему месту, не найдя слов утешения. — Попробуйте вспомнить всё ещё раз. Может помочь любая деталь. Возможно, вам присылал кто-нибудь угрожающие письма? Отвергнутые поклонники? Родственники ваших бывших мужей? — он говорил предельно аккуратно, чтобы ничто в его тоне не могло намекнуть на то, будто он считал все слухи чистейшей правдой и что ей сошло с рук пять убийств. Геллерт прекрасно видел, как он убеждал себя, будто в данный момент имеет дело лишь с матерью похищенного ребёнка — и ничего более.       — Мою почту проверяют домовые эльфы. Всё, что может мне навредить, они уничтожают, — ответила Аззерра. — Скорее всего, таких писем было немало, но я не видела ни одного.       — А ваши эльфы? Они могут что-нибудь сказать по этому поводу?       Аззерра пожала плечами и шепнула:       — Шэйни.       С хлопком в кабинете появилась рыдающая домовушка. Беспрерывно щебеча уничижительные извинения хозяйке, она утёрла лицо подолом своего платьица и закрыла лицо обожжёнными руками, опасаясь смотреть на людей.       — Шэйни, расскажи нам о письмах с угрозами, которые мне присылали.       — Шэйни избавилась от них, как и велела хозяйка Аззерра. Шэйни не позволила навредить хозяйке.       — Вы можете назвать имена тех, кто отправлял эти письма? — спросил аврор.       — Они не подписывались! — снова зарыдала домовушка. — Шэйни плохая, она плохо выполняла свою работу и не уберегла маленького господина! Шэйни накажет себя!       Аврор пытался спросить ещё что-нибудь, но это оказалось бесполезным — домовушка ничего не могла ответить.       С каждым упоминанием об угрожающих посланиях Геллерт хмурился всё больше. Что, если вся эта ситуация связана с теми записками, что прислали ему?       — Мне прислали два письма, — вклинился он в разговор. — Их содержание сложно назвать угрозами, но меня эти послания насторожили.       Аззерра удивлённо посмотрела на него.       — Ты не говорил об этом, — упрекнула она.       — Не хотел тебя беспокоить, — ответил он. — Собственно, почему я сейчас об этом вспомнил — в них шла речь о наших с Аззеррой отношениях. Что, если их отправил тот же человек, что похитил Блейза?       — Вы сохранили эти письма? — спросил аврор.       — Да. Одно осталось у меня дома, второе лежит в моём кабинете.       — Пожалуйста, принесите письма мне, чтобы специалисты могли проверить их.       Геллерт знал, что они ничего не обнаружат — он сам ничего не нашёл — но не стал возражать.       На то, чтобы дойти до своего кабинета, много времени ему не потребовалось. А вот Гарри был куда медленнее — должно быть, тех инструкций, что Геллерт впопыхах написал ему, было недостаточно, и он долго копался в ящике, прежде чем сумел найти требуемое. Ответ от него пришёл уже перед тем, как Геллерт вернулся.       Отдав оба письма, Геллерт вновь встал подле Аззерры. Он попытался было снова взять её руки в свои, чтобы успокоить хоть немного, но она не далась. Мягко высвободила свою ладонь из его и вернула её на подлокотник. Разозлилась, что он не сказал о письмах раньше? Откуда же он мог знать, что всё так серьёзно? Ему придётся хорошо постараться, чтобы вернуть утраченное доверие.       Аврор просмотрел обе записки и тут же проверил их некоторыми чарами. Недовольно цыкнул языком и снова вышел, унеся их с собой.       — Ты должен был сказать мне, что тебе угрожают, — тихо заметила Аззерра.       — Прости, — вновь покаялся Геллерт. — Я даже представить не мог, чем это обернётся.       Геллерт понимал, что не стоило ему сейчас выказывать и толики недовольства — разозлённая девушка едва ли прислушается к доводам. Например, что эти письма могли быть никак не связаны с похищением. Или что сама Аззерра получала угрозы в куда большем количестве. Она с трудом держала себя в руках, не стоило усугублять её плохой настрой. Напротив, нужно было приложить максимум усилий в помощи.       — Мы обязательно найдём твоего сына, — пообещал он.       Аззерра качнула головой.       — Обязательно, — безжизненно повторила она.