Круги на воде

      Учитывая произошедшее вчера, день начался неплохо. Геллерта изрядно позабавили фантазии Гарри на тему его «любви» к Аззерре — и одновременно с этим было необычайно приятно сознавать, что тот считал его достойным таких чувств. Этот ребёнок искренне верил, что во всём мире не сыскать человека лучше, чем Геллерт, а значит, и его избранница будет под стать ему.       На самом деле он думал, что, узнав об Аззерре, Гарри расстроится, а может, даже закатит истерику. До сих пор тот не испытывал ни малейшего восторга от необходимости расширить круг своих знакомств и обычно громко этому противился. То, что он одобрил девушку, даже не познакомившись с ней лично, сильно удивило Геллерта. Знать бы ещё — почему? К сожалению, считывание поверхностных мыслей в данном случае было бессмысленным — пока Гарри сам об этом не задумывался, Геллерт не мог ничего узнать. Наверное, стоило спросить его об этом, навести на нужные размышления, но разговор сам собой ушёл в другое русло, а потом стало поздно — пора было идти в Министерство. Не забыть бы поинтересоваться этим чуть позже…       Первым делом Геллерт заглянул в аврорат и без особой надежды спросил, не изменилось ли что-нибудь со вчерашнего вечера. К сожалению, нет. Блейза искали, но пока безрезультатно.       Он шёл к проходу в Отдел Тайн, раздумывая, что ещё можно предпринять — кстати, надо узнать у Аззерры о результатах поисковых ритуалов, которые она запланировала на эту ночь, раз уж аврорат оказался не в силах ей помочь — когда среди чужих мыслей выцепил знакомое имя.       «…эта Виннс пришла вчера, вся из себя такая деловая, и начала мне указывать, что я должна делать! — громко жаловался визгливый женский голосок, звучавший в чьих-то мыслях. Геллерт осмотрелся и определил, что он принадлежал молодой девушке, устроившейся у ложного окна со стаканчиком кофе и бутербродом. — Мордред бы её побрал! Я уже несколько месяцев выполняю её работу за просто так — и где хоть слово благодарности?! Сначала она страдала из-за отказа того красавчика, потом у неё, видите ли, траур — да она своего дядю уже кучу лет не видела, даже не вспоминала о нём и вдруг решила скорбеть о его кончине? А теперь она, видите ли, заболела! Сколько ещё я должна тянуть на себе её дела?»       Геллерт остановился неподалёку, чтобы подслушать зацепивший чем-то монолог. Девушка его не заметила — была слишком увлечена вымещением злости на бутерброде. Геллерт и не знал, что можно так ожесточённо перекусывать.       «Эта Лесли совсем с катушек слетела! — зло зашипела она. — Я, видите ли, сложила документы по алфавиту, а надо — по датам. Я тут дольше работаю и лучше знаю, как правильно делать! А теперь я из-за неё ещё и выговор получаю!»       Геллерт знал, что только что прозвучавшее высказывание было неверным — министр ввёл новую систему учёта документов, работающую как раз-таки по датам.       Он раздумывал, что же его привлекло в этих кажущихся бессмысленными жалобах. Обычное поведение секретаря — Геллерт даже помнил её, всегда предлагавшую ему выпить с ней чашечку чая. Он подозревал, что это было очередным поводом увильнуть от работы. Помнил он и Виннс — скромная девочка-кукла, однажды решившаяся пригласить его на свидание, но в итоге с трудом сумевшая связать пару слов и безжалостно им отвергнутая. По этому поводу ещё прошёлся Альбус, и пришлось выдумывать, что ему прежде было чуждо женское внимание.       В голове щёлкнуло, словно разом сложились кусочки пазла. Лесли Виннс — таким было её полное имя. Именно оно числилось в графе родственников пятого мужа Аззерры — он был её дядей. У него была другая фамилия, поэтому Геллерт не смог вспомнить об этом сразу — Лесли унаследовала свою от отца.       Драко Малфой не забыл упомянуть в своём письме о том факте, что Говард Шейк — так звали того мужчину — отказался от опеки над своей племянницей, стоило только отношениям с Аззеррой стать достаточно серьёзными (Геллерт не сомневался, что это произошло очень быстро — эта девушка определённо была не из тех, кто выпускал свою добычу из рук). Что именно послужило причиной, оставалось лишь гадать, да это и не было сейчас важным. А вот то, что она имела виды на самого Геллерта и при этом была связана с Аззеррой… К тому же она была вчера в Министерстве, но, видимо, совсем недолго — Геллерт её не видел, и, соответственно, его проверка не могла её затронуть.       Он уже хотел было отправиться обратно в аврорат, но понял, что не сможет им ничего рассказать. Легилименция в Британии вне закона, даже столь безобидный её вариант, так что озвучить он сможет лишь свои догадки. Только вряд ли авроры обошли своим вниманием Лесли — недаром вчера в разговоре с Аззеррой делали упор на родственников бывших мужей. Скорее всего, эту девушку уже проверили и, похоже, ничего не нашли.       Правда, эти его предположения строились на том, что авроры всё-таки знали свою работу и поспешили всё проверить. А уже сам этот факт вызывал некоторые сомнения.       Что он имел в итоге? Необходимость спасти ребёнка, неуверенность в способности авроров помочь с этим и возможность реабилитироваться в глазах Аззерры, сообщив ей о своих догадках и предоставив самой решить, как стоило действовать дальше. Выбор был довольно очевиден.       Ещё просматривая её дело, Геллерт запомнил адрес и координаты дома — просто на всякий случай. Камин, скорее всего, был закрыт от нежданных посетителей, поэтому лучше было аппарировать.       Геллерт отправился к дому Аззерры немедля. На окраине какого-то малонаселённого городка расстилались непроходимые заросли терновника, своим видом отпугивая любого желающего здесь прогуляться. Геллерт даже не был удивлён подобным выбором иллюзии — для всех, кто ей не нравился, Аззерра была столь же неприступна.       Он предельно осторожно коснулся защитных чар своей магией, давая хозяйке знать, что к ней пришёл гость. В тот же миг кусты терновника ушли под землю, открыв взору тропку, ведущую к дому. Геллерт успел пройти половину этого короткого пути, когда дверь отворилась. На пороге стояла Аззерра. Она была одета в домашнее платье, волосы были распущены, но уложены, а на лице не было и следа косметики.       — Что случилось? — спросила она вместо приветствия, стоило ему подойти.       — Тебе удалось найти Блейза? — Она расстроенно покачала головой. — Возможно, я узнал, кто это сделал. Но я не уверен наверняка, — предупредил он.       — Говори, — потребовала Аззерра.       — Лесли Виннс. Племянница твоего бывшего мужа, — пояснение, впрочем, не требовалось — Аззерра явно была прекрасно осведомлена о том, кто такая эта Лесли.       — И как ей только наглости хватило, — выдавила она сквозь зубы.       Геллерту даже не пришлось озвучивать свои размышления — Аззерра поверила ему сразу.       — Ты знаешь, где она может прятать Блейза? — спросил он. Он волновался — что, если они не успеют? То, что мальчик до сих пор жив, было чудом. Обычно тех, кого похищали не для выкупа, убивали сразу. Никаких требований никому из них не приходило, так отчего же Лесли медлила?       — В доме Говарда, скорее всего, — не задумываясь ответила Аззерра. — Там и помещение с хорошими защитными чарами имеется. Я имею в виду, с чарами, достаточными, чтобы скрыть от меня Блейза.       — Сообщим аврорам?.. — поинтересовался он. В вопросе прозвучал неприкрытый намёк, и Аззерра его услышала.       — Нет. С этой девочкой я и сама справлюсь, — и её тон не обещал Лесли ничего хорошего.